Время новых вопросов

Энергоэффективность

Энергоэффективность

Регионам нужны инструменты для работы с инвесторами и сборки модернизационных энергоэффективных проектов. На повестке дня вопросы, как дать городам унифицированные проекты с учетом реального состояния жилфонда и коммунальной инфраструктуры

Российская политика энерго­сбережения не имеет желаемого успеха. Что необходимо сделать, чтобы исправить ситуацию, рассуждали на всероссийском форуме «Технологии энергоэффективности-2016» в Екатеринбурге.

Ключевая ошибка — попытка развивать энергосбережение как отдельный, самостоятельный процесс, в отрыве от задач социально-экономического развития регионов и страны в целом, считает Юрий Тихоненко, руководитель департамента проектов и программ АО «Артпол инжиниринг», член президиума Федеральной палаты энергосбережения, энергоэффективности и энергобезопасности, член экспертного совета комитета энергетики ГД РФ.

В 2007 году, приняв ФЗ -261, мы хотели сокращения энергоемкости ВВП на 40% к 2020 году исключительно за счет энерго­сбережения и повышения энергетической эффективности. Однако этот показатель в большей степени зависит от повышения эффективности самой экономики и роста ВВП. К тому же не были определены методы и средства достижения цели. На практике это вылилось в примитивное предписание ежегодного сокращения потребления энергоресурсов на 3% вплоть до 2020 года. Однако если на конкретном объекте энергопотребление можно сократить на 20 — 30%, то в масштабах государства добиться таким образом 3% — задача практически невыполнимая. Она требует серьезной технической, организационной и, главное, финансово-экономической проработки.

Объем финансирования программы должен был составить 9532 млрд рублей, в том числе 760 миллиардов из средств бюджета Российской Федерации и субъектов. Однако проработки внебюджетных источников на сумму без малого 9 трлн рублей в программе отсутствовали.

В 2013 году появилась новая государственная программа «Энергоэффективность и развитие энергетики», в окончательном виде утвержденная 7 декабря 2015 года. В ней уже не фигурируют внебюджетные источники финансирования, а обозначены только средства федерального бюджета в объеме — внимание: 31,69 млрд рублей — на программу по энергоэффективности. Проблема остается — для запланированного темпа сокращения энергоемкости ВВП необходимы финансовые ресурсы в объеме 800 — 900 млрд рублей в год, и львиная доля этих средств — внебюджетные источники.

Тема энергетической эффективности по-прежнему в списке приоритетов госполитики. Ключевая задача — финансовое обеспечение повышения энергоэффективности. Потенциальные инвесторы и потребители энергоресурсов должны стать активными участниками процесса. Убедителен опыт западных стран, сделавших ставку на создание стимулов для тех и других, несмотря на достаточно высокие тарифы. В итоге заработала модель, которая опиралась на экономическую заинтересованность в положительном результате с одной стороны и на необходимость соблюдать жесткие требования нормативов и требования по ограничению использования неэнергоэффективных технологий — с другой.

Где честная цифра

Одним из важных итогов прошедших семи лет стало формирование отраслевого экспертного сообщества, его готовность консолидироваться. Площадки, подобные форуму «Технологии энергоэффективности», позволяют обмениваться пониманием ситуации, делиться опытом проектов. Эксперты говорили об эволюции отрасли энергоэффективности. Сначала искали, какими инженерными технологиями ее достичь. Появились поставщики оборудования и решений, развивается собственная индустрия энергоэффективных товаров и услуг. Затем игроки доросли до вопроса «как управленчески?» и стали обсуждать государственную политику с ее стимулами и ограничениями — как они воздействуют и почему недостаточно эффективно.

Запросу на управленческие технологии отвечает и энергоменеджмент как универсальный инструмент в руках организаций — его идеология и методики адаптации продолжают развиваться. Основой для повышения энергоэффективности остается цифра — честные данные о потреблении для принятия управленческих решений. На этом пути тоже ломается немало копий.

Общий «запрос на правду» в части потребления коммунальных ресурсов раскладывается на ряд задач. В том числе: как обеспечить корректный переход от цифры потребления на приборе учета к цифре, хранящейся в государственной информационной системе, говорит Сергей Ледовский, генеральный директор НПО «Карат». Кампании «оприборивания» были, а единых требований к снимаемой информации нет. В результате актуален вопрос синхронизации протоколов передачи данных и обеспечения корректности обрабатываемых цифр на каждом из этапов.

Власть надо вооружить инструментами для работы с инвесторами и сборки модернизационных энергоэффективных проектов на местах

Установка прибора учета и переход на оплату ресурсов в соответствии с его показаниями — еще не энергосбережение. Цель — получение честной цифры и достижение прозрачности в отношениях всех сторон, вовлеченных в поставку и потребление коммунальных ресурсов. Нужен полный цикл работ и процедур, ведущих к появлению измеренной цифры потребления на государственных информационных ресурсах, что приведет к соответствующим управленческим решениям.

