28.11.2014

На санкции не клюет

На санкции не клюет

Продовольственное эмбарго за редким исключением не изменило положение российской рыбной промышленности. Для ее развития нужны другие, в том числе политические меры

Как показал опрос продовольственных сетей и экспертов в сфере рыбной промышленности, введенный 6 августа запрет на импорт продуктов питания, в число которых попала рыба, дал положительный эффект только предприятиям Мурманской области и Карелии. О развитии взаимодействия с ними нам рассказали, к примеру, в X5 Retail Group и «Ленте». «Они занимаются разведением форели и семги — наиболее пострадавших от ограничений сегментов рынка. На взаимодействии с дальневосточными рыбаками ограничение импорта практически никак не скажется», — отмечает генеральный директор компании «Агама», член ассоциации «Руспродсоюз» Сергей Филиппов. По данным Росрыболовства за десять месяцев 2014 года, на Мурманскую область и Карелию пришлось всего 4% произведенной живой, свежей и свежемороженой рыбы, 21% — мороженной. Могли ли выиграть от санкций и другие территории?

Ответ, на первый взгляд, очевиден. Основной объем добычи рыбы семейства лососевых в России, на которую приходится львиная доля запрещенного импорта, происходит на Дальнем Востоке, откуда в охлажденном виде довезти ее невозможно (именно в нем в большинстве своем она поступала из той же Норвегии). Одновременно с этим ритейлеры говорят о налаживании поставок с Фарерских островов и из Чили, которые едва ли отличаются простотой логистики. А в случае с Чили, учитывая сроки доставки, речь может идти только о замороженной рыбе. Так что шанс у Дальнего Востока был. Почему им не получилось воспользоваться? Первая причина кроется в схемах работы, к которым привыкли сами рыбаки и ритейлеры.

— Торговые сети требуют поставок круглый год. Дальневосточные рыбаки же привыкли все продавать на берегу, дальнейшая судьба товара их не интересует, а ведь многие виды рыб имеют ярко выраженную сезонность вылова — один или несколько месяцев в году, — говорит Сергей Филиппов.

Вторая — в работе грузоперевозчиков. «Железная дорога и приморский порт со своей задачей не справляются. Растут цены, большие проблемы с подвижным составом», — говорил на встрече с Владимиром Путиным губернатор Камчатского края Владимир Илюхин. Объемы перевозки рыбы с Дальнего Востока в центральные районы России по железной дороге в сентябре упали на 22,8% к сентябрю 2013-го. Неоднократно поднималась тема субсидирования перевозки, но конкретных решений принято пока не было.

Третья причина — рыбаки, как ни странно, не имеют проблем со сбытом, поэтому не предпринимают дополнительных усилий.

— В этом году мы продаем в Россию около 80% рыбы. Изначально, да, более привлекательным рынком была Япония. Но японцы начали снижать закупочные цены, сделав Россию для рыбаков интересной. Наши склады пустеют до Нового года, — отмечает представитель компании «Соболь» (Усть-Камчатск, Камчатский край) Сергей Садовенко.

Как говорят дальневосточные рыбаки, их больше интересуют не санкции, а решение других политических вопросов. В первую очередь, касающихся качества управления отраслью.

— Кто работал в Минрыбхозе в советское время? Бывшие капитаны, технологи. Сейчас в Россельхознадзоре одни силовики. 90% людей, которые «управляют» рыбной  промышленностью, не имеют никакого отношения к рыбе, — поделился руководитель одного из предприятий.

— Браконьерство на нерестовых реках под прикрытием силовиков/ Главный враг российского рыбака — чиновник. Уберем чиновников от рыбы — нам не страшен никакой импортный производитель. Тем более, рыбаки на Дальнем Востоке добывают дикую рыбу, а к нам завозят из-за рубежа искусственно выращенную, — соглашается председатель совета директоров медиахолдинга Fishnews Эдуард Климов.

Другая политическая проблема куда серьезнее — отношения с Японией. История давняя. Еще в 1907 году в рамках Портсмутского мирного договора была подписана русско-японская рыболовная конвенция, согласно которой японским рыбакам было предоставлено право заниматься рыбным промыслом вдоль побережья Японского, Охотского и Берингова морей (опираемся на информацию из книги Сергея Вахрина «Хроника неоконченной войны»). Сегодня эта проблема именуется как дрифтерный промысел. Ежегодно странами согласуются сроки его начала, после которых японские рыболовные суда выставляют в наших водах т.н. жаберные сети, преграждающие рыбе путь на нерест на огромной акватории.

— Смотрите, в 2011 и 2012 годах дрифтера начали ставить 1 мая, и мы за путину выловили в первом случае 654 тонны, во втором — 800 тонн, — объясняет Сергей Садовенко. — С 2013 года, к счастью, дату сдвинули на месяц вперед, и рыба пошла. В 2013-м мы выловили 1946 тонн, в этом — 2056. Только последние два года нормально зарабатывали, чтобы и люди вменяемые деньги получили, и для развития предприятия возможность оставалась. Единственное, что хочется сказать — дайте нам возможность ловить, и все в рыбной промышленности будет нормально.

Готова ли Россия в условиях непростой внешнеполитической ситуации ради рыбной промышленности обострять отношения еще с Японией? Вероятно, нет. Остается надеться, что решить менее глобальные проблемы вроде доставки рыбы с Дальнего Востока и покрывающих браконьерство силовиков сил и способностей все-таки хватит.  

  

Комментарии

Еще в сюжете «Война санкций. Что ждать уральской экономике»

Материалы по теме

В «рыбном технопарке» около Тюмени планируют построить вторую и третью очереди производства

На Южном Урале появится рыбный кластер

На Ямале выловили 3,3 тыс. тонн рыбы

2,5 миллиона банок консервов

Санкции и еда

 

comments powered by Disqus