30.04.2012

Обсуждаем проект поправок в Гражданский Кодекс РФ

Евгений Ковалев, управляющий партнер АБ "Ковалев, Рязанцев и партнеры"

Евгений КовалевИзменения и дополнения вносимые в Гражданский кодекс направлены на упрощение и унификацию правового статуса юридических лиц, повышение роли самого кодекса в регулировании этих отношений, в частности путем закрепления в нем исчерпывающего перечня организационно-правовых форм юридических лиц. В целях предотвращения и исключения имеющихся в этой сфере многочисленных злоупотреблений и правонарушений предусматривается повысить требования к созданию, реорганизации и ликвидации юридических лиц и усилить имущественную ответственность их органов. Должно произойти определенное упорядочение организационно-правовых форм юридических лиц, особенно некоммерческих организаций. Предусматриваемое проектом деление юридических лиц на корпоративные и унитарные организации позволяет закрепить общие нормы, касающиеся коммерческих и некоммерческих корпораций, а также коммерческие унитарные организации (в данном случае речь идет о государственных и муниципальных унитарных предприятиях) и некоммерческие унитарные организации. Такой подход, в основном сохраняя сложившиеся организационно-правовые формы юридических лиц, в том числе некоммерческих организаций, вместе с тем позволяет урегулировать общие элементы их гражданско-правового статуса.При этом проект отказывается от не оправдавших себя закрытых акционерных обществ (статус которых в настоящее время практически полностью дублируется статусом обществ с ограниченной ответственностью) и обществ с дополнительной ответственностью (которые не получили практического распространения). Вместо конструкций открытого и закрытого акционерных обществ вводится дифференцированное регулирование статуса публичных и непубличных акционерных обществ, имея ввиду, что статус публичных (крупных) хозяйственных обществ, акции которых и ценные бумаги, конвертируемые в акции, публично размещаются (путем открытой подписки) или публично обращаются на фондовых биржах и других организованных финансовых рынках, требует более строгого регулирования, ибо это касается имущественных интересов большого числа акционеров и других лиц.Выделение корпораций как особого вида юридических лиц позволило закрепить непосредственно в Гражданском кодексе общие нормы, касающиеся статуса (прав и обязанностей) как самих корпораций, так и их участников, что в свою очередь должно расширить права и усилить защиту интересов участников любой корпорации, а не только участников хозяйственных обществ. Так, в частности, законодательно закрепляется появившаяся в арбитражно-судебной практике новая форма защиты имущественных интересов участников корпорации - восстановление утраченной помимо их воли прав участия в ней, обеспечивающая права и интересы лиц, пострадавших от «корпоративных захватов» и тому подобных неправомерных действий.Для ускорения процедуры регистрации юридических лиц предполагается установить для юридических лиц один учредительный документ - устав (для хозяйственных товариществ - учредительный договор) и по желанию учредителей использовать типовые уставы.Следуя общеевропейским традициям развития законодательства о статусе юридических лиц, проект усиливает положения об имущественной ответственности лиц, уполномоченных выступать от имени соответствующего юридического лица (т.е. руководителей, членов наблюдательных советов, правлений и т.п.). Все эти лица должны возмещать убытки, причиненные ими юридическому лицу, если будет доказано, что при осуществлении своих полномочий они действовали недобросовестно и неразумно.

В проект включены правила об аффилированности, которые должны не просто заменить соответствующие правила Закона РСФСР от 22 марта 1991 г. «О конкуренции о ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», но и существенно их модернизировать.

Это далеко не полный перечень новелл, касающихся юридических лиц. Что же касается корректировки вводимых положений, то полагаю что изменения столь масштабы и существенны, что критике нововведений можно посвятить дополнительный раздел в издании.