Куда идем

Сегодня время задавать новые вопросы: какая именно энергоэффективность нужна стране? Что движет бизнесом всех участников цепочки и как найти баланс интересов? Сколько энергии требуется России и как энергоэффективность соотносится с ее экономическим и промышленным ростом? Как встроить этот приоритет в цели каждого конкретного участника рынка?

Анализ выполненных в 2010 — 2013 годах региональных программ энергосбережения показал, что серьезные комплексы логически взаимосвязанных мероприятий и индикаторов их выполнения имеют всего десять регионов из 89, отметил Евгений Гашо, эксперт Аналитического центра при правительстве РФ. В «активе» регионов абстрактные программы энерго­сбережения, сомнительного качества энергетические обследования, отсутствие объективной информации об энергетическом комплексе и структуре энергопотребления, отсутствие понимания о потенциале энергосбережения. С таким багажом далеко не уедешь. Круг невозможно разомкнуть, пока не изменится формат работы в регионах.

Подавляющее большинство опрошенных предприятий оценили потенциал энерго­сбережения в среднем в пределах 8 — 10%. В то же время, как показывают кейсы компаний, внедряющих систему энергетического менеджмента, фактические резервы оказываются больше, чем принято заранее предполагать.

Большая часть энергосберегающих проектов, реализуемых в настоящее время, малозатратные и быстроокупаемые. Средние годовые затраты на энергосбережение составляют 38 млн рублей. При этом почти у половины предприятий средний годовой объем финансирования не превышает 5 млн рублей. Средний срок окупаемости составляет 2,5 года. Около 70% предприятий используют в качестве источника финансирования только собственные средства. Необходимо отметить, что эти ответы давались в 2014 году до проявления явных кризисных явлений в экономике и замирания инвестиционной активности.

Сегодня основным препятствием для реализации мероприятий по энергосбережению являются экономические и финансовые барьеры. Более 45% предприятий отметили неэффективность мер государственной поддержки, подавляющее большинство отметило отсутствие механизма тарифного стимулирования энергосбережения.

Антагонизм или сотрудничество

Один из острых вопросов, который обсуждался, — может ли энергоснабжающая организация быть заинтересована в повышении энергетической эффективности потребителей и, более того, реализовывать проекты на их объектах? Быстрый и самый частый ответ — конечно, нет. Поставщик и потребитель априори антагонисты в теме энергопотребления. Ведь поставщик заинтересован поставить потребителю как можно больше энергоресурса. Зачем ему рубить сук, на котором сидит, и лишать себя дохода, помогая потребителю снизить потребление? Но всегда ли это так? Проблема в том, что до сих пор большинство ресурсников просто не умеют по-другому.

Обустроить энергосбережение у потребителя собственными силами и за свой счет — это экономическая задача для ресурсо­снабжающей организации из серии «что выгоднее», утверждает Виталий Ковальчук, референт департамента промышленности и инфраструктуры правительства Российской Федерации. Если это снижает убытки и повышает рентабельность, позволяет заработать на дополнительных продуктах, то такие проекты должны рассматриваться ресурсником как обязательные.

Повышение собственной энергетической эффективности — это право потребителя, которое он может реализовать независимо от того, нравится это его поставщику энергоресурсов или нет. И рано или поздно каждый потребитель к этому придет. Кто-то сам, кто-то с подачи инжиниринговых или сервисных компаний. Эффективность потребления ресурсов со временем будет возрастать. Этому нет смысла сопротивляться

Логика управления энергоснабжающим предприятием, несмотря на все ограничения регулируемого вида деятельности, строится исходя из таких же принципов, как и любой другой бизнес: минимизация издержек и максимизация прибыли. Отсюда обустроить энергосбережение у потребителя силами ресурсника — это не «нагибание бедных ресурсников», а нормальный инструмент повышения эффективности и чистая экономика по принципу «что выгоднее».

Виталий Ковальчук приводит варианты решений для сравнения эффективности одного и того же гарантирующего поставщика — энергосбытовой компании, обеспечивающей электроэнергией стандартный многоквартирный дом (1976 года постройки, 16 этажей, панельный, 4 подъезда, 16,5 тыс. кв. м).

