Всё не то, чем кажется

Современное искусство

Современное искусство

Можно ли использовать энергию древних мифов для внутренней трансформации

Всё не то, чем кажется» — это название выставки, работающей до 30 сентября в Уральском филиале Государственного центра современного искусства (ГЦСИ) в Екатеринбурге. Выставка — ключевое событие «Бажов-Феста», одного из центральных проектов ГЦСИ на Урале, ставящего целью изучение уральской идентичности.

Бажов как прием

«Бажов-Фест» проходит второй раз (по четным годам) и чередуется с Уральской индустриальной биеннале. Оба работают с современными междисциплинарными практиками: в центре внимания всегда выставка современного искусства, тема которой развивается в публичной программе, перформансах, паблик-арте и специальных проектах. Но если биеннале посвящена индустриальности как актуальной практике, то «Бажов-Фест» исследует историю и мифологию Урала.

Почему Бажов? Примерно сто лет назад этот писатель и фольклорист придумал образ Урала как горнозаводского края — с особыми укладом, историей, природой. Его удалось внедрить в сознание современников с помощью сказов — как вымышленных, так и реальных сюжетов, устно передаваемых заводчанами и подтвержденных архивами. Родилась уральская мифология.

Тем же путем идет «Бажов-Фест». Художники разбирают методологию создания мифа, пытаются понять, каким образом автор создает воображаемый мир и остается при этом в тесной связи с реальностью. Они анализируют историческую, культурную, лингвистическую и археологическую специфику региона и предлагают свои мифологические образы. «Бажов как прием» — так определяют метод кураторы проекта.

Всё не то

Вся программа «Бажов-Феста» вращается вокруг выставки «Всё не то, чем кажется» (куратор — художник Владимир Селезнёв). В ней участвуют 16 художников и художественных объединений, большинство — родом с Урала: из Екатеринбурга, Катайска, Качканара, Нижнего Тагила и других городов. Некоторые арт-объекты созданы специально для выставки, другие — адаптированы и доработаны для нее. Все произведения посвящены уральской специфике, но каждый интерпретирует ее по-своему.

Чтобы попасть в мифологическое пространство выставки, нужно преодолеть «Недра» — пройти через инсталляцию Евгения Гаврилова, которая погружает зрителя в уральские пещеры. Не буквально, конечно, а на уровне ощущений: через звук, отблески света в темноте, камни под ногами. Продвигаясь из зала в зал, посетитель может оценить, как современные художники придают художественную форму мифам — личным, бажовским, региональным, общечеловеческим.

Одна из самых зрелищных работ — видео­скульптура «Кошмар удэгейца» Дмитрия Булныгина. На огромные грибы проецируется видео с бесконечными дорогами, потоками машин, безликими многоэтажками. Дни сменяют ночи под шаманскую музыку, но в «Кошмаре» не заходит луна — единственная проекция безмятежного острова в океане, снятого таймлапсом. Это антиутопическое сновидение собирательного коренного народа «удэгейцев» показывает, как социальное и природное вписывается в общие законы и стихии бытия, как цивилизация вытесняет из живого жизненные силы.

Иван Снигирев в работе «Плюшевый мир» помещает зрителя внутрь детских воспоминаний. Почти в каждой советской семье был ковер с оленями, пасущимися на берегу озера. И художник, много лет разрабатывающий компьютерные игры, на движке игры Unreal, популярной у подростков в 2000-е, воплощает детские фантазии о том, как олени оживают.

В фотосерии Алисы Горшениной «Русское инородное» автор выступает и как персонаж. На каждой фотографии — сама Алиса в окружении родных мест (художница родилась и выросла в небольшой деревне под Нижним Тагилом), а рядом с ней — жутковатые мифические персонажи. Героиня нарочито равнодушна к просачивающемуся иррациональному, а зрителям остается ежиться от не слишком приветливых обитателей мифологического мира.

Паблик-артпроекты и театральные лаборатории «Бажов-Феста» отвечают за мифы в городской среде. Куратор Женя Чайка и фотохудожник Федор Телков воплотили «Сказы» на старом Турчаниновском заводе в Сысерти. Они сделали буквальной «жизнь в заводе», поместив в заводское пространство избу с мультимедийной инсталляцией в ней. Как и Сысерть, Полевской связан с биографией Бажова, и обойти его «Бажов-Фест» не мог. Так, художник из Нидерландов Морис Меевезе привлек жителей Полевского к работе над прототипом «Стального кристалла». Вместе они лили раскаленный металл в землю, как это делалось в этих местах не первый век, создавая невидимую подземную скульптуру. Исполнение инсталляции в натуральную величину впереди.

В работе театральной лаборатории горожане участвовали непосредственно. В августе самые смелые отправились на неделю в Сысерть и поселились в кемпинге рядом с Турчаниновским заводом. Результатом эксперимента режиссера Андрея Смирнова стал вписанный в ландшафт перформанс для ста зрителей в декорациях старого завода.