Анастасия Будакова, заместитель генерального директора по управлению рисками УК "Система Профит"

Анастасия БудаковаВ проекте отсутствуют организационно-правовые формы юридических лиц, которые так и не стали востребованы. Так, например, в обсуждаемой редакции ГК РФ отсутствуют нормы об обществах с дополнительной ответственностью, так как желающих дополнительно отвечать по долгам общества собственным имуществом не нашлось. Таким образом, невостребованные формы ведения бизнеса просто исключаются. В то же время вводятся и новые нормы, в частности, «правопреемниками» открытых и закрытых акционерных обществ будут публичные и непубличные общества. Такая классификация соответствует тенденциям мировой корпоративной практики и в данном случае право, как регулятор экономических отношений, способствует интеграции России в мировую экономику.

Вводится норма о том, что регистрирующий орган будет проверять достоверность представленных сведений при регистрации юридического лица, изменений его устава, иных сведений, и сообщать о предстоящей регистрации заинтересованным лицам, а заинтересованные лица вправе направлять в уполномоченный государственный орган возражения относительно предстоящей государственной регистрации. Стоит отметить, что такая практика есть и сейчас, но с принятием проекта она будет закреплена на законодательном уровне.

Вводится понятие контролирующего лица и устанавливается, что юридическое лицо вправе требовать возмещения контролирующим лицом причиненных подконтрольному юр. лицу убытков. При этом подконтрольное лицо никогда не отвечает по долгам контролирующего лица.

Также к ответственности перед компанией можно привлечь руководство и членов коллегиального органа юридического лица, если будет доказана их вина.

Понятие акционерного соглашения закреплено в Законе об акционерных обществах.

Проектом вводится норма о корпоративном договоре, который касается не только акционерных обществ, но и обществ с ограниченной ответственностью. В новой редакции Гражданского кодекса прописаны основные моменты заключения и действия корпоративного договора. Это понятие заимствовано из иностранного права, но давно применяется и в России. Закрепление в законе понятия о корпоративном договоре будет стимулом для иностранных инвесторов подчинять сделки российской юрисдикции.

Вопрос о размере уставного капитала был самым обсуждаемым при разработке этого Проекта. В представленной редакции Гражданского кодекса указывается, что размер уставного капитала общества с ограниченной ответственностью не может быть менее десяти тысяч рублей, размер уставного капитала акционерного общества не может быть менее ста тысяч рублей. Скорее всего, минимальные требования к размеру уставного капитала компаний будут приняты.

Рустем Мусабиров, управляющий партнер юридической фирмы "Результат"

Рустем Мусабиров В представленном Советом при Президенте Российской Федерации по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства проекте нового Гражданского кодекса РФ наиболее спорными остаются положения о минимальном уровне уставного капитала и раскрытие оффшоров. Так, размер уставного капитала общества с ограниченной ответственностью не может быть менее пятисот тысяч рублей; размер уставного капитала акционерного общества не может быть менее пяти миллионов рублей; размер уставного капитала публичного акционерного общества не может быть менее ста миллионов рублей. Минимальный уставный капитал хозяйственного общества должен быть оплачен деньгами. Не менее трех четвертей уставного капитала хозяйственного общества должно быть внесено его учредителями до государственной регистрации обществаМногие считают, в том числе и Министерство экономического развития Российской Федерации, что повышение минимального размера уставного капитала может стать негативным сигналом для инвесторов, понизить уровень привлекательности различных инвестиционных проектов. Сторонники же отмены уставного капитала считают, что это даст возможность развить бизнес и экономику в целом в нашей стране. Мы считаем, что такое увеличение минимального размера уставного капитала станет настоящим барьером для входа в бизнес, увеличит финансовые риски и дополнительные издержки у предпринимателей. Не говоря уже о тех сферах бизнеса, где отсутствует необходимость в больших вложениях. Что касается, ограничений для фирм, зарегистрированных на территории иностранного государства с льготным налогообложением, и условие о раскрытии информации о своих учредителях и выгодоприобретателях, по нашему мнению раскрытие бенефициаров должно регулироваться не Гражданским кодексом, а специальным законодательством и применяться не по умолчанию, а в специальных случаях.

