Сезон скидок

Сезон скидок ДНК-центр предложил Первоуральску и новый День металлурга, и День новой культуры: здесь пытаются связать государственный заказ на формирование нового досуга с интересами мира искусства.

В ноябре — начале декабря Дом новой культуры (ДНК) в Первоуральске представил итоговые проекты сотрудничества современных художников и горожан в 2013 году.

Напомним, государственную идею создания сети ДНК-центров — культурных институций для городов с населением до полумиллиона человек — публично представили в марте этого года в трех городах России, в том числе в Первоуральске (подробнее см. «В трубу» , «Э-У» № 14 от 08.04 2013). Строительство здания ДНК, по заверению министра культуры Свердловской области Павла Крекова, начнется в 2014 году. При этом по-прежнему не ясно, каким он должен быть — обновленной моделью старого дома культуры с театральным и выставочным залами, буфетам и помещениями для творчества всех желающих или институцией, поддерживающей создание новаторских произведений.

Некоторые склонны рассматривать строящуюся сеть Домов новой культуры как параллель сети Государственных центров современного искусства (на Урале оба проекта возглавляет директор Уральского филиала Государственного центра современного искусства Алиса Прудникова). Но представляется, что в большей степени она ориентирована на потребности публики и повседневный досуг, чем на производство нового искусства.

Пока готовились чертежи и утверждались сметы, команда первоуральского ДНК-центра выступила организатором ряда художественных и образовательных проектов. ДНК принял участие в праздновании Дня металлурга в июле. Но основная программа развернулась с октября по начало декабря. Одним из центральных событий стал День новой культуры 5 ноября. Выставки фотографий и шумовых машин, спектакль и лекционные программы ДНК приютили дома культуры старой — существующие в городе ДК, а также Образовательный центр Первоуральского новотрубного завода (ПНТЗ; группа ЧТПЗ).

Любопытствующих жителей Екатеринбурга на проекты ДНК возили на автобусах бесплатно. Но и в Первоуральске нашлись те, у кого новая культура вызывает интерес.

На передовой

В начале октября в Первоуральск приехали художники Дмитрий и Елена Каварга, занимающиеся современным технологическим искусством. Планировалось, что в содружестве с преподавателями и студентами Образовательного центра ПНТЗ художники создадут новое произведение. На этом пути пришлось преодолевать непонимание и разногласия. Наконец, партнером художников стал инженер по мехотронике Вячеслав Апроду — и 5 декабря публике представили кинетический интерактивный объект «Трубочник». Эта роботоскульптура из производимых на заводе труб, реагирующая на движения людей, легко встраивается в символический ряд персонажей, порожденных воображением писателя Павла Бажова и художника Леонида Тишкова (от Огневушки-поскакушки до Вязаника). Однако степень технологической сложности обратно пропорциональна сложности образа.

В ноябре ДНК привез Кена Ринальдо — американского художника, произведения которого рождаются на стыке искусства и агрономии, биологии, робототехники, и Дмитрия Булатова — одного из немногих российских исследователей science art и куратора впечатляющих выставок нового искусства в России и за ее пределами. Оба гостя способны заразить своим интересом не один пытливый ум. В ходе лекций они знакомили публику с искусством, рождающим разнообразные аффекты: от наивных восторгов, какие может вызвать образ мира, хорошо известный обычно по «Звездным войнам» и прочему фантастическому кино, до сильной тревоги, связанной с размыванием базовых представлений о жизни из-за развития технологий.

Помимо того, что Кен Ринальдо обучал первоуральских студентов 3D-моделированию, в Образовательном центре он построил роботизированный вертикальный сад: в специальных цветочных горшках, подвешенных один над другим, были высажены растения. В оригинальной версии система полива растений подключена к водопроводной сети и автоматизирована, а система удобрения почвы основана на утилизации пищевых отходов. Образ дивного сада в итоге трансформирован в некий организм, производящий кислород, тепло, влагу, пищу, уют и наслаждение для глаз. Первоуральский сад роботизировать не удалось: выставленный в окне учебной аудитории, он похож на ширму из комнатных растений между мечтой и реальностью и для поддержания своей жизни требует человеческих усилий.

