24.03.2020

Каким будет мир после пандемии

Каким будет мир после пандемии

Буря стихнет. Но решения, которые человечество принимает для ее усмирения, могут изменить нашу жизнь на долгие годы, считает автор бестселлера «Sapiens. Краткая история человечества» Юваль Ной Харари. Поэтому сейчас важно сделать правильный выбор

 

Израильский историк-медиевист Юваль Ной Харари написал две основательные колонки про коронавирус для Time и Financial Times. Он уверен: буря пройдет, но решения, которые мы принимаем сейчас, могут в корне изменить нашу жизнь. Приводим основные тезисы статьи.

Подкожное наблюдение

«Учитывая природу чрезвычайных ситуаций, многие краткосрочные меры станут неотъемлемой частью жизни. Такие меры ускоряют исторические процессы. Решения, которые в обычное время могут занять годы обсуждения, принимаются за считанные часы. Незрелые и даже опасные технологии вводятся в эксплуатацию, потому что риск ничего не делать больше. Целые страны служат сейчас подопытными морскими свинками в крупных социальных экспериментах», — пишет Харари. К примеру, в обычные времена правительства, предприятия и советы по образованию никогда не соглашались проводить эксперименты по переходу на удаленный режим работы.

По мнению писателя, в это кризисное время перед обществом стоят два особенно важных выбора. Первый — между тоталитарным надзором и расширением прав и возможностей граждан. Второй — между националистической изоляцией и глобальной солидарностью.

Чтобы остановить эпидемию, все население должно соблюдать определенные принципы: «Один из методов заключается в том, что правительство контролирует людей и наказывает тех, кто нарушает правила. Сегодня впервые в истории человечества технологии позволяют постоянно контролировать всех. В своей борьбе с эпидемией коронавируса несколько правительств уже внедрили новые инструменты наблюдения. Тщательно отслеживая смартфоны людей, используя сотни миллионов распознающих лицо камер и обязывая людей проверять и сообщать о температуре своего тела и состоянии здоровья, китайские власти могут не только быстро выявлять подозреваемых носителей коронавируса, но также отслеживать их движения и идентифицировать любого, с кем они вступили в контакт. Ряд мобильных приложений предупреждает граждан об их близости к инфицированным пациентам».

По наблюдениям Харари, в последние годы и правительства, и корпорации используют все более сложные технологии для отслеживания и манипулирования людьми: «Если мы не будем осторожны, эпидемия может стать важным водоразделом в истории эпиднадзора. Не только потому, что это может нормализовать развертывание средств массового надзора в странах, которые до сих пор их отвергают, но даже в большей степени потому, что это означает резкий переход от надзора “за кожей” к надзору “под кожей»”. До сих пор, когда ваш палец касался экрана вашего смартфона и нажимал на ссылку, правительство хотело узнать, на что именно нажимает ваш палец. Но с коронавирусом фокус интереса смещается. Теперь правительство хочет знать температуру вашего пальца и кровяное давление под его кожей».

Временное постоянство

По мнению футуролога, одна из проблем, с которой мы сталкиваемся, работая над наблюдением, заключается в том, что никто из нас не знает точно, как нас обследуют: «Технология видеонаблюдения развивается с бешеной скоростью, и то, что десять лет назад казалось научной фантастикой, сегодня является старой новостью». В качестве мысленного эксперимента  Харари предлагает рассмотреть гипотетическое правительство, которое требует, чтобы каждый гражданин носил биометрический браслет, который контролирует температуру тела и частоту сердечных сокращений 24 часа в сутки. Полученные таким образом данные накапливаются и анализируются правительственными алгоритмами. Алгоритмы будут знать, что вы больны, еще до того, как вы узнаете об этом, они также будут знать, где вы были и с кем вы встречались. Цепи инфекции могут быть резко укорочены, а то и вовсе сокращены. Такая система может остановить эпидемию в течение нескольких дней.

«Звучит замечательно, правда? Недостатком является, конечно, то, что это придаст легитимность ужасающей новой системе наблюдения. Если вы знаете, например, что я нажал на ссылку Fox News, а не на ссылку CNN, это может рассказать вам о моих политических взглядах и, возможно, даже о моей личности. Но если вы можете наблюдать за тем, что происходит с температурой моего тела, артериальным давлением и частотой сердечных сокращений, когда я смотрю этот видеоклип, вы можете узнать, что заставляет меня смеяться, что заставляет меня плакать и что действительно злит меня», — продолжает ученый.

