126 народных эмиссаров

126 народных эмиссаров

126 народных эмиссаров


Фото - ZERKALO / PHOTOXPRESS.RU

Почти час 22 января 2006 года членов Общественной палаты и журналистов морозили в минус 25 у Спасских ворот. Новая получасовая остановка случилась уже на территории Кремля. Замерзающая элита общества взроптала. Не выдержала и вступила в перепалку с человеком в «штатском» и дама-организатор. «Мы люди военные, нам дали приказ — мы выполняем», — лениво повторял он. Дама терзала телефон: «Мы же их переморозим! Ну все, кому-то сегодня точно настучат по голове»… Наконец, наверху сжалились и дали команду пропустить. Толпа торопливо потекла в тепло Большого Кремлевского дворца на встречу с президентом. Так началось первое пленарное заседание верховного гражданского института в России — Общественной палаты, обещанной нам президентом 13 сентября 2004 года. Оно открыло, по словам академика Евгения Велихова, «важнейшую веху в тысячелетней нелегкой и подчас драматической истории российской гражданственности». К началу февраля члены палаты распределились по 17 комиссиям, а с 1 февраля институт стал публичным: открылся сайт www.oprf.ru. Механизм Общественной палаты заработал.

Проконтролируй меня

После террористического акта в Беслане Владимир Путин отменил всенародные выборы глав субъектов РФ и институт депутатов-одномандатников в Государственной думе. Как туманно пояснил глава государства, для обеспечения «единства действий всей исполнительной вертикали, …последовательного развития федерализма, …механизмов реального диалога и взаимодействия общества и власти в борьбе с терроризмом, одним из которых должны стать общенациональные партии». Именно тогда и прозвучала идея создания Общественной палаты: «Если мы рассчитываем на помощь общества в борьбе с террористами, то люди должны быть уверены, что их мнение будет услышано. Считаю продуманной идею образования Общественной палаты как площадки для широкого диалога, где могли бы быть представлены и обсуждены гражданские инициативы. Такая палата должна стать местом проведения общественной экспертизы ключевых государственных решений и прежде всего законопроектов, имеющих общенациональное значение».

Таким образом, палата стала институтом, компенсирующим отобранные у граждан демократические свободы, и даже органом, конкурирующим с парламентом. «Родовая травма парламентаризма — оглядка на выборы. Парламентские дискуссии всегда и везде отдают популизмом. А при нашем низком уровне политической культуры превращаются в фарс. Эксперты Общественной палаты от политической конъюнктуры зависеть будут куда меньше, что позволит им быть объективнее и корректировать непродуманные решения властей», — заявил в одном из интервью заместитель главы администрации президента Владислав Сурков.

16 марта 2005 года Госдума приняла закон № 32-ФЗ1 «Об Общественной палате РФ», и с 1 июля он вступил в силу.

Гражданин начальник

Палата в составе 126 членов сформирована по иерархическому принципу. Первую треть, 42 человека, назначил сам глава государства. «При чем тут гражданское общество?! Из любого учебника политологии известно, что это система общественных институтов, независимых от государства, — воскликнули ревнители чистоты жанра. — Нонсенс: президент назначает верхушку общественного органа, претендующего на влиятельность через репрезентативность».

Леонид Рошаль
Леонид Рошаль

Возмущение повисло в воздухе, а затем сошло на нет. Многие авторитетные и уважаемые персоны приняли предложение президента войти в палату. 28 сентября он подписал соответствующий указ. 15 ноября первый эшелон членов палаты выбрал следующий: 42 представителя общественных объединений. Наиболее демократическим, разбавляющим субъективный подход оказался третий этап: отбор последних 42 делегатов межрегиональных и региональных объединений. Сначала каждый регион выдвинул по 20 соискателей, из них на специальных конференциях избрано не менее десяти кандидатур от каждого федерального округа (их в стране семь), а оставшиеся шесть членов прошли сито голосования ранее избранных коллег по палате.