Вероятность приятия норм о раскрытии оффшоров и высоком уставном капитале в начальном варианте весьма сомнительна.

Однозначно говорить о положительном или отрицательном влиянии нового проекта ГК на бизнес в целом нельзя, динамику изменения гражданско-правовых отношений лучше всего отразит судебная практика, и поэтому очень важно, чтобы при кодификации общих норм в ГК РФ, учитывалась судебная практика. Однако барьеры, предложенные новой редакцией кодекса, ограничивают бизнес и в то же время их легко обойти, что в свою очередь создает новые препятствия для ведения открытого, конкурентного, честного бизнеса в России.

Лейля Османова, менеджер-юрист ООО «РАСТАМ-Аудит»

Лейля ОсмановаВ условиях существующей российской действительности позиция Совета по кодификации представляется нам более обоснованной и актуальной, ввиду того, что российское право более всего близко к системе континентального права, тогда как англо-саксонская система права вообще не знает такого понятия как «юридическое лицо».
Полагаем, что система организационно-правовых форм юридических лиц в российском праве давно требовала пересмотра. Ведь первая часть ГК РФ была принята ещё в 1994 году. С указанного времени экономическая и политическая ситуации в России претерпели существенные изменения, которые сделали неактуальными многие из предусмотренных ГК РФ организационно-правовых юридических лиц (в частности, практически невостребованными стали общества с дополнительной ответственностью). В этой связи предлагаемые изменения представляются нам актуальными.

- Регистрация юридических лиц ранее уже была в ведении Минюста РФ. В последующем законодатели отказались от этого. На сегодняшний день Минюст принимает решения о регистрации только некоммерческих организаций. Полагаем, что разграничение полномочий по регистрации коммерческих и некоммерческих организаций между разными органами государственной власти способствует ускорению процедуры регистрации. В этой связи передача Минюсту полномочий по регистрации всех юридических лиц представляется малообдуманной и нецелесообразной.

Матвей Жижик, менеджер-юрист ООО «РАСТАМ-Право»

Матвей Жижик
- В Проекте ГК РФ содержится упоминание о типовых формах уставов, которые учредители смогут использовать при регистрации юридических лиц. Согласно Проекту такие формы будут разрабатываться уполномоченными органами. В настоящее время уставы обществ с ограниченной ответственностью и акционерных обществ фактически уже итак разрабатываются на основании форм, имеющихся в справочных системах и сети Интернет и ставших типовыми вследствие многократного их использования. В отношении же юридических лиц других организационно-правовых форм, главным образом, в отношении некоммерческих организаций, практика не сформировала типовых проектов их учредительных документов, что фактически затрудняет их создание учредителями, не обладающими специальными юридическими знаниями, и, зачастую, приводит к судебным спорам, связанным с казуистичностью положений учредительных документов, разработанных такими учредителями. Полагаем, что разработка типовых форм уставов на уровне государства разрешит указанные проблемы и упростит процесс создания юридических лиц. На наш взгляд, это полезное изменение.
Еще одним изменением, которое представляется нам удачным, являются положения Проекта ГК РФ, закрепляющие обязанности регистрирующего органа проверять достоверность данных о юридическом лице, представляемых для внесения в ЕГРЮЛ, и в установленных законом случаях сообщать заинтересованным лицам о предстоящих изменениях устава юридического лица и изменениях иных данных о нем в ЕГРЮЛ.

Полагаем, что указанные нормы смогут стать эффективным инструментом правовой защиты против корпоративных захватов, осуществляемых с помощью представления в ЕГРЮЛ поддельных документов.

