Коперниканский переворот в экономической политике

Новая экономическая реальность

Новая экономическая реальность

Зарождение и закат инвестиционной эпохи начала XXI века на страницах «Эксперт-Урала»

Первый номер журнала «Эксперт-Урал» вышел в мае 2000 года — на заре эпохи, экономически благоволившей России так, как прежде не случалось десятилетиями. На рубеже веков мировые сырьевые рынки взяли курс на уверенное развитие; крупные отечественные предприниматели почувствовали вкус валютной выручки и осознали свои конкурентные преимущества перед западными конкурентами. Ориентированная на экспорт отечественная добывающая промышленность пошла в невиданный рыночный рост. Чтобы системно отслеживать траекторию подъема, мы запустили тогда два масштабных ежегодных исследования, которые остаются нашими фирменными проектами и по сей день, — это рейтинг крупнейших предприятий и рейтинг основных экспортеров Урала и Западной Сибири.

С лагом в несколько бизнес-циклов за сырьевиками-экспортерами стали подниматься смежные сектора: строительство, логистика, финансовая инфраструктура. А у нас появились первые в регионе системные ежеквартальные исследования соответствующих секторов: ренкинги застройщиков, банкиров, страховщиков нашего макрорегиона.


Монтаж корпуса нового реактора на быстрых нейтронах на Белоярской АЭС: БН-800 — это решение глобальной задачи обеспечения гражданской ядерной энергетики топливом на практически неограниченный срок

В первые годы почти вся вдруг выросшая прибыль изымалась и попросту проедалась: основная доля — акционерами, кое-что перепадало только зарождавшемуся тогда классу эффективных менеджеров. Со временем все больше средств транслировалось ниже по ступеням экономического табеля о рангах. А еще через год-другой вспыхнул пожар потребительского кредитования: все бо?льшие пласты работников получали возможность утолить десятилетиями копившийся потребительский голод. Жажда консюмеризма оказалась велика: почти все первое десятилетие XXI века доходы населения и потребительский сектор экономики росли более динамичными темпами, чем объемы промышленного производства. В обществе начался складываться невиданный прежде «средний класс», который в отечественных реалиях, особенно поначалу, напоминал, скорее, наедающуюся прослойку. И снова одним из первых отечественных исследований нового социального явления стал фундаментальный «экспертовский» проект «Стиль жизни среднего класса в 2001 — 2005 годах».

Поначалу промышленники наращивали объемы производства на доставшихся в наследство от советской экономики старых производственных мощностях, но вскоре стало ясно, что рост мирового спроса — не кратковременный всплеск, и чтобы продолжать снимать с него финансовые сливки, неплохо бы задуматься о технологиях, точнее, об их обновлении — поднялась инвестиционная волна. «Если в 2003 — 2004 годах в промышленном секторе региона было запущено порядка 70 крупных инвестпроектов на общую сумму свыше 5 млрд долларов, то в 2005 — 2006 годах их количество достигло 120, а сумма запланированных инвестиций перевалила за 15 млрд долларов. Среди проектов — разработка Уватского месторождения ТНК-ВР в Тюменской области (свыше 2 млрд долларов), строительство завода глубокой переработки нефти Сургутнефтегаза (1 млрд долларов), создание совместного предприятия группы ВСМПО-Ависма с Boeing (пока 60 млн долларов), запуск современнейшего электросталеплавильного комплекса на 1 млн тонн стали Максигрупп (свыше 200 млн долларов) и множество других», — писали мы, запуская одну из знаковых на тот период для нашего журнала рубрику «Инвестиционные проекты Большого Урала».


На базе Бованенковского нефтегазоконденсатного месторождения с запасами в 5 трлн кубометров газа с нуля построен первый на Ямале и во многом уникальный газодобывающий промысел. Ни одна страна в мире не создавала ничего подобного в арктических широтах. Сформирована полноценная система промышленного и жизнеобеспечения с промбазами, автомобильными дорогами, электростанциями и вахтовым поселком

В то же время власти стали стремиться придать разрозненным всполохам очертания системного процесса — в России начала оформляться осознанная экономическая политика, которая со временем стала определять фарватер движения государства в целом. Государственное информационное поле почти целиком заняли ньюсмейкеры из промышленных, торговых и финансовых ведомств, ориентиры национального развития задавались в терминах экономического роста. Фирменным лозунгом того времени навсегда останется призыв 2003 года удвоить национальный валовой продукт к 2013-му.