Но и здесь не обошлось без фаворитизма. Рассказывает председатель свердловского регионального отделения общественной организации «Идущие вместе» Алексей Черешков: «Из более чем двухсот действующих в области молодежных общественных организаций на выборы делегатов пригласили всего четыре. Информация о проведении собрания распространялась очень плохо, лично я узнал о нем по телевизору. Тем не менее явились представители 76 общественных организаций. Рабочая группа предложила собравшимся заранее приготовленный список из 20 фамилий и путем силового давления заставила избрать их, пояснив, что «если будет другой метод выбора, будем сидеть до утра». То есть 56 организаций были лишены возможности выдвинуть своих представителей в делегаты на окружную конференцию».

12 ноября на окружной конференции 119 делегатов (один отсутствовал) от регионов УрФО утвердили список из 13 кандидатур для избрания в члены палаты. Сначала в списке стояла еще одна фамилия — известного шансонье Александра Новикова. Но большинство делегатов проголосовали за его исключение: «Полпред президента нашел время, чтобы присутствовать на конференции, а этот не смог». Певец в это время был на гастролях. Несмотря на коллегиальность решения, сложилось впечатление, что на самом деле его выдавили за биографию (при Советах он посидел за диссидентство) и «несерьезный» род занятий. Окажись на его месте уважаемый или приближенный к окружной власти эксперт, на него вряд ли бы замахнулись.

Формирование Общественной палаты завершилось 23 декабря. Из шести делегатов, выдвинутых от УрФО, двое — жители Тюменской области, зато от Курганской не прошел никто. Позже член палаты, президент фонда «Политика» Вячеслав Никонов, курировавший УрФО, прокомментировал: «Наверное, это связано с новым главой администрации президента, который перешел туда с должности главы Тюменской области. Он мог убедить кого-то из членов палаты сделать выбор в пользу его земляков. Вообще, у каждого региона была своя интрига. Исключение составила Челябинская область. Там было два очень похожих типажа из прогубернаторских общественных организаций, в итоге одному повезло больше».

В тихом омуте

22 января в Георгиевском зале Большого Кремлевского дворца открылось первое пленарное заседание Общественной палаты. И я там был.

Общение с членами палаты и наблюдение за ними позволили разделить их на четыре профессиональные группы:

— интеллектуалы (ученые, экономисты, политологи, юристы, врачи, педагоги, журналисты и литераторы). Неподкупны, чисты в помыслах, своего в жизни добились, а потому не обременены карьерными устремлениями. Их цель: найти правду, добиться справедливости;

— предприниматели. Лидеры бизнеса вряд ли способны на открытую оппозицию бюрократии, но их мнение будет иметь значительный вес при принятии решений. Цель группы: защита интересов предпринимательства;

— религиозные деятели. Склонны к одобрению действий власти в обмен на привилегии, однако способны и на оппозицию по зову совести. Цель: укрепить влияние на власть и общество фундаментальных конфессий;

— артисты и шоумены. Воспринимают палату как сцену, вряд ли стоит ожидать от них гражданской активности. Действия власти, скорее всего, будут одобрять. Их задача — себя показать, на других посмотреть.

Совестью и сердцем Общественной палаты будет интеллигенция. Только от нее можно ожидать несанкционированной критики власти, а следовательно, реального влияния на общественно-политический процесс. Совесть заявила о себе на первом же заседании. После череды утомительно хвалебных речей в адрес Путина и Общественной палаты уничтожающей критикой прозвучали слова легендарного детского хирурга, президента Международного благотворительного фонда помощи детям при катастрофах и войнах Леонида Рошаля: «Разброд и шатание Минздравсоцразвития, отсутствие углубленной проработки вопросов и принятие скороспелых, а иногда вредных решений не выдерживают никакой критики. Это, скажу русским словом, бардак. Минздравсоцразвития больше, чем какое-либо другое министерство, подставляет вас, Владимир Владимирович. И один из тех, кто это делает, господин Хафин, вдруг назначен заместителем министра! Это хуже, чем шутка. Я неоднократно спрашивал, куда делись сотни миллионов долларов, взятых в долг у Всемирного банка на модернизацию здравоохранения в России, ожесточенно продвигаемую господином Хафиным и другими, в том числе, кстати, членами вашей администрации. Ведь Россию можно разрушать по-разному. Если мы не поймем это, так и те деньги, которые вы выделили на нацпроект, не дадут эффекта».

