Мальбрук в поход собрался

Мальбрук в поход собрался Показатели работы коллективных средств размещения в Свердловской областиПравительство Свердловской области предпринимает новую попытку развития внутреннего туризма. На бумаге и словах идеи выглядят неплохо, главное теперь — избежать распространенных ошибок.

В середине октября ВЦИОМ опубликовал результаты опроса общественного мнения на предмет того, как россияне планируют провести предстоящие новогодние каникулы. Цифры таковы: за границу собираются 3% опрошенных, 7% планируют поездку внутри страны, 11% пока не определились с выбором, а 79% участников уверены, что останутся дома. Позитив: внутренний туризм интересует если не превышающее, то сопоставимое с выездным количество людей (из 7%, вероятно, многие просто хотят поехать в гости). Негатив — подавляющее большинство населения проводит свободное время «на диване».

В последние годы развитию внутреннего туризма уделяется все больше внимания, но реализовать многочисленные анонсированные властями разных уровней проекты непросто. Получится ли это у Среднего Урала? 

Хлеб вместо зрелищ

В 2010 году правительство Свердловской области приняло пятилетнюю целевую программу развития туризма. Общий объем финансирования — почти 9 млрд рублей, из которых чуть больше 8 миллиардов предполагалось привлечь из внебюджетных источников. Планы были грандиозны, но с той поры ситуация серьезно изменилась. Летом 2012 года полномочия в сфере туризма передали от министерства культуры министерству экономики, а в марте текущего постановлением правительства программу урезали аж в десять раз — теперь общий объем расходов составляет всего 910 млн рублей, из них на внебюджетные источники приходится меньшая часть — 167 миллионов. И эти моменты кажутся нам чрезвычайно позитивными. 
 
Во-первых, министерство экономики ставит перед собой понятную цель создания на базе внутреннего туризма нового источника доходов бюджета (см. «Больше чем туризм», с. 26). Для сравнения: в ОЦП она сформулирована как формирование некоего «эффективного конкурентоспособного регионального туристского продукта». Во-вторых, новые планы выглядят куда более реально, чем 8 млрд частных инвестиций (если, конечно, под ними не считать строительство гостиниц в Екатеринбурге). В-третьих, ограниченные ресурсы, хочется верить, заставят чиновников избирательно относиться к выбору проектов. В-четвертых, министерство экономики обладает инструментарием для поддержки малого и среднего бизнеса, без участия которого реализация новых планов немыслима.

Процесс развития внутреннего туризма, по словам заместителя председателя правительства Свердловской области Алексея Орлова, теперь должен выглядеть так:

— Хороший пример того, как нужно реализовывать туристические проекты — природный парк «Оленьи ручьи». Государство вложило средства в его благоустройство, в оборудование маршрутов, и количество посетителей начало расти. В итоге достигло такого уровня, когда парк стал интересен предпринимателям. В прошлом году «Оленьи ручьи» посетило около 80 тыс. человек, в этом будет 90 — 100 тысяч. Там уже есть кафе, прокат велосипедов, сувенирная лавка, компании, которые организуют тренинги, конные прогулки, сплавы. Более того, на въезде в парк выделено два участка под строительство гостиничных комплексов, что иллюстрирует интерес и со стороны более крупных инвесторов. Мы хотим развивать туризм в Свердловской области по такому пути. Государство вкладывается в инфраструктуру, строительство дорог, навигацию, продвижение. Затем обрабатывать поток туристов начинают предприниматели, расширяя возможности того или иного объекта.

Новым вариантом ОЦП предусмотрено развитие с участием средств областного бюджета туристическо-рекреационной зоны «Духовный центр Урала» на базе Верхотурского и Махневского МО (общий объем капитальных вложений — 207 млн рублей), кластера семейного отдыха в Невьянске (70,7 млн рублей), выделение субсидий муниципальным образованиям на создание туристических комплексов (162 млн рублей, сюда зашиты многие интересные планы, например, использование узкоколейной железной дороги в Алапаевске или ряда месторождений полезных ископаемых), почти 408 млн рублей предусмотрено на событийные мероприятия и продвижение. Выделим главное — позиция властей такова, что ставка делается на те объекты, развитие которых за счет бюджетных средств приведет к значительному увеличению потока посетителей и, как следствие, появлению вокруг новых налогоплательщиков — частных компаний, предоставляющих сопутствующие услуги. Подход выглядит жизнеспособным. Но чтобы конечный результат оправдал ожидания, важно не допустить нескольких распространенных ошибок.

Понять и рассказать

Развитию туризма в любом регионе страны препятствуют три одинаковые проблемы. Несмотря на то, что решение лежит на поверхности, справиться с ними бывает на удивление непросто.

