Майдан стабильности

Майдан стабильности Андрей ПоповПочему революции в России и на Украине происходят по-разному.

У стран тоже бывают кошмары. Ужасные видения, которые до того пугают простых граждан и правительства, что те готовы идти на компромиссы и терпеть многие лишения, только бы этот кошмар не случился. Ради спасения от кошмара власть и общество заключают друг с другом так называемый общественный договор. Определяют правила игры: что можно, а что нельзя ни в коем случае делать участникам договора. Когда договор нарушается — жди революций.

Для начала — экскурс в историю. В европейском мире (преимущественно французском и английском) первым полноценным общественным договором стала идея единства всех перед законом. Само по себе государство в современном понимании возникло как пространство действия одного закона для всех его граждан. Что было до этого договора? Возможно, вы помните фразу «война всех против всех». Да, когда-то европейские общества делились на небольшие группы, которые считали членов других групп автоматически враждебными себе. В крайнем проявлении даже убийство чужака не считалось преступлением. Потому что для тебя один закон, а для него — другой. Следствие — состояние перманентного социального конфликта, когда одна группа стремится опрокинуть другую, постоянные восстания и агрессия. Самый простой пример, дольше всего существовавший в европейском обществе, — разные законы для разных сословий. Скажем, дворянам — одно наказание за преступление, крестьянам за то же преступление — другое. Только с исчезновением сословных законов можно говорить о полноценном формировании современного государства и его общественного договора. И, кстати, это объясняет такое болезненное отношение в странах европейской цивилизации к социальной агрессии и любому неравенству, реальному или мнимому. Для них это база общественного договора.

Но это в благостной Европе, а что у нас? Первым настоящим кошмаром нашей страны, давшим повод для полноценного общественного договора, стала Великая Отечественная война (которая с тех пор навсегда называется в России просто «война», и никому не надо объяснять, о чем идет речь), определила суть общественного договора. Она тоже формулируется простой фразой «лишь бы не было войны». Советские граждане дали власти максимальные полномочия в управлении различными свободами, организации жизни и быта (вплоть до талонной системы) в обмен на недопущение войны. И именно нарушение этого договора — начало афганской кампании и массовый поток «груза 200» в начале 1980-х годов (пиковый год, после которого этот скорбный термин ворвался в советскую жизнь, — 1984) — нанесло сокрушительный удар по самим основам советской власти и подготовило перестройку.

На этом этапе мы подходим к самому главному — после 1991 года Россия и Украина стали двумя самостоятельными странами. Хотя многие люди поколения моих родителей не воспринимают Малороссию как отдельное государство (куда они без нас денутся), есть все основания полагать, что Украина «идет другим путем». Один из важнейших признаков — в двух наших странах общества и государства заключили друг с другом два различных общественных договора.

Как выглядит «договор» между обществом и государством на Украине? «Наша страна должна стать Европой». Граждане Украины по результату первых лет «самостийной» жизни (у нас их принято называть девяностыми) договорились со своими властями: приведите нас в Европу — и делайте что хотите.

Когда стало понятно, что президент Кучма по дороге «затормозил», случился Майдан-2004. Понятно, что в этом явлении было немало так называемых «политтехнологий и манипуляций», но базой оранжевой революции стало именно нарушение договора.

Люди, которые вышли на Майдан в Киеве этой осенью, стоят не за сытую жизнь, как ошибочно полагают ругающие их скептики евроинтеграции, не за кусок хлеба с маслом. Они приходят на площадь, тем самым давая ответ на вопрос «Украина — это Европа». Это вопрос ценностей, а не набитого желудка. Быть европейцем — не значит быть сытым потребителем. Это значит разделять определенные, социальные, политические, экономические и культурные ценности. Да, конечно, хочется, чтобы за этим последовало повышение качества жизни. Но пока суть украинского договора не в этом, а в психологической уверенности — мы идем в Европу.

О сути общественного договора в России, правда, несколько иным языком, говорено уже не раз. «Не повторить девяностые» — вот наш договор. Нам ни в какую Европу не уйти, уходить неоткуда. Для абсолютного большинства наших сограждан 90-е — время поражения и трудностей, которые теперь преодолены. Такова база нашего общественного договора. Неприятно это признавать, но возможности для самого широкого потребления, подкрепленные высокими ценами на энергоносители, — вот база, которая легитимизирует нынешнюю власть.

Разница общественных договоров определяет и причину того, почему одинаковые «революционные» действия и лозунги в наших похожих с виду странах приводят к разным последствиям.

Для полноты этой картины нужно добавить один важный штрих — общественный договор перезаключается каждое поколение. Вполне вероятно, дети нынешних украинских сторонников евроинтеграции проклянут своих отцов за то, что они не посмотрели, во что «вступали». Будем надеяться, что и в России следующее поколение поменяет свои взгляды.
Комментарии

Материалы по теме

Россия в сумерках

Социологи и очки

Моби-next

Сюрреалисты в душе

Одни и без дома

Любите Родину — мать вашу

 

comments powered by Disqus