Апогея отечественный инвестиционный бум достиг к 2007 году. «Если все проанализированные нами проекты будут реализованы в заявленные инициаторами сроки (а большинство запланированных должно быть пущено в промышленную эксплуатацию и выведено на проектную мощность к 2012 — 2013 годам), то суммарный ВРП Урало-Западносибирского региона (без учета ХМАО и ЯНАО) увеличится в текущих ценах с 107 млрд долларов в 2006 году до 150 миллиардов в 2012-м. Естественно, увеличение ВРП будет происходить не исключительно за счет рассматриваемых проектов. Однако уже только они смогут увеличить суммарный ВРП региона к 2012 году более чем на 40% к уровню 2006 года. Среднегодовой темп прироста, обеспечиваемый этими проектами на 2007 — 2012 годы, составит 5,6%, причем пик роста (9,2%) придется на 2009 год. Чемпионами в гонке за ВРП выйдут: Тюменская область — общий прирост ВРП до 2012 года 60%, Свердловская и Челябинская — по 51%, Оренбуржье — 47%», — прогнозировали мы в преддверии 2008 года.


«Уральские локомотивы» за десять лет превратились из предприятия по модернизации советских электровозов в лидера транспортного машиностроения России

Замирание

«Октябрь 2008 года стал первым месяцем, отразившим влияние кризиса на реальный сектор экономики и, что самое важное, на промышленность страны. <…> В Урало-Западносибирском регионе в эпицентре провала оказались крупнейшие промышленные территории: Челябинская область (спад по официальным данным Росстата — 11,6%, по нашей оценке — 11,3%), Свердловская область (спад по Росстату — 8,4%, по нашей оценке — 11,7%), Пермский край (7,4% и 7,5% соответственно). Вспомните: по результатам первого полугодия промышленный рост во всех перечисленных областях перевалил за 7%, обогнав как среднеуральские, так и среднероссийские показатели. <…> Наиболее неприятна ситуация в черной металлургии: по данным Лондонской биржи металлов (LME), цены на сталь за август — октябрь упали в 3 — 3,5 раза, причем только за октябрь на средиземноморском рынке с 520 до 252 долларов за тонну, а на азиатско-тихоокеанском — с 510 до 270 долларов», — рапортовали мы в конце 2008 года.

2009-й прошел в том же кризисном ключе: в отличие от напрогнозированных нами 9,2% прироста валовой продукт макрорегиона провалился на сопоставимую величину. А первое место по частоте мелькания в публикациях вместо прежнего — «инвестиции» заняло словечко «оптимизация».

От шока удалось оправиться за пару лет. По итогам первого квартала 2010 года оживление деловой активности, начавшееся в конце 2009-го, потихоньку превратилось в восстановительный рост, а к середине лета-2010 промышленность Урала и Западной Сибири поднялись до уровня 2007 года. Мы обрадовались и принялись трубить в ожидании нового инвестиционного рывка. Но не тут-то было. Вдруг выяснилось, что экономический рост более не в фаворе у отечественного правительства, фокус внимания теперь оказался смещенным в плоскость социальной стабильности. Казна беднела: программы поддержки бизнеса сворачивались, денежно-кредитная политика ужесточалась.


Морской порт Сабетта по завершении строительства всех очередей сможет круглогодично обрабатывать около 30 млн тонн грузов и займет вторую строчку в рейтинге портов РФ в Арктическом бассейне

Еще в острую фазу кризиса основной целью государственной деятельности было недопущение социальных волнений любой ценой: на организацию временных работ и пособий были потрачены немалые бюджетные средства. Помощь экономическим агентам, конечно, тоже предоставлялась, но носила преимущественно избирательный характер; основная масса компаний была вынуждена выходить из штопора самостоятельно.

