Украшай — и победишь

Украшай — и победишь Дмитрий КилимникРоссийская команда немецкого бизнеса готовится обеспечить в Тюмени производство качественных продуктов при нормальной себестоимости.

Мировой лидер декоративной печати Schattdecor (Германия) инвестирует до миллиарда рублей в новое производство меламиновой пленки для деревообработки и мебельной промышленности в Тюмени. Немецкие бизнесмены приобрели у Газпрома производственную площадку бывшего завода керамзитовых изделий, которую и реконструируют под свои технологии. Компания стала открывать производственные отделения в Российской Федерации с 2000 года после Польши и Италии и запустила уже три завода: два в Подмосковье (в Чехове и Шатуре), а третий — в Тюмени. Проектной мощности предприятие достигнет к весне 2014 года. По словам директора филиала ООО «Шаттдекор» в Тюмени Дмитрия Килимника, она составит 60 млн кв. метров продукции в год.

Господа декораторы

— Дмитрий, почему после центра России компания пошла в Тюмень?

— Все определяется рынком. Подмосковные площадки охватывают значительный кусок страны, где живет большинство населения России. Из центра мы снабжаем всю европейскую часть России, и необходимости строительства новых заводов там нет. А вот спрос на продукцию за Уралом растет. Наши крупные потребители находятся в Тюменской области и в соседних регионах, в том числе и в Казахстане. Чтобы быть к ним ближе, надо производить за Уралом. Но «сильно за Уралом» быть нецелесообразно. Поэтому мы и выбрали Тюмень, которую Schattdecor рассматривает как базу для продвижения продукции компании в Сибири и на Дальнем Востоке. Компания рассчитывает на скорое возрождение мебельного рынка в России, в том числе в восточных регионах.

— Какие задачи вы ставите перед тюменской площадкой?

— Хотим показать, что можем обеспечить растущий спрос и для этого нам нужно новое производство, которое позволит компании увеличить объемы пленки. Хотя уже с апреля 2011 года выпускаем ее на старой площадке мебельной компании «Тура»: для этого «Шаттдекор» приобрел пропиточную линию и смоловарочный цех. Выпускаем пленку неплохими объемами, 30 млн кв. метров в месяц, но ощущаем недостаточность мощностей. Бывают сезонные всплески, когда спрос превышает предложение. Для новой площадки заказали вторую пропиточную линию, которая позволит сделать производство более гибким. Область применения меламиновой пленки достаточно обширна: 90% всей выпускаемой продукции используется при изготовлении бумажно-слоистых пластиков и ламинированных плит. Также на развитие рынка меламиновой пленки в России влияет и развитие объемов производства ДСП.

— Во всех регионах вы привязаны к мебельному производству?

— Пленки на большие расстояния не возят, их производство приближают к потребителям — мебельным фабрикам. Второй большой класс наших потребителей — производители древесно-стружечных плит, плит ХДФ и МДФ. Как выглядит цепочка смежников? Одни делают мебельную ДСП, другие покрывают нашей пленкой, третьи режут ламинированную плиту и делают из нее мебель.

Круг клиентов довольно узкий — крупные фабрики: чтобы соединить нашу пленку с плитой, нужно серьезное оборудование — пресс, которым обладает не каждое предприятие. Часто производители плиты сами являются мебельщиками, как, например, самый большой наш потребитель ОАО ДОК «Красный Октябрь» в Тюмени. Но есть и чистые плиточники, как Юграплит — второй большой клиент в поселке Советском на севере Тюменской области. В Екатеринбурге нет крупных производителей плит, зато много мелких и средних мебельных компаний, которые покупают уже готовую плиту у наших клиентов-плиточников. Например, фабрика «Заречье». Зачастую мы работаем напрямую и с чистыми мебельщиками: убеждаем, что наши декоры самые лучшие. Декор — это наше ноу-хау и то, что в основном ценит клиент. Так что система маркетинга сложная, рынок со всех сторон двигаем. 

— Что такое ваш декор?

— Рисунок, система украшения изделия. Сделать пленку хорошего качества могут многие. А индивидуальность поставщика, конкурентные преимущества определяет в первую очередь декор. Мы делаем преимущественно имитацию различных пород дерева, шпона. Нашу меламиновую пленку называют еще искусственный шпон. Но есть декоры, имитирующие камень и совсем фантазийные. Линейка декоров постоянно обновляется. Важно улавливать тренды и продвигать на рынок именно такой рисунок, который люди хотят получить. В этом отражение компетентности в сфере дизайна. Рука об руку с разработкой новых декоров идет и постоянная оптимизация печатного процесса. Здесь компания является мировым лидером инноваций.

— То есть декор во многом определяет успех или провал производителя на рынке. И каковы сегодняшние тенденции?