Начальник отдела правовых споров агентства юридической безопасности «Интеллект С» Роман Речкин

Роман Речкин- Разработчик первоначального проекта - Совет по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства, в значительной степени принимал во внимание и пытался решить проблемы, выявленные в арбитражной практике российских судов. Это, в первую очередь, проблема добросовестности участников гражданского оборота, и связанные с ней вопросы оспаривания сделок недобросовестными лицами, достоверности публичных реестров, способы защиты прав лица, которое незаконно лишилось принадлежащих ему акций (доли в обществе с ограниченной ответственностью). В отличие от Совета по кодификации, Минэкономики решало принципиально иные задачи по развитию законодательства, в первую очередь, в сфере оборота финансовых услуг, для целей создания в России Международного финансового центра. Поэтому Минэкономики предлагало существенно расширить договорную свободу участников гражданского оборота, в том числе, - в корпоративных отношениях. Особенно это проявилось в либерализации норм о сделках под условием, существенном расширении сферы и значения «корпоративного договора» и новых редакций глав ГК РФ о займе, банковском вкладе и о расчетах. Итоговый проект - результат компромисса.

Необходимо отметить, что никаких новых организационно-правовых форм юридических лиц проект Кодекса не вводит. Вводится общее деление организаций (и коммерческих, и некоммерческих) на корпоративные и унитарные, но в рамках этого деления никаких новых организационно-правовых форм юридических лиц проект не предлагает.
Что касается упразднения организационно-правовой формы общества с дополнительной ответственностью, число организаций в форме ОДО действительно настолько незначительно, что необходимость сохранения такой формы ведения бизнеса очевидно отсутствует.

Также следует согласиться, с позицией разработчиков проекта Кодекса о том, что ЗАО в гражданском обороте не имеет никаких существенных отличий от ООО и имеет место явное дублирование организационно-правовых форм юридических лиц. Наличие у ЗАО реестра акционеров на практике является фикцией, поскольку акции таких ЗАО - бездокументарные, а реестр акционеров ведется самим ЗАО, в силу чего не обеспечивает объективный и публичный учет прав на акции.

Неясно, почему проект не исключил возможность существования хозяйственных обществ работников (народных предприятий), которое по-прежнему упоминается в ст. 66 проекта ГК РФ. Число организаций в форме акционерных обществ работников - также минимально, а сама организационно-правовая форма представляет собой фактически гибрид акционерного общества и кооператива, построенный на неких «социалистических» принципах.
Также неясна мотивация разработчиков проекта в отношении сохранения в качестве основной формы государственных и муниципальных предприятий именно «казенного предприятия». Действующий ГК РФ четко разграничивает «обычное» унитарное предприятие - основанное на праве хозяйственного ведения, и казенное предприятие - имущество последнего закреплено за ним на праве оперативного управления. Проект Кодекса исключает из состава вещных прав, право хозяйственного ведения, при этом, «обычные» унитарные предприятия в казенные не преобразуются и продолжают свою деятельность, хотя новые унитарные предприятия могут быть зарегистрированы только в виде казенного предприятия.

Положительно следует оценить и то, что в составе организационно-правовых форм организаций проект Кодекса не предусматривает ни государственную корпорацию, ни государственную компанию. Эти непрозрачные формы вмешательства государства в гражданский оборот справедливо критикуются и носят временный характер.
Несомненно, положительно нужно оценить установление закрытого перечня организационно-правовых форм некоммерческих организаций, это решение давно напрашивалось, в настоящее время существует множество ОПФ некоммерческих организаций, статус которых очень слабо урегулирован, а различия между ними - фактически заключаются только в названии организационно-правовой формы.

Защите прав добросовестных участников гражданского оборота явно будут способствовать нормы об ограничении возможности оспаривания сделок. Проект вводит ограничения для такого оспаривания лицом, не исполнившим обязательство, а также лицом, которое признавало себя связанным договором и явно действовало до момента оспаривания в соответствии с договором.

Нужно отметить введение абсолютно новых и сложных институтов ограниченных вещных прав - права землевладения, права застройки, права приобретения чужой недвижимой вещи и т.п. Несмотря на наличие переходных положений, эти институты являются, во-первых, принципиально новыми для участников гражданского оборота, во-вторых, оно должны будут примеряться в условиях наличия прав, предусмотренных давно утратившим силу законодательством (в частности, права постоянного (бессрочного) пользования). В такой ситуации неизбежно выявление пробелов и противоречий, отвечать на которые придется судам.

