Где Дели, а где мы

Несырьевой экспорт

Несырьевой экспорт

Несырьевой экспорт в РФ пока развивается благодаря отдельным компаниям и девальвации рубля, а не системной поддержке государства

20 ноября в Екатеринбурге представители РЭЦ обсудили внедрение регионального экспортного стандарта с «пилотными» субъектами РФ в УрФО — это Курганская, Свердловская и Челябинская области. Всего в стране таких регионов 22, на Урале к трем уже названным можно добавить Удмуртию, Башкирию и Пермский край. Суть стандарта (принят в мае 2017-го, повсеместно будет внедряться в 2018-м после корректировки) — «закрепление комплекса мер, при которых региональные власти смогут простимулировать экспортную деятельность компаний и сформировать эффективную инфраструктуру поддержки экспорта». Согласно рекомендуемым значениям, указанным в документе, компаний-экспортеров сегмента малого и среднего предпринимательства (МСП-экспортеров) в регионе должно быть не менее 500, география поставок — не менее 25 стран. Еще один показатель — ежегодный прирост числа МСП-экспортеров минимум на 5%. «Реально, но трудоемко, — негласно оценивают критерий регионалы. — Система поддержки работает, однако со сбоями». «Э-У» еще пару лет назад писал, что в развитии несырьевого экспорта главная роль принадлежит МСП. Но для них недостаточно организовывать деловые миссии в другие страны и популяризировать удачные истории поставок за рубеж, нужно максимально снижать барьеры, упрощать валютный контроль и таможенные процедуры, удешевлять кредиты. Как стимулировать несырьевой экспорт и насколько эффективны механизмы его поддержки — эти вопросы обсудили участники круглого стола «Несырьевой экспорт: возможности и перспективы», прошедшего в рамках XII международной конференции «Российские регионы в фокусе перемен», организованной Уральским федеральным университетом, Высшей школой экономики и менеджмента УрФУ, аналитическим центром «Эксперт» и деловым журналом «Эксперт-Урал».

Пишите…

Развитие несырьевого экспорта декларируется как одна из ключевых задач. Это заметно по общим объемам поддержки Группы РЭЦ: в 2017 году по сравнению с 2015-м (год создания РЭЦ) она выросла в два раза. В 2018-м, по ожиданиям РЭЦ, количество поддержанных экспортеров увеличится к уровню 2015-го в 40 раз, а страховой портфель РЭЦ достигнет 640 млрд рублей.

— В этом году случилась революция: Российский экспортный центр был серьезно масштабирован с точки зрения финансирования, — подтверждает директор департамента стратегического развития и инноваций Минэкономразвития РФ Артем Шадрин. — Сейчас он по-настоящему доступен не только для самых крупных предприятий, но и для среднего бизнеса и даже малых компаний. Один из самых эффективных инструментов — субсидирование процентных ставок по экспортным кредитам. Действует механизм предэкспортного финансирования, когда кредитование российских предприятий идет под залог контрактов на поставку продукции. Процентная ставка, мне кажется, вполне льготная: 2% годовых в валюте плюс порядка 1% на страхование страновых рисков. Еще один успешный инструмент — субсидирование затрат на транспортировку экспортируемой продукции, регистрацию прав на результаты интеллектуальной деятельности за рубежом, участие в зарубежных выставках и ярмарках. Рекомендую экспортерам зайти на сайт РЭЦ и выбрать для себя инструменты поддержки. Они реально доступны.

Еще одно достижение, о котором говорит РЭЦ, — развитие региональной инфраструктуры: сеть поддержки экспорта состоит из 31 точки в 27 регионах страны.

— Стратегия развития региональных центров поддержки экспорта себя оправдала. Это единое окно, куда можно обратиться лично или дистанционно, чтобы получить любые консультации. Мы стремимся, чтобы такие центры создавались и работали на максимальном числе территорий, — заверил предпринимателей Артем Шадрин. — Обратите внимание на возможность взаимодействия с системой торговых представительств РФ за рубежом, которые курируются Минэком. Это десятки стран, где можно найти новых партнеров. Не для совсем малых предприятий, но для среднего и тем более крупного бизнеса это вполне доступный и реально работающий инструмент.

