Снять сливки, потом стружку

Отраслевой конфликт

Отраслевой конфликт

Успехи на экспортных рынках российским сталепрокатчикам не простили. Их заставят чтить отечественного потребителя. Тем, кто не согласен, грозят пошлинами. Договариваться, похоже, придется

9 февраля металлурги получили ультиматум: глава Минпромторга РФ Денис Мантуров заявил, что в течение двух недель ожидает от них решения по ценовой политике на внутреннем рынке, иначе им грозят введение экспортных пошлин и другие санкции. «Смотреть однобоко только на открывающиеся возможности сегодняшнего дня, когда экспорт более выгоден, чем российский рынок, я считаю, неправильно», — подчеркнул министр.

Война российских металлургов с крупными потребителями — машиностроителями и нефтяниками — идет с декабря. Первые при ориентации на внешний рынок чувствуют себя неплохо и с завидным упрямством поднимают внутренние цены, пытаясь дотянуть их до экспортных. Вторые не видят такой возможности и требуют от правительства защиты.

Животворящий экспортный поток

Рост экспортных поставок стал одним из основных факторов увеличения объемов производства в российской металлургии по итогам 2014 года (на 2,6% до 70,3 млн тонн) на фоне спада потребления металлопродукции в России (на 1,2% до 40,9 млн тонн, по данным «Металл-эксперт»). О втором факторе — сокращении импорта из Украины на 33,8% до 1,8 млн тонн — мы подробно писали (см. «Прокат на санкциях»). Росту экспорта способствовало некоторое оживление внешних рынков: по данным Worldsteel, мировое потребление металлопродукции в 2014 году выросло на 2%, в частности в Европе — на 4%, в США — на 7%.

Для российских металлургов конец 2014 года стал временем триумфа: сыграла свою роль девальвация рубля. «Предприятия Евраза в 2014 году на 6% увеличили объемы производства полуфабрикатов из-за повышения прибыльности экспорта», — рассказали в уральском департаменте по СМИ компании. ВИЗ-Сталь (входит в группу НЛМК) нарастила поставки на экспорт на 6,7% до 147 тыс. тонн (87% от общего объема продаж). «Позитивная динамика реализации связана с оживлением спроса на трансформаторную сталь на ключевых рынках и повышением операционной эффективности предприятия. Основная доля потребителей продукции ВИЗ-Стали находится за рубежом, где развито энергетическое машиностроение: в Индии, странах Ближнего Востока и ЕС. Завод работает по долгосрочным контрактам с крупнейшими производителями энергетического оборудования», — пояснили на предприятии.

Магнитогорский меткомбинат отправил на экспорт 2,1 млн тонн стали — на 23,2% больше, чем годом ранее. В структуре сбыта доля экспорта выросла с 15 до 17,7%. «Росту продаж способствовали благоприятная конъюнктура на сырьевых рынках и девальвация рубля», — отчитался ММК. Помогло падение цен на сырье на внешних рынках. Компания менее чем на 20% обеспечена собственной железной рудой и примерно на 30% — углем. Эти товары в 2014 году подешевели на 47 и 20% соответственно.

Слабый рубль дает российским металлургам преимущество на экспортных рынках, так как 70 — 90% издержек считается в рублях. Интерес к экспорту не ослабило даже снижение мировых спотовых цен на сталь в 2014 году в среднем на 20%. «Девальвация рубля не только компенсировала падение валютных цен на экспорте, но сделала его более привлекательным», — поясняет Александр Литвин из «ТКБ БНП Париба Инвестмент Партнерс».

Экспорт вырос в основном за счет продуктов первых переделов — стальной заготовки и полуфабрикатов. Металлурги поясняют: прокатные мощности у иностранных металлургов есть, а вот собственное дешевое сырье — не у всех.

Отказываться от экспортных поставок никто не намерен. «Согласно плану на 2015 год, для компенсации курсовой разницы стоимости валют мы намерены ежемесячно продавать не менее 7 — 10 тыс. тонн проката на экспорт», — сообщили в пресс-службе Ашинского метзавода.

