Ускорить метаболизм

Взаимодействие ИТ-бизнеса с вузами

Взаимодействие ИТ-бизнеса с вузами

С начала 2010-ых высшей школе и высокотехнологичному бизнесу удалось совместить жизненные пространства. Теперь главный вызов — синхронизировать время

В 2015 году Уральскому федеральному университету (УрФУ) — крупнейшему региональному научно-образовательному проекту с начала этого века — исполнится четыре года. Мы хорошо помним риторику конца 2000-х — начала 2010-х. Руководители компаний сетовали: высшая школа не готовит качественных выпускников. Вузы парировали: а что вы, работодатели, сделали для получения «правильных» специалистов. К 2015-му повестка кардинально изменилась. Вопрос о необходимости сотрудничества университета и бизнеса уже не стоит. Главный вызов текущего момента — эффективное взаимопроникновение вузовской и предпринимательской сред.

Чтобы раскрыть эти тезисы, «Эксперт-Урал» совместно с УрФУ начинает серию публикаций о выстраивании отношений между высшей школой и работодателями, о кадровой политике компаний и трендах рынка труда. Первым мы пригласили к беседе генерального директора Уральского центра систем безопасности Андрея Антипинского.

За грань

— Полтора года назад главной проблемой ИТ-рынка была нехватка кадров. Это запротоколировано в стратегии развития отрасли, об этом говорил министр связи и массовых коммуникаций Николай Никифоров. Он, например, указывал, что в стране работают 350 тыс. программистов, а необходим миллион.  С инженерами дела обстояли еще хуже. 

— Сегодняшняя ситуация существенно отличается. Мы, по всей видимости, входим в эпоху продолжительной рецессии, в 2015 году бюджеты государственных и корпоративных заказчиков в среднем по отношению к прошлому году сократятся более чем на 10% в рублях. Это означает, что в каких-то сегментах сжатие будет очень существенным. Тем, кто работал неэффективно, у кого затраты не коррелировали с доходами, кто мог войти в конкурс себе в убыток, придется туго. Рынок системной интеграции переживет значительное падение, сегмент поставки и внедрения западных решений «схлопнется» в разы. Поэтому мы уходим от понятия ИТ-интегратор в сторону предложения комплексных решений для бизнеса «под ключ». Мне кажется, что если ситуация с санкциями в ближайшее время не изменится, то через год-два мы недосчитаемся половины компаний сферы ИТ. Уже сегодня отрасль перестала испытывать дефицит человеческого ресурса. Хотя ей по-прежнему не хватает высококвалифицированных кадров. Да и новые направления, адаптированные под текущую экономическую ситуацию, конечно, будут появляться.

— Какие требования вы предъявляете к потенциальным работникам?

— Если говорить о сотрудниках, которые составляют ядро компетенции компании, то это грубо — инженеры и разработчики. От первых я требую досконального знания предметной области, нормативных документов, четкости при выполнении поставленных задач. Особенность их работы — быстрое переключение в большом количестве задач, проектов и технологий. Основная особенность вторых — сотрудников, работающих в сфере R&D, — полное погружение в узкую проблематику, необходимость нестандартных подходов к решению задач и творческий поиск. Поэтому они могут ходить в чем угодно, выглядеть как им вздумается, главное — результат.

ДНК нашей компании состоит из трех элементов-принципов — трудолюбие, профессионализм и адекватность. Первая составляющая — это 80% успеха. Когда люди проходят через испытания, прикладывают максимум усилий для преодоления преград, они формируют личность. Я использую хорошую метафору — пыль невзгод ограняет алмаз таланта. Суть ее в том, что часто невозможно решить задачу, работая с 9.30 до 18.30. Так совершенства не достичь в нашем динамичном мире.

В целом отрасль ИТ сегодня испытывает потребность в самостоятельных энергичных людях, тех, кто может не только генерировать идеи, но и критически их оценивать, тех, кто готов к выполнению реальных задач.

— А что вы вкладываете в понятие адекватность?

