Главное, чтобы костюмчик сидел

Индпошив

Индпошив

Зачем современному мужчине шить костюм на заказ у портного по индивидуальным меркам и платить за него в разы дороже

В самом центре Екатеринбурга уральский дизайнер Дмитрий Шишкин готовит к открытию фабрику по пошиву элитной мужской одежды, создание которой обошлось в несколько десятков миллионов рублей. Проект уникален в рамках всей страны, поскольку четыре существующие фабрики используют конвейерный способ производства и выпускают шаблонную продукцию, часто невысокого качества из низкопробных тканей. Найти по-настоящему качественные мужские костюмы, тем более отечественные, сложно. Как и портных, которые могут их шить.

По большому счету, SHISKIN Портновская мануфактура не будет классической фабрикой. Она станет своего рода ремесленным синдикатом, где превалирует ручной труд. Одежда будет изготавливаться только на заказ для индивидуальных и корпоративных клиентов, но со временем появится линия готовой одежды и аксессуаров, которая будет продаваться по всей стране. Предприниматель уже работает на постоянной основе с такими крупными компаниями, как Газпром, Уралвагонзавод и хоккейный клуб «Автомобилист». В будущем модельер планирует начать продажу уральской продукции и в других странах. Цены на костюмы планируются от 70 до 150 тыс. рублей.

Запускай мануфактуру

— Дмитрий, вы запускаетесь в пору кризиса, когда другие сворачиваются. Понятно, что проект готовился давно, а времена не выбирают. Но в новых обстоятельствах все ли параметры нового бизнеса понятны?

— Подготовка нового производства началась летом. За восемь лет на рынке наш модный дом SHISKIN обзавелся несколькими производствами, разбросанными по городу. Я решил сконцентрировать их в одном месте, на хороших площадях, повысить производительность и качество изделий. К началу кризисных явлений работы над проектом уже заканчивались, и мы фактически ничего не потеряли. Заранее закупленные большие партии импортных тканей и фурнитуры у самых известных английских, итальянских и немецких текстильных фабрик надолго послужат нам воздушной подушкой, при этом цены на изделия будут фиксированными вне зависимости от колебаний валютного рынка. Мужская одежда гораздо сложнее женской в изготовлении, соответственно и квалификация персонала должна быть выше, и оборудование дороже. Это учитываешь, организовывая крупное производство.

Планируем три больших блока производства: элитный индивидуальный, корпоративный пошив и линия готовой одежды. По элитному все понятно — у нас очень много известных людей шьет на заказ, до 500 клиентов в месяц. С корпоративным тоже — разрабатываем и производим элитную одежду для топ-менеджмента, управляющего состава крупных предприятий-партнеров. А вот с готовой одеждой планируем на весну впервые выйти на объем 2,5 — 3 тысячи изделий в месяц. На первый взгляд, не очень много. Но не стоит сравнивать с фабриками — там швеи-мотористки делают тысячи шаблонных вещей. У нас на мануфактуре превалирует ручной труд, и изделие изготавливают в десятки раз дольше, соответственно выше качество и цена.

В корпоративном блоке — там чуть поменьше ручного труда — предполагаем объемы 10 — 12 тысяч изделий в месяц. То есть к весне выходим на 13 — 15 тысяч общего объема.

— Какие риски для реализации проекта усматриваете на рынке, что можно предпринять, чтобы обезопасить бизнес?

— Риск снижения потребительской активности в кризис. Заказ хорошего костюма кто-то точно вычеркнет из списка приоритетных дел. И без того  упираемся в то, что не сформирована культура индивидуального пошива, корпоративного дресс-кода. Хочется привить российским мужчинам вкус прежде всего к правильному крою, избавить их от привычки носить бесформенный костюм. Большинству потенциальных клиентов надо разжевывать — вот есть такие услуги, вы обращайтесь.