Как отмечает руководитель проектов агентства «Металл Эксперт Консалтинг» Николай Осадчий, сейчас на внешнем рынке долларовые цены снижаются, что отражает слабый мировой спрос и отчасти укрепление доллара относительно прочих валют: «Но внешние поставки все равно заведомо выгоднее поставок на внутренний рынок».

Экспортные доходы, похоже, не удовлетворяют российских металлургов. По данным «Металл Эксперт Консалтинг», с декаб­ря 2014 года по февраль 2015-го цены по уже заключенным сделкам на тонкий горячекатаный прокат выросли на 11 — 12%, на холоднокатаный — на 17 — 20%». По мнению Николая Осадчего, сегодня разница между экспортными и внутренними ценами на продукцию металлургов уже несущественна: к февралю они практически сравнялись в долларовом выражении.

Заметного роста не произошло разве что в секторе трансформаторной стали, применяемой в энергомашиностроении. «В 2014 году рост цен на нее на внутреннем рынке был незначительным, всего 1,2% к уровню 2013 года. Внутренний рынок стратегически важен для нашей компании, но уровень потребления трансформаторного проката в России остается невысоким», — пояснили в пресс-службе ВИЗ-Стали.

В первом квартале-2015 крупнейшие производители планируют поднять цены на ходовой металлопрокат в России. «Ожидается, что цены продолжат расти до уровня, близкого к экспортному паритету», — обещает ММК в отчете за прошлый год.

Между молотом и наковальней

Возмущение потребителей не заставило себя ждать. Первыми забили тревогу вагоностроители, затем нефтяники, оборонщики, производители сельхозтехники и автомобилей.

Сначала НП «Объединение вагоностроителей» (основано Уралвагонзаводом) пожаловалось на рост стоимости металлургической продукции в Федеральную антимонопольную службу (ФАС). В середине января уже НП «Объединение производителей железнодорожной техники» написало премьеру Дмитрию Медведеву, что металл и кредиты стали не по карману. При снижении цен на вагоны в 2014 году на 26% цены на металл выросли на 26 — 28%. Только с декабря стальной прокат, который используется в вагоностроении, подорожал на 15 — 30% (основные поставщики — Евраз, ММК, ОМК, Северсталь). Рост издержек они предложили компенсировать мерами точечной господдержки предприятий транспортного машиностроения, чтобы уберечь заводы от банкротства.

По подсчетам гендиректора «Infoline-аналитики» Михаила Бурмистрова, повышение цен на металл для выпуска вагонов и колес может привести к росту себестоимости вагонов на 150 — 200 тыс. рублей (до 15% от цены вагона): «В условиях резкого сокращения спроса в связи с ростом процентных ставок по кредитам и лизингу это сделает практически все вагоностроительные предприятия убыточными».

По неофициальной информации, вагоностроители просят зафиксировать цены на уровне октября 2014 года. Как поясняет заместитель гендиректора НПК «Уралвагонзавод» Андрей Шленский, понятна была бы рыночная индексация цен — это позволит выйти хотя бы на нулевую рентабельность. Но текущие предложения металлургов критичны: «30 — 40% роста к уровню конца 2014 года равнозначны остановке».

В автоконцернах пессимистов еще больше: здесь неофициально говорят, что цена металла с конца 2014 года увеличилась на 25 — 30% и есть угроза взлета к маю на 50%.

Нефтяники в банкроты пока не записываются, но намекают на срыв инвестпрограмм. Как сообщил «Интерфакс» со ссылкой на источник в Минэнерго РФ, руководители нефтегазовых компаний высказали крайнюю обеспокоенность ситуацией на металлургическом рынке: за 2014 год трубы, оборудование, металлопродукция в целом подорожали для их сектора на 36%. А в 2015 году, по оценкам гендиректора «Сургутнефтегаза» Владимира Богданова (приводит агентство Bloomberg), поставщики подняли цены еще на 45%.