Конечно, биометрическое наблюдение можно обосновать как меру, принятую на время чрезвычайного положения. «Но временные меры имеют неприятную привычку переживать чрезвычайные ситуации, особенно потому, что на горизонте всегда скрывается новая чрезвычайная ситуация, — предупреждает Харари. — Даже когда количество инфекций, вызванных коронавирусом, снизится до нуля, некоторые правительства, требующие данных, могут утверждать, что им необходимо сохранить биометрические системы наблюдения на месте, потому что они боятся второй волны коронавируса. В последние годы бушует большая битва за нашу конфиденциальность. Кризис коронавируса может стать переломным моментом в битве. Потому что когда людям предоставляется выбор между личной жизнью и здоровьем, они обычно выбирают здоровье».

 Если вы можете наблюдать за тем, что происходит с температурой моего тела, артериальным давлением и частотой сердечных сокращений,  вы можете узнать, что заставляет меня смеяться, что заставляет меня плакать и что действительно злит меня

 

Резервы доверия

По мнению Харари, проблема в том, что нужно попросить людей сделать выбор между личной жизнью и здоровьем: «Мы можем и должны наслаждаться и конфиденциальностью, и здоровьем. Мы можем защитить свое здоровье и остановить эпидемию коронавируса не путем введения тоталитарных режимов эпиднадзора, а путем расширения прав и возможностей граждан. В последние недели некоторые из наиболее успешных усилий по сдерживанию эпидемии коронавируса были организованы Южной Кореей, Тайванем и Сингапуром. В то время как эти страны в некоторой степени использовали приложения для отслеживания, они в большей степени полагаются на всестороннее тестирование, честную отчетность и добровольное сотрудничество хорошо информированной общественности».

Харари считает, что централизованный мониторинг и суровые наказания — не единственный способ заставить людей соблюдать полезные правила. Здесь нередко работает фактор доверия: «Когда людям сообщают о научных фактах, и когда люди доверяют государственным органам, чтобы сообщить им эти факты, граждане могут поступать правильно, даже если Большой Брат не наблюдает за ними. Самомотивированное и хорошо информированное население, как правило, гораздо более влиятельно и эффективно, чем невежественное».

В качестве примера ученый приводит мытье рук с мылом: «Это было одно из величайших достижений в области гигиены человека. Это простое действие спасает миллионы жизней каждый год. Хотя мы считаем это само собой разумеющимся, только в XIX веке ученые обнаружили важность мытья рук с мылом. Ранее даже врачи и медсестры переходили от одной хирургической операции к другой без мытья рук. Сегодня миллиарды людей ежедневно моют руки не потому, что боятся мыльной полиции, а потому, что понимают факты. Я мою руки с мылом, потому что я слышал о вирусах и бактериях, я понимаю, что эти крошечные организмы вызывают болезни, и я знаю, что мыло может удалить их».

Но чтобы достичь такого уровня соответствия и сотрудничества, необходимо доверие: люди должны доверять науке, государственным органам и СМИ. Судя по всему, это главная проблема современного общества: «За последние несколько лет безответственные политики преднамеренно подорвали доверие к науке, органам государственной власти и средствам массовой информации. Теперь эти самые безответственные политики могут поддаться искушению пойти по пути к авторитаризму, утверждая, что вы просто не можете доверять общественности в том, что она поступает правильно».

В нормальные времена доверие, которое разрушалось годами, не может быть восстановлено в одночасье. Но, как полагает  Харари, в момент кризиса умы тоже могут быстро измениться: «У вас могут быть горькие споры с вашими братьями и сестрами в течение многих лет, но когда возникает какая-то чрезвычайная ситуация, вы неожиданно обнаруживаете скрытый резервуар доверия и дружбы и спешите помогать друг другу. Вместо того чтобы строить режим наблюдения, еще не поздно восстановить доверие людей к науке, органам государственной власти и средствам массовой информации. Мы обязательно должны использовать и новые технологии, но эти технологии должны расширять возможности граждан. Я полностью поддерживаю мониторинг температуры моего тела и кровяного давления, но эти данные не должны использоваться для создания всемогущего правительства. Скорее, эти данные должны позволить мне сделать более осознанный личный выбор, а также привлечь правительство к ответственности за свои решения».

Эпидемия коронавируса стала серьезной проверкой гражданства, подчеркивает Харари: «В предстоящие дни каждый из нас должен предпочесть доверять научным данным и специалистам в области здравоохранения по поводу необоснованных теорий заговора и корыстных политиков. Если мы не сделаем правильный выбор, мы, возможно, обнаружим, что отказываемся от наших самых ценных свобод, думая, что это единственный способ защитить наше здоровье».