Подбор нужного персонала — один из самых больших рисков. Люди — самый главный наш ресурс. Мы ими очень дорожим, ищем и собираем по всей стране, по ведущим домам мод — рижскому, вильнюсскому, питерскому, московскому. Средний возраст сотрудников — 48 лет, в основном это мужчины. Обучаем молодых: минимум 15 лет нужно подмастерью, чтобы стать портным по нашей сложной технологии изготовления вручную элитного мужского костюма. Конечно, там, где операционность и конвейерность, можно за неделю научить человека делать один шов. Но уровень качества фабричного костюма по сравнению с нашими изделиями никакой. Мы же хотим выйти и на международный рынок, у нас к этому уже есть определенные предпосылки и наработки.

Риск на будущее — рост цен на импортное оборудование (японское, корейское, немецкое, итальянское) на 25 — 30%. Пока мы все нужное закупили.

— Чем в принципе отличается модный дом от мануфактуры?

— Как выпускник юридической академии, прошедший аттестацию по защите интеллектуальной собственности в модной индустрии, скажу одно: тут нет никакого законодательного регулирования. Модным домом может именоваться любое предприятие, где дизайнер разрабатывает коллекции одежды. Нашел выпускник архитектурной академии маленькую денежку, открыл небольшое производство одежды, шьет своим друзьям, участвует раз в полгода в показах — и у него вполне себе модный дом. Но это может быть и крупное предприятие, как у известных московских корифеев моды. А мануфактура — это большое производство, где в основном используется ручной труд и есть разделение операций, именно за счет этого мы надеемся снизить себестоимость и ускорить процесс пошива. Модный дом SHISKIN в этом плане не совсем верно стал отображать то, что мы теперь делаем.

На мануфактуре обычно преобладают ручной труд и портновское искусство. Я поясню: не все знают, что между швеей, закройщиком и портным — пропасть. Портной — это высококвалифицированный работник, часто с высшим образованием, за ним построение индивидуальных лекал и раскрой изделия, доскональное знание и мастерское владение технологией пошива от начала до конца.

— Аналогов подобного предприятия на Урале нет?

— И в России нет. Я решил соединить две основные формы иностранного элитного пошива: итальянскую сарторию и английское классическое ателье, где трудятся 15 — 20 портных. По технологии bespoke пошив выполняется вручную одним портным, который для каждого клиента строит лекала вручную. Как и несколько веков назад. В сартории уровень чуть пониже, но тоже превалирует ручной труд, там до 150 портных. Я видел и хорошо изучил в деталях варианты того и другого.

Мы взяли лучшее в Неаполе и Лондоне, с учетом российских реалий и собственного большого опыта создали нечто подобное. Мы ответим на вопрос, зачем современному мужчине шить костюм на заказ у портного по индивидуальным меркам в век машинок, имитирующих ручной шов, и отдавать за него в разы дороже. Человек, хоть раз сшивший элитный костюм на заказ, понимает, чем правильно подогнанная по фигуре одежда отличается от изделия шаблонного массового производства, которое должно подойти всем, а в итоге не подходит никому. Так как мы и прежде работали в элитном направлении, будем развивать его и далее, производить весь ассортимент мужской одежды, кроме кожи и обуви.

Вон он, в синем

— Стоимость элитного костюма под сотню тысяч рублей — черта отсечения многих категорий потребителей. Кто ваш клиент? Насколько велик спрос?

— Это мужчины 30 — 50 лет, руководители предприятий, бизнеса, политики, крупные госслужащие. У меня, кстати, обязательство о неразглашении персоналий. Кроме истеблишмента города и области делать заказ многие приезжают из других регионов. Там нет такой услуги, а спрос есть. Начинаем прорабатывать вопросы открытия представительств. Но при кажущемся обилии заказов наш анализ рынка показывает: лишь один из десяти наших потенциальных клиентов вообще знает, что можно шить костюм на заказ. Поэтому планируем начать рекламную экспансию. До сих пор мы не уделяли особого внимания этому моменту.