— Мы все проблемы стремимся решать максимально быстро, в конструктивном и доброжелательном тоне. У нас есть выстроенная система менеджмента качества, одним из ее элементов является почтовая рассылка «Добрые и не очень дела», куда направляется информация о всех инцидентах в работе. Цель этого информирования не наказать виновных, а исправить процесс так, чтобы не допускать проблем впредь. На рынке есть классные компании, но они достигают высокой эффективности только за счет кнута или пряника, забывая о человеческих отношениях.

— Здесь возникает вопрос перехода за грань: как одновременно быть руководителем и товарищем?

— Чувство грани — это и есть один из элементов адекватности.

— Несколько лет назад ИТ-компании в один голос заявляли, что вузы выпускают специалистов, не готовых к выполнению реальных задач…

— С выпускниками середины и конца 2000-х работать было очень сложно. Они пять лет учились, мало что умели, но требовали высокой зарплаты.

Сегодня мы видим обратную тенденцию: студенты начинают осознавать, что деньги нужно заработать, а для этого надо сформировать личную добавленную стоимость. Такая смена менталитета — исключительно позитивный момент.

Очевидно, положительный эффект дало участие ИТ-компаний в разработке учебных программ вуза и стажировки. Раньше студенты сидели до пятого курса, а потом пытались понять, куда идти работать. Сегодня они могут получить раннее профилирование.

— Какие еще плюсы вы видите во взаимодействии ИТ-бизнеса с вузом?

— Во-первых, университет для нас — крупный заказчик. Во-вторых, мы заинтересованы в реализации совместных проектов в рамках 218-го постановления и ему подобных (предусматривают господдержку кооперации вузов и высокотехнологичных компаний. — Ред.). R&D-проекты, способные изменить рынок или мир, очень капиталоемки. Они не могут вызреть исключительно в частной среде: для ИТ-компаний вложения в них чересчур велики и рискованны (особенно в условиях высокой стоимости денег). Вспомните историю Кремниевой долины: стремительным развитием она обязана исключительно государственно-частному партнерству. Третий аргумент — сотрудничество с крупным вузом однозначно поднимает наш статус в глазах других заказчиков. Наконец, говорить с вузом всегда интересно. Работая с бизнес-средой, мы решаем исключительно прикладные задачи. Университет позволяет выйти за эту грань, что очень важно. Повседневная жизнь убивает много хороших идей, компании, не имеющие стабильного финансирования, вынуждены рыскать в поисках средств к существованию, у них нет времени сесть и подумать, как изменить мир.

— Какова потребность УЦСБ в кадрах?

— Мы проектная компания и не нацелены на создание коробочных продуктов. Соответственно, масштабирование бизнеса напрямую связано с увеличением трудоемкости. В этом году мы сделали 2 миллиарда силами 300 человек, чтобы увеличить показатель вдвое, нужно нанять еще 300 работников. Сегодня мы пытаемся уйти от линейной зависимости, этому должно способствовать развитие R&D-направлений. Их три: решение в области безопасности АСУ ТП, система автоматизации процессов управления безопасностью организации и интеллектуальная транспортная система.

— А как же выход за грань?

— В отличие от академической среды, бизнес работает с реальными заказчиками, мы видим задачи, которые могут «напитываться» деньгами. R&D-проекты, которые мы реализуем, обладают высоким практическим потенциалом. Мы работаем с технологиями, закрывающими насущные потребности заказчика, которые будут востребованы сегодня-завтра.

Точки входа

— Стажировки, участие в учебных программах, лекции, мастер-классы — этим УЦСБ планомерно занимается пять лет. Но в 2014-м компания вкладывает 5 млн рублей в эндаумент-фонд УрФУ. Зачем?

— В прошлом году у нас была встреча с представителями УрФУ, на которой мы два часа рассказывали о проектах, которые реализовали в вузе. И далеко не самые низкоосведомленные люди были сильно удивлены. Тогда стало понятно, что нам катастрофически не хватает диалога с руководством вуза, обсуждения глобальных задач, а не задач отдельных подразделений. Только так мы, во-первых, можем повысить свою узнаваемость, а во-вторых, сформировать единую стратегию взаимодействия. Возможность выстраивания такого диалога нам обеспечило вхождение в эндаумент-фонд. И эти вложения уже дали конкретный результат — соревнования по защите информации RuCTF, которые мы всегда спонсировали, вышли на новый уровень. Раньше их фактическим организатором был Институт математики и компьютерных наук, теперь задействован весь ресурс УрФУ. RuCTF получило статус всероссийской студенческой олимпиады. Финал пройдет в апреле в Екатеринбурге.

