25.09.2015

Бюджетный подкат

Бюджетный подкат

Сокращение финансирования подготовки к чемпионату мира не позволяет городам-хозяевам мундиаля рассчитывать на эффекты, соизмеримые с эффектами от Универсиады в Казани и Олимпиады в Сочи. Но думать о том, что делать с новой спортивной инфраструктурой, когда минует пик событийного туризма, им придется в такой же степени

В конце августа Дмитрий Медведев подписал постановление о распределении дополнительных субсидий среди городов, готовящихся к чемпионату мира по футболу (далее — ЧМ). Нижний Новгород, Ростов-на-Дону, Самара, Саранск и Казань получат свыше полумиллиарда рублей на строительство и реконструкцию объектов водоснабжения, водоочистных сооружений, сетей дождевой канализации и прочих коммуникаций, необходимых для функционирования спортивных объектов. Проведению всего лишь нескольких футбольных матчей предшествует огромная подготовительная работа, в которой и кроется основная польза спортивных мегасобытий для принимающих их городов. За последние годы у России появилось сразу два ярких примера того, насколько существенным может быть влияние таких всплесков событийного туризма, как крупные спортивные мероприятия. Посмотрев на Казань и Сочи, руководители и жители городов, удостоившихся возможности принять ЧМ, поверили, что спорт преобразит и их. Произойдет ли это на самом деле?

Принимает пас…

Исследователи выделяют ряд долгосрочных эффектов мегасобытий для городов: это остающаяся им инфраструктура, усиление узнаваемости на международной арене, за которым может последовать увеличение туристического потока, повышение интереса городского сообщества к спорту и т.д. Поскольку эффекты в целом понятны (мы не видим смысла в перечислении объектов, которые появятся в разных городах, а внятных прогнозов, например, по количеству туристов после ЧМ не существует), попробуем сопоставить их с тем, что в процессе подготовки к мегасобытиям ощутили на себе хозяева Универсиады и Олимпиады. 

По мнению экспертов, достижению сопоставимых эффектов городам, принимающим матчи ЧМ, помешают три ключевых фактора. Первый — существенное урезание финансирования.

— Все города, которые принимают матчи чемпионата мира, изначально рассчитывали на повторение истории с Сочи, на то, что это мероприятие преобразит их, причем на федеральные деньги. Реальность с ожиданиями, конечно, не совпала. Если посмотреть на первоначальные программы, которые писались в 2012 — 2013 годах, например, в части транспортного обслуживания, то видно, что города намеревались одним махом решить все свои транспортные проблемы. Сейчас же вложения сведены к минимуму, необходимому для обслуживания гостей чемпионата мира. Иногда и их может не хватить. Изначально федеральный центр давал знаки, что города могут рассчитывать на существенные финансовые вложения, но в 2014-м расходы резко урезал. Так что волшебной палочкой чемпионат мира, в отличие от Олимпиады, не станет, — говорит директор Центра исследований транспортных проблем мегаполисов НИУ ВШЭ Константин Трофименко.

— Когда верстались первые программы по подготовке к чемпионату, у руководителей городов были очень серьезные ожидания относительно того, сколько в процессе подготовки получится сделать. Ожидания были завышены — программы серьезно урезаны, — соглашается директор Центра спортивного менеджмента университета «Синергия» Валерий Гореликов. — И дело не только в экономической ситуации, хотя ее влияние и значительно. Многое зависело от того, как власти городов и субъектов смогут доказать оргкомитету ЧМ, руководству страны необходимость предложенных ими инфраструктурных проектов. От того, насколько они просчитаны, обеспечены ли хоть какими-то внешними инвестициями, или город целиком рассчитывает на то, что федеральный центр решит его проблемы. На мой взгляд, многие города не показали той проработки, которая позволила бы им использовать чемпионат для решения каких-то давно назревших и требующих больших вложений вопросов.

Показателен пример Екатеринбурга. Судя по первым заявлениям региональных властей, на подготовку города к ЧМ планировалось потратить свыше 100 млрд рублей. Сегодняшняя цифра в пять раз меньше: 12,2 миллиарда будет выделено на реконструкцию стадиона, 5,6 миллиарда — на подготовку инфраструктуры. В разряд несбыточной мечты перешло, например, строительство второй линии метро и перенос из центра города следственного изолятора.