В письме к Денису Мантурову президент ЛУКойла Вагит Алекперов указал, что компания больше не в состоянии самостоятельно сдерживать рост цен на трубную продукцию. Он попросил министра стабилизировать цены, в противном случае срыв инвестпрограммы компании может привести к срыву лицензионных обязательств. По неофициальной информации, проблема в большей степени коснулась именно частных компаний, так как они закупают трубы небольшими партиями по краткосрочным контрактам.

Стабилизировать цены на металл, имеющий экспортный потенциал, просят и машиностроители, работающие на оборонку. «У многих заводов ОПК контракты на изготовление продукции заключены на три года вперед. Заводы получили авансы в размере 80 — 100% по гособоронзаказу. Минобороны им больше ничего не должно, возможности изменить цены по контрактам уже нет. А цены на комплектующие взлетели, по некоторым позициям, например, специальному реле, вдвое», — говорит заместитель директора Союза предприятий оборонных отраслей промышленности Свердловской области Владимир Кукарских.

Вице-президент свердловского Союза промышленников и предпринимателей Анатолий Сысоев категоричен: «Благодаря девальвации у металлургов сегодня сверхдоходы. А они еще пытаются, как прежде нефтяники, выровнять внутренние цены с экспортными. Но мы всегда считали, что внутренние и экспортные цены — две большие разницы. И на внутреннем рынке рост должен быть немногим выше инфляции».

Порочный круг

Российские сталепрокатчики от официальных комментариев по ценовой политике пока воздерживаются. В НП «Русская Сталь» (объединяет производителей 90% стали в стране) парируют:

— Мы с вниманием отнеслись ко всем заявлениям отраслевых ассоциаций потребителей стальной продукции. Но хотелось бы предложить автомобилестроителям оценить масштабы реального влияния металлургов на их экономику — в частности, исходя из того, что даже при самых общих расчетах доля плоского проката в стоимости автомобиля в 2014 году не превышала 8,5%. Или адресовать вопрос вагоностроителям: насколько оправданно ставить во главу всего комплекса их отраслевых проблем ценовую политику металлургов. Только ли в них дело?

В неофициальных разговорах металлурги недоумевают — рост цен на внутреннем рынке вызван выросшими затратами из-за девальвации рубля.

Во-первых, значительная часть долга номинирована в долларах и евро. Поскольку сталелитейщики до 70% продукции реализуют на внутреннем рынке, они решили увеличить рублевые цены, чтобы получать достаточный объем средств для обслуживания долга.

Во-вторых, масса оборудования для металлургии импортируется из-за границы. Эксперты рынка отмечают, что девальвация рубля вынудит искать возможность приобретать это оборудования в России, однако возможности для замены импортного оборудования ограничены.

В-третьих, если говорить предметно о вагоностроении, то в четвертом квартале 2014 года существенно выросли цены в рублях на сырье для производства колес. «Около 50%, а по отдельным позициям, на чугун, металлолом, ферросплавы, и более», — объясняет представитель ОМК.

Трейдеры отмечают, что ценовая ситуация особенно напряжена в нише проката из легированных сталей: металлурги пытаются менять цены уже даже на оплаченный, а порой и отгруженный покупателям прокат. «Цена нержавеющего металлопроката в значительной степени зависит от котировок доллара, так как одна из основных составляющих нержавейки — никель — торгуется на LME. В итоге производители этого вида проката вынуждены очень быстро менять цены пропорционально доллару, и здесь нет ничего удивительного. Если они это не сделают, то просто не смогут закупить сырье», — поясняет директор по продажам металлоторговой компании «Континенталь» Олег Гуськов.

Трубники также кивают на сырье. ЧТПЗ: «В течение 2014 года компания сохраняла цены для нефтегазовых компаний неизменными, а с начала года повышение цен на трубы для нефтяных компаний составило от 5 до 13%. По нашим прогнозам, в целом по итогам 2015 года цены на трубы вырастут на 20% в связи с удорожанием сырья, увеличением ключевой ставки ЦБ и девальвацией рубля». ОМК: рост цен на основное сырье и материалы в цепочке производства труб в течение последних месяцев составил 30 — 80%.