Дмитрий Булатов показал, что такое технологическое искусство и как крепко оно связано с историей культуры. В частности, провел параллели между деятельностью ордена иезуитов и работой современных художников и кураторов. Монахи, пытаясь вернуть людей в лоно католической церкви, занялись созданием новых технологий воспроизводства адских зрелищ. Современные художники, столкнувшись с двусмысленностью технологий, пытаются показать границы их применения. Превращение праха любимого супруга в топливо для выработки энергии, от которой работает лампочка; создание корма для голубей, заставляющего их испражняться моющими средствами, — таковые лишь два сюжета произведений, представленных на лекциях и обращающих внимание на природу научного позитивизма. Это направление в России не развито: по-прежнему сложно создавать междисциплинарные группы и объединяться в команды художникам и, например, биологам или физикам; трудно создавать капиталоемкие произведения, так как у них мало заказчиков; да и сами технологии не стали неотъемлемой частью нашей повседневности, чтобы ощутимо менять картину мира и требовать рефлексии. Многие медицинские технологии настолько недоступны для большинства, что идущие за ними биотехнологии, робототехника и многое другое представляются чем-то, что существует не здесь и не сейчас. Но опыт екатеринбургского
творческого объединения «Куда бегут собаки» показывает: технологическое искусство напрямую не связано с уровнем технологий и производств, а рождается из ярких образов. Так вот, одно из направлений работы ДНК в Первоуральске — это Лаборатория science art. Подобные инициативы в России наперечет. Пару лет назад росли надежды на сотрудничество художников и ученых на базе Уральского государственного университета, затем Уральского федерального университета. Сейчас ПНТЗ может перехватить инициативу.

В тылу

Под руководством живущих в Екатеринбурге фотографов Сергея Потеряева и Федора Телкова в Первоуральске реализован проект «Фотомастерские». Во-первых, сделано несколько фотографических выставок. ДК ПНТЗ принял выставку Дениса Тарасова «Казачий дозор» после того, как в Музейно-выставочном центре, где она открылась, руководитель центра снял с нее несколько фотографий: защищая целостность экспозиции, команда ДНК приняла решение о переносе ее на другую площадку. В вечер открытия второй выставки «Между нами» ДК был переполнен (правда — между нами — публика пришла на юбилей одной из местных школ). Выставка об отношениях людей друг с другом, с городом, культурными традициями и памятью познакомила первоуральцев с работами молодых живущих на Урале фотографов и художников Егора Пигалева, Анастасии Богомоловой, Натальи Подуновой и других.

Во-вторых, «Фотомастерские» стали обучающей программой. Десять живущих в Первоуральске фотографов-любителей изучали язык современной фотографии, обсуждали снимки друг друга и сделали выставку «Исследуя границы». Она открылась в гостеприимном Музее истории ПНТЗ 30 ноября. Диапазон участников — от 13-летней школьницы Майи Карлышевой до 65-летнего Ивана Гиляшева, некогда инженера вычислительной техники. «Я хотел посмотреть на современную молодежь, на то, как она видит город, — преодолевает этот фотограф границу поколений. — И я понял: ребята по-другому смотрят. Сегодня в каждой семье не по одному фотоаппарату, а тут люди сами пришли, чтобы учиться. И я не стал отставать, зацикливаться на старых снимках. Сейчас можно учиться, смотреть миллионы фотографий». Оказалось, что ДНК полезен не только молодым людям.

Итоговая выставка представила разные аспекты жизни Первоуральска. Хотя на ней нет новаторских по фотографическому языку снимков и серий, она стала настоящей удачей всего проекта ДНК. Фотографы в основном ушли от типичной краеведческой видовой или репортажной съемки. Одни использовали фотографию как инструмент для визуальных и социологических исследований. Так, Константин Деянов показал лица учеников старшей школы и интервью с ними: большинство подростков хочет учиться дальше, иметь семью, путешествовать. А Сергей Гончар представил напряженную серию о жизни района Динас — со своими героями, интригами, символами, таинственный пейзаж места, где соседствуют повседневность, тайна и опасность. Другие, как Феодора Каплан и Анастасия Балкова, создали метафорические фотоистории. По словам Анастасии Балковой, ей «хотелось показать, что в обычном, скучном Первоуральске есть интересные места и люди, которые смотрят на свой город с любовью». Эта любовь основана не на гордости за достижения города, его производств и жителей, а на возможности видеть город по-своему. Если провинциальный город дает такую возможность даже десятку человек, это хороший индикатор его потенциала.

