Мерять гарвардами

Реформа высшего образования

Реформа высшего образования

В погоне за высокими позициями в международных рейтингах российские университеты не должны забывать о стратегических задачах

4 декабря опубликован рейтинг ста лучших университетов стран БРИКС и развивающихся государств (всего 22 страны), составленный британским изданием Times Higher Education и агентством Thomson Reuters. Он публикуется второй год подряд, цель — показать состояние высшей школы в странах с новой экономикой. Топ-100 возглавил Пекинский университет, на второй позиции также китайский вуз — Университет Цинхуа. Тройку замыкает Ближневосточный технологический университет (Турция). Россия значительно улучшила позиции. Число вузов увеличилось с двух в прошлогоднем списке до семи в нынешнем. МГУ переместился с десятой строки на пятую, СПбГУ — с 67 на 64-ю. Еще пять вузов включены в сотню лучших впервые: МИФИ (13-е место), Новосибирский гос­университет (34-е), МФТИ (69-е), Уфимский государственный авиационный технический университет (70-е) и МГТУ им. Н.Э. Баумана (90-е место).

По словам составителей рейтинга, только десять университетов из развивающихся стран присутствуют сейчас в глобальном списке 200 ведущих университетов мира.

— У нас появилась возможность выявить развивающиеся университеты, которые еще не вышли на лидирующие позиции в мировой системе образования, — прокомментировал результаты редактор рейтингов THE Фил Бэти. — Пока Китай является самой сильной страной в группе БРИКС, но у России большой потенциал. Заметно, что российские власти работают над развитием университетов. Благодаря структурным изменениям система высшего образования страны значительно улучшилась.

— Сказывается программа повышения международной конкурентоспособности вузов РФ «5 — 100», в рамках которой университеты получают дополнительную поддержку, — объясняет итоги рейтинга глава Минобрнауки Дмитрий Ливанов. — Наши вузы становятся более узнаваемыми в международном академическом сообществе, это крайне позитивная тенденция, мы рассчитываем на то, что в ближайшие годы она укрепится.

Проект «5 — 100», согласно которому пять российских вузов к 2020 году должны попасть в сотню лучших мировых университетов, запущен в мае 2012 года. В июле 2013 года определили список из 15 российских вузов (см. «В кого инвестирует государство», с. 14), которые получили субсидии для вхождения в мировые рейтинги. В общей сложности финансирование «5 — 100» на 2014 — 2016 годы составит около 45 млрд рублей. Сейчас в Минобре РФ обсуждаются вопросы как исключения из проекта тех, кто не достиг своих собственных заданных показателей-индикаторов, так и включения новых участников. Измененный список вузов будет обнародован весной 2015 года.

В Минобре подчеркивают: позиция вуза в том или ином рейтинге не является определяющей с точки зрения качества образования, но это один из факторов, которые приходится учитывать.

У рейтингов, которые по тем или иным критериям определяют популярность вузов, много критиков. В вузовском сообществе большие споры вызывает адекватность параметров, по которым ранжируются университеты. Многие индикаторы ориентированы на достижения университета (нобелевские лауреаты) или на статистические показатели (количество публикаций, иностранных студентов и сотрудников, объем финансирования). Можно ли при таком подходе оценить потенциал развития университета? Насколько задачи продвижения в международных рейтингах соответствуют стратегическим целям самих вузов? Нужен ли российским университетам национальный рейтинг?

Остаться в живых

Как университеты реализуют дорожные карты, какими недостатками обладают программы развития и зачем вузам нужны рейтинги, 28 ноября обсудили участники круглого стола «Стратегии по продвижению университетов в рейтингах национального и международного уровней», который прошел в УрФУ при поддержке Благотворительного фонда Владимира Потанина и редакции «Э-У».

— На подготовку документов для участия в проекте «5 — 100» университетам дали десять месяцев, — напомнил собравшимся представитель компании Thomson Reuters (работает в рамках проекта в качестве консультанта) Олег Уткин. — Какую фундаментальную работу можно проделать за столь короткий период времени? Некоторые университеты вообще пожалели, что были включены в «5 — 100». Чтобы грамотно развивать университет, нужно прежде всего изучить собственное положение с точки зрения международной конкурентоспособности. Можно ведь на газетных публикациях стратегию строить, на мнении людей, которые никогда не занимались наукометрией. УрФУ, единственный из 15 вузов, сделал правильно: взял объективные данные по публикационной и патентной активности, внимательно изучил их и только после этого начал работать над стратегией.