Но и когда дно кризиса было пройдено, социолюбивая риторика не утихла: надвигались думские выборы конца 2011 года и президентские — мая 2012-го. А когда и выборы минули, то появились майские указы президента, обещавшего разительный рост зарплат бюджетникам и пособий пенсионерам — ориентир удвоения валового продукта был заменен целью удвоения жалований и пенсий. В результате за четыре года направление трат государственных денег кардинально изменилось: если в самом начале 2000-х годов бюджеты верстали с учетом поддержки экономического роста (строительство инфраструктуры, программы поддержки бизнеса, госгарантии…), то в начале второй декады XXI века в расходной части стали превалировать социальные обязательства, а разделы «Национальная экономика» и «ЖКХ» стали забываться.

Поворот

2014 — 2015 годы затвердили невозможность возвращения страны к прежней модели развития. Отечественная экономика, так до конца и не оправившаяся от обвала 2008 — 2009 годов, оказалась жестко ограниченной санкционным противостоянием России и западных стран в связи с разгоревшимся территориальным конфликтом на Украине. Еще бо?льшим ударом для реального сектора стала девальвация рубля. В результате инвестиционный процесс в коммерческом секторе страны снова оказался заморожен, а ориентация на интеграцию в мировую экономику осложнена выстроенными барьерами. Да теперь она и не приветствовалась: в приоритет было возведено хозяйствование, замыкающееся само на себя (экспортоориентированная сырьевая модель экономики, однако, осталась, а прежние конкурентные преимущества исчерпались).


За десять лет екатеринбургский Кольцово стал одним из лучших аэропортов на территории СНГ и отправной точкой для формирования крупнейшего в России аэропортового холдинга

Хочется думать, что это не случайность и не управленческая оплошность, а естественное следствие сознательно выбранного направления — наращивания геополитической активности. В такой схеме национальных интересов роль экономики лишь обслуживающая, а не самодостаточная, как это было десять лет назад. Должно быть, это и правильно: ставить ориентиром исключительно прибыль и/или экономический рост — провальная стратегия даже для современных корпораций, тем более для огромного многонационального государства.

Именно тогда, в середине первой декады двухтысячных, и был задуман наш проект проектов — подборка «Проекты XXI века», о которых мы писали на протяжении юбилейного для журнала года. За ними и им подобными мы внимательно следили на протяжении последних 15 лет. На наш взгляд, отобранные нами сюжеты стали смысловой концентрацией надежд и чаяний этой яркой эпохи, продлиться которой оказалось суждено менее десятилетия. Да, большинству описанных нами в этой рубрике проектов повезло состояться, совершить качественный прорыв в своей отрасли. Но на широком горизонте они — исключения: приходится констатировать, что основная масса инициатив того времени рухнула, погребя под собой цветастые афиши «новой экономики», какой она виделась 10 — 15 лет назад.

Сказанное вовсе не означает конца отечественной экономики. Мы верим, что Россию ждет в будущем стремительный промышленный рост. Но ясно, что его движителями уже не будут инвестиционные инициативы ориентированного на открытую мировую экономику частного бизнеса. Контуры новых драйверов проступают уже сегодня. Это внерыночные, централизованные и координируемые государством мегапроекты и мегасобытия, подразумевающие, наряду с возможным экономическим эффектом, громкий символический резонанс: Олимпиада в Сочи, чемпионат мира по футболу, высокоскоростная железнодорожная магистраль Москва — Пекин и другие. Какими эти технологии роста сложатся в реальности — покажет время. Наблюдение за судьбой их развития потребует нового журналистского инструментария. А значит, нам есть куда расти.

Академический — пример героического и отчасти авантюрного освоения «чистого поля». Став первым в России реализованным проектом комплексного освоения территории, он изменил отношение к этому типу застройки у всей страны

Комментарии

Еще в сюжете «Проекты XXI века»

Материалы по теме

Без восстановления доступа к международным рынкам можно говорить лишь о минимизации ущерба, но не о перспективах выхода из кризиса

Правила успешного региона

Выступаем на рассвете

Единый налог на недвижимость введен не будет, но граждане будут платить за собственность больше

Южный Урал набирает обороты роста

 

comments powered by Disqus