Второй фактор — чемпионат мира принимают одиннадцать городов, а не один, как было с теми мероприятиями, которые мы ставим в пример. Это может существенно отразиться на таком эффекте, как повышение узнаваемости. Цифры несопоставимы: за 15 соревновательных дней зимних Игр в Сочи Олимпийский парк посетило 1,3 млн человек, а Екатеринбургу предстоит принять несколько матчей группового этапа, и пройдут они на стадионе, вмещающем 35 тыс. зрителей. 

— На Олимпиаду и Универсиаду работала вся страна. Чемпионат мира по футболу в 2018 году принимают одиннадцать городов, у них не будет такой концентрированной поддержки. Плюс сами матчи ЧМ пользуются очень разным интересом. Одно дело, когда город принимает финал или полуфинал, другое — матчи группового этапа, — отмечает Валерий Гореликов.

Третий фактор касается подъема интереса жителей городов к спорту. По результатам опроса ВЦИОМ, на примере сочинской Олимпиады 54% респондентов отметили, что видят в крупных спортивных соревнованиях способ придать толчок развитию физкультуры и спорта, 49% — повысить престиж страны, 36% — поднять национальное самосознание. Нюанс в том, что посещаемость футбольных матчей в России стабильно снижается, а в прошлом году был установлен антирекорд по среднему количеству болельщиков на играх РФПЛ за последние двадцать лет. Шансы нашей сборной попасть в призеры тоже стремятся к нулю: такого не было ни в истории России, ни в истории СССР. В неофициальном медальном зачете на Олимпиаде-2014 и Универсиаде-2013 мы, напомним, заняли первую строчку.

— Весомую роль сейчас играет менеджмент футбольных клубов, перед которым появились новые задачи и возможности. Теперь руководителям клубов нужно не просто собрать команду и выставить ее в чемпионате страны, но и работать с аудиторией — привлекать зрителей на стадионы, к телевизорам, поддерживать их интерес к футболу в социальных сетях, которыми, кстати, клубы РФПЛ занимаются очень слабо, — подчеркивает Валерий Гореликов. — Город, принимающий матчи ЧМ, должен «болеть» футболом уже сегодня. Пока нельзя сказать, что клубы на 100% включились в такую работу, хотя сделать это нужно было на следующий день, после того как мы получили право на проведение чемпионата в 2018 году.

…обводит соперника…

Мы ни в коем случае не хотим сказать, что чемпионат ничего не даст городам. Напротив, половина хозяев ЧМ-2018 прежде не имела опыта проведения международных мероприятий событийного туризма, и мундиаль станет для них колоссальным шансом и улучшить свой город, и заявить о себе. Но нужно понимать, что ЧМ — это не только шанс, которым нужно суметь воспользоваться, но и риски. И многие из них выглядят куда очевиднее эффектов.

— По большому счету, у нас есть четыре города, которые к проведению чемпионата мира готовы уже сейчас: это Москва, Санкт-Петербург, Сочи и Казань. Для первых двух одновременное появление 50 тыс. высокоактивных людей пройдет фактически незамеченным, Сочи и Казань к крупным мероприятиям уже привыкли. Остальные города находятся в абсолютно другой категории. Можно сказать даже, что чемпионат мира для них — это рискованное мероприятие. Если будут какие-то нарекания, журналисты об этом обязательно расскажут, и город получит совсем не тот имиджевый эффект, на который рассчитывал, — предостерегает Константин Трофименко.

Еще один риск связан с так называемым вопросом наследия, использования появившихся у городов спортивных объектов. Известный эксперт в сфере экономики спорта, профессор парижского университета Пантеон-Сорбонна Владимир Андрефф называет его проклятием победителя: 

— Управление и обслуживание большого стадиона требуют серьезных затрат в долгосрочной перспективе, и они лягут на плечи муниципалитетов. В мировой практике есть случаи, когда города находили частного инвестора, такого, например, как богатые футбольные клубы, или компанию, превращавшую стадион в многофункциональный комплекс и сдающую его под различные мероприятия. Но нередки и примеры, когда через какое-то время после крупных мероприятий спортивные объекты были просто снесены.