— Дизайном в компании занимается исключительно отдел в головном офисе в Германии, который разрабатывает все для всех и смотрит, что на каком рынке лучше продвигать. Каждый год выпускается новая коллекция, которая широко покрывает все возможные желания клиентов.

В этом году все европейские рынки хотят светлое, белесое дерево, а восточный рынок устойчиво любит темные декоры. Если говорить о самых свежих предпочтениях, в моде декор с эффектом «плохого рубанка», где в имитации видны якобы дефекты древесины. Раньше такого не было, наоборот, все должно было быть чистенько, гладенько, аккуратненько. Всех изумляет то, что до сих пор во всем мире популярен старый добрый «Бук Бавария» — хит декоров 1985 года. Schattdecor с него начинал покорять Европу, и, как показало время, очень удачно.

— А Тюмень чего хочет?

— Здесь востребовано то же, что и на европейском рынке, что хорошо идет в средней полосе России — светлые декоры. Открытие пропиточного предприятия в Тюмени в 2011 году, кстати, не только сократило пути доставки товара с других наших производств, но и сделало возможным быстрое снабжение клиентов декорами-бестселлерами.

Немецкий подход

— И в какой стадии новый проект?

— Он на экспертизе, готовимся получить разрешение на строительство. Ведутся проектирование, подготовительные работы, расчистка территории. Пропиточную линию планируем запустить в третьем квартале. Она заказана в Германии, оплачена. Весной по мере готовности фундамента и реконструкции цехов ее доставят в Тюмень. Нам предстоит завести на площадку газ и электричество, прочие ресурсы. После запуска новой линии остановим ныне действующую и постепенно перенесем ее на модернизированную площадку. В итоге удвоим сегодняшние мощности. Параллельно будем вести монтаж нового цеха смол — на старой площадке цех экономически не очень эффективен. Поясню, зачем нам смолы. Пленка — это бумага с рисунком, пропитанная смолой, сырьем для которой служит меламиновый порошок, получаемый из газа с помощью синтеза. Раньше закупали импортный меламин, после запуска завода в Невинномысске перерабатываем первые партии отечественного сырья — качество хорошее. Декоры «Шатт­декор» сам печатает в Чехове.

Новая площадка в Тюмени находится в 15 — 20 минутах езды от существующей. Таково было наше требование при поиске земли: мы хотим сохранить кадры, которые здесь работают, обеспечить их транспортировку на новое производство. Здесь, к нашей радости, ситуация с персоналом лучше, чем в филиалах в Подмосковье. Мы тратим меньше усилий, чтобы найти квалифицированного сотрудника, способного работать в коллективе с европейскими требованиями к эффективности труда, к знаниям.

— Кто генподрядчик?

— Генподрядчика нет, реконструкцию компания осуществляет собственными силами. В проектировании принимают участие коллеги из технического отдела материнской компании в Германии: у них большой опыт. Компания запускает уже третье производство в России, но кроме того, новые предприятия открываются и в других странах — Китае, Америке, Бразилии. Благодаря накопленному опыту объект в Тюмени находится на самом современном технологическом уровне.

— Немецкий бизнесовый подход сказывается на проекте?

— Во-первых, важны сами по себе европейские технологии, потому что они способствуют снижению себестоимости продукции. Во-вторых, мы не только проектируем по последнему слову техники, но и имеем прямой доступ ко всем мировым поставщикам. Здесь, я считаю, у нас большое преимущество: русским компаниям, вынужденным пользоваться услугами посредников и поставщиков, нередко навязывают решения.

— Каковы сроки окупаемости вложений?

— Не год и не два: конкуренция высокая, маржа низкая, окупаемость долгая. Но так как мы строим за счет собственных средств, нам немного легче будет их вернуть. То есть по планам технически мы должны быть полностью готовы в 2014 году производить 60 млн кв. метров продукции в год. Остается надеяться, что наши прогнозы оправдаются, рынок созреет для наших объемов и мы сможем полностью загрузить эти мощности.

— Какие риски при этом вы рассматриваете?

— Основной риск я вижу только в каких-то глобальных непрогнозируемых изменениях на рынке. Остальные менее значимы — марка «Шаттдекор» известна на мировом рынке качеством, сервисом, принципами работы с клиентом.

— Основные цели команды в Тюмени?

— Обеспечить производство качественных продуктов при нормальной себестоимости и, естественно, сервис для наших клиентов. Мы всегда готовы приехать, вместе посмотреть, как перерабатывается наш продукт, дать консультацию и в соответствии с этим развивать что-то в нашем производстве, чтобы каждый получил оптимальный результат. А сроки поставок с приходом в регион у нас уже существенно сократились.

— Что нужно, чтобы сделать себестоимость приемлемой?


