Игрушки для радости

Игрушки для радости

С 19 по 28 января в Перми на территории выставочного центра «Пермская ярмарка» прошла девятая международная выставка-ярмарка «АртПермь 2007». По ширине охвата мероприятие не имеет равных на Урале, а может, и в стране.

«АртПермь» — масштабный социально-культурный проект. Социальный — потому что Прикамье остается единственным регионом Урала, где формирование привлекательного имиджа территории поставлено местными властями в ряд приоритетов. Культура используется для этого как один из главных инструментов. (Подробнее об имиджевой политике региональной администрации см., «Мечтать не вредно», «Э-У» № 43 от 20.11.06). Выставка создает городу и краю репутацию «культурного центра», и с этой стороны сам факт ее успешной организации и проведения можно рассматривать как результат грамотной управленческой политики.

Теперь сделаем акцент на «культурной» стороне проекта. Салон ежегодный вовлекает в орбиту сотни художников, тысячи покупателей произведений искусства и массу других участников арт-процесса. А значит, может служить зеркалом художественной жизни региона. И это зеркало показывает: современному искусству не хватает самобытности, а региональному арт-рынку — посредника между творцом и потребителем.

АртПермь: форма

Профессионалам — общение

Арт-куклы — искусство вечного детства
От многочисленных арт-салонов Москвы и Санкт-Петербурга пермскую выставку традиционно отличает эклектичность, высокая во всех смыслах слова, включая «возвышенная».

Помимо живописи и ваяния, не говоря уже о многочисленных и разнообразных художественных промыслах, были представлены: фотография, кинематограф («Пермская синематека» провела презентацию фестиваля документального кино «Флоэртиана» и недели национальных кинематографий в Перми и Пермском крае), книжное дело (издательства «Звезда» и «Книжная площадь» в проекте «Время плохо изданных книг прошло» показали лучшие работы, в том числе уникальную энциклопедию «Минерально-сырьевые ресурсы Пермского края»). Уместен оказался даже шоу-бизнес: концертно-продюсерский центр «Русское шоу» активно рекламировал фольклорные программы.

Основную часть выставочных площадей занимали, конечно, художники Перми и Прикамья. Несколько экспозиций были отданы творческим объединениям областных городов: березниковскому, соликамскому и краснокамскому. Страну представили экспозиции из Екатеринбурга, Свердловской и Челябинской областей, Кургана, Омска, ГорноАлтайска, Кирова, Нижнего Новгорода, Костромы, Калининграда, СанктПетербурга, Москвы. Статус выставки как международной поддержало участие чешской галереи «Дион», а также китайских и японских мастеров.

Выставка позволила художникам на несколько дней вырваться из узкого цехового мирка «своих» объединений и творческих союзов, чтобы увидеть, чем живут коллеги-конкуренты: не секрет, что в провинции они нередко «варятся в собственном соку». Интересно, что мастера декоративно-прикладного искусства оказались легче на подъем, чем «чистые художники»: подавляющее количество гостей из других регионов относятся именно к этой категории.

В этом году наряду с экспозициями действующих живописцев на «АртПерми» был представлен проект «Забытые имена», посвященный творчеству пермских художников середины ХХ века, некогда известных и даже знаменитых, а затем несправедливо забытых (например, Александра Репина и Ивана Шардакова). Новый проект стал зримым знаком преемственности культуры, большой художественной и человеческой удачей выставки.

Авторитет «АртПерми» в профессиональном сообществе растет. Если в первой выставке приняло участие около 20 художников, то в этом году их было уже более трехсот (198 стендов). Налицо и качественные изменения. Председатель Пермского отделения Союза художников России Равиль Исмагилов вспоминает, что «первые выставки многие художники воспринимали как место, где можно сбыть залежалый товар, несли старые ненужные работы, надеясь, что здесь их можно продать. Теперь отношение совершенно изменилось. Люди начинают готовиться загодя, пишут работы специально для этой выставки».