Рейтинги, задуманные как способ оценки деятельности университетов, трансформируются в инструмент влияния на управление университетами

— И нынешним, и потенциальным участникам программы повышения конкурентоспособности ведущих российских вузов важно иметь адекватное представление о содержании и значении существующих рейтингов, — считает руководитель направления «Международные программы университетского лидерства» проекта «5 — 100» Лариса Тарадина. — На что ориентирован рейтинг, с какой целью он создавался? Каким рейтингам мы доверяем? Вот перечень вопросов, на которые необходимо ответить, прежде чем бороться за попадание в топ-100 лучших учебных заведений. Очень многое зависит от того, кто выступает заказчиком исследования. Например, если рейтинг издает некая ассоциация университетов и эти университеты занимают там самые высокие позиции, можно ли доверять такому рейтингу? Если заказчиком выступает государство, доверия больше. Рейтинг QS — это рейтинг, созданный компанией QS, которая занимается маркетингом и консалтингом в сфере образования. Рейтинг является мощнейшим инструментом привлечения внимания прежде всего к самой компании, что влияет на стоимость предоставляемых ею рекламных и консалтинговых услуг. В день публикации исследования к ней на сайт заходит 18 млн человек. Какое еще событие могло собрать такую аудиторию? Реклама растет в цене в этот и несколько последующих дней. Что делать в остальные дни? Другие рейтинги! Сейчас у QS выходит четыре рейтинга. Главный посыл — получить большую аудиторию. Другая история у Шанхайского рейтинга, он создан академическим сообществом. В конце 90-х руководство Китая поставило задачу создания университетов мирового уровня. В ответ на это исследователи из Шанхайского университета попытались определить ключевые параметры, свидетельствующие о высоком уровне того или иного учебного заведения. Действовали они самостоятельно, не привлекая исследуемые университеты, их работа была основана на данных, доступных в открытых источниках в интернете. Полученные результаты были представлены в формате ранжированной таблицы и выложены на сайте университета. А через некоторое время СМИ назвали эту таблицу Шанхайским рейтингом. Все эти нюансы нужно учитывать.

По словам руководителя проекта Национального рейтинга университетов (рейтинг агентства Интерфакс) Алексея Чаплыгина, для «5 — 100» в качестве опытных полей выбраны три международных рейтинга — THE, QS и Шанхайский — все их можно назвать интегральными, они из прошлой эпохи — эпохи больших чисел:

— Конкуренция замешана на наукометрические показатели. Они помогают принимать управленческие решения, в частности по распределению ресурсов. В развивающихся странах, в том числе в России, речь идет о госресурсах, в развитом мире — о средствах, которые выделяются в рамках благотворительных проектов и программ работодателей.

— Именно для распределения ресурсов и нужны рейтинги, — убежден профессор факультета политических наук и социологии Европейского университета в Санкт-Петербурге Михаил Соколов. — Госведомствам нужно каким-то образом объяснить, почему они дали деньги тем или иным вузам. Любая бюрократия хочет оправдать свои действия перед собой и окружающими. Чиновник может обойтись без подсчета цитирований и переложить ответственность на экспертов в какой-то области. Но тогда встанет вопрос — почему и как он отобрал тех экспертов, а не этих?
И как он, неспециалист, вообще узнал, что это эксперты? Формальные показатели — отчаянная попытка придумать какую-то прозрачную и рациональную схему, которая снимала бы с чиновника всякую ответственность. У рейтингов есть и другие реципиенты — домохозяйства, университетские администраторы. Первые принимают решение, где учиться, вторые — отчасти нуждаются в аудите качества, но еще больше в рекламе.

— Что вузам в точности дает положение в рейтинге, никто не знает, — продолжает рассуждать Михаил Соколов. — Рейтинг — это отчасти самоисполняющееся пророчество: когда международные студенты выбирают, где учиться, они учитывают место в рейтинге, и чем оно выше, тем больше иностранных студентов туда едет. А чем их больше, тем выше место в рейтинге.

По мнению проректора по экономике и стратегическому развитию УрФУ Даниила Сандлера, чтобы понять, для чего университетскому сообществу рейтинги и какую стратегическую роль они выполняют, нужно внимательно смотреть, что будет происходить с образовательной средой в ближайшие десять лет:

— Участие в рейтинге — это ответ на определенные вызовы времени. Сейчас стоит вопрос о выживании университета как социального института: нужен ли он обществу или его заменят другие институты, которые смогут удовлетворять запросы населения на создание определенной среды и получение качественного образования. Здесь важно понять, что хоть мы и получаем госфинансирование, в долгосрочной перспективе мы боремся за деньги домохозяйств.

