Вызовы, толкающие вперед

Ямал в условиях ограничительных мер со стороны Запада

Ямал в условиях  ограничительных мер со стороны Запада

В сентябре ЕС запретил европейским компаниям предоставлять российским партнерам услуги по разведке и добыче глубоководной и арктической нефти. Тогда же США ограничили поставку и реэкспорт товаров, услуг (за исключением финансовых), а также технологий для проектов разведки и добычи на глубоководном шельфе, шельфе арктических морей и проектов по добыче сланцевой нефти пяти российским компаниям: Роснефти, Газпрому, «Газпром нефти», ЛУКойлу и Сургутнефтегазу. Ранее Евросоюз ввел запрет на поставки в РФ высокотехнологичного оборудования для нефтяной сферы, в частности оборудования для глубоководной добычи и работы в Арктике. Потенциальными жертвами санкций эксперты называли проекты освоения шельфа и трудноизвлекаемых запасов. Как ограничения скажутся на развитии стратегической отрасли, «Э-У» рассказал губернатор Ямало-Ненецкого автономного округа Дмитрий Кобылкин.

— Дмитрий Николаевич, ограничения не коснутся действующих месторождений, где нефть уже добывается. Речь идет о новых, планы освоения которых охватывают ближайшие 5 — 10 лет. Как ограничения скажутся на реализации нефтегазовых проектов на Ямале? Можно ли говорить, что Запад нанес удар по основному источнику будущего роста добычи углеводородов?

— Я бы не стал драматизировать ситуацию. Хотя поведение наших зарубежных партнеров мне кажется как минимум нелогичным. Ведь действие санкций обоюдно, и энергетические зарубежные компании — партнеры наших российских предприятий — вряд ли довольны происходящим. Но мы живем по взрослым правилам. И понятно, что наши компании будут и развивать технологии, и корректировать проекты. Россия — признанный лидер в нефтегазодобыче, нефть у нас добывают больше 100 лет, и за это время накоплен уникальный опыт в собственных технологиях. В том числе и в арктических широтах, на Ямале. Многое именно здесь было сделано впервые. За рекордно короткий срок сформировалась целая отрасль — абсолютно высокотехнологичная с главным принципом «не навреди». Страна наша является ведущей в нефтегазодобыче, здесь работают и готовятся крепкие профессионалы. Мое мнение — мы были лидерами в добыче нефти и газа, ими и останемся. Любые вызовы только толкают нас вперед. История очень наглядно это демонстрирует. Будет развиваться наука, будут внедряться новые и, что важно, свои технологические разработки. Санкции стимулируют нас, и запланированного эффекта от удара Запад не дождется.

Отказ некритичен

— В НИОКР российские компании вкладывали до сих пор недостаточно средств, чтобы отказаться от технологий из-за рубежа. По вашим оценкам, когда Россия не будет зависеть от западного оборудования для добычи полезных ископаемых?

— В современном мире все так переплетено, что изобретать велосипед нерационально. Конечно, мы использовали и будем использовать технологии из-за рубежа. Ровно так же, как и наши партнеры используют российский уникальный опыт. Работать с профессионалами выгоднее, это понятно. Но отказ от западного оборудования некритичен. Жизнь, развитие России из-за санкций не остановятся. Все, что необходимо для добычи, перекачки углеводородов, может делаться и делается в России или в других странах, не входящих в Евросоюз. В Тюмени, например, можно собирать плавучие буровые установки для работы на шельфе.

Отечественные компании давно не новички. У многих действуют свои внутрикорпоративные научные институты. Такой факт: некоторые арабские страны привлекают российских гигантов топливно-энергетической отрасли к осуществлению масштабных проектов, потому что нашему ТЭК есть что предложить.

— Темпы добычи углеводородов на территории региона в прошлом году упали, но в этом стабильны. Тенденция переломлена?

— Ямал дает столько углеводородов, сколько необходимо стране, нашим парт­нерам. Все обязательства компании выполняют неукоснительно. По нефти есть падение. Но мы понимаем, почему это происходит и как это исправить.