— Как меняется потребитель, его предпочтения?

— Никак не меняется. Все всегда хотят одно и то же: темно-синий костюм, кому поприталенней, кому попрямее. И все. Конечно, это очень убого и примитивно. Разве что яппи до 30 лет, которые уже неплохо зарабатывают, хотят хоть что-то пооригинальней. Вкус у российских мужчин не сформирован. Только на Западе есть культура мужского костюма. Индпошив развит там потому, что человек ценит это и готов потреблять.

— Это, помимо удобства в носке, уже статусная вещь?

— Безусловно, костюм — одно из статусных изделий в мужском гардеробе. Тот, кто ходит в костюме, сшитом на заказ, сразу опознает другого в подобном. Это некая закрытая семантическая система знаков «свой-чужой». Профессионалы назовут вам десятки признаков, чем именно отличается правильная посадка изделия по фигуре, как расположен на шее воротник и где лежат лацканы, на сколько миллиметров и в каком случае видна манжета рубашки и прочее. Кроме того, этот костюм служит в несколько раз дольше магазинного. И еще: для людей высокого статуса очень важен комфорт. В наших костюмах нет клеев, синтетических материалов, они дышат, не подвержены сминаемости, потому что ткани мы используем высокотехнологичные.

— Что определяет высокую цену — составляющие?

— Материалы формируют от 30% до 50% стоимости. Мы приобретаем их у девяти самых известных мировых фабрик в Италии, Швейцарии, Бельгии и Великобритании. К ткани полагается неклеевой приклад на основе конского волоса: чтобы пиджак держал форму, до 19 слоев простегивается вручную. Далее нужна фурнитура: комплект пуговиц на костюм стоит минимум 5 тыс. рублей. Предлагаются на выбор перламутр, кость, рог, орех. И, конечно, высоко оплачиваются компетенции профессионального портного, который шьет такой костюм в пределах месяца. Во-первых, важно участие профессионала в правильном выборе материала для костюма. Во-вторых, мы используем только авторские лекала. В-третьих, помимо кроя, костюм оснащен рядом авторских деталей, от петель особой конфигурации до шлицы на пиджаке и так далее, по которым искушенные люди его «опознают».

Selfmademan

— Как вы стали дизайнером?

— Начиналось с личного увлечения — шил себе, экспериментировал, затем делал одежду на заказ в ателье возле дома. Потом — юридическая академия. Я из небогатой семьи, поэтому пришлось со второго курса обеспечивать себя самому, конечно, тем способом, который был мне доступен. Затем сделал первую коллекцию, показал, потом открыл небольшое производство.

— Когда вы поняли, что на этом можно хорошо зарабатывать?

— Первые полтора года я шил товарищам по академии и брал небольшую комиссию. Постепенно ко мне потянулись и их отцы, знакомые знакомых, пошли люди совсем со стороны. Я оказался очень загружен шитьем и стал брать комиссию гораздо больше. Но заказчиков все очень устраивало. Тогда я понял, что можно не только неплохо себя обеспечивать, но и развивать бизнес. Увидел и потребность, которая наиболее хорошо оплачивалась и требовала высоких компетенций — элитный костюм. Эта ниша не была закрыта.

— То есть вы нигде не учились на дизайнера одежды, например, в Архитектурной академии?

— Нет, но у меня работают ее выпускники. Защищаю в УрФУ кандидатскую по искусствоведению по теме эволюция мужского костюма, пишу статьи для половины российских изданий. Ничего сложнее мужского костюма не существует в рамках мужской и женской одежды. Никогда не видел себя в дизайне женской одежды. Мужская мода намного прагматичнее, элитарнее и интеллектуальнее. Менее экспрессивна, чем женская, и более подвержена логическим процессам. Поэтому дизайн здесь несколько вторичен, первична классика. Любые малейшие изменения кроя и деталей костюма характеризуют мужскую моду в целом как таковую.