Участники киномастерской под руководством режиссера Евгения Григорьева и художника и продюсера Анны Селяниной создали ряд киноновелл, объединенных в документальный фильм о проекте ДНК и жителях Первоуральска «Код города». По словам участников, они учились любить Первоуральск. Рассказывая истории о баянисте на продуктовой ярмарке, о старичках за семьдесят, играющих в городки, об отце, который один растит дочь, о руководителе местного театра моды и ее ученицах, авторы фильма представили мечтающих первоуральцев. Но теплоту и гуманистичность во взгляде на город похоронили неосмысленные, механически воспринятые приемы киносъемки: зависание камеры перед героями, занавески, доски, ботинки крупным планом, частый отказ от прямой речи и выражения эмоций. Характеристику «однообразный» этому фильму выдали, не сговариваясь, все, с кем мы его обсуждали.

В ДК «Огнеупорщик» 5 ноября показали спектакль «Ромео & Джульетта» в постановке Кати Бочавар, с хореографией Анны Абалихиной и музыкой Петра Айду. Для спектакля по чертежам Владимира Попова были сделаны театральные шумовые машины — механические приборы, звуки которых имитируют природные и городские шумы. Помимо этого на ПНТЗ отлили трубы для гигантского ударного музыкального инструмента по проекту Петра Айду. В итоге для перкуссии, шумовых машин, особым образом настроенных пианино и человеческого голоса была создана музыкальная партитура спектакля, произведшая впечатление на публику.

Спектакль, поставленный режиссером и хореографом со студентами Гуманитарного университета (Екатеринбург), вышел своеобразным: под гул недоумевающего зала, игравшего, похоже, роль одной из шумовых машин, танец перемежался монологами второстепенных персонажей пьесы Шекспира. То, что произносившие их герои двигали сюжет оригинальной драмы, в этом спектакле оказалось неважно: все монологи читались одним человеком — но то экзальтированно, то как будто перед нами заводная кукла. На фоне черного занавеса, под светом ламп и на чуть наклонной сцене танцовщицы в простых черных костюмах через несложные, многократно повторяемые движения предлагали пластические образы работы, времени, страдания. Известный театральный язык вызвал неоднозначную реакцию у первоуральцев: одни смеялись или уходили, другие восторженно вспоминали спектакль спустя какое-то время. Но если бы спектакль показали в Екатеринбурге, он также не был бы воспринят однозначно. Сведение богатства шекспировского текста к ряду эффектных, но простых по смыслу пластических метафор, неидеальное танцевальное исполнение, когда следишь не за действием, а за сбоями в синхронности и симметрии движений — все это возвращает к тому, что такое проект ДНК.

На линии фронта

Хотят ли инициаторы ДНК показать людям, что можно выбирать разные жизненные пути? Это необычайно важно для небольших городов, так как в них устоявшийся быт часто связан с ограниченным набором возможных жизненных сценариев, и отклоняющиеся от этого пути в лучшем случае будут восприниматься как безобидные фрики. Эта задача, как иногда представляется, плохо согласуется с тенденциями во внутренней политике страны, когда сложному этическому и эстетическому выбору людей все чаще противостоит уголовный или административный кодекс.

В одной из презентаций проекта обозначен «внутренний код ДНК-людей» — «динамика, новизна, компетентность». Группа ЧТПЗ, финансово поддерживающая проект, стремится таким образом «воспитывать правильных сотрудников». Павел Креков на пресс-конференции в рамках Дня новой культуры заявил: «Надо сделать народ таким, чтобы он понимал культуру». Но для тех, кто организует киномастерскую «Код города», устраивает выставку шумовых машин или лекцию Кена Ринальдо, происходящее — это жизненный процесс. Цель ДНК-центра — знакомить первоуральцев с современной культурой и одновременно делать Первоуральск местом современного художественного производства. Амбициозно, но сложно достижимо.

Пока в Первоуральске ничего нового и, по гамбургскому счету, важного для искусства не произведено. На выставках «Казачий дозор» и «Между нами» показаны произведения, что демонстрировались и прежде. Выставка «Исследуя границы» в большей степени формировала сообщество и предложила способы видеть Первоуральск. Создатели «Ромео & Джульетта» из схожих компонентов делали спектакль в Москве. Надежды можно возлагать разве что на фото- и киномастерские: может быть, те, кто стал учиться фотографировать и делать фильмы, откроют для себя и окружающих, новые образы города, его наследие и новый язык, чтобы говорить о жизни без скидок на то, что Первоуральск — это провинция.