— Нераздутый штат, все сотрудники которого работают с полной отдачей, и современная технология. Все инновации группы компаний, повышающие качество и ускоряющие процесс производства, будут использованы и у нас. Обмен информацией между предприятиями и постоянное развитие — принцип работы компании.

Растущий рынок

— Как вы оцениваете ситуацию на российском рынке?

— Это один из немногих рынков, который растет. В России, Бразилии, Индии, Китае спрос на мебель и комплектующие стабильно высок. Во всем мире, особенно на европейских рынках, обратная тенденция: численность населения не увеличивается, у всех уже все давно есть. За счет чего там расширяться? Поэтому мы и видим в последние годы сдвиг рынков на восток и в Южную Америку — регионы, где проживает основная масса мирового населения, в основном очень молодого по возрасту, с желанием зарабатывать деньги и их тратить. Естественно, рост потребления мы отмечаем в ресурсодобывающей Тюменской области: регион, мягко говоря, недотационный, за счет него живет если не вся Россия, то большая ее часть. Мебель здесь покупают много и охотно.

— На какой именно рост рынка ориентируетесь?


— На стабильный рост около 5% в год, при этом возможны колебания. Каких-то глобальных подъемов или спадов рынка не ожидаем.

— А рынок напольного ламината вам интересен?

— В перспективе. Этот рынок только зарождается, немного в России производителей, которые уже делают или собираются делать для него продукцию. Мы тоже пока ламинат не производим, хотя декоры для напольных покрытий в небольшом объеме печатаем и в России. Сейчас в основном материалы для пола в Россию завозятся из-за рубежа.

— Чем привлекателен ваш рынок, насколько удается быть рентабельным бизнесу?


— Если сравнивать с нефтянкой, то пока рентабельность невысока: мы работаем на морально устаревшей площадке со всеми негативными последствиями — энергетической неэффективностью, избыточным персоналом и прочим. На новой площадке с тем же количеством персонала на современном оборудовании будем делать гораздо больше. То есть уже за счет этого рассчитываем на рост рентабельности.

— Но из-за серьезных вложений сначала с рентабельностью тоже будет сложно?


— Да, еще она сильно завязана на цену продукции. А цена определяется конкурентной ситуацией, которая не зависит от нас. Если, допустим, конкуренты демпингуют, то мы становимся перед выбором: идти по тому же пути или выбрать другой. Рентабельность настолько обусловлена независящими от нас факторами, что делать долгосрочные прогнозы здесь сложно.

— А какие факторы определяют ситуацию на рынке меламиновой пленки?


— Сезонные колебания, поскольку наш рынок привязан к строительному и мебельному рынкам. Это означает падение спроса в феврале — мае и рост в сентябре — декабре, который всю первую половину года «поднимает». Все определено ремонтами и сменами оборудования в офисах — освоением бюджетов к концу года. То есть, что сегодня будет у мебельщиков, то завтра — у нас. Среди факторов, которые препятствуют развитию рынка отечественного производства меламиновой пленки, можно отметить нехватку сырья российского производства. Потому большая часть меламиновой пленки в России импортная. Например, в 2010 году импортировано 27 тыс. тонн общей стоимостью 86 млн долларов. Это на 6% больше, чем в 2009 году. Основными поставщиками стали компании Kronopol и Kronospan, чья доля составляет около половины.

— В каком ценовом сегменте вы работаете?

— Во всех. Так как являемся лидерами по миру и в России печати и пропитки, у нас хорошо представлен массовый сегмент. При этом есть и эксклюзивные, дорогие вещи. Насколько сегментирован рынок, настолько сегментированы и продажи компании. Непосредственно продажами мы здесь не занимаемся, этим ведает централизованный отдел в московском офисе компании.

— Ваши основные конкуренты?


— По пропитке основных два: ООО «Фундер-Ува», одно из немногих предприятий России, которое производит декоративную пленку европейского качества, и ООО «Интерпринт Самара» — промышленное предприятие со 100% иностранным капиталом, входит в международную группу Interprint. Каждый борется за свою долю. Конкуренция очень жесткая.

— В чем это выражается? Сложно выходить с продукцией на рынок?

— Выходить несложно, мы уже на нем есть, тяжело увеличивать свою долю.

— На какую рассчитываете?


— Это зависит от географии. В Тюмени и в радиусе 100 км рассчитываем на высокую долю, в Сибири наша доля преобладающей по сравнению с конкурентами не будет.
Комментарии

Материалы по теме

Из ТЭКа в лес перетекая

Лесорубы ХМАО выехали на экспорте

Лесная диверсификация

Идите лесом

Новый ДОК мощностью 65 тыс кубометров древесины в год запущен в эксплуатацию в Свердловской области

«Итера» инвестирует в строительство Выйского ДОК (Нижний Тагил)

 

comments powered by Disqus