Сценарий 1. Энергосбыт не занимается сам обустройством энергосбережения у потребителя, а работает только в режиме классической поставки электроэнергии и имеет свою сбытовую надбавку 10 коп. на кВт. А в дом приходит энергосервисная компания (ЭСКО) и за 600 тыс. рублей по схеме энергосервисного контракта реализует модернизацию освещения мест общего пользования, устанавливает светодиодные светильники 5 Вт. Годовое потребление электроэнергии в доме снизилось с 100 тыс. кВт•ч до 20 тыс. кВт•ч. При условии, что 9% забирает ЭСКО, а 10% остается у дома (чтобы сразу эффект почувствовали), то за четыре года контракта чистый доход (уже за вычетом затрат в размере 600 тыс. рублей) по контракту составит 350 тыс. рублей (при тарифе 3,3 рубля). То есть в этом сценарии по основному виду деятельности выручка энергосбыта уменьшается в пять раз, дополнительный доход получает ЭСКО, а жильцы начинают значительно экономить на электроэнергии.

Сценарий 2. Энергосбыт сам заключает договор энергосервиса. В этом случае он теряет доход в 200 тыс. рублей, которые мог бы получить за 25 лет (до капремонта дома) за сбытовую надбавку, но приобретает доход по энергосервису в размере 350 тыс. рублей за четыре года. Бизнес-логика очевидна: для энергосбыта проводить мероприятия по энергосбережению выгодно. В противном случае рано или поздно к его потребителю придет любая ЭСКО.

Кстати, для теплоснабжения ситуация еще более актуальна, говорит Виталий Ковальчук. Подавляющее большинство теплоснабжающих компаний живут в режиме или нулевой рентабельности, или плановой убыточности. И альтернативой плановым убыткам может стать доход от реализации энергосберегающих проектов на объектах потребителя в сочетании с уменьшением убытков за счет уменьшения числа продаваемых «убыточных» Гкал/час.

Вот только в условиях не самой благоприятной кредитной политики уповать на энергосервис весьма опрометчиво, предостерегает Юрий Тихоненко. Во-первых, с учетом процентных ставок и уровня инфляции сумма средств к возврату заказчиком как минимум вдвое превысит стоимость первичных капвложений, а значит, увеличивается срок договора; во-вторых, кредитная политика вынуждает энергосервисные компании приоритетно внедрять малозатратные мероприятия с применением самых дешевых технологий.

Рецепт для регионов

Но дело не только в энергосервисе. Местную власть и лиц, принимающих решения в жилищном и коммунальном комплексах, надо вооружить инструментами для работы с инвесторами и сборки модернизационных энергоэффективных проектов на местах. На повестке дня вопросы, как дать городам унифицированные проекты (техническое решение, плюс договорная конструкция, плюс подрядчик, плюс контроль) с учетом реального состояния жилфонда, возможностей коммунальной инфраструктуры, сопутствующих эффектов.

Необходимо переводить процесс энерго­сбережения из стихийного состояния в конструктивное управляемое русло, оно должно стать составной частью энергетического планирования региона, отмечалось на форуме. В его топливно-энергетических балансах (ТЭБ) часть возможного дефицита энергетических мощностей должна покрываться не за счет вновь вводимых источников, а за счет высвобождаемой мощности и объемов энергоресурсов, полученных благодаря энергосберегающим мероприятиям.

Необходимо создавать спрос, информировать и убеждать потребителей энергоресурсов воспользоваться имеющимися решениями по энергосбережению. Нужен информационный ресурс, чтобы житель мог видеть не только текущие показания общедомовых приборов учета тепловой энергии и воды, но и энергоэффективную величину потребления, размер экономии. Соответственно промышленный сектор должен иметь возможность сравнивать производственные показатели по уровню энергопотребления с показателями аналогичных производств в стране и за рубежом, тогда желание пригласить энергоаудитора придет незамедлительно.

Еще один нюанс. Тема энергосбережения имеет ментальный аспект, должна начинаться с детства, это становится с каждым днем все более актуальным для России, всего мира. Нужны проекты, разработанные по данной тематике, например, создание мобильной школы энергосбережения, которая могла бы обучать школьников и студентов основам энергосбережения. Крупные предприятия в сфере энергетики могли бы спонсировать этот проект.

Общегосударственная задача энерго­сбережения требует эффективной системы управления, включающей три основных компонента: систему планирования с четкой вертикалью взаимодействия на федеральном, региональном и муниципальном уровнях и обратной связью; систему координации процессов; контроль за исполнением требований.

Сегодня же требовать от региональной власти результатов по экономии энергоресурсов не имеет смысла, у нее нет рычагов воздействия на процесс: большая энергетика в руках госкорпораций и холдингов, малая энергетика в ведении муниципалитетов. Потребители энергоресурсов также в ведении муниципалитетов и федерального уровня. Разделение полномочий между различными уровнями исполнительной власти не позволяют выстроить эффективную вертикаль взаимодействия в вопросах развития энергосбережения.                      

 

Комментарии

Материалы по теме

Не «просто денег нет»

Сбережем энергию вместе

Не расплескать мощность

Честный разговор

Бросьте курить и болтать

Долг не может отдать только труп

 

comments powered by Disqus