«Продаваемость искусства» от этого только выросла. Точные объемы продаж на ярмарке неизвестны: принципиальная позиция организаторов — деньги в карманах художников не считать. По оценкам удачливых творцов, на вырученные суммы можно спокойно жить полгода. Некоторые продали по 15 — 20 картин. Причем коммерческий успех вовсе не обязательно сопутствовал только известным и столичным мастерам. Например, березниковские художники уехали домой налегке: за девять выставочных дней распродали все привезенные на выставку полотна.

Посетителю — экшн

Канон традиционного китайского пейзажа шань-шуй разработан сотни лет назад, но рисунок современного художника не кажется беспомощным подражанием

Для потребителя художественной продукции ярмарка «АртПерми» — крупнейшее событие в регионе. В прошлом году наплыв желающих — их было около 30 тысяч — отразил даже заголовок нашего отчета о выставке: «За чем стоим? За искусством» (см. «Э-У» № 5 от 06.02.06). Нынешнюю экспозицию посетили около 34 тыс. человек: в выходные пробираться к павильону сквозь толпу возжаждавших приобщения к высокому было небезопасно.

Главные преимущества выставочного центра перед традиционными галереями — огромные площади (свыше 5 тыс. кв. метров), разнообразие и общедоступность. Слова «галерея», «музей» для многих со школьной скамьи означают что-то скучное и заведомо отчужденное: «Руками не трогать!». Выставочный центр лишен подобных ассоциаций. По словам исполнительного директора художественного салона Сергея Казука, «к нам на выставку приходят люди, которые в музей бы не пошли».

Художественный салон не просто «проходит» в течение десяти дней, он активно вовлекает людей в сотворчество всевозможными проектами и арт-аттракционами, предлагая им роль «участника». Проект «Пермский бульвар», например, адресовался в первую очередь молодежи. На «Бульваре» проходили встречи с ведущими художниками края, разворачивались дискуссии, работали творческие мастерские. Сложно было протолкнуться к стенду «Арт Хобби Центра»: здесь в режиме реального времени действовала мастерская дизайна интерьера. Причем предметы декора делали сами посетители: потратив полчаса, можно было унести с собой оригинальную поделку hand made. А еще во время выставки проходили мастерклассы известных художников и фотографов, поэтические вечера, масса разнообразных арт-акций. Словом, к искусству приобщался каждый пришедший.

Региону — имидж

Экспозиция краснокамских художников. В центре Галина Аксенова и ее «Рябинушка» — самый сочный натюрморт выставки

Сложная многокомпонентная и динамичная структура мероприятия, подобного «АртПерми», требует согласованных действий массы людей и в любой момент грозится выйти изпод контроля. В том, что из года в год этого не происходит, а выставка растет, становится еще разнообразней, — заслуга ее организаторов: коллектива выставочного комплекса «Пермская ярмарка».

Художественным мероприятиям часто присуща некая богемная расхлябанность: концерты и спектакли начинаются на полчаса позже, чем обозначено в программе, на выставках царит хроническая путаница с местами, не хватает какой-нибудь мелочи вроде клейкой ленты или крючков. Важные гости опаздывают, организаторы не успевают. От всего этого возникает нездоровая суета.

В Перми ничего подобного не наблюдалось. Команда менеджеров выставочного центра работала как часы. Перед открытием в гигантском выставочном зале не было ни малейших признаков суеты: большинство экспозиций уже оформлены, подготовка остальных спокойно шла к концу. Мероприятия, обозначенные в программе, начинались и заканчивались строго по расписанию. «АртПермь» демонстрировала зрителям не только богатую художественную культуру края, но и высокую организационную культуру менеджмента выставочного центра.