— Наиболее сложным этот вопрос будет для тех городов, в которых отсутствуют футбольные клубы, играющие в премьер-лиге или ФНЛ, либо их матчи не пользуются интересом, — соглашается директор группы корпоративных финансов КПМГ в России и СНГ Степан Светанков. — Стадион нужно строить не под чемпионат, а под то, как он будет работать после. Некоторые города уже заявили о том, что планируют демонтировать часть кресел после матчей ЧМ, поняв, что большая арена им не нужна. Вопрос наследия станет проблемным и для московских «Лужников». Если клубный стадион в столице на 45 тыс. зрителей можно заполнить (последний пример этому — арена «Открытие», на которой играет «Спартак»), то с 80-тысячным «федеральным» стадионом без базовой команды сделать это будет куда сложнее. В любом случае, чтобы стадион был рентабельным, он должен работать практически каждый день.

По данным Российского футбольного союза, в прошлом сезоне средняя посещаемость футбольного клуба «Ростов» (Ростов-на-Дону) составила 10 тыс. человек, «Урала» (Екатеринбург) — 7,5 тысячи, «Мордовии» (Саранск) — 5,3. Только футболом новые стадионы «не вытянуть» точно. Так что сразу после чемпионата мира перед руководителями городов возникнут новые вопросы, ответы на которые в идеале нужно знать уже сейчас. 

— За последние двадцать лет в мире построено или реконструировано около сотни стадионов топ-уровня. Некоторые из них на сегодняшний момент стали прибыльными благодаря хорошему продуманному наследию, но большинство себя не окупает. Чтобы в нашей стране не повторилась их судьба, надо грамотно предусмотреть дальнейшую многофункциональность объектов, так как окупить стадион топ-уровня проведением даже 25 — 30 матчей в год невозможно, — говорит генеральный директор АУ «Арена Химки» Александр Зайцев. — Яркий пример многофункционального использования — немецкая «Фелтинс-Арена», домашний стадион «Шальке», на котором помимо футбольных матчей проходят концерты, автомобильные гонки, соревнования по хоккею, боксу и даже биатлону. Для этого необязательно располагать в подтрибунном пространстве ледовую коробку, концертный зал, игровые площадки, достаточно продумать грамотное использование основного поля стадиона.

Несмотря на понятные векторы работы по коммерциализации спортивных площадок, эксперты сомневаются, что такой опыт в ближайшем будущем получит широкое распространение. Этому могут помешать три основных момента. Первый — оторванность команды эксплуатантов от строительства.

— Любые объекты, которые строятся из бюджета, чаще всего оторваны от эксплуатации. Отсюда проблемы любого стадиона. Никто не знает, кто будет его эксплуатировать. О каком наследии можно говорить? Сегодня в Санкт-Петербурге на Крестовском полуострове строится стадион. До конца не понятны не просто конкретные люди, которые будут на нем работать, не ясно даже, будет ли его эксплуатировать «Зенит». По большому счету, чтобы переломить эту ситуацию, необходимо создание эксплуатирующей организации, которая была бы техническим заказчиком. Но это требует изменений в законодательстве, — комментирует генеральный директор Российской ассоциации спортивных сооружений Виктор Мяконьков.

Вторая беда — отсутствие опыта и специалистов.

— В России реализуется ФЦП «Развитие физической культуры и спорта на 2006 —2015 годы». Когда ее принимали, концентрировались на строительстве спортивных объектов. Вопросы эксплуатации во многом ставили на второй план, в том виде, в котором мы их сейчас обсуждаем, они не прорабатывалась. О коммерциализации спортивных объектов начали задумываться относительно недавно. Во многом это произошло благодаря инвесторам, которые вложились в некоторые объекты: у них совсем другой подход, им нужно вернуть вложения. Самая большая проблема сейчас — это отсутствие опыта, отсутствие людей, которые могут работать со стадионами в таком формате. За последние годы ряд образовательных учреждений разработал программы по спортивному менеджменту. Но в большей степени они связаны с управлением клубами, а не объектами, — продолжает Виктор Мяконьков.

