Новая энергия экономического развития

Государственный служащий должен взять на себя роль интегратора и помощника для бизнеса

Государственный служащий должен взять на себя роль интегратора и помощника для бизнеса

Чуть больше года в Пермском крае работает министерство экономического развития. Руководство ведомством предложили Леониду Морозову — человеку, имеющему достаточный опыт работы с крупнейшими российскими и иностранными компаниями, прошедшему ряд зарубежных практик в США и Китае, а на тот момент — практикующему банкиру, заместителю председателя правления крупнейшего банка края «Урал ФД».

На недавней конференции в УрФУ «Устойчивое развитие российских регионов» Леонид Морозов выступил с презентацией «Новая энергия Пермского края». Многие тезисы вызвали интерес аудитории, особенно предпринимательской. Мы приехали в Пермь, чтобы подробно поговорить о деталях экономической политики региона и текущей экономической ситуации.

Анализируй это

— Леонид Юрьевич, с чего вы начали работу в кресле чиновника?

— С экономического анализа. Мне кажется, это логично. Важно было понять, что произошло с экономикой Пермского края за последние десять лет, выявить слабые и сильные стороны в сравнении с территориями-конкурентами. Кроме того, необходимо было определить, какие отрасли являются локомотивом, каким образом регион формирует доходную и расходную части, какой имеет вектор с точки зрения приоритетов и стратегий, какова его налоговая политика и в чем проявляется его экономическая зависимость.

Для сравнения мы взяли сопоставимые по масштабам и характеристикам экономики Самарской, Челябинской и Свердловской областей, Башкортостана и Татарстана. Разделили исследуемый период на два: 2004 — 2008 и 2012 — 2013 годы. До кризиса 2008 года во всех рассматриваемых территориях валовой региональный продукт (ВРП) рос темпами более 20%, после — пережил почти двукратное падение: Свердловская область показывала 13,6%, Башкирия — 12,7%, Татарстан — 12,2%, Пермский край — 11,5%, Самарская — 8,8%, Челябинская — 7%. Причины у всех разные, как правило, связанные с зависимостью от каких-либо отраслей и макро­экономической ситуации.

Второе направление исследования — структура ВРП. Мы обратили внимание на то, что в структуре ВРП всех исследуемых регионов преобладают обрабатывающие производства и добыча, за ними — оптовая торговля, операции с недвижимостью, транспорт и связь. Мы попытались понять, как перестроить экономику, чтобы увеличить темпы роста. Вроде бы самый очевидный ответ — привлечь на территорию инвестиции. Но для этого необходима современная инфраструктура, и строить ее нужно грамотно и взвешенно, учитывая большое количество разных точек зрения. Кроме того, нужна постоянная обратная связь с бизнесом. Поэтому здесь снова потребовался анализ.

Мы внимательно изучили инвестиционные стратегии конкурентов, немного расширив перечень регионов. Оказалось, все они делятся на две группы по типу целеполагания. В Татарстане, Челябинской области и Башкирии главное — качество жизни населения. В Калужской, Свердловской областях и Москве — создание необходимых условий для развития бизнеса. Мы попытались совместить две эти задачи, сформулировав цель инвестиционной миссии Пермского края так: обеспечение устойчивого роста экономики региона, формирование благоприятного инвестиционного климата, повышение инновационной активности, развитие современной городской среды, повышение качества жизни и доходов населения. Сделать это можно, создав прозрачные и понятные условия для ведения бизнеса и привлечения в регион крупных инвесторов, а также уделяя серьезное внимание развитию и поддержке малого и среднего предпринимательства.

Затем посмотрели на сильные и слабые стороны края. Его преимущества не использовать нельзя: он занимает одно из первых в России мест по запасам минерального сырья, полезных ископаемых, лесных, водных и энергетических ресурсов. У нас очень сильные вузы, преподавательский состав, высокопрофессиональные кадры. На территории работают мировые промышленные бренды: ЛУКойл, Уралкалий, Газпром, «Авиадвигатель», Новомет, «Прог­ноз» и так далее. Мы имеем невысокий уровень инвестиционного риска, низкую ставку налога на прибыль. Слабые стороны — недостаточные диверсификация экономики и продвижение региона во внешней среде, неразвитый маркетинг.