По сравнению с действующим законодательством (в виде одного абзаца в федеральных законах об акционерных обществах и об обществах с ограниченной ответственностью) соглашение участников (акционеров) урегулировано значительно более подробно. В частности, в проекте Кодекса разрешены вопросы о правовых последствиях совершения сделок и принятия решений органами управления в нарушение корпоративного договора. Положительно разрешен вопрос о возможности участия в подобном договоре лиц, не являющихся акционерами (участниками) организации. И, наконец, существенно расширено содержание корпоративного договора: те права и обязанности участников корпорации, которые могут быть им урегулированы. Конечно, это недостаточное и не исчерпывающее регулирование, однако, имеющие место пробелы непринципиальны и могут быть заполнены либо уставом конкретной корпорации, либо, арбитражной практикой.

В корпоративных вопросах, на мой взгляд, недостаточно проработана необходимость ограничения права участников корпорации (участников, членов, акционеров и т.п.) получать информацию о деятельности организации. Действующий Кодекс устанавливает почти абсолютное право участников на получение информации о деятельности хозяйственных общества, а также бухгалтерской документации.

Но в проекте Кодекса участники корпорации вправе получать информацию только «об имущественной деятельности» корпорации, а знакомиться с ее бухгалтерской и иной документацией «в случаях, предусмотренных законом или уставом корпорации» (п. 1 ст. 65.2 ГК РФ в редакции проекта).

Можно вспомнить судебный спор блоггера Навального с «Транснефтью», которая потратила на благотворительные цели больше полумиллиарда рублей в год, но отказалась предоставить акционеру Навальному информацию, кому и для чего перечислило эти деньги. Исходя из формулировок проекта корпорация, видимо, вправе будет отказать акционеру в предоставлении информации со ссылкой на то, что благотворительность не относится к «имущественной деятельности» корпорации.

Также неудовлетворительно урегулирована ситуация «deadlock» (тупика), когда возникает невозможность принятия обществом каких-либо решении из-за неучастия в общем собрании акционера (участника), без которого отсутствует кворум на принятие решения. С одной стороны, вводится обязанность участника корпорации участвовать в принятии корпоративных решений, без которых корпорация не может продолжать свою деятельность в соответствии с законом, если его участие необходимо для принятия такого решения (п. 3 ст. 65.2 ГК РФ в редакции проекта). С другой стороны, не установлены последствия и способы преодоления подобной ситуации, если участник в нарушение данной нормы все равно откажется участвовать в принятии таких корпоративных решений. Более того, закон никак не регулирует ситуацию непринятия корпоративных решений из-за одного из участников, если корпорация формально может продолжать свою деятельность (например, не утверждение годового отчета корпорации, иных подобных вопросов). Ни исключить такого участника, ни потребовать выкупа его доли (акций) остальные участники корпорации не вправе.

В СМИ говорят о том, что сейчас остались две спорные позиции - минимальный уровень уставного капитала вновь создаваемых организаций и использование оффшоров. Не согласен с такой постановкой вопроса.

Во-первых, установление относительно высокого размера минимального уставного капитала вновь создаваемой организации (500 тыс. рублей или даже 1 млн. рублей, например) никак не ограничивает крупный бизнес, у которого есть свободные деньги, он этой новеллы бы и не заметил. Против увеличения уставного капитала протестовали как раз организации малого и среднего бизнеса (ОПОРА России, в частности), поскольку это явно усложнит начало нового бизнеса, особенно - малого. Само предложение об увеличении размера уставного капитала исходило изначально от Исследовательского центра частного права, который предлагал таким образом повысить ответственность участников гражданского оборота, улучшить ситуацию с повальным неисполнением гражданско-правовых обязательств организациями, у которых нет никаких активов. Как мы видим из проекта, государство фактически поддержало малый и средний бизнес, сохранив существующий минимальный размер уставного капитала ООО и АО.