— Согласно вашему докладу «Трудноизвлекаемые запасы», сложнодобываемая нефть на Ямале в различных объемах присутствует в 124 из 162 нефтяных месторождений. Как стимулировать ее добычу?

— Промышленная разработка крупных месторождений Ямала, таких как Восточно-Мессояхское, Западно-Мессояхское, Русское, Уренгойское, с суммарными извлекаемыми запасами нефти около 1,5 млрд тонн позволит уже к 2020 году увеличить добычу в регионе более чем в два раза, с 21,7 до 44 млн тонн. И достижение этой масштабной цели будет во многом зависеть от объемов добычи трудноизвлекаемой нефти, которой в этих месторождениях более 79%.

Благодаря тесному взаимодействию между властью и бизнесом, многолетняя дискуссия о необходимости стимулирования добычи трудноизвлекаемой нефти перешла уже в плоскость практических решений. Тем не менее предстоит сделать еще немало. На законодательном уровне необходимо продолжать работу по правовому обеспечению экономической эффективности добычи такой нефти на протяжении всего жизненного цикла разработки месторождений. Только консолидировав усилия недропользователей, региональных и федеральных органов власти, нам удастся придать мощный импульс развитию нефтедобычи на территориях и топливно-энергетического комплекса России в целом.

Транспортировку обеспечим

— В последние годы на Ямале формируются новые системообразующие центры нефте- и газодобычи на базе крупных месторождений, идет строительство связанных с их освоением коммуникаций, в том числе трубопроводных. Так, на полуострове Ямал развиваются Бованенковский, Тамбейский и Новопортовский центры, на северо-востоке округа в связи со строительством нефтепровода Заполярье — Пурпе идет активная подготовка к промышленному освоению группы нефтяных месторождений, центральное положение среди которых занимает Мессояхское. Какие шаги со стороны власти и бизнеса способствуют развитию комплекса? Какие проекты вы считаете наиболее значимыми для отрасли в целом?

— Существующую картину топливно-энергетической отрасли Ямало-Ненецкого округа изменит не только развитие и становление нефтегазовых центров, хотя и этот фактор — один из важнейших. Особую роль здесь играет совершенствование транспортной составляющей углеводородного сырья. К примеру, завершение строительства газовой магистральной системы Бованенково — Ухта — Торжок, намеченное на 2016 год. Запуск участка Заполярье — Пурпе в рамках строительства трубопроводной системы Заполярье — Пурпе — Самотлор станет весомым событием на рынке нефтедобычи. Окончание работ также ожидается через два года.

Ямальский проект «Северный широтный ход» и вовсе даст новый вектор развития транспортировки углеводородов России. Семьсот семь километров железнодорожного пути обеспечат выход к Северному морскому пути. К примеру, маршрут из Шанхая до Гамбурга вдоль арктического побережья примерно на шесть с половиной тысяч километров (3450 морских миль) короче южного через Суэцкий канал. Ключевым морским портом Севморпути станет строящийся многофункциональный порт Сабетта на Ямале. Добавлю, только с вводом завода по сжижению природного газа Ямал СПГ в Сабетте грузооборот на Северном морском пути увеличится до 20 млн тонн в год.

— Для округа не менее важны автодороги. Пару лет назад я наблюдал за строительством стратегической трассы между Салехардом и Надымом. Складывалось ощущение, что за два-три года ее построят. Когда она будет введена в эксплуатацию?

— Салехардский участок автодороги Надым — Салехард в этом году полностью заасфальтирован. Часть его, около 10 км, выполнена в одном слое асфальтобетона. В следующем году дорожники закроют ее вторым слоем, и строительство продолжится на следующем участке. В этом году планируется сдать в эксплуатацию еще 20 км автодороги в капитальном исполнении. Кроме того, на трех мостовых переходах работают мостостроители. Ведется рекультивация подмостовой площадки на реке Хойзериена. Заканчивается укрепление обочин на мосту через реку Тюндъяхамал. Для мостостроителей на этой дороге много работы: в следующем году будут начато строительство еще восьми переходов. А всего на дороге будет 53 моста. Работа идет на сближение, то есть к салехардскому отрезку со стороны Надыма также движутся дорожники. Открыть сквозное движение планируем в 2018 году.