В результате анализа мы поняли: чтобы совершить прорыв, нам нужно к 2020 году увеличить долю инвестиций в ВРП до 30 — 40%.

— Инвесторов сейчас зазывают к себе лидеры всех регионов, в этом ваша концепция не выглядит оригинальной, многие территории ушли далеко вперед. Почему предприниматели должны выбирать для размещения актива именно ваш регион? Какие аргументы вы предъявите бизнесу?

— Мы не случайно анализировали динамику экономики соседей. После 2008 года Свердловская область серьезными темпами развивала ритейл и сектор услуг. В 2012 — 2013 годах мы увидели явное замедление: рынок насыщается, соответственно ниша для бизнеса сжимается. В Пермском крае этот сегмент имеет большой потенциал, значит, мы можем сформировать у себя новый существенный денежный поток, потому возможностей для зарабатывания больше. Мы сейчас работаем над тем, чтобы создать вокруг Пермского края агломерацию современной торговли и новых производств. И этот подход срабатывает: за последние три месяца мы по поручению губернатора Пермского края Виктора Басаргина подписали соглашения с объемом инвестиций более чем 7,5 млрд рублей. Это были очень открытые и честные переговоры.

Пойдет ритейл, за ним обязательно пойдут девелоперы и новые кредитные учреждения. Цепочка начнет формироваться.

В роли интегратора, в условиях конкуренции

— Но бизнесу нужны еще и нормальные условия для развития, особенно на старте. Одной из составляющих инвестиционной привлекательности территории считаются налоговые льготы. Пермский край первым в России снизил в 2006 году ставку налога на прибыль. Вы намерены продолжать эту практику?

— Безусловно, мы не собираемся отказываться от налоговых льгот. И это наша принципиальная позиция. Однако мы должны очень тщательно мониторить эффективность действия льгот, а также постоянно оценивать влияние этих льгот на экономику региона, чтобы своевременно вносить необходимые улучшения.

Мы подготовили проект Основных направлений налоговой политики Пермского края на 2016 год и плановый период 2017 — 2018 годов, где кроме эффективности льгот предусмотрели и оценку налогового потенциала нашего региона и муниципалитетов. Кроме того, мы предложили включить в НК РФ раздел налоговой и экономической безопасности региона, определив тем самым будущие риски территории. И это очень важно.

Я нахожусь в постоянном диалоге с бизнесом и понимаю, что ему нужно. Наше второе преимущество будет заключаться в том, что мы дадим инвесторам то, чего нет у конкурентов. Например, профессиональные молодые кадры. Когда предприниматели оценивают площадку для строительства объекта, они первым делом смотрят, где и какой персонал смогут найти в регионе. Без этой оценки уже мало кто начинает проект. И иметь просто хороший вуз или колледж, выпускников которого потом придется учить заново, недостаточно, важно найти подходы к решению прагматичных задач бизнеса. Мы идем по пути создания центров компетенций. Для этого снова проведем анализ — спроса на специальности, профессии, определенные навыки. Затем по самым востребованным направлениям начнем сотрудничество с различными специалистами, вузами, которые передадут нам опыт подготовки персонала. И так постепенно будет формироваться стратегия кадровой политики края, к написанию которой мы обязательно придем.

— И для какой экономики вам будут нужны эти кадры, в какие отрасли вы будете приглашать инвесторов?

— Мы можем начать создавать экономику будущего, которая в большей степени построена на производстве новых продуктов с высокой добавленной стоимостью. Именно у Пермского края с его богатыми традициями в авиа-, приборо- и машиностроении, телекоммуникации и аэрокосмической отрасли, биотехнологий есть для этого потенциал. Вот в этот сектор мы и будем приглашать инвесторов. Наша роль как министерства в этом процессе заключается не просто в том, чтобы сделать такое приглашение, это делают все. Мы видим себя в роли некоего интегратора, который находит заинтересованных друг в друге инвесторов, что позволяет без каких-либо серьезных ресурсов обеспечить приток новых инвестиций. И это получается, поверьте мне.

