Финансовые мичуринцы

Финансовые мичуринцы

Негосударственные пенсионные фонды (НПФ) показали за последние два года беспрецедентный рост: уставные капиталы некоторых увеличились одномоментно в десятки раз, пенсионные резервы поднялись с 33,6 млрд рублей до 100 миллиардов. В результате пенсионный рынок обогнал по динамике страховой и банковский. Однако искусственный характер этого роста очевиден. Большинство НПФ накачивались деньгами материнских кэптивных структур, чтобы получить доступ к обязательному пенсионному страхованию — управлению накопительной частью пенсий граждан. Основная доля в приросте собственного имущества — 55,9 млрд руб. из 58,7 миллиарда — приходится на двадцатку крупнейших фондов. И все эти фонды кэптивны: принадлежат Газпрому, РАО «Российские железные дороги», РАО ЕЭС, Сургутнефтегазу и пр.

Интерес к негосударственному пенсионному страхованию со стороны населения существенно не вырос. Люди, сравнивая различные финансовые и страховые продукты, не видят серьезных конкурентных преимуществ НПФ. В результате огромный потенциал российского рынка негосударственного пенсионного обеспечения не исчерпан даже на десятую часть. Судите сами: доля негосударственного пенсионного страхования в системе всего пенсионного обеспечения составляет, по данным Института немецкой экономики (ФРГ), в США — 0,55, в Великобритании — 0,35, в Германии — 0,15. В России — это лишь 0,014 (расчет по величине пенсионных выплат на основе данных инспекции НПФ за 2002 год и закона «О бюджете ПФР на 2002 год»).

Одна из главных причин такой ситуации — отсутствие механизмов, способных заинтересовать клиентов. Большинство фондов предлагают инвестиционную доходность по действующим продуктам ниже ставки банковского депозита. До принятия закона «Об обязательном страховании банковских вкладов» это срабатывало: НПФ считаются одними из самых надежных финансово-инвестиционных структур, и соотношение риск — доходность было сбалансировано. Теперь банки могут обеспечить своим клиентам не менее высокую надежность по вкладам, и частные фонды на этом фоне явно проигрывают. Поэтому для развития пенсионного рынка необходимо предложить новый продукт, который сочетал бы в себе низкие риски с приемлемой доходностью. Мы считаем, что для создания нового направления российским организациям стоит изучить опыт Германии.

Немецкая селекция

В Германии действует около 3700 организаций, занимающихся пенсионным обеспечением: пенсионные кассы, страховые компании, инвестиционные фонды, банки. Они предлагают разнообразные пенсионные продукты, зачастую носящие признаки нескольких видов пенсионного обеспечения. Наиболее схожи с российскими НПФ немецкие пенсионные кассы. Пенсионный план по системе таких касс может предусматривать два основных вида пенсионных схем. Первая — с гарантируемыми размерами пенсионных выплат, при этом размер взносов рассчитывается исходя из минимальной предполагаемой доходности, обычно равной средней ставке по федеральным ценным бумагам. Вторая схема дает минимальные гарантии. Величина взносов устанавливается в абсолютных суммах или с привязкой к заработной плате застрахованного лица. При этом размер пенсий не гарантируется, а риски инвестирования лежат на вкладчике.

Пенсионные планы банков по сравнению с программами пенсионных фондов отличаются пониженными рисками. Банки устанавливают доходность по пенсионным планам в привязке к доходности по ценным бумагам государства. Доходность по пенсионным планам отличается от средней ставки по федеральным бумагам на 0,5 — 1,5%.

Разнообразие пенсионных планов и организаций, занимающихся пенсионным обеспечением, приводит к жесткой конкуренции. Выигрывают в ней будущие пенсионеры.

Конкурирующие стороны на немецком пенсионном рынке зачастую сотрудничают. Совмещая сильные и компенсируя слабые стороны друг друга, партнеры добиваются создания привлекательного продукта, и это позволяет им увеличивать объем продаж.