В ТМК не понимают претензий нефтяников:

— Цены при закупках нефтяными компаниями формируются в рамках тендеров в условиях серьезной конкуренции. Это не предмет двухсторонних переговоров, а результат конкурентной борьбы, а она действительно жесткая, так как мощностей в стране по производству труб в два раза больше, чем рынок РФ. По итогам объявляемых нефтяными компаниями тендеров последние три года цена на трубную продукцию не возрастала, несмотря на рост цен на сырье и материалы, используемые для производства труб.

Глава Small Letters Виталий Крюков отмечает, что в трубном секторе действует цепная реакция: производители не могут резко поднять цены для компаний, работающих по долгосрочным контрактам, поэтому задирают цены для других.

— Если у продавцов металла есть возможность продавать металл по выгодным для них ценам, зачем они будут продавать его по цене, которая невыгодна? Поддержание определенного роста цен не входит в задачи рыночных игроков, — напоминает Николай Осадчий. — Очевидно, металлурги рассчитывают, что подобные возможности по увеличению цен есть и у их покупателей. Возможно, это не совсем так, и в коротком периоде времени производители машиностроительной продукции не могут действовать аналогичным образом. Но у них есть большие возможности по вытеснению импорта и за счет этого — увеличению выпуска. Это способно косвенно компенсировать потери от возросших издержек на металл. В среднесрочном периоде цены на продукцию машиностроения также неизбежно вырастут.

У кого с чем плохо

Поток жалоб на непрогнозируемый рост цен на металлопродукцию возымел действие. Как заявил в январе глава ФАС Игорь Артемьев, если у российских металлургов появится желание вывезти сырье из России по высоким ценам, то для них могут быть повышены экспортные пошлины: «Я не говорю, что так надо делать, но если у кого-то плохо с головой и он не понимает, то у государства есть рыночные механизмы и рыночные институты».

Минпромторг в лице Дениса Мантурова рассчитывает, что металлургические предприятия смогут выстроить ценовую политику с ключевыми потребителями на долгосрочной основе и стабилизировать ситуацию на внутреннем рынке. Позже на совещании в Воронеже Мантуров добавил, что ожидает от металлургов решений по ценовой политике, аналогичных договоренностям с производителями минудобрений. (Напомним, те оказались сговорчивее и еще в декабре 2014 года объявили скидки для внутренних сельхозпроизводителей, по итогам января она составила около 25% от минимальной экспортной цены. А 11 февраля Российская ассоциация производителей удобрений объявила, что вообще заморозит цены для российских сельхозпроизводителей на время проведения посевной.)

По мнению генерального директора Ашинского метзавода Владимира Мызгина, если и вводить пошлины, то прежде всего на экспорт лома — основное сырье для металлургов, использующих электросталеплавильные печи. По данным участников рынка, с начала 2015 года лом на внутреннем рынке подорожал на 14 — 16% и продолжает дорожать, поскольку девальвация рубля сделала более выгодными его отгрузки в Турцию.

В ТМК также соглашаются, что введение экспортных пошлин на трубную продукцию будет способствовать цепной реакции: «Тогда надо принимать такие же меры в сфере ферросплавов, запрещать экспорт лома, снижать тарифы монополий».

Металлурги предлагают взглянуть на тарифы естественных монополий. Сегодня РЖД вводит повышательный коэффициент на экспортные перевозки значительной номенклатуры промышленной продукции. Участники рынка отмечают: экспортные пошлины де факто уже введены — через РЖД: тариф на ее перевозки в России в 2015 году вырос на 10%, на экспортном направлении — плюс еще на 13%. При этом РЖД уже объявили о том, что контрагентам за поставляемые товары и услуги будут платить с отсрочкой.

В поисках равновесия

Конкретных предложений по ограничению экспорта металлов у Минэкономразвития РФ пока нет. Глава ведомства Алексей Улюкаев в начале прошлой недели заявил, что «нет никакого решения» по поводу введения экспортных пошлин на металлы, и про задачи по введению экспортных пошлин на металлургическую продукцию он «не знает».