— Получает ли УЦСБ выгоду от спонсирования RuCTF?

— Не могу дать однозначного ответа. С одной стороны, это позволяет выявить таланты. С другой — мы повышаем рыночную стоимость лучших кадров и ввязываемся в глобальную конкуренцию за них. В УЦСБ зарплаты выше средних по рынку, но соперничать с IBM или Google мы не можем. Поэтому RuCTF в этом плане для нас немного рискованный проект. Он, скорее, работает на имидж вуза и Екатеринбурга. Это соревнование помогает продвигать город как ИТ-столицу. Кроме удовлетворения чувства регионального патриотизма, это позиционирование мы рано или поздно, наверное, сможем конвертировать в возможности развития. По крайней мере, крупные московские, да и иностранные заказчики будут понимать, что, работая с компанией из Екатеринбурга, они работают со специалистами мирового уровня.

— Будет ли УЦСБ участвовать в создании технопарка высоких технологий УрФУ?

— Мы вместе работали над проектом технопарка и сейчас участвуем в его строительстве. Когда Свердловская область подавала заявку на финансирование проекта, мы подтверждали, что разместим на площадке 150 человек. Нам интересны три направления: производство контейнерных ЦОД (сегодня 70% их цены — импортные комплектующие); развитие 3D-печати и аддитивных технологий; создание лаборатории высоких технологий, которая позволила бы резидентам технопарка тестировать свои продукты (условно: надо компании понять, как ее продукт работает на ИТ-инфраструктуре крупной корпорации, и мы моделируем эту инфраструктуру).

Кроме того, мы готовы консультировать малые предприятия и стартапы в области маркетинга, вывода продукта на рынок. Для нас это возможность расширить кругозор и воспользоваться разработками резидентов технопарка, если это потребуется при реализации одного из наших проектов.

— Какие проблемы вы видите во взаимоотношениях вуза и ИТ-компании?

— Ключевая — скорость метаболизма, оперативность принятия решений в тех направлениях, где мы получаем практические результаты. Также не хватает некой биржи проектов и возможностей инновационной инфраструктуры. Мы, например, заинтересованы в выходе на внешние рынки, но не знаем, какие механизмы вуз может (и может ли) нам предложить. Два основных направления ближайшего будущего — реализация совместных R&D-проектов и более глубокое проникновение в учебный процесс.

— И последнее. Человек решает уйти из компании и заняться бизнесом в том же направлении, над которым работал в УЦСБ. Ваша реакция?

— На развилке возможностей «иметь собственный бизнес или быть менеджером» люди в большинстве случаев выбирают второе. Очень мало людей, готовых брать на себя ответственность. Так что, если человек решает открыть свое дело, думаю, я это решение поддержу.

— Не боитесь плодить конкурентов?

— Нет. Сейчас вырастить бизнес, сделать его устойчивым крайне сложно. Посмотрите процент выживаемости старт-апов — он неимоверно низкий. Еще сложнее — достичь нужного уровня компетенций. Кроме того, одним из ключевых вызовов ИТ-рынка сегодня является кризис доверия. Компанию, выходящую на крупного заказчика, проверяют со всех сторон. Никто не хочет, чтобы подрядчик в ходе реализации проекта испарился. У нас самих действует система выбранных поставщиков. Мы не проводим конкурсы, потому что они «убивают» качество, рыночная среда все усредняет и резко снижает рентабельность. Вы никогда не достигнете выдающихся результатов, если будете работать по этим правилам. А мы ставим перед собой амбициозные задачи, решение которых будет способствовать трансформации ИТ-рынка.

 

Комментарии

Еще в сюжете «Проекты XXI века»

Материалы по теме

Stairway to heaven*

Уральский федеральный университет выстраивает эффективные взаимоотношения с бизнесом

На рынке труда ждут аграриев и инженеров

Человек воды

Уральский федеральный университет получит 300 млн рублей на разработку нового способа извлечения редкоземов

УЦСБ перечислил пять миллионов рублей в эндаумент фонд УрФУ

 

comments powered by Disqus