«АртПермь» явила наглядный пример того, насколько успех социальных и культурных проектов зависит от умелой организации. Причем заметим, что художественный салон — проект для «Пермской ярмарки» некоммерческий: о зарабатывании денег на художниках речи не идет. Участники платят только оргвзнос (в этом году — полторы тысячи рублей), он расходуется на издание каталога. Все, что художнику удастся наторговать на ярмарке, отправляется прямо к нему в карман.

Финансовое обеспечение выставки взяли на себя власти города и края. Выступавшие на открытии представители администраций дружно говорили о ее значении для создания в Прикамье особого культурного пространства. Для них мероприятия, подобные «АртПерми», — плановые инвестиционные проекты, работающие на привлекательный имидж региона. Причем вложения уже окупаются. Если считать индикатором выпуски новостей телеканала «Культура», в этом году «АртПермь» стала мощным всеуральским брендом. Теперь она готова перешагнуть границы территории, чтобы вырасти до полноценного общероссийского форума. Если организаторы сосредоточат внимание на активном привлечении художников из других регионов, выставка без труда преодолеет и этот качественный рубеж. Тогда на Урале наконец появится салон, по представительности и влиянию не уступающий столичным. И он закономерно появится именно в Перми.

АртПермь: содержание

Осетрина второй свежести

…По пространствам «АртПерми» разгуливала девушка с раскрашенной голой грудью — непременный атрибут выставки современного искусства. Такой же традиционный, как стотысячный портрет дедушки Ленина на выставке искусства социалистического. Рядом объединение «Союз-Арт» открывало проект «Искусство против супермаркета». По мысли организаторов, картины, сваленные в металлические тележ-ки и расставленные по магазинным стеллажам, должны были выражать протест против общества потребления…

Над экспозициями отчетливо витал аромат не первой свежести — идейной и художественной. Даже рисование шоколадом приелось. Много артефактов вроде бы и хороших, и профессионально исполненных, но словно где-то уже виденных. Понятно, что любая выставка — не Третьяковка и собирает не одни только шедевры. Региональность здесь ни при чем: в московских салонах ситуация в принципе аналогична. Так что пермская ярмарка вполне дорисовывает общероссийскую картину: налицо дефицит самобытности.

Кудреватые мудрейки

Удовольствие без потрясения — такова квинт-эссенция впечатлений от нынешнего арт-пространства. Затейливые и технически сложные полотна современных художников ни к чему не обязывают ни автора, ни зрителей, как ни к чему не обязывает чтение романов из жизни эльфийских принцесс… Тяга к «наивному искусству», условным и фантастическим сюжетам стала всеобщей. Если пейзаж, то Венеция, Толедо или средневековые европейские улочки. Если животные — то декоративные, «живописные»: разнообразных слонов (керамических, литых, нарисованных красками, высеченных из вулканической гальки) я насчитала не меньше десятка. Если портреты — то условно-прекрасные без малейших примет сегодняшнего дня. Филигранная техника при дефиците подлинного чувства наблюдается даже у лучших авторов. В нарядных полотнах читается то ли жалоба, то ли упрек: «До чего же хорошо там, где нас нет»… Это настроение присутствует и в прелестных меланхоличных картинах Станислава Гирко, и в тихих полупрозрачных полотнах Виталия Ниточкина, и у многих других известных и малоизвестных художников.

Чем объяснить тяготение к «красивости»? Естественным отторжением соцреализма, которым многих зрелых художников принудительно «перекормили» в молодые годы? Целенаправленной работой «на продажу»? Думаю, в той или иной мере справедливы обе версии. Есть и третья, самая печальная. Не мною придумано: дракона нарисовать проще, чем собаку: его никто не видел. Как с грустью констатирует известный пермский художник Юрий Лапшин, президент международной ассоциации современного искусства «Артемида» и один из старейших участников выставки, «в искусстве сейчас время дилетантов».