— Приведите пример.

— В Пермском крае есть очень современные предприятия, такие как ГК ПЦБК и Гипсополимер. Они производят картон и гипс. Почему бы не создать производство гипсокартона? А вот для реализации этой идеи нужна уже конкретная помощь. Прежде всего — финансы. Мы сейчас договариваемся с банками о финансировании наших инвесторов, со страховыми компаниями, с факторинговыми. Есть идея сформировать своего рода «пакетные продукты» помощи инвесторам в зависимости от объемов инвестиций.

— А без вас инвесторы не могли найти дорогу друг к другу?

— Могли и нашли. Но такое интеграционное взаимодействие можно организовывать и с нашими соседями из других субъектов. Недавно провели переговоры с коллегами из Татарстана и очень быстро нашли интересные предложения. Это могут быть миллиардные сделки, и мы уже определили, по каким направлениям будем дальше развиваться. Я думаю, что нам надо и со Свердловской областью попробовать реализовать такую модель. Для этого мы хотим предложить создать своего рода проектный офис, который будет состоять из сотрудников министерств разных субъектов РФ.

— Так вы же конкуренты. Как вы будете взаимодействовать, если каждый заинтересован в привлечении инвестиций в свой регион?

— Нужно просто на чисто прагматическом уровне найти баланс интересов. Это вопрос договоренностей. Не надо бояться конкуренции, она позволяет принять правильное решение.

— А каков инструментарий этой интеграции?

— Постоянная работа, посещение предприятий, встречи с предпринимательским сообществом. Чтобы запустить механизм, придется потратить время.

— То есть ручной режим?

— Я сторонник того, чтобы была система. Но на начальном этапе — да. Для меня важно понять проблемы бизнеса, разобраться в них и оказать максимальное содействие. А затем уже создавать систему.

— Но для этого нужно, чтобы все ведомства работали на одну задачу. К сожалению, бюрократическая машина устроена так, что они чаще конкурируют. Как сделать так, чтобы они взаимодействовали?

— Вы абсолютно правы, не каждый сотрудник, который работает в госаппарате, горит желанием подойти к вопросу максимально клиентоориентированно. Я иллюзий здесь не питаю. Но если мы все хотим развиваться, а мы этого хотим, нужно стремиться поднимать профессионализм и вкладывать ресурсы, в том числе и в подготовку чиновников. Я работал в Америке и Китае, достаточно свободно владею английским, что позволяет мне спокойно разговаривать с любым инвестором. Если таких людей будет много, мы гораздо быстрее всю работу проведем. Поэтому в министерстве экономического развития Пермского края работают такие люди. Я всех их, принимая на работу, просил включиться в процесс создания модели помощи инвестору.

— А какая помощь нужна инвестору?

— По моему мнению, необходимы простые и прозрачные правила игры. Многие приходят в регион вовсе не ради налоговых льгот или наличия производственной площадки. При всех прочих равных часто на первое место выходят отношения. Инвестор может прийти в регион, где его просто по-человечески приняли хорошо. Мы за февраль — март этого года подписали контрактов на сумму 7,5 млрд рублей, это примерно 700 новых рабочих мест и миллиард рублей налоговых отчислений за три-пять лет. И я практически с каждым инвестором переговорил лично. Знаете, в Китае распространен принцип «ты мне, я тебе». Если его переформатировать на наши условия, он будет работать так: мы оцениваем вашу проектную эффективность и готовы взамен вам предоставить преференции. Я убежден, сейчас выиграет тот субъект, у которого серьезные и правильные коммуникации.