Наиболее часто встречается гибридный пенсионный продукт полис + фонд (Police + Fonds), сочетающий услуги страховой компании и инвестиционного фонда. Наличие в схеме последнего позволяет получить высокую инвестиционную доходность при повышенных рисках: инвестиционные фонды могут до 100% средств вкладывать в акции. Участие в продукте страховой организации минимизирует риски клиента. Сотрудничество инвестиционных фондов и страховых компаний позволяет оптимизировать сочетание доходности и рисков. Выделим два вида продуктов, предлагаемых страховыми учреждениями: пенсионное страхование и страховой полис + фонд. Принципы пенсионного страхования соответствуют принципам страхования жизни. Вкладчику гарантируются минимальный инвестиционный доход в оговоренном размере и участие в «сверхприбыли» (прибыли, заработанной сверх гарантированной). Доля участия в «сверхприбыли» в договоре не фиксируется, поэтому ее зачастую определяет сам страховщик. По окончании фазы накопления (при выходе на пенсию) средства капитализируются, и застрахованное лицо получает из этих средств пожизненную пенсию. В России пенсионное страхование пока в зачаточном состоянии, хотя некоторые страховщики его практикуют.

Наибольший интерес представляет пенсионный гибрид полис + фонд. Он существует в двух вариантах. По первому все пенсионные взносы направляются на пенсионное страхование. Устанавливается гарантированная инвестиционная доходность (за вычетом расходов). Если фондовый рынок приносит большую доходность, появляется «сверхприбыль». Она не направляется вновь на страхование, а вкладывается в инвестиционные фонды. При этом ниже и риски, и доходность. По второму варианту в инвестиционные фонды вкладываются не средства «сверхприбыли», а часть взносов. Цель такого распределения: часть средств, направляемых на пенсионное страхование (пенсионный полис), обеспечивает финансирование минимальной пенсии, остальная — обеспечивает повышенную доходность. По окончании фазы накопления вся сумма уплаченных взносов капитализируется и из нее выплачиваются пенсии.

На российской почве

В России в создании подобных гибридных продуктов помимо НПФ могут быть заинтересованы банки, страховые и управляющие компании. Гибрид пенсионный продукт + страхование, к примеру, может иметь следующий вид: часть взносов (инвестиционного дохода) в страховую компанию направляется в НПФ, в результате человек получает страхование жизни и дополнительную пенсию. Подобный проект уже существует: первые и пока единственные «кооператоры» — НПФ «Русь» и СК «Россия». Финансовая выгода для гражданина ощутима: стоимость гибрида меньше, чем стоимость продуктов, приобретенных по отдельности. Заинтересованность для НПФ заключается в том, что фонд использует инфраструктуру страховщиков для роста продаж своих продуктов. Страховщикам кооперация с НПФ несет стратегические выгоды на рынке страхования жизни. Предрекая бурный рост страхованию жизни и рассматривая этот сегмент как один из приоритетов, страховые компании готовы вкладывать серьезные средства. Первая довольно солидная ласточка: ЕБРиР инвестировал в СК «Ренессанс Жизнь», которая займется исключительно страхованием жизни (см.

, «Эксперт» 39 от 18.10.04). Любое поползновение ЕБРиР, как известно, — руководство к действию для международного рынка.

Сложность выхода страховщиков на пенсионный рынок можно объяснить недостатком их профессионализма и низкой страховой культурой населения. Взаимодействуя с НПФ, страховщики устраняют как минимум один из барьеров. НПФ и страховые компании делятся друг с другом клиентской базой, умножая ее при этом. Клиенты и НПФ, и страховых компаний — люди в вопросах страхования просвещенные (пенсионное обеспечение — один из видов страхования), и убеждать их переключиться на партнера долго не придется. Это справедливо и для кооперации с управляющими компаниями и банками.

Самая заинтересованная сторона в развитии гибридных программ — управляющие компании. Скрестив паевой инвестиционный фонд с пенсионным продуктом, они могут нарастить продажи паев за счет использования инфраструктуры НПФ. При этом средства пенсионных взносов, полученные от продажи продукта НПФ, переходили бы к ним в управление. НПФ также выигрывает от такого сотрудничества. Способствуя росту прибыли управляющей компании, фонд будет компенсировать свои затраты через льготные тарифы на управление средствами с ее стороны. Кроме того, фонды задействуют инфраструктуру компаний. Стоимость гибрида в этом случае тоже меньше, чем двух продуктов по отдельности.

Для НПФ выгода взаимодействия с банками очевидна. Прежде всего за счет переключения клиентуры: клиентская база у банков, как правило, значительно больше. Банки имеют развитую инфраструктуру, которая будет способствовать пенсионным продажам. Но банк, расширяя продуктовую линейку, наращивает продажи своего продукта — привлечения вкладов. Кроме того, сотрудничество с НПФ позволит банкам создать социальный имидж, что скажется и на продаже других банковских продуктов, например предоставлении населению кредитов.