Более прозаичен другой проектор УрФУ — по инновационной деятельности — Сергей Кортов: «Лично для меня присутствие и движение в рейтинге это выполнение KPI инвестора, в нашем случае государства. Оно сказало, что мы должны продвигаться, мы приняли условия и честно их должны выполнять в обмен на ресурс».

Не увлекайтесь показателями

Заместитель директора проектного офиса «5 — 100» Елена Чернышкова считает, что многие вузы восприняли требования международных рейтингов как основную систему критериев развития: они все бросают и занимаются только продвижением. Возник риск сворачивания стратегий (во многом правильных), которые были приняты до участия в проекте.

— УрФУ повезло, изначально концепция развития вуза была построена на наращивании международной конкурентоспособности, сопряженной с интересами региона, — опровергает опасения Даниил Сандлер. — Миссия — создание научно-образовательного центра, который будет одним из локомотивов включения региона в конкурентное пространство. У нас нет проблемы сменяемости целей. «5 — 100» — логическое продолжение стратегии развития.

— Такая ситуация нетипична. Некоторые участники проекта просто гонят вал и вообще не смотрят, куда их приведут требования рейтинга, — подчеркивает Олег Уткин. — Огромные деньги, которые выделяет Минобр, вероятно, инвестируются неправильно. Полагаю, поэтому список участников «5 — 100» и будет обновлен.

— Международные рейтинги прежде всего ориентированы на англоязычные страны и университеты, специализирующиеся на фундаментальных исследованиях в естественных науках, — рассказывает Михаил Соколов. — В вузах англо-американского образца экономика опирается на исследовательское финансирование, плюс доходы от целевого капитала и пожертвования, которые делают университеты сравнительно независимыми от запросов студентов. В таких университетах научные достижения — это главный способ саморекламы университета и подтверждения им своего статуса в публичном пространстве. Ни одна из перечисленных особенностей не встречается в российском высшем образовании. Основным источником доходов для университетов являются студенты — как источник прямой платы за обучение, правительственных субсидий и неформальных платежей. Российские университеты — это университеты студентов и для студентов. Их запросы определяют направления развития университетов.

Формальные показатели-отчаянная попытка придумать схему, которая снимала бы с чиновника ответственность

— На Западе идет жесткая борьба между университетами за исследовательские бюджеты, а образование отодвигается на второй план, — соглашается с коллегой Алексей Чаплыгин. — С этим могут столкнуться и российские вузы. Они уже наращивают исследовательскую составляющую и сокращают образовательную. Статьи и перекрестное цитирование важнее учебного процесса.

По мнению Сергея Кортова, главное — это развитие университета в целом, а рейтинги лишь инструмент:

— Если им правильно пользоваться, он поможет, неправильно — все поломает.
К нам поехали иностранные дети и преподаватели, но если они здесь не найдут инфраструктуру для развития, они с разочарованием уедут. Если об этой ситуации узнают многие, университет как угодно может расти в рейтингах, но туда никто не поедет.

— Недостатки международных рейтингов можно компенсировать, создав свои — национальные — списки лучших университетов, — говорит Михаил Соколов. — Они должны отражать российскую образовательную специфику.

К телу ближе

В России существует несколько рейтингов университетов. Так, список лучших вузов составляет «Эксперт РА»: он построен на основе статистики и опросов среди работодателей, представителей академических и научных кругов, студентов и выпускников. Есть рейтинг НИУ ВШЭ и РИА «Новости», сформированный на основе баллов ЕГЭ студентов, рейтинг «Деловой России», дающий оценку российским вузам с точки зрения востребованности выпускников на рынке труда. Рейтинги составляют Интерфакс, «Коммерсант», БФ Владимира Потанина. У каждого — своя специфика. Так, основой для рейтингования в БФ Потанина являются результаты участия студентов и преподавателей в образовательных проектах фонда (проводит долгосрочные стипендиальные и грантовые программы, адресованные талантливым студентам и преподавателям). Это ежегодное исследование, оно организуется с 2004 года и является признанным инструментом альтернативной оценки образовательной среды. Последний рейтинг (всего в нем 75 университетов) возглавляют Новосибирский национальный исследовательский госуниверситет и два частных вуза — Европейский университет в Санкт-Петербурге и Российская экономическая школа, занимающие вторую и третью строчки соответственно.