— Наиболее востребованы у начинающих экспортеров услуги по поиску партнеров и анализу рынков, — оценивает запросы предпринимателей руководитель обособленного подразделения РЭЦ в Екатеринбурге Андрей Казанцев. — На второй позиции — участие в выставочно-ярмарочных мероприятиях. В частности Иннопром-2018 стоит в списке, который попадает под субсидирование. Экспортеры, прошедшие отбор, платят за участие в международной выставке не 100%, как крупные компании, обратившиеся к оператору напрямую, а около 20%. Заявку можно подавать уже сейчас. Спросом пользуются консультации и сопровождение по логистическим, таможенным процедурам. По сути, мы предоставляем всю линейку продуктов, связанных с экспортной деятельностью, включая образовательные услуги. Можно обратиться с запросом компенсации затрат на сертификацию, адаптацию на внешних рынках, этот механизм работает. Пишите, звоните по любым каналам указанным на сайте РЭЦ. Все обращения будут рассмотрены в кратчайшие сроки.

— Действительно, начинающих экспортеров интересует выбор рынков, условия доступа на них, требования к продукту, поиск потенциальных партнеров и контакты с ними, в том числе на различных выставках и в рамках бизнес-миссий, — соглашается с коллегой директор Свердловского областного фонда поддержки предпринимательства (СОФПП) Евгений Копелян. — В этот список также можно включить обучение, консультирование по таможенным процедурам, продвижению продукции на зарубежные рынки, например, подготовке презентационных материалов. Продвинутые экспортеры пользуются такими инструментами, как поддержка в сертификации продукции по требованиям страны-импортера, защита интеллектуальной собственности. Одним из показателей работы СОФПП является количество экспортных контрактов: в 2017 году предприниматели Свердловской области заключили 60 контрактов с зарубежными контрагентами, в том числе — благодаря нашей поддержке.

— Идет процесс становления региональной инфраструктуры поддержки экспорта, которая пытается ответить на стоящие перед ней вызовы. Мы, например, вместе с экспортерами ищем те самые ниши, где рост экспорта и его диверсификация могут быть очень существенны, — рассказал о направлениях работы заместитель министра международных и внешнеэкономических связей Свердловской области Михаил Голубев. — На Урале много предприятий, которые производят инновационную продукцию, но не все они изготавливают конечный продукт. Многие выпускают только комплектующие. Поэтому одна из наших задач — консолидировать производителей, чтобы с помощью компетенций, которые они имеют, получился тот самый конечный продукт, который будет востребован на зарубежном рынке. Чтобы продвигать не отдельные составляющие, а единый проект. Это строительство, допустим, крупных энергетических объектов за рубежом в сфере железнодорожного машиностроения, химической промышленности. Речь идет не только о товарах, но и услугах — транспортных, инжиниринговых, информационных, туристических, медицинских.

— В регионах также может быть сформирован механизм своеобразного экспортного акселератора, — дополняет Артем Шадрин. — В основе этого механизма менторы — успешные экспортеры, которые делятся опытом в преодолении барьеров, связанных с выходом на внешние рынки.

…Звоните …

Многие уральские экспортеры таким опытом владеют. Барьеров несколько. Первый — логистика.