Выступление Рошаля показало, что Общественная палата хотя бы потенциально и частично способна на собственное, не навязанное властью мнение, если хотите — на оппозицию ей. Это, безусловно, благо: показное единодушие никогда не доводило до добра. Конечно, полномочия у палаты слабые: экспертиза законопроектов, результаты которой носят рекомендательный характер. Но общественники видят силу уже в этом. Главный редактор журнала «Эксперт» Валерий Фадеев:

«У нас нет реальных властных полномочий. Но можно придумать массу других технологий продвижения идей. Главное, чтобы было искреннее желание придумывать, как улучшить ситуацию в стране». Адвокат Генри Резник: «В Общественную палату вошли уважаемые люди. Вы представляете себе, если вдруг вся палата выносит заключение, а Дума или правительство его игнорируют? Это невозможно».

Однако первый же государственный муж, посетивший палату, — Владимир Путин — никак не отреагировал на критику Рошаля. Видимо, на то он не Дума и не правительство. Более того, президент откровенно напутствовал членов палаты: «Чиновники во всех странах мира — достаточно замкнутая корпорация, их более или менее гибкое реагирование на запросы общества и нужды людей зависит от степени общей культуры. Поэтому нет ничего удивительного, если вам придется столкнуться с определенными сложностями. Больше того, вас нигде не ждут — вот из этого нужно исходить».

Мы обратились за разъяснениями к представителю этой самой «корпорации». Председатель правительства Свердловской области Алексей Воробьев ответил: «Может быть, в чем-то будет неудобно, труднее, но зато у нас будет больше ответственности. Другого пути все равно нет: либо начнем слушать друг друга и исправлять свои недостатки, либо будем как лебедь, щука и рак».

Идите и помните

Такое понимание бюрократией роли Общественной палаты настраивает на позитив. Смущает другое: многие оказались там благодаря усилиям чиновников и сформировали особую, надпрофессиональную группу карьеристов, «флюгеров», «придворных звездочетов». Они не имеют определенных взглядов, поддерживают сильного, при этом держат фигу в кармане (кто его знает, в какую сторону подует ветер перемен), их функция в палате — охранять незыблемость бюрократии, их личная цель — удачно использовать палату для дальнейшего продвижения по карьерной лестнице. Скажем, по силам ли экспертиза законопроектов и контроль за работой госаппарата 20-летней студентке Тульского госуниверситета, активистке пропрезидентского движения «Наши» Юлии Городничевой? Очевидно, что палата для нее — это карьерный лифт.

Некоторые члены, подчеркнем, Общественной палаты открыто называют источником вдохновения и гарантом своей влиятельности вовсе не общество, а главу государства. Участие в ее деятельности — почетное, но безвозмездное занятие, вот и вся разница положения общественников, по их собственным оценкам, по сравнению с сотрудниками президентской администрации. Так хватит ли им смелости указывать на чиновное беззаконие и бороться с ним?

Вопрос не резал бы так больно, если бы Общественная палата избиралась населением по одномандатным округам и с правом отзыва делегатов. Но главный институт гражданского общества России избран в духе эпохи — административно-кулуарным методом. И это его главный порок. Впрочем, другого и ждать не стоило: точно так же сегодня избираются губернаторы и формируются предвыборные списки партии власти.