— Рейтинг позволяет взглянуть на университетскую среду и образовательный процесс в конкретном вузе под совершенно другим углом зрения, — рассказывает исполнительный директор БФ Потанина Оксана Орачева. — Наши замеры демонстрируют, насколько активно организована общественная жизнь в том или ином учебном заведении, каков потенциал университета, нацелен ли он на развитие. География рейтинга подтверждает: региональные вузы способны на равных конкурировать со столичными.

По мнению экспертов, несмотря на присутствие разных рейтингов, России нужен еще один — международный со штаб-квартирой в Москве.

— Он должен быть регулярным, — рассуждает Лариса Тарадина. — И в нем должно участвовать максимальное количество университетов, а не 50 — 60, как в некоторых национальных ренкингах.

Алексей Чаплыгин предрекает — получить данные с участников такого рейтинга будет непросто:

— За пять лет при составлении рейтинга мы столкнулись с низким качеством исходной информации. Активность вузов выросла только в последний год — мы получили откликов на анкеты больше, чем обычно, хоть и отвечают на них в последний момент. Что касается открытых данных, то пять лет назад была совсем удручающая ситуация. Тогда только два десятка вузов были полностью прозрачны. Сейчас администраторы университетов стали внимательнее относится к результатам рейтинга, потому что он позволяет запускать рекламные кампании по набору абитуриентов. В прошлом году мы сформировали рейтинг университетов стран бывшего СССР, отранжировали 400 университетов. В итоге получили обиды от региональных вузов, расположенных в отдаленных российских территориях. Что поделаешь, там слабы научные коммуникации, в итоге в рейтинге они стоят не на самых лучших местах. В этом году повторить исследование не удалось.

По данным Минобра, предложения по формированию национального рейтинга вузов будут представлены в правительство РФ к 1 июня 2015 года: он должен стать навигатором для абитуриентов.

— Ежегодный национальный рейтинг вузов должен быть избавлен от тех недостатков, которые имеет сегодня так называемый мониторинг эффективности вузов Минобра, — рассказал первый заместитель главы комитета Госдумы по образованию Владимир Бурматов. — До сих пор в стране нет единой системы оценки качества образования, которая бы пользовалась всеобщим доверием. Несколько общественных организаций создают собственные рейтинги и выпускают их ежегодно, есть несколько рейтингов крупных СМИ, есть попытки рейтингования одних вузов другими. Но ни один из них не может претендовать на общенациональный статус.

— Мы должны и будем участвовать в международных рейтингах, — рассуждают эксперты. — Однако пока у нас не будет собственного рейтинга, нашим вузам будет сложно конкурировать с мировыми лидерами, особенно в таких дисциплинах, как экономика, финансы. Ведь мы живем в условиях рыночной экономики немногим более 20 лет. Этого слишком мало, чтобы на равных соревноваться с вековыми школами западной экономической науки и образования.

Суммируя мнения представителей вузовского сообщества, можно предположить, что в топ-100 международных рейтингов к 2020-му году из пяти наших вузов удастся пробиться максимум двум-трем. Иная ситуация в предметных областях.
В последнем THE МГУ, МИФИ и НГУ вошли в топ-100 по физическим наукам. МГУ вошел в топ-100 THE и по инженерии и высоким технологиям. В рейтинге QS МГУ входит в топ-50 по математике и физике. Но задача была поставлена другая — пять вузов в сотне лучших сводных международных рейтингов. Вероятно, эту цель можно выполнить, только создав свой международный рейтинг.

Дополнительные материалы:

Три основных мировых рейтинга университетов

Рейтинг QS

Версия консалтинговой компании Quacquarelli Symonds. Впервые вышел в 2004 году, отранжировав 200 вузов. Затем количество мест в рейтинге постоянно увеличивалось. В 2014-м в рейтинг вошло 863 университета. Первоначально применялось пять относительно простых индикаторов, для подсчета цитирований использовался десятилетний период. Впоследствии цитирование стало подсчитываться за пятилетний период, а с 2008 года используется научная база компании Scopus. Сейчас рейтинг составляется на основе шести показателей: академическая репутация (40% от общего балла); репутация среди работодателей (10%); соотношение профессорско-преподавательского состава и студентов (20%); соотношение цитируемости и профессорско-преподавательского состава (20%); процент иностранных сотрудников (5%); процент иностранных студентов (5%). 50% общей оценки деятельности вуза зависит от разных экспертных оценок. Это, по мнению некоторых исследователей, делает рейтинг менее объективным. Первые места традиционно занимают английские и американские вузы. В этом году, как и в прошлом, первое место получил Массачусетский технологический институт. На второй строке — Кембриджский университет, на третьем — Имперский колледж Лондона. В рейтинге 21 российский вуз. Лучший результат у МГУ (114 место), поднявшегося на шесть позиций по сравнению с прошлым годом. Среди вузов-участников проекта «5 — 100» улучшили международные позиции Новосибирский госуниверситет (328 место против 352-го в 2013 году), МФТИ (перешел из группы 441 — 450 в 411 — 420), Казанский федеральный университет (из 601 — 650 в 551 — 600), Томский госуниверситет (из 551 — 600 в 491 — 500), Томский политехнический университет (из 551 — 600 в 501 — 550).