— Из-за проблем с логистикой у нас сорвалось несколько сделок по поставкам комплектующих в США, Сербию и Словению. Благодаря нашим монополистам, мы не смогли вовремя поставить образцы продукции, хотя интерес был и намечались крупные сделки, — рассказывает директор компании «Атерма Экспорт» (производство ультразвуковых преобразователей для счетчиков газа, победитель конкурса «Лучший экспортер Уральского федерального округа», подробнее см. «Знание — электросила») Алексей Попов. — Это наболевший вопрос для МСП. Сравните с Китаем: там все пользуются AliExpress. У них три человека работают, а они поставки делают по всему миру, за 50 рублей прибор доставят из Поднебесной. А мне почтой из Екатеринбурга в Нижний Тагил это будет стоить 350 — 400 рублей. Другой пример — пытался выйти на рынок Словакии. Нашел клиентов, договорились благодаря ТПП и СОФПП. Бизнесмены приехали из Словакии, им понравился наш продукт, но я не могу найти туда доставку! У меня прибор по цене дешевле, чем европейский, — 5 тыс. рублей. А логистика до Словакии обойдется в 8 тысяч. Или Почтой России отправлять — 3,5 тысячи. В свое время был единственный поставщик, который мог отвезти мой груз в Чикаго, — EMS Почта России. Они клялись, что за 1,5 тыс. рублей груз за 20 дней доставят. Я с американцами, зная российскую действительность, договорился на два месяца. В итоге они получили этот товар через полгода, он только в таможне три месяца пролежал! После этого они со мной работать будут?!

Есть конкретная идея — организуйте на базе РЭЦ торговые дома, предлагает институтам поддержки экспорта Алексей Попов:

— Чтобы я, например, мог прийти в РЭЦ, отдать здесь груз. И пусть он тут консолидируется, долго идет — месяц, два, три. Но он туда придет по нормальной цене. Там торговый дом РЭЦ отправит его местным транспортникам, и я выручу хоть какие-то копейки. А сейчас я прихожу в транспортную компанию: «Ребята, мне нужно отправить килограмм». Они отвечают: «Нет, контейнер заказывай». Знаете, сколько он стоит? Мне проще самолетом слетать туда-обратно. Чтобы количество малых экспортеров росло, нужно, чтобы у них была возможность поставлять пробные партии продукции по нормальным ценам.

Второй барьер — коммуникации. «Связаться с торгпредствами РФ невозможно», — говорят экспортеры.

— Вы пробовали к ним обратиться? Просто взять и дозвониться? Благодаря СОФПП был на выставке в Сербии в 2016 году. Нашел клиента. Обратился за помощью в торгпредство, юрист представительства на выставке дал визитку, мол, коллеги, звоните, обращайтесь. Я звонил раз 40 — не помогло, — сетует Алексей Попов. — Та же история в Индии: индийские компании заинтересовались нашей продукцией, но дозвониться и получить хоть какие-нибудь консультации в торгпредстве РФ в Дели не удалось. Где Дели, а где мы…

— Если не отвечают торгпредства, напишите в наше Минэкономразвития, мы разберемся. Не подходят к телефону — может, телефон поменялся, визитка старая, — разбирается в реакции представительств на обращение экспортера Артем Шадрин. — Есть разные каналы коммуникации, совершенно точно можно достучаться. Если взаимодействовать с госорганами, то лучше всего в письменном виде. Напишите на бланке вашего предприятия, по факсу отправьте скан, либо по электронной почте. Поможем с коммуникациями.

Третья проблема — недоступность финансирования. По мнению экспортеров, маленькие предприятия кредиты, как правило, не берут: «Мы развиваемся на свои. Потому что, во-первых, банки кредитов не дают. Очень сложно получить финансирование. Во-вторых, мы сами опасаемся их брать. Понимаем, что нас могут раздавить в любой момент. А инструменты субсидирования практически не работают».

— Страшно идти в банк? Согласен. Но есть Росэксимбанк, который готов предоставлять средства на предэкспортное финансирование на доступных условиях, под экспортный контракт, с льготными требованиями по залоговому обеспечению, — подбадривает МСП Артем Шадрин. — Приходите, обращайтесь, там обязательно рассмотрят ваше предложение.

— К сожалению, не могу сказать, что у нас есть положительный опыт работы по финансовым инструментам РЭЦ, — констатирует Евгений Копелян. — Заявки, которые мы туда отправляли, давно лежат без движения. На уровне Свердловской области эти финансовые инструменты, в том числе по субсидированию, не работают.