Во-вторых, что касается «отстаивания использования оффшоров» в РФ, необходимо уточнить, что запрещать использовать нерезидентные компании в РФ никто не собирался. Спорный вопрос заключается в необходимости «снятия корпоративной вуали», то есть, раскрытию бенефициаров (реальных собственников) нерезидентных компаний, действующих в РФ. Причем, предлагалось от практически полной закрытости (кроме открытости для ЦБ информации о бенефициарах банков и раскрытия соответствующей информации антимонопольному органу при получении разрешения на определенные сделки и иные действия) уйти в другую крайность: сделать информацию о бенефициарах полностью открытой. Однако, кроме собственно крупного бизнеса, в разумной возможности ведения деятельности в РФ через нерезидентные компании заинтересовано и само государство: поскольку многообразие форм и способов ведения бизнеса складывается в благоприятный инвестиционный климат, который преобразуется в иностранные инвестиции и создание новых рабочих мест. Нерезидентные (включая оффшорные) компании далеко не всегда используются в незаконных целях, во всем мире это - инструмент нормального ведения легальной предпринимательской деятельности. Поскольку государство достаточно активно озабочено и занимается созданием Международного финансового центра в Москве, полное раскрытие бенефициаров (реальных собственников) нерезидентных компаний вряд ли будет реализовано, поскольку оно явно идет вразрез с целями построения МФЦ и снижает благоприятность инвестиционного климата в РФ.

За 17 лет действия ГК РФ (часть Первая которого вступила в силу 01 января 1995 года) и обычная жизнь, и экономика России, заметно усложнились, появились не просто новые институты, но - целые новые объективные явления (например, сеть интернет). Исходя из этого, объективная необходимость привести Гражданский кодекс РФ в соответствие с современными реалиями - назрела. Поэтому в целом новая редакция ГК РФ окажет безусловно положительное влияние на условия ведения бизнеса в РФ: подавляющая часть новелл носит разумный и прогрессивный характер, является развитием законодательства на основе и с учетом современного уровня европейского законодательства, представляет собой комплексное решение проблем законодательства, которые были выявлены судами за годы применения Кодекса.

Алексей КАФТАННИКОВ, руководитель Департамента налоговой безопасности АКГ ЗАО «Аудит-классик»

Алексей КафтанниковРоссийская правовая система изначально базировалась на принципах континентального права, и Гражданский кодекс РФ в том числе. Поэтому нововведения, основанные на нормах континентального права, нам ближе, они проще ложатся на нашу ментальность, на наши привычки, их проще встроить в сложившуюся систему.В то же время нельзя не признать, что принятые в англо-саксонской правовой системе правила, регулирующие корпоративные отношения, являются значительно более проработанными и гибкими по сравнению с принятыми в континентальной Европе. Неслучайно многие крупные сделки с российскими компаниями проводятся в Великобритании и подчинены сторонами сделки английскому корпоративному законодательству.Немаловажным является то, что корпоративное законодательство англо-саксонского типа является более привлекательным для инвесторов (в первую очередь для инвестиционных фондов и частных иностранных инвесторов).И во внедрении в российскую правовую систему удачных наработок, взятых из англо-саксонского права нет ничего плохого или зазорного. На самом деле, зачастую их можно волне «вписать» в континентальную модель без вреда самой модели. И процесс сближения двух таких разных правовых систем на самом деле идет уже давно и достаточно успешно.

В России значительно больше чем от самого закона зависит от его последующего правоприменения. Если высшие судебные инстанции будут активно и разумно участвовать в формировании практики применения новых правил, а законодатель своевременно корректировать выявленные в ходе реализации закона изъяны, то новая версия ГК вполне способна улучшить условия ведения бизнеса в России. Удивляет только поспешность ввода новых правил. Могли бы хотя бы до нового года подождать, чтобы ВАС РФ и ВС РФ успели разработать рекомендации по применению новых правил, как было при введении ГК РФ в действие в 2001 году. Иначе спешка может все испортить.


 

 

Комментарии
 

comments powered by Disqus