Вторую лабораторию провел основатель pop-up театра режиссер Семен Александровский. На этот раз декорациями стал Екатеринбург: зрителей приглашали прогуляться по городу, а участники мастерской рассказывали им свои и чужие истории о городе. Таким образом, можно было взглянуть на город отстраненно и мифологизировать городскую среду. Не говоря о том, чтобы выйти из привычного театрального или выставочного пространства и почувствовать весь город как сцену. Или еще шире: весь Урал — как холст.

— Прогулка по городу под видом театра пробуждает в участнике лаборатории жажду исследования. То же получилось и в Полевском: участники мастер-класса Мориса Меевезе легко согласились на то, что в их городе будет невидимая скульптура, поскольку попробовали сами — и разделили с художником веру в невидимость смыслов, — подводит итог Женя Чайка как руководитель проекта «Бажов-Фест» и заместитель директора Уральского филиала ГЦСИ.

Чем кажется

— Междисциплинарность разгерметизирует «Бажов-Фест», — уверена Женя Чайка. — За счет различных форматов мы получаем возможность говорить об уральской мифологии на всех уровнях, от частного опыта горожанина до научно-исторического знания.

Публичная программа «Бажов-Феста» и была посвящена изучению «мифоносных пластов» Урала — так называемой синкретичной уральской мифологии. На открывающей программу дискуссии участники сразу согласились, что такая мифология, действительно, существует и что крупнейшим ее выразителем был Бажов. О глубине проработки, охвате «уральских мифем» в сказах и о том, насколько важным подспорьем это стало для сегодняшних творцов, обстоятельно рассказала писательница, искусствовед и ураловед Елена Ленковская.

А директор департамента региональных исследований Института системных политических исследований и гуманитарных проектов Сергей Новопашин уверял, что в сказах при должном старании можно разглядеть направления и особенности будущего технологического развития Урала.

Тем не менее ограничиваться анализом и проработкой бажовского наследия ни в коем случае не стоит: сейчас как никогда Уралу требуется, во-первых, актуализация идентичности и самопонимания, а во-вторых — обновление образа внешней репрезентации, и без многочисленных новых творческих проектов — художественных, выставочных, писательских — здесь не обойтись, уверял руководитель Уральского отделения Фонда развития гражданского общества Анатолий Гагарин.

«Уральская мифология» влияет и на обыденную жизнь простых уральцев — это убедительно показала в лекции «От Нила до Исети, или Как использовать энергию древних мифов для внутренней трансформации» психоаналитик Надежда Власова. Она наглядно разложила уральские мифемы в соответствии с юнгианскими архетипами, прочертив неожиданные параллели с древнеегипетской мифологией. В результате, например, выяснилось, что трудовой и мастеровой Урал — это территория господства классического женского архетипа, а влияние «достижительного» мужского мифа в регионе очень невелико. Эти положения Надежда Власова иллюстрировала как персонажами и сюжетами из сказов Бажова, так и событиями из жизни современного Екатеринбурга.

Однако корни уральской мифологии растут, конечно, не из Древнего Египта, а из вогульских преданий. Вспомним, русские пришли на Урал в XVI веке, в то время Урал был башкирским. При этом ни те, ни другие — не «коренные уральцы»: до этого многие века территорию региона населяли угорские племена, предки современных хантов и манси. Очень красочно — с демонстрацией настоящих культовых и шаманских артефактов — о мансийском Урале рассказал Алексей Слепухин, один из основателей Историко-этнографического парка «Земля предков» и культурно-исследовательского центра «Команда искателей приключений».

Начальник отдела древней истории народов Урала Музея истории и археологии Урала (подразделение Свердловского областного краеведческого музея имени О.Е. Клера) Светлана Панина в мини-курсе лекций «Мифологическая картина мира на древнем Урале» показала, что зарождение и становление элементов и структур мансийских преданий можно проследить с глубокой древности — с наскальных рисунков эпохи неолита и энеолита.

А о современном мировоззрении манси и хантов поведал Илья Абрамов, этнограф, научный сотрудник сектора этноистории Института истории и археологии УрО РАН. Стержнем нынешней культовой практики угров, рассказал ученый, остается культ медведя, а главным традиционным событием в жизни народа — Медвежьи игрища. Такой праздник — это и поминки (божественного зверя провожают на небо к отцу, Верховному богу), и чествование удачливого охотника, и своего рода ассамблея, на которой старейшины могли обсудить общие вопросы. Традиция балансирует на грани исчезновения: современное поколение коренных народов выросло под влиянием массовой культуры, а главные песенные ритуалы праздника обращены в глубокое мифологическое прошлое. Современный слушатель уже не в силах их дешифровать.    

Комментарии

Материалы по теме

Возвращение*

Всей семьей за драконами

Невыносимая сложность бытия

Ушла в народ

Как нам заработать на культуре

Музей третьего тысячелетия