В стороне от «фэнтэзи» расположились традиционно реалистичные пейзажи и натюрморты. Но и они традиционно не удивили: на столе — цветы, на елях — снега…

Количество реализма в изобразительном искусстве — разумеется, вопрос вкуса. Но он теснейшим образом связан с принципиальной проблемой его, искусства, национальной самобытности. На выставке «АртПермь», как и во всех художественных салонах и галереях страны, слишком мало специфически пермского, уральского и вообще — российского. Между тем космополитизм без уникальности едва ли будет востребован на мировом арт-рынке: умельцев красиво нарисовать Венецию там и без нас хватает.

Для меня главной картиной «АртПерми» стала «Старая песня» художницы Татьяны Нечеухиной: две старухи в красных сарафанах, похожие на состарившихся баб, которых так хорошо рисовал художник Малявин, поют о своем, о вечном. Редкий по нынешним временам пример полотна, в котором «дышит почва и судьба».

Артрынок в теории…

В начале марта в Перми ожидается большая выставка, посвященная только народным промыслам, но организаторы «АртПерми» не стали строго проводить границу между искусством и ремеслом: последнее получило значительную выставочную площадь. Думается, справедливо: задача отделения «агнцев» чистого искусства от прочих «козлищ» на нынешнем этапе развития российского арт-рынка едва ли может быть решена. Даже беглого взгляда на ярмарку достаточно, чтобы констатировать: современная живопись и ваяние откровенно тяготеют к декоративно-прикладному искусству. Причем не по технике — по сути. Картина (скульптура) мыслится и создается авторами как штучный и дорогой элемент интерьера, как украшение жизни, а не откровение о ней. Так, отвечая на растущий вслед с благосостоянием спрос, стихийно складывается арт-предложение. Картина с маслом.

На вопрос о степени организации российского художественного рынка многие специалисты отвечают примерно так: «С ней все хорошо — ее нет». Юрий Лапшин демонстративно категоричен: «Мне кажется неправильной сама постановка вопроса, предполагающая, что в России есть арт-бизнес. Артбизнеса у нас не существует. Есть отдельные попытки (в Москве, частично в Екатеринбурге) понять, что это такое. Институт арт-менеджмента, который бы всерьез этим занимался, совершенно не развит. Не художники должны учиться зарабатывать. Должны наконец появиться люди, которые умеют зарабатывать на художниках. Только тогда этот рынок у нас начнет складываться».

…И на практике

В отсутствие арт-менеджеров художники занимаются несвойственным большинству делом — саморекламой, организацией выставок, продажей картин. Получается не у всех. Впрочем, как и с самобытностью. Приведем пример, исполненный оптимизма.

Наталья Сунцова и Яна Солякова много лет преподавали изобразительное искусство в школе, но в какой-то момент поняли, что достигли на этом поприще всего. Теперь они делают «Игрушки для радости».

В умелых руках этих веселых и добродушных женщин невзрачные сухие стебли дудника, борщевика и рогоза преображаются в воздушные и пестрые поделки. Пермские мастерицы «попали в струю». Но свои проблемы есть и у них:

— С магазинами и салонами мы дела практически не имеем, — рассказывает Наталья Сунцова. — Если отдавать изделия на реализацию, то денег приходится ждать месяцами, а можно и не дождаться. Только крупные московские сети могут позволить себе платить вперед. Приходится самим торговать по ярмаркам. «АртПермь» для нас большое подспорье, выручки с прошлой выставки хватило нам на полгода.

Среди многих «промысловых» экспозиций «Игрушки для радости» выделялись непохожестью и неизменно собирали толпу восторженных покупателей. Творчество двух пермских учительниц явило пример продуктивного синтеза традиционных (народных) техник и современного художественного мышления. Не по форме, по существу. Их игрушки сохраняют родство по фактуре материала с грубоватыми народными поделками, при этом абсолютно оригинальны. И не на путях ли такого синтеза стоит искать пресловутую национальную самобытность, а заодно и секрет коммерческого успеха? Может, синий корабль пермских мастериц, с которого мы начали рассказ, укажет дорогу?

Комментарии
 

comments powered by Disqus