Глобальный план

Второй важный выбор — националистическая изоляция и глобальная солидарность: «Прежде всего, чтобы победить вирус, нам нужно обмениваться информацией во всем мире. Это большое преимущество людей перед вирусами. Коронавирус в Китае и коронавирус в США не могут обменяться советами о том, как заразить людей. Но Китай может преподать США много ценных уроков о коронавирусе и о том, как с ним бороться. То, что итальянский врач обнаружит в Милане рано утром, вполне может спасти жизни в Тегеране к вечеру. Когда правительство Великобритании колеблется между несколькими политиками, оно может получить совет от корейцев, которые уже сталкивались с подобной дилеммой месяц назад. Но для этого нам необходим дух глобального сотрудничества и доверия».

 

Вместо того чтобы строить режим наблюдения, еще не поздно восстановить доверие людей к науке, органам государственной власти и средствам массовой информации. Мы обязательно должны использовать и новые технологии, но эти технологии должны расширять возможности граждан

 

Корень проблемы — снова в доверии: «Страны должны быть готовы делиться информацией открыто и обращаться за советом, а также должны иметь возможность доверять данным и полученным знаниям. Нам также необходимы глобальные усилия по производству и распространению медицинского оборудования, в частности наборов для тестирования и дыхательных аппаратов. Вместо того, чтобы каждая страна пыталась сделать это локально и накапливала какое бы то ни было оборудование, скоординированные глобальные усилия могли бы значительно ускорить производство и обеспечить более справедливое распределение спасательного оборудования. Подобно тому, как страны национализируют ключевые отрасли промышленности во время войны, человеческая война против коронавируса может потребовать от нас “гуманизации»” важнейших производственных линий. Богатая страна, в которой мало случаев заболевания коронавирусом, должна быть готова отправить драгоценное оборудование в более бедную страну, во многих случаях полагая, что, если ей впоследствии потребуется, другие страны придут к ней на помощь. Мы могли бы рассмотреть аналогичные глобальные усилия по объединению медицинского персонала. Глобальное сотрудничество жизненно необходимо и на экономическом фронте. Учитывая глобальный характер экономики и цепочек поставок, если каждое правительство будет делать свое дело, полностью игнорируя другие, результатом будет хаос и углубление кризиса. Нам нужен глобальный план действий, и он нужен нам быстро».

Еще одним требованием является достижение глобального соглашения о поездках: «Приостановление всех международных поездок на месяцы вызовет огромные трудности и затруднит войну с коронавирусом. Странам необходимо сотрудничать, чтобы позволить как минимум струйке основных путешественников продолжать пересекать границы: это ученые, врачи, журналисты, политики, бизнесмены. Это может быть результат достижения глобального соглашения о предварительной проверке путешественников в их родной стране. Если вы знаете, что в самолет допускаются только тщательно проверенные пассажиры, вы бы охотнее приняли их в свою страну».

К сожалению, сейчас «коллективный паралич охватил международное сообщество. В комнате, кажется, нет взрослых. Можно было ожидать, что уже несколько недель назад состоится экстренное совещание мировых лидеров, на котором будет выработан общий план действий. Лидерам G7 удалось организовать видеоконференцию только на прошлой неделе, и это не привело ни к какому такому плану».

Еще одна проблема — отсутствие лидера: «В ходе предыдущих глобальных кризисов, таких как финансовый кризис 2008 года и эпидемия Эболы 2014 года, США взяли на себя роль глобального лидера. Но нынешняя администрация США отреклась от должности лидера. Она ясно дала понять, что заботится о величии Америки гораздо больше, чем о будущем человечества. Если пустота, оставленная США, не окажется заполнена другими странами, будет не только гораздо труднее остановить нынешнюю эпидемию, но и ее наследие будет продолжать отравлять международные отношения на долгие годы».

«Человечество должно сделать выбор, — итожит  Харари. — Пойдем ли мы по пути разобщенности или по пути глобальной солидарности? Если мы выберем разобщенность, это не только продлит кризис, но, вероятно, приведет к еще худшим катастрофам в будущем. Если мы выберем глобальную солидарность, это будет победой не только против коронавируса, но и против всех будущих эпидемий и кризисов, которые могут поразить человечество в XXI веке».

 

 

 

Материалы по теме

«Черный понедельник» грозит повышением налогов

Как не потерять деньги на фоне паники

Магнитогорск может стать экспериментальной площадкой по отработке антикризисных проектов

Рост инфляции в Удмуртии опрежает федеральный показатель

В Югре о планируемом сокращении работников заявило 212 предприятий

Крупнейшие холдинги Свердловской области будут финансировать общественные работы