Вообще у менеджера XXI века две задачи. Это создание картинки будущего и создание мотивационной программы. Представьте, вам поставлена задача взять высоту. Вы солдатам говорите: «Вот ребята, надо брать». Они отвечают: им не надо, и внизу хорошо. Так вот главная задача — показать картинку будущего и увлечь этих ребят. Это две задачи менеджера, в том числе и государственного.

KPI для госменеджера

— Если спроецировать это на Пермский край, какую картинку будущего вы рисуете подчиненным?

— Принципы достаточно банальны, но отражают наше видение. Пермский край — это территория долгосрочного и честного взаимодействия с инвесторами, это территория перспективы. Мы видим Прикамье очень успешным, видим его лидером инновационного развития, сильным и конкурентоспособным. Мы видим его серьезным регионом в рамках международного экономического сотрудничества. По нашим оценкам, объем инвестиций в экономику Пермского края на ближайшие 10 — 15 лет может составить 2 — 3 трлн руб­лей. В конечном итоге это территория, где можно спокойно развиваться.

— Вы начали рисовать эту картину, когда кризис еще только-только показывался на горизонте. Сейчас приходится вносить корректировки?

— Любой кризис нужно использовать для новых возможностей. Санкции на самом деле нам серьезно помогли. Это заставило думать о том, как правильно выстраивать свою экономику. Мы, например, нацелены очень серьезно развивать машиностроение. Мы же сейчас 40% станков и оборудования завозим. Если сейчас думать, что все так плохо, возникает вопрос: зачем делать движения? Поэтому нам и нужна стратегия постоянного роста. Да, темпы не будут измеряться двухзначными цифрами, но обеспечить рост возможно.

— Для этого нужны длинные и дешевые деньги. А с этим сегодня большая проблема.

— На самом деле деньги в экономике есть. Просто они стали дороже и путь их привлечения длиннее. Мы при правительстве Пермского края создали банковский совет, на котором рассматриваем инвестиционные проекты. Обсуждаем, в том числе и ставки. Банки в современных экономических реалиях должны перестроить отношения с бизнесом, работать более гибко.

— Сейчас деньги есть, пожалуй, только у федерального бюджета и многие регионы активно пытаются их привлечь. Вы рассчитываете на этот ресурс?

— Этим у нас занимается министерство финансов, но я готов прокомментировать. Работать с федеральным центром надо, и это очень важно, это правильно. Но деньги надо под что-то привлекать, а для этого регион должен создать базу — идей, проектов, технологий.

— У меня такое ощущение, что я перебрала отведенное время, а часов у вас нигде нет...

— Это специально: в этом кабинете важно работать, а не время просиживать.

— А для ваших сотрудников KPI в чем выражается?

— Есть формальные показатели: объем инвестиций, рост ВРП, количество субъектов малого и среднего бизнеса, доля инновационной продукции. Кроме того, это приток новых кадров, объем ввода жилья и так далее. Но есть еще и качественные критерии, например, как нас оценивает бизнес. Именно поэтому мы создаем много совещательных органов с предпринимателями: инвестиционный совет, совет по конкуренции, сейчас организуем штаб профинвесторов, планируем сформировать совет по иностранным инвестициям, совет по модернизации экономки будет обязательно.

— Что лично для себя вы открыли в должности государственного менеджера?

— Это очень серьезная школа. Школа, которая позволяет по-другому оценивать свои решения. Это очень ответственная работа, требующая постоянной отдачи, внимания и всевозможных профессиональных навыков. Это сфера, которая позволяет иначе взглянуть на процессы. Чтобы получать результат, нужно проводить грамотную, сбалансированную политику, учитывать массу интересов. И самое важное — открыто и честно вести свое дело.

Комментарии

Материалы по теме

Андрей Мисюра официально возглавил Минпром Свердловской области

Как победить Голиафа

АЦ «Эксперт-Урал» подготовит Концепцию экономического развития города Уфа до 2030 года

Дмитрий Толмачев, директор АЦ «Эксперт-Урал», выступил с докладом на заседании Координационного совета по стратегическому планированию в Свердловской области

 

comments powered by Disqus