Проблема четвертая — внутренние препоны для развития экспортного потенциала.

 — Государство декларирует поддержку, но в реальности мы ее не ощущаем. И это очень заметно в мелочах. Например, на дорогах регионального и федерального значения габарит транспортных средств с грузами — 4,5 метра и выше. Наша продукция с упаковкой 3,1 метра в высоту, высота пола фуры от земли 1,2 метра. Итого общая высота автотранспорта с грузом — 4,3 метра. Фактически по габариту проходим, и если мы везем его на открытой платформе, то проезжаем нормально. Но если везем в кузове с открытой крышей, из которой немного выставляется груз, штраф за негабарит 500 тыс. рублей. У меня разрыв шаблона: поддерживаем мы экспортеров или нет, — делится впечатлениями генеральный директор НПП «Динамика» (научные исследования и разработки в области естественных и технических наук) Елена Кирилюк. — Для малого бизнеса участие в выставках стоит столько же, сколько и для корпораций. А в чем тогда смысл? У всех ведомств есть планы и показатели, но при этом нет общей идеи.

— Одной из главных проблем, и не только реализации инструментов поддержки экспорта, но и вообще всех инструментов развития МСП, является несогласованность действий различных уровней власти и отсутствие межведомственного взаимодействия, — подчеркивает Евгений Копелян. — Одной рукой даем какую-то поддержку, а другой — через ФНС, контрольно-надзорные ведомства всю эту поддержку нивелируем. Примеров можно привести много.

Пятая проблема — недостаточная поддержка экспорта со стороны региональных властей.

— 2014 год, Иран, крупная компания по добыче железной руды. Им надо было обогатительную фабрику сделать по инновационной технологии. Хороший проект, десятки миллионов долларов, реальная возможность выйти на новый рынок, — рассказывает директор компании «Техно Групп» экология и энергосбережение» (обогащение полезных ископаемых, переработка техногенных отходов) Александр Хохлов. — Я пришел в региональное министерство, меня там вежливо выслушали. Но сказали: «Ты все сделай, а мы тебе потом поддержку окажем». То есть я должен провести исследование, разработать фабрику, техрегламент, и только затем получить подтверждение правительства и финансирование. А потом мне скажут: «Это не наш уровень, а федеральный».

— В Китае создаются особые зоны для привлечения иностранных инвестиций, зарубежным предприятиям предоставляются налоговые льготы, стабильная политическая поддержка, качественная и эффективная административная помощь, — поделилась опытом консул по торгово-экономическим вопросам генерального консульства КНР в Екатеринбурге Сюй Вэйпин. — Это содействует расширению экспортного рынка.

Шестой барьер — внешний.

— В некоторых странах по отношению к российским экспортерам принимаются дискриминационные решения. Например, в Узбекистане с подачи одной из европейских компаний принят закон, ограничивающий применение и производство как узбекских, так и российских ультразвуковых счетчиков, не соответствующих европейским стандартам. Подозреваю, что с 2018 года объемы поставок российских приборов в эту страну в разы упадут, — прогнозирует Алексей Попов. — Мы для этих счетчиков поставляем комплектующие как в России, так и в Узбекистан через посредников. Новый закон ограничивает конкуренцию на узбекском рынке. Для меня он закрывается, а ведь его доля в общем объеме экспорта компании составляла 30 — 40%. На уровне правительства, министерств никто об этом не думает и, соответственно, не пытается помочь предприятиям, поставляющим в Узбекистан готовую продукцию и решения. Конкуренты не всегда действуют рыночными методами. И если мы хотим развивать экспортное направление, то это нужно отслеживать и интересы бизнеса отстаивать.

Есть примеры, когда бизнес, не дождавшись поддержки, решает вопросы выхода на зарубежные рынки самостоятельно.