Священное место

— Как реализация масштабных промышленных проектов влияет на климат Арктики и на жизнь коренных народов Севера?

— Ямал, несмотря на активную промышленную разработку с 70-х годов прошлого века, остается одним из самых чистых и нетронутых уголков планеты. А в последнее время требования к экологической и социальной — в отношении коренных северян — составляющим проектов ужесточились кратно. Ни один промышленный проект в округе не начинается без согласования с представителями коренных малочисленных народов. И это не просто отрадный для меня как губернатора факт. Некоторые планы промышленников останавливались на этапе обсуждения — исконное население совершенно обоснованно требовало переделки проекта. И бизнес вынужден был на это идти. Примеров положительных у нас множество.

Что касается климата — эта субстанция цикличная. Несмотря на громкие заявления некоторых ученых про то, что Арктика скоро превратится в субтропики, среднегодовая температура на Ямале как была 100 лет назад минус 10 градусов по Цельсию, так и остается. Если жарко летом, то снег выпадает в сентябре и держится до конца мая, и зимы суровые. Природа регулирует сама себя. И человек с его деятельностью, по данным ведущих экспертов, на природу воздействует мало. Но, повторюсь, мы внимательно изучаем природную ситуацию. Усиливаем научную деятельность. В силу запланированных масштабных проектов в высокой Арктике нам жизненно необходим весь комплекс знаний о том, что происходит в природе.

— Остров Белый становится неким символом нового формата отношений к Арктике. Эта земля в свое время была сакральным местом для коренного населения, потом пришли военные и геологи и оставили после себя тонны мусора. Сколько еще времени понадобится для генеральной уборки острова? Какие объекты там будут расположены?

— Остров Белый и сегодня — священное место для ненцев. И для нас это еще один особый повод так заботиться о нем. С первой экологической экспедиции в 2012 году и по сегодняшний момент остров изменился кардинально. Он действительно становится Белым. По нашим планам, на будущий год мы силами волонтеров (а молодые ребята для участия в этой акции едут к нам и из Украины, и из Израиля, и из Европы) завершим уборку острова, а еще через год — там будет воссоздана первозданная красота. В этом году ученые впервые засеяли участки травой. И она проросла!

Что до объектов, то кроме работающей там метеостанции, которой мы активно помогаем, на Белом начал действовать отдел научных исследований Российского Центра освоения Арктики. Стационар обеспечен необходимым оборудованием, интернетом, и этим летом там уже работали ученые. О том, что мы планируем это сделать, мы заявили на конференции ведущих ученых-мерзлотоведов из 22 стран у нас в Салехарде в 2012 году. Были те, кто в это не поверил: там же громадные расстояния, суровый климат, нет дорог, связи, элементарных условий... Но прошло два года, и все получилось. Мы лишний раз доказали, что ямальцы, россияне слов на ветер не бросают. Мы дело делаем. И на своей земле! Поэтому мы на острове в Карском море и часовню православную поставили, с колоколами — все как положено. Севморпуть сейчас очень оживленная трасса, к арктическим широтам интерес в мире огромный... И наша часовня на нашем острове явно и наглядно дает знать, что Север Крайний — наша земля. Испокон веку так было. И так будет.

Дополнительные материалы:

Импульс для Арктики

Северный широтный ход — серьезный толчок для развития Арктики и прежде всего Ямала, считает первый заместитель губернатора Ямало-Ненецкого автономного округа Алексей Ситников

На международном инвестиционном форуме «Сочи-2014» в сентябре Ямал представил проект развития Северного широтного хода. Он пройдет по центральной части ЯНАО и войдет в состав транспортной инфраструктуры центральной части Арктической зоны России. Новая магистраль объединит два исторически сложившихся транспортных района — западный и восточный. В основе западного лежит крупнейшая транспортная ось — река Обь с подходящей к ней в районе города Лабытнанги веткой Северной железной дороги. Восточный район сложился за счет использования железнодорожного направления Свердловской железной дороги от Нового Уренгоя до Тюмени и средних по размерам рек Надым, Пур и Таз. Предварительные расчеты говорят, что на перевалку в многопрофильный морской порт Сабетта (ЯНАО) по Северному широтному ходу ежегодно будет поступать более 50 млн тонн жидких углеводородов Ямала, зерна Сибири, металла Урала, угля Кузбасса, нефтепродуктов Татарстана и Башкортостана. Первый заместитель губернатора ЯНАО Алексей Ситников убежден, что проект послужит активизации Севморпути в интересах всей России.