Как может выглядеть компромисс? «Надо договориться, чтобы доллар опустился, тогда и споров не будет. Какой еще может быть компромисс», — сурово полагают поставщики нержавейки.

Но угрозы правительства, похоже, подействовали. В Северстали, например, заверили, что компания старается достичь взаимовыгодных договоренностей с клиентами.

Как рассказали в НП «Русская Сталь», входящие в нее компании сейчас практически в «ручном режиме» ищут варианты адаптации своих торговых практик, «которые до начала 2015 года не вызывали претензий у потребителей, к текущим экономическим реалиям». С потребителями идут адресные консультации, обсуждаются варианты сбалансированных решений для дальнейших поставок.

По мнению Дениса Мантурова, компаниям нужно «заключить договоры на конкретный период времени по конкретный ценам, чтобы не произошел резкий рост цен финальной продукции, иначе это приведет к разгону инфляции и одновременному падению потребительского спроса».

В ЧТПЗ и ТМК считают позитивной практику работы по долгосрочным контрактам с применением формульного ценообразования как с поставщиками, так и с потребителями. В ТМК напоминают, что такой договор у них есть с Газпромом, и приветствуют «масштабирование этой практики на взаимоотношения с другими потребителями».

Заместитель руководителя ФАС России Анатолий Голомолзин считает такой формат сотрудничества одним из возможных способов разрешения сложившейся ситуации: «Он учитывает меняющуюся конъюнктуру рынка и позволяет соблюсти баланс интересов продавца и покупателя». Судя по последней информации из ФАС, именно по этому пути и пошли переговоры металлургов с вагоностроителями (сегодня они работают по коротким контрактам и на споте).

Желание металлургов сохранить прежнюю выручку может сыграть с ними злую шутку: логика рынка вынуждает потребителей переориентироваться на более дешевый металл, например китайский. «Мы вынуждены будем искать металл за рубежом, чтобы уложиться в стоимость госзаказа», — говорит Владимир Кукарских. По словам министра науки и промышленности Свердловской области Андрея Мисюры, Китай сейчас представляет большую угрозу для отрасли, так как в состоянии существенно понизить цены на металлопродукцию (подробнее об этом см. «Настанут времена почище»).

В конце концов, российские металлурги не смогут повысить цены больше, чем готовы платить потребители: как бы ни менялся курс рубля, основной объем продукции российских сталелитейщиков будет отгружаться на внутренний рынок, полагает Николай Осадчий.

Действительно, избыток сталеплавильных и прокатных мощностей породил небывалый демпинг: мир наводнен дешевой продукцией из развивающихся стран. И в некоторых странах уже запустили антидемпинговые расследования в отношении металлопроката из России.

Дополнительные материалы:

Мировые рынки закрываются для российских поставщиков:

  • прекращены поставки горячекатаных рулонов и тонкого листа в США (после решения Минторга этой страны о выходе из соглашения с Россией);
  • введены специальные защитные меры по рулонному и плоскому прокату в Таиланде (пошлина не менее 21% будет действовать до июня 2017 года);
  • пересматриваются антидемпинговые меры в Мексике (по холоднокатаному прокату) и США (толстому листу): национальные производители настаивают на сохранении действующих барьеров;
  • началось антидемпинговое расследование по рулонам в Турции;
  • Евросоюз продлил до 2020 года антидемпинговые пошлины на импорт сварных труб;
  • отдельные казахстанские компании ввели самоограничения на поставки стальной арматуры и труб из России.

 По данным НП «Русская Сталь»

Комментарии

Материалы по теме

С чего вы взяли, что мы развиваемся

Металлом залатали

Рынок не выдержал роста цен на металл

ВИЗ-Сталь сэкономила более 76 млн рублей в 2014 году благодаря отгрузке продукции в контейнерах

Ветераны ВИЗ-Стали и ВИЗа продолжают «Декаду мужества»

ВИЗ-Сталь переходит на экологичное и энергоэффективное светодиодное освещение в производственных цехах

 

comments powered by Disqus