— Есть успешный кейс по продвижению одной из компаний-членов Ассоциации лесорубов Сибири и Урала (АЛСУ) на рынок США без какой-либо господдержки. Речь идет о готовых домах из клееного бруса. Мы помогли компании подогнать продукт под высокие требования, провести сертификацию, — рассказал заместитель директора по международным связям АЛСУ Руслан Сайдулин. — Благодаря девальвации рубля получили существенные конкурентные преимущества. Так, стоимость одного квадратного метра малоэтажного дома из древесины на территории США составляет 2,5 — 4,5 тыс. долларов. Наша цена — 100 — 500 долларов в зависимости от требований заказчика. И это конкурентное преимущество обещает сверхприбыли. Мы пытались сделать наоборот: привезти инвесторов и запустить производство на Урале. Но сейчас это сложно сделать из-за политических условий. Тогда решили ничего не придумывать и попробовать продавать в США готовую продукцию. И получилось.

… Не ждите хороших условий

— Акцент на экспортно ориентированное развитие был сделан, когда всем стало понятно, что стратегия импортозамещения как механизм развития российской экономики полностью обанкротилась, — убежден заведующий Отделом экономической теории ИМЭМО РАН, заведующий Кафедрой мировой экономики МГУ Сергей Афонцев. — Но настораживает схожая риторика радужных лозунгов. Опять заявляются оптимистичные цифры, однако многие из сегодняшних достижений по несырьевому экспорту — результат девальвации рубля. Этот эффект будет исчерпан уже в 2018 году (если, конечно, с рублем опять что-то не произойдет). «Давайте инвестировать в экспорт» — стратегия достаточно рискованная, которую нужно подкреплять реальной оценкой механизмов поддержки. Была надежда, что поможет РЭЦ: будет предоставлять услуги консалтинга, посредничества, услуги в торговых переговорах и так далее. К сожалению, эти надежды пока не оправдываются. Есть хорошая информработа, обещания инструментов, которые имеются в распоряжении РЭЦ. Надеюсь, эти инструменты когда-нибудь заработают в полную силу. Но пока отслеживание рыночных возможностей и работа с потенциальными заказчиками — это миссия исключительно экспортеров. Советую не ждать, когда будут созданы механизмы господдержки. Субсидирование издержек — это хорошо, но пока вы его ждете, рыночные ниши займут более инициативные и мотивированные компании. На емкие внешние рынки пробиться сложно, но если вам это удалось и вы начали наращивать масштабы поставок, то справиться с конкурентами будет проще: объемы позволят снизить издержки.

— Успешные стратегии экспортной деятельности определяются на уровне компании, а не на уровне государства или отрасли, — поддержал коллегу профессор Высшей школы экономики в Москве, научный сотрудник центра Bruegel в Брюсселе и Центра социально-экономических исследований в Варшаве Марек Домбровски. — На уровне правительства, даже регионального правительства, очень тяжело прогнозировать, что в другой стране в определенной нише будет востребовано. Этот риск могут взять на себя только коммерческие структуры. Государство должно создавать благоприятные инфраструктурные, регуляционные и макроэкономические условия. Если мы посмотрим на экспортные истории успеха стран Центральной и Восточной Европы, то поймем, что это не только последствия вхождения в Евросоюз, хотя это тоже сыграло огромную роль, а эффект включения предприятий в глобальные цепочки добавленной стоимости. Здесь вопрос открытости экономики играет ключевую роль.
 