Третья проблема — особенности российского ивент-рынка. Эксперт описывает и ее:

— Когда мы говорим о многофункциональном использовании, нужно увязывать этот вопрос с состоянием шоу-индустрии. Она в России не развита сама по себе. Посмотрим на Германию, Великобританию, сколько там мероприятий проводится и сколько зрителей на них присутствует. У нас подобных очень немного. Попробуйте представить, планировалось ли в вашем городе мероприятие, способное собрать пусть 20 тыс. зрителей, но оно не состоялось из-за отсутствия такой площадки? Едва ли получится вспомнить много, если получится вообще.

Позволит ли чемпионат мира по футболу кардинально изменить наше отношение к эксплуатации спортивных объектов? Да, идеология многофункциональности закладывалась во все объекты ЧМ. Но для них актуальны все вышеперечисленные проблемы, хоть строительство стадионов уже и началось. Причем если менеджмент можно обучить, а законодательство изменить, то создать мощную ивент-индустрию за несколько лет точно не получится, да и конкурировать за такие мероприятия теперь предстоит десятку современных стадионов.

…и-и-и — штанга!

— Говоря о наследии, нужно понимать, лежат ли изменения в нормальной логике развития городов. Появились бы стадионы, новые аэропорты, развязки, гостиницы без чемпионата? Если да, то переживать не стоит. Если нет, проблема наследия для города будет актуальна. Наследие — это и проблема, и шанс одновременно, — итожит Константин Трофименко. — Появление новых объектов заставит думать о том, как их использовать, и в конечном итоге должно привести к развитию. Если из одиннадцати городов будет пусть один, два или три, которым реально удастся найти выход из ситуации — это будет положительный результат, который в дальнейшем мы сможем тиражировать. Чемпионат мира кроет в себе комплекс эффектов, способствующих развитию города. Но ими нужно научиться пользоваться.  

Сохраняет оптимизм и Степан Светанков:  

— Несмотря на сокращение инвестиций, города все равно получают из федерального бюджета значительные средства, которые в «обычной жизни» им приходят за несколько лет, а то и десятков лет (учитывая экономическую ситуацию, этот момент представляется особенно важным. — Ред.). Да, изначально планы городских властей были грандиозны, за счет чемпионата мира они хотели построить всю возможную городскую инфраструктуру, включая мусороперерабатывающие заводы, больницы и т.п. Сейчас фокус смещен на стадионы, ключевую инфраструктуру вроде аэропортов, дорог и общественного транспорта, выполнение требований FIFA. Но это все равно большие вложения. Сегодня значительная часть городов, принимающих ЧМ, неизвестна за рубежом. Матч условных команд, например, в Саранске посмотрят по телевизору миллионы человек. Пусть даже несколько процентов из них запомнят, что игра проходила именно здесь. Но среди зрителей из тех стран, сборные которой встретятся в Саранске, узнаваемость будет гораздо выше. И именно с этими странами после чемпионата руководителям города будет проще развивать деловые контакты.

18 сентября во всех городах, которым в 2018 году предстоит принять матчи чемпионата мира, торжественно начался отсчет тысячи дней до открытия мундиаля. Судя по фотографиям из социальных сетей, ажиотажа не наблюдалось нигде. Впереди почти три года на то, чтобы найти ответы на все вопросы и взять от чемпионата мира максимум. Другого шанса не будет долго. 

Комментарии

Еще в сюжете «Реконструкция стадиона в Екатеринбурге обойдется в 6 млрд рублей»

Материалы по теме

Футбольный клуб «Урал» продает название стадиона за 25 млн рублей

Центральный стадион войдет в число самых дорогих футбольных арен мира по затратам на одно кресло

Минстрой Свердловской области: стоимость одного кресла на Центральном стадионе будет ниже средней по объектам ЧМ

FIFA вышла в поле

У подножия пирамиды

Фигура на миллион долларов

 

comments powered by Disqus