— Чей-то опыт все-таки вы перенимали?

— Западных коллег. Я объездил все самые дорогие фабрики в Неаполе, в Лондоне. Там сохранилась культура мужского костюма.

— В Екатеринбурге много молодых дизайнеров, которые участвуют в показах, но потом теряются на рынке. Большинству не удается дать бизнес-основу своему таланту. Что происходит? Нет стартового капитала, некому их поддержать?

— Некоторые, наоборот, зажигают за счет стартового капитала, даже выходят на российский уровень. Особенно, если папа — нефтегазовый магнат. А многие талантливые и перспективные быстро угасают или остаются на невысоком уровне. Легкая промышленность в России — очень низколиквидный вид бизнеса. Инвесторы привыкли вкладывать деньги в более рентабельные темы.

Достаточно серьезные входные барьеры. Чтобы начать что-то делать, открыть ателье мужской одежды, нужно минимум 7 млн рублей. Методом проб и ошибок, больших усилий я двигался вперед. Много настрадался, многих денег недозаработал.

— Предлагают ли вам со стороны финансовую поддержку и партнерство?

— Я давно понял, что нужно организовывать полностью собственное производство. И самому вести его в том направлении, в котором считаешь нужным. Хотя последние несколько лет предлагали вкладывать в меня десятки миллионов.

— Отказываетесь?

— Если хочешь сохранить уникальность и собственное видение в бизнесе, нужно двигаться вперед своими силами.

— Как часто делаете новые коллекции? В каких показах участвуете?

— Раз в полгода организуем собственные закрытые показы, либо участвуем в предлагаемых на открытых площадках Екатеринбурга совместно с другими дизайнерами. Для реализации амбиций, не более того. Следующий наш шаг — подготовка коллекции к Российской неделе моды на московской площадке, к началу экспансии в московский регион.

— Когда вы смотрите последние коллекции ваших зарубежных коллег, какие ассоциации у вас возникают: в каком направлении движется мужская мода?

— Сейчас мода дублирует с некоторыми изменениями стиль 30-х годов. Силуэты становятся более широкими, объемными. В моде в непростые времена начинает формироваться образ человека-футляра, появляется многослойность изделий. Это тенденция последнего года, которую мы также культивируем в последних своих коллекциях. Обилие клетки и полоски, широкие плечи, объемные, фактурные ткани.

— Линия уличной одежды у вас сохранится?

— Подобных направлений у нас много, мы их сведем воедино в рамках фабрики. Это, например, хип-хоп одежда для молодежи до 25 лет. Штаны широкие, балахоны с кенгурятниками и прочее. Изготавливали эту линию три с половиной года, а перед Новым годом закрыли. На самом деле это экономически очень выгодное направление.

— Лишнее отсекаете? Хотите сосредоточиться на костюме?

— Нет, просто я всегда качу пробные шары, пытаюсь прощупать почву новых ниш мужской одежды, от молодежной до строгой классической.

Больше всего заработка сегодня дает корпоративный блок. Мы предлагаем комплекс услуг, от разработки дизайн-проекта до изготовления корпоративной одежды. Отдел аналитиков у нас делает большой анализ рынка, целесообразности выпуска вообще той или иной продукции. Всего этого практически никто не делает в такой нише.

— В процентном соотношении какие доходы будут давать мануфактуре различные производственные блоки?

— На ближайший год 20% даст индивидуальный пошив, 50% — корпоративный и 30% — готовая одежда. Вырабатываем свою модель развития.

— Ценовая политика?

— Верхней границы не существует, потому что есть ткани по 150 — 200 тыс. рублей метр. Мы шили из ткани и за 1 млн 800 тыс. рублей метр… Но это экзотика. В среднем изделия мануфактуры будут стоить от 70 до 150 тыс. рублей.

Комментарии
 

comments powered by Disqus