По прогнозам доктора Рошаля, «об эффективности работы палаты можно будет судить приблизительно через год». Полномочия нынешнего созыва заканчиваются 22 января 2008 года, аккурат накануне президентских выборов. Откроет ли новорожденный институт новую главу в истории российской гражданственности или бесславно сойдет с исторической сцены, сделав свое придворное дело? Это зависит и от нас, граждан. Наше дело — регулярно напоминать членам палаты, в том числе через СМИ, о том, что они не крикуны на трибуне российского Гайд-парка, а наши парламентеры в стане власти.

Дополнительные материалы:

Полномочия Общественной палаты

— Проводить слушания по общественно важным проблемам

— Давать заключения о нарушениях законодательства РФ всеми ветвями власти на федеральном, региональном и местном уровнях

— Проводить экспертизу проектов законов, правовых актов правительства

— Приглашать руководителей федеральной и региональной власти на пленарные заседания палаты

— Направлять членов для участия в работе всех органов федеральной, региональной и местной власти

— Запрашивать и получать от всех органов власти необходимые документы

Как карась для щуки

Эффективность Общественной палаты во многом будет зависеть от гражданской позиции каждого ее члена, уверен делегат от Челябинской области Анатолий Макеев

— Анатолий Иванович, какими рычагами влияния на власть вы обладаете?

Анатолий Макеев
Анатолий Макеев
— С информацией о проблемах граждан я могу выступать на пленарных заседаниях палаты, заседаниях комиссий и рабочих групп. Можно добиться включения этих вопросов в повестку дня для обсуждения в комиссиях и на пленарном заседании. Наконец, можно участвовать в экспертизе представленных правительством и другими госорганами законопроектов, а в случаях отрицательных заключений по ним добиваться их доработки или отмены.

— Предлагая россиянам идею создания Общественной палаты, Владимир Путин подчеркнул: «Люди должны быть уверены, что их мнение будет услышано». Как граждане могут контактировать с властью через вас?

— Через городские и районные структуры общественных объединений области, в том числе через отделения движения «За возрождение Урала» (создано губернатором Челябинской области Петром Суминым. — Ред.). В каждом районе и городе области функционируют общественные приемные губернатора, которые могли бы собирать всю информацию о гражданских инициативах и отправлять ее через меня в Общественную палату.

— Как бы вы охарактеризовали статус члена палаты в иерархии субъектов власти?

— Хотя решения Общественной палаты носят рекомендательный характер, все они обязательно должны рассматриваться президентом, правительством, Советом Федерации, Государственной думой и другими органами государственной и местной власти. Не стоит ставить вопрос, чей статус выше: депутата, сенатора, члена правительства или члена Общественной палаты. Все эти органы должны работать слаженно, в одной упряжке, на благо России. На Общественную палату возложены контрольные функции. Но многое будет зависеть от того, как будет вести себя отдельно взятый член палаты: безропотно соглашаться с предложениями государственной власти или препятствовать ее непродуманным и сомнительным действиям. Я бы сравнил Общественную палату с карасем, который не должен давать дремать щуке (процитировано дословно. — Ред.).

— Вся страна потрясена трагедией Андрея Сычева, произошедшей в Челябинском танковом училище. Что вы как член палаты можете сделать, чтобы виновные были наказаны, а впредь такое не повторилось?

— Подобными вопросами занимается комиссия по общественному контролю за деятельностью правоохранительных органов, силовых структур и реформированием судебно-правовой системы. Ее председатель Анатолий Кучерена уже был на месте трагедии. Я же состою в другой комиссии и серьезно в эту проблему не вникаю. Но вообще думаю, что вмешательство членов Общественной палаты в этот инцидент не понадобится, поскольку его расследованием занялись уже в министерстве обороны.

— Представим ситуацию, что вы все же оказались в комиссии по контролю за деятельностью силовых структур и люди обратились к вам с просьбой донести их боль до федеральной власти. Что вы будете делать?

— Я не вижу себя в данной ситуации ревизором или контролером. Этим должны заниматься другие органы: военная прокуратура и так далее. Я организатор сбора информации и передачи ее в соответствующие органы. Если люди обратятся ко мне, то я гарантирую, что их обращение дойдет до Москвы.