Создание гибрида, сочетающего сильные стороны продуктов НПФ, страховых организаций, управляющих компаний и банков, приведет к успешному освоению ниши негосударственного пенсионного обеспечения. Конкурентоспособный продукт может в массовом порядке вывести НПФ на емкий и перспективный розничный рынок. Кооперация институтов будет способствовать созданию новых продуктов, что в итоге увеличит их конкуренцию. Рост конкуренции повлечет за собой снижение рисков и стоимости продукта, увеличение доходности и повышение качества обслуживания. А это всегда благо для потребителя.

Дополнительные материалы:

Потом сочтемся славой

Страховые компании и НПФ видят плюсы гибридов, однако массовое применение их — дело будущего.

Михаил Федотов, вице-президент НПФ «Исеть-фонд»:

— Предложенный продукт, безусловно, хорош по сути, но вряд ли своевремен. Для реализации этой идеи немало препятствий. Первое: развитие НПФ связано с усилением кэптивности рынка, а гибридные продукты по определению предлагаются частным страхователям. В условиях кэптивности от участников рынка трудно ожидать столь здравого подхода, как ориентация на удешевление продукта при его гибридизации. Большинству участников продукт НПФ предоставляется в комплекте с оплачиваемой работой, в которой он заинтересован более всего. Второе: контингент потребителей гибридных продуктов — скорее средний класс, точнее, его верхняя часть, а базой гибридного продукта должна быть основная масса населения. Наконец, последнее: десятилетие становления российского страхового рынка, как и рынка НПО, не выявило базиса стабильности.

Сергей Фаянс, исполнительный директор НПФ «Русь»:

— Суть нашего гибрида в следующем: любой клиент страховой компании «Россия», приобретающий страховой продукт (кроме ОСАГО), получит скидку в 10%, если дополнительно выберет пенсионное страхование в НПФ «Русь». При этом денежный эквивалент скидки будет направлен в виде пенсионных взносов в фонд. Например, если страхование имущества стоит 1 рубль и клиент выбирает дополнительно пенсионное страхование, то страхование имущества обойдется в 90 копеек, а пенсионное страхование в 10 копеек, то есть клиент получает за 1 рубль два продукта, если захочет. При этом человек может управлять пенсионным счетом, назначать выплаты или отказаться в будущем от одного или обоих продуктов и вернуть себе деньги. По нашим оценкам, 80 — 85% клиентов СК «Россия» выбирает гибрид. Для страховой компании сотрудничество с НПФ также выгодно: «Россия» предоставляет клиенту за те же деньги два продукта, таким образом стимулируя продажи основного. Кроме того, страховая компания приобретает социальный имидж, что положительно сказывается на продажах.

Конечно, многие проблемы снимает то, что НПФ «Русь» находится в одной группе с СК «Россия». На рынке есть еще подобные группы: свои НПФ есть у Росгосстраха, СК «Прогресс-Гарант». У таких групп шансы для запуска гибридных продуктов наиболее велики. Но и независимые фонды и СК имеют хорошие возможности. Страховые компании за счет сотрудничества с НПФ наращивают продажи, а фонд увеличивает поступления пенсионных взносов. Если НПФ и СК это поймут, они успешно запустят гибридный пенсионный продукт. Я надеюсь, когда такие проекты приобретут массовый характер, мы выйдем на сотрудничество с банками. И это будет следующий пенсионный гибрид.

Татьяна Ширинкина, заместитель генерального директора по страхованию СК «Урал-АИЛ»:

— Мы работаем над созданием финансового гибрида с нашим НПФ «Урал-АИЛ». При этом мы стараемся учесть преимущества страховой компании и НПФ: страхуем клиента от несчастного случая и одновременно предлагаем пенсионное страхование. В этом выигрыш прежде всего для НПФ: механизм работы, используемый фондами, не дает страховаться от несчастного случая, а гибрид это позволяет. Кроме того, за страховщиками установлен строгий надзор в области инвестирования. Используя механизмы НПФ, мы расширяем инвестиционные возможности. Поэтому можем вкладывать в интересные проекты больше средств, чем если бы действовали в одиночку.

Комментарии

Материалы по теме

Банк24.ру намерен развивать страховой бизнес

Арбитраж Уральского округа подтвердил сговор ЮниКредит банка и страховщиков

Учиться не дышать

Дама сдавала в ломбард

РУБЛЬ: ПЕРЕЗАГРУЗКА. Политика, экономика, деньги: как будем жить дальше?

По возможности и способности

 

comments powered by Disqus