В начале 2000-х годов центром новых идей в искусстве для Свердловской области выступал Нижний Тагил. Влияние фестиваля «Экология искусства в индустриальном ландшафте», дважды проведенного Нижнетагильским музеем изобразительных искусств, чувствуется в Екатеринбурге до сих пор. (Понятно, счет идет не на тысячи адептов: в искусстве воспитываются по одному.) Станет ли Первоуральск столь же важным местом на культурной карте региона? Сегодня туда приходится завозить и художников, и публику. История Нижнего Тагила оптимизма не внушает: когда-то в партнерстве с московским ГЦСИ там тоже создавали новаторские для городской среды объекты на улице и впервые в регионе представили технологическое искусство (тот же Дмитрий Булатов); а сегодня у любителей искусства не так много поводов для поездок в Тагил. Потенциально Первоуральск может быть подобной лабораторией искусства, но пока ДНК достиг некоторых успехов в коммуникации с местными жителями, а не в производстве искусства.

Велик соблазн сравнить Первоуральск с Пермью несколько лет назад. Обоим городам предложили стать фронтирами борьбы за современное искусство, понятое в том числе как технология обустройства городов. Но если в одном случае культурную жизнь города трансформировали музей и театр — институции, априори наделенные властью над умами и силой воздействовать на массы, во втором — силы брошены на образовательные проекты и открытие Первоуральска ближайшему соседу, на штучное взращивание потенциальных создателей произведений.

Впереди Первоуральск ждет установка на улице нового объекта художника Николая Полисского. Сможет ли это произведение взбудоражить город, как когда-то работа этого же художника в Перми? В любом случае все новые проекты в области культурной политики в регионе идут след в след, и в Свердловской области по-прежнему только Екатеринбург не зависит так сильно от целевого финансирования и патронажных проектов.

После первого года реализации проекта напряжение создает не то, насколько публика в Первоуральске не принимает ДНК (это дело времени и технологий), и не то, насколько эффективно расходуются деньги (к сожалению, к пресс-релизам проекта не прилагается финансовый отчет), а то, как по-разному свои задачи видят учредители проекта, кураторы программы и гости. Всем нужны разные институции. Пока ДНК не имеет институциональной оформленности. Неопределенность функций не позволяет оценивать успехи и недостатки.

Дополнительная информация.

Стать сталкером

Александр Кирютин, координатор кинолаборатории «Код города»:

— В кинолаборатории девять сталкеров (мы называем их так, потому что они как бы заново открывают Первоуральск). На старте было 15 человек, но кто-то сам не выдержал требований или перехотел, а кого-то пришлось отчислить. Сталкеры — люди от 25 до 32 лет, которые на время двух шестидневных сессий забывают про семью, дом и работу, а между сессиями должны постоянно снимать, монтировать и проводить онлайн-консультации с кураторами. И по роду занятий все очень разные, от менеджера логистической компании до профессионального фотографа: все очень талантливые, но никто из них до этого не снимал кино.

Что тот солдат, что этот

Наталья Санникова, директор Екатеринбургского центра современной драматургии, театральный переводчик:

— Название «Ромео & Джульетта», на мой взгляд, совершенно случайно. Как случаен и выбор монологов из шекспировской пьесы. Могли быть те, могли быть эти — разницы никакой. Если и есть какая-то логика в выборе названия, то это логика отталкивания: нет ничего более далекого от металлических труб и других неизвестных мне металлических изделий, которые в спектакле являются и элементами декорации, и музыкальными инструментами, чем всем известная история любви. Скорее уж «Томление металла» — тем более что самой интересной частью спектакля была именно работа с этими странными притягивающими взгляд металлическими конструкциями. И когда вдруг из них возникали звуки, шорохи, шумы, действительно появлялась поэзия. В целом же спектакль так и не сложился для меня в единую картину: танец, звук, декламация и машины остались набором случайных элементов. Что тот солдат, что этот.
Комментарии

Материалы по теме

Возвращение*

Всей семьей за драконами

Невыносимая сложность бытия

Ушла в народ

Как нам заработать на культуре

Музей третьего тысячелетия

 

comments powered by Disqus