— Обратите внимание на польский бизнес, который на протяжении последних двух-трех лет проявляет колоссальные усилия по развитию экспорта в Китай, — советует экспортерам Сергей Афонцев. — Есть феерические примеры того, какие польские товары стали поставляться в Китай — вплоть до такой экзотики, как пиво со вкусом банана. Здесь работает связка логистических и экспортных компаний. Во многом успех производителей обусловлен тем, что логистические компании, которые захотели заработать на интенсификации трафика по железнодорожным каналам Шелкового пути, начали искать возможности — а что можно привезти в Китай? Китайский экспорт идет в Европу, а возвращаются пустые контейнеры. Чем их можно наполнить? Давайте посмотрим, что Китаю нужно, найдем компании, которые могут предложить что-то для этой страны. Сколько разговоров было, что эти контейнеры будут пустовать десятилетиями, что Европейскому союзу нечего предложить. А уже сейчас составы, возвращающиеся из ЕС в Китай, на 30 — 40% заполнены европейскими товарами, причем главную роль в их наполнении сыграли компании малого и среднего бизнеса, которые наиболее быстро отреагировали на открывшиеся возможности. Прошло только два-три года с момента запуска транспортных маршрутов. А что будет через пять-семь лет? Давайте и мы так сделаем! Главное не думать, что на внешних рынках никто нас не ждет. Нет ничего более глупого, чем аргумент о том, что кто-то кого-то должен ждать или не ждать. Кто ждал китайские компании на рынках в середине 90-х? А через десять лет оказалось, что Китай завоевал значительную часть рынков развитых стран. Чтобы завоевать рыночные ниши, вы должны производить продукт либо более качественный, либо более дешевый, либо лучший по соотношению цены и качества. Вы можете производить товар в два раза хуже по качеству, чем ваши конкуренты, но если вы продаете свой товар в четыре раза дешевле, на рынке будут ждать именно вас.     


Дополнительные материалы:

Поддержка в один клик

Конкурентоспособность российского бизнеса на внешних рынках нужно повышать с помощью комплексного кредитно-страхового инструментария поддержки экспорта, учитывая специфику компаний различных масштабов, считает директор по развитию внешнеэкономической деятельности АК БАРС Банка Наталья Шаламова

— Головной центр АК БАРС Банка находится в Казани, но мы эффективно работаем с экспортерами в 27-ми региональных центрах страны, в том числе в Екатеринбурге. У банка немалый опыт поддержки клиентов в ведении внешнеэкономической деятельности. Мы взаимодействуем с экспортно ориентированным бизнесом в гораздо более тесном формате, чем, например, с компаниями, осуществляющими внутрироссийские сделки. И понятно почему: предприятиям, которые выходят на внешний рынок, в большей степени это касается МСП, нужна консультационная поддержка на всех этапах сделки, включая экспертизу проекта контракта на предмет минимизации нежелательных последствий.

Предприниматели сталкиваются с валютным законодательством, проведением международных расчетов, оформлением дополнительных документов на иностранном языке, конверсионными операциями. Соответственно, экспортеры должны предусмотреть валютные риски в своей финансовой деятельности и каким-то образом их нивелировать. Наша миссия — помочь разобраться бизнесу во всех нюансах валютного законодательства. Что мы готовы предложить? Комплекс услуг по проведению расчетов в иностранной валюте, документарным операциям, международным банковским гарантиям, постимпортному и предэкспортному финансированию. Мы — партнеры экспортеров по широкому кругу вопросов: от валютного консалтинга (у нас есть специальная служба) до аккредитивов и гарантий, которые позволяют максимально защитить интересы покупателя и продавца и снизить коммерческие риски. Даже те, кто занимается внешнеэкономической деятельностью на постоянной основе, не может на 100% быть уверен в том, что его никогда не подведет контрагент. Аккредитив, например, позволит продавцу получить дополнительные гарантии в своевременной оплате отгруженного товара и возможность предоставить отсрочку платежа импортеру без увеличения коммерческих рисков. Еще одна актуальная услуга — онлайн-конверсия. Она позволяет совершать сделки в режиме реального времени по реальным рыночным курсам в один клик.     

Комментарии

Материалы по теме

Экспорт революции

Гонки в пустыне

В Свердловской области названы лучшие экспортёры среди МСБ

Поведены итоги премии Экспортер года-2016

Задний ход

20 уральских предприятий вошли в федеральный перечень для оказания господдержки

 

comments powered by Disqus