ARWU (Шанхайский рейтинг)

Академический рейтинг университетов мира впервые опубликован в 2003 году центром исследования университетов мирового класса Академии высшего образования Шанхайского университета Цзяо Тун, обновляется ежегодно. Стал первым глобальным рейтингом мировых университетов. Новейший ARWU вышел 15 августа 2014 года. Основан на объективных показателях. Информация собирается из официальных источников. Роль субъективных оценок (опросов) сведена к нулю. Основной упор сделан на исследовательскую деятельность. Университет, обладающий лучшим показателем по какому-либо параметру, получает по нему рейтинг 100, оценка остальных вузов рассчитывается в процентном отношении от лидера. Всего в рейтинге имеется шесть индикаторов — Alumni и Award (количество выпускников и сотрудников — обладателей Нобелевской премии по физике, химии, экономике, медицине или медали Филдса по математике соответственно), HiCi (активно цитируемые исследователи в 21-й предметной области), N&S (количество работ в Nature и Science), PUB (количество работ в SSIE и SSCI), PCP (взвешенный показатель предыдущих параметров в расчете на одного сотрудника). Бессменным лидером ARWU является Гарвардский университет. В рейтинге доминируют американские и английские вузы.

Рейтинг THE

Версия британского еженедельника Times Higher Education. С 2004-го по 2009-й выходил совместный рейтинг THE и консалтинговой компании Quacquarelli Symonds (рейтинг THE-QS), в 2010 году журнал и QS прекратили сотрудничество. С 2010 года еженедельник пользуется услугами компании Thomson Reuters для сбора, проверки и анализа данных, существенно переработана методология. Новый рейтинг впервые вышел осенью 2010 года, в него попали лишь 200 вузов. Учитывает большое количество 13 параметров, каждый из которых имеет свой вес (процент от итогового балла). Все индикаторы сгруппированы по пяти категориям — обучение (30% от общего балла), исследования (30%), цитирование (30%), международный взгляд (7,5%), доход от производственной деятельности (2,5%). Стал первым рейтингом, который уделил внимание показателю доходности от научной деятельности. Преобладают университеты США и Великобритании. В рейтинге 2014 — 2015 на первом месте Калифорнийский технологический институт.

Существует еще масса рейтингов университетов, но они либо основываются только на каком-либо одном параметре, игнорируя другие (например, испанский рейтинг Webometrix учитывает только представленность вузов в сети), либо заимствуют данные у основных мировых рейтингов.    

 

В кого инвестирует государство

В проекте «5 — 100» участвуют 15 университетов: МФТИ, МИСиС, НИУ ВШЭ, МИФИ, ЛЭТИ, Санкт-Петербургские государственный политехнический и национальный исследовательский информационных технологий, Дальневосточный федеральный, Казанский федеральный, Уральский федеральный, Нижегородский госуниверситет им. Лобачевского, Самарский государственный аэротехнический, Новосибирский и Томский госуниверситеты, Томский политехнический.    

 

В России сегодня работает около 2,3 тыс. вузов (вместе с филиалами). Многие из них попали под масштабную чистку Рособрнадзора: с начала года из реестра исключены лицензии более 300 вузов и филиалов. В следующем году в планах ведомства — 1,2 тыс. проверок учебных заведений, которые в ходе мониторинга показали низкие результаты.    

Комментарии

Материалы по теме

Аналитический центр «Эксперт» представит собственный проект первого Национального рейтинга научного роста университетов на конференции НИУ ВШЭ - Санкт-Петербург

Семь российских университетов попали в новый мировой рейтинг по трудоустройству выпускников

УрФУ вырос в рейтинге QS

Зачем teacher university быть research university

Письма читателей

Программа ВШЭМ УрФУ «Мировая экономика и международный бизнес» получила международную аккредитацию EPAS

 

comments powered by Disqus