Подготовил Евгений Сеньшин

Тихие громы и молнии

Полномочия членов Общественной палаты по сравнению с полномочиями депутатов Госдумы малопонятны и малопригодны. Но за первыми стоит президент страны, что придает силу и уверенность, считает член палаты Светлана Ярославова (Тюмень)

— Светлана Борисовна, как вы собираетесь влиять на власть? Какие у вас есть для этого механизмы? 

Светлана Ярославова
Светлана Ярославова
— У меня есть только один механизм, отработанный годами практики советолога и консультанта первых лиц различных структур и уровней власти: профессионализм и «человеческий фактор». Это своего рода гражданская дипломатия, когда приходится говорить не очень приятные вещи под анестезией социологических аргументов, убеждать, с приятной улыбкой и пакетом позитивных прогнозов подводя к решительным действиям.

Я не буду давить на представителей власти своими «корочками» Общественной палаты, тем более постараюсь не использовать полномочия в лоб. Есть способы решить все мирным путем. Раньше переговоры проводились при закрытых дверях, теперь пришла пора делать встречи с властью публичными, и статус члена Общественной палаты в этом поможет.

— Как вы строите работу проводника между народом и властью?

— Готовится офис с общественной приемной для граждан. Там по графику приема на добровольной основе будут работать консультанты из общественности. Предполагается также аналитический отдел, который будет обрабатывать входные сигналы. Мои встречи будут проходить сразу с несколькими группами граждан, объединенных общей проблемой, индивидуальные — по самым острым вопросам.

— На ваш взгляд, какую роль занимает Общественная палата в общественно-политической системе России?

— Общественная палата — это попытка направить интеллект и энергию лучших представителей нации на реализацию президентских проектов, это беспрецедентный в истории России шаг в создании института гражданского общества на высшем уровне, реальная возможность сформировать новую национальную идею, образовать коллективный разум и выработать новые формы общественного сознания. Но пока это «прыжок в неизвестность». Когданибудь потомки скажут: они были первыми.

— Каков статус члена палаты?

— Наши полномочия в каждом конкретном случае малопонятны и малопригодны. Решения членов палаты носят только рекомендательный характер, тогда как решения парламента имеют статус закона. Есть, однако, одно «но»: за нами стоит президент России, а мы — его представители. Это придает нам силу и уверенность, делает результаты нашей работы весомее и зримее. Не сомневаюсь, что мы будем услышаны и увидены. И, как тихое слово ломает горы и плавит лед, наши рекомендации будут действенны, грому и молнии подобны.

— То есть вы что-то вроде сотрудников администрации президента?

— Да при чем здесь администрация президента?! Они вон сидят на Старой площади и зарплату получают за свою работу, а мы на общественных началах работаем, зарплату не получаем.

— Как далеко лично вы сможете пойти в борьбе с недобросовестным чиновниками?

— Это самый провокационный вопрос, который только может быть задан.

— Но президент фактически благословил членов палаты на укрощение бюрократии, когда отметил: «Вам придется столкнуться с определенными сложностями».

— Если чиновник ведет себя соответственно закону, к нему не надо применять никаких санкций. Если он вышел за рамки, то, естественно… Но у нас нет тех полномочий, какие есть, например, у Счетной палаты. Мы ничего не можем сделать. Уволить не можем, лишить премии — тоже. В наших силах создать негативное мнение вокруг такого чиновника.

— Но этим занимаются, например, средства массовой информации. Вы будете дублировать функцию СМИ…

— Да, можем, как СМИ. Но вообще поживем — увидим, как реально мы сможем влиять.

Подготовил Евгений Сеньшин

Комментарии

Материалы по теме

Россия в сумерках

Социологи и очки

Моби-next

Сюрреалисты в душе

Одни и без дома

Любите Родину — мать вашу

 

comments powered by Disqus