— Алексей Викторович, слабая транспортная схема Севера России — одна из ключевых его проблем. Сможет ли проект Северного широтного хода разом решить несколько принципиальных индустриально-социальных проблем, мешающих полноценному развитию центральной части российской Арктики?

— Северный широтный ход обеспечит постоянную связь с Большой землей, соединит Северную и Свердловскую железные дороги. А полярная магистраль Обская — Салехард — Надым — Коротчаево откроет выход к Северному морскому пути и арктическим шельфам. Это в свою очередь даст совершенно новые возможности, как итог — повысит транспортную безопасность Ямала и России в целом.

— Главная задача магистрали — доставка грузов?

— Конечно. Все знают, что основным грузом на полуострове является углеводородное сырье. Оно используется в том числе для выработки высококачественного топлива: бензина и авиационного керосина. Сегодня эта продукция буквально ползет в цистернах по Свердловской железной дороге. Что будет завтра, когда перевозки достигнут пика? Мы не можем позволить себе пускать продукт по задыхающимся магистралям со скоростью 18 — 20 км в час. Это лишняя трата и денег, и времени. Страдают не только потребители ямальских ресурсов, но в первую очередь сами ямальцы. Нам приходится «завязывать» все поставки на сроки навигации.
А северная природа может преподнести неприятный сюрприз и сковать реки, например, на несколько недель раньше. И тогда все составленные графики и планы идут прахом. Кроме того, навигация — это пара месяцев в году, и организаторы северного завоза — настоящие экстремалы.

— Есть месторождения, нерентабельные сегодня из-за отсутствия транспортной инфраструктуры?

— Логично предположить, что после появления Северного широтного хода недропользователи охотнее станут разрабатывать нерентабельные сегодня месторождения. Железная дорога — единственный вид транспорта, который гарантирует доставку грузов в срок, вне зависимости от погодных условий и пробок.

Многие предприятия не могут выйти на запланированную мощность. Почему? Потому что мы не можем «вытащить» продукцию за пределы нашего региона.

После запуска Северного широтного хода все эти проблемы могут быть сняты. Предприятия получат короткий и гарантированный выход в западные регионы России и на международный рынок. Наши промышленники, которые, скажем, производят щебень в районе Полярного Урала, смогут его спокойно привезти в другую часть округа — в Новый Уренгой, Ноябрьск, Надым. Сегодня это нереально, и единственный выход — заказывать продукцию на предприятиях Урала и везти по все той же загруженной под завязку железной дороге и по более высокой цене.

— Какова роль конечной точки Северного широтного хода — Сабетты?

— Это уникальный порт, который открывает выход на Севморпуть. Сырье со всей России может дойти до Сабетты, а потом пойти по Севморпути в любую точку мира. Обслуживание Ямал СПГ — это раз. Два: Сабетта станет отправной точкой для грузов с Урала, из Сибири и Поволжья. Компании, идущие Северным морским путем, смогут сэкономить на транспортировке до 30% средств. Это уже на деле продемонстрировали предприниматели, отправив коммерческий груз по маршруту Тюмень — Сабетта — Китай.

Комментарии

Материалы по теме

Exxon и Роснефть остановили бурение на шельфе Арктики

Минэнерго РФ: ТЭК России зависит от импортного оборудования в среднем на 60%

Газ по эксклюзивному рецепту

Новые недра «Газпром нефти»

Технологическая безопасность в опасности

Первый в мире ледокольный СПГ-танкер для «Ямал СПГ» спущен на воду

 

comments powered by Disqus