Первая — отсутствие или крайняя недостаточность информационной работы. Только в процессе подготовки этого материала я узнал, например, что в Березовском можно посетить действующую шахту, в поселке Малышева — месторождение изумрудов, в Нижнем Тагиле — музей бронетанковой техники, а из Алапаевска доехать по узкоколейной железной дороге до глухих деревень (в разговоре с заместителем главы администрации муниципального образования по социальным вопросам Натальей Михайловой выяснилось, что узкоколейка эта — крупнейшая в мире, сохранившаяся на историческом месте, в этом году ей исполнилось 115 лет). Вспомнил про Нижнесинячихинский музей-заповедник деревянного зодчества, о котором в последний раз слышал аж в школе — когда представители экскурсионных компаний агитировали воспользоваться их услугами.

Но даже теперь спланировать поездку оказалось непросто. Сайт Центра развития туризма Свердловской области, который, по идее, должен был мне в этом помочь, предложил перечень музеев без описания, часов работы, схем проезда, стоимости и прочих необходимых подробностей. Пришлось искать их по каждому объекту в отдельности, но страница в интернете оказалась только у музея-заповедника в Нижней Синячихе — одного из пяти заинтересовавших меня объектов, начать посещать которые я был готов с ближайших выходных.

Проблему обещают решить. 

— Действительно, у нас не было и пока нет информационного ресурса, который бы представлял туристические объекты в понятном для человека виде, — соглашается Алексей Орлов. — Мы заказали такую работу, в настоящий момент она находится в завершающей стадии. Это будет интернет-портал, аналогичный тем, что существуют во многих европейских городах. В частности, посетитель нашего сайта сможет воспользоваться интерактивной картой, на которой увидит расположение всех объектов, включая сопутствующую инфраструктуру, сможет прочитать информацию о них, распечатать схемы проезда, создать персональный маршрут и т.д. Все это будет доступно на мобильных устройствах. Мы хотим, чтобы сайт стал основным источником информации для тех, кто интересуется Свердловской областью. Думаю, его запуск полностью снимет проблему отсутствия информации.

Для решения промопроблемы придется приложить дополнительные усилия. У самих туристских объектов ресурса на это нет. Как отметил, например, директор природного парка «Оленьи ручьи» Николай Калинкин, парк не дает рекламу деятельности, поскольку быстрый рост количества посещений заставляет использовать все имеющиеся ресурсы для оборудования маршрутов.

Еще один интересный пример — МБУ «Спортивно-туристский клуб города Екатеринбурга». По словам директора Андрея Яговкина, учреждение работает в рамках муниципального заказа. В 2012 году оно провело свыше 400 походов выходного дня и прогулок (подчеркнем, бесплатных). Единственный шанс узнать о такой возможности сегодня — зай­­ти на сайт клуба, что маловероятно сделать без чьей-нибудь наводки.

РАсходы на реализацию ОЦП «Развитие туризма в Свердловской области»Вторая типичная проблема — непонимание интересов аудитории. Если выделить объекты и события в сфере внутреннего туризма, которые находятся на слуху, то в них можно найти общие черты. Рассмот­рим, например, природный парк «Оленьи ручьи», комплекс объектов в Невьянске, мероприятие «Майская прогулка» (проходит ежегодно с 1984 года, в последнее время стремительно набирает популярность). Это свежий воздух, некая доля приключений, активное участие посетителей в процессе получения информации (в том же Невьянске после осмотра наклонной башни многие продолжают экскурсию поездкой в гончарную мастерскую или на золотые прииски), транспортная доступность. Это не говорит о том, что, например, на далеко расположенных музеях нужно ставить крест — их нужно комбинировать с другими видами досуга.

Такое понимание в министерстве экономики, кажется, есть. Но с этой точки зрения сомнительно выглядит развитие, например, самой дорогой туристско-рекреационной зоны в Верхотурье без его расширения за счет более привлекательных для широкой аудитории предложений (источник, знакомый с ситуацией, но пожелавший остаться неизвестным, подтвердил наши опасения, отметив, что «экономики здесь пока нет»). Возможно, разумно пересмотреть подходы к развитию событийного туризма. Сложно поверить, что существенное внимание к территориям может привлечь ярмарка «Красногорский торжок» (из описания на сайте Центра развития туризма: «Красногорский торжок — это продолжение вековых традиций, к тому же яркий, зрелищный праздник. Освящение ярмарки священнослужителем. Концертная программа сельских коллективов и гостей села Красногорское»), турнир косарей или «эксклюзивный праздник для пар-молодоженов и их гостей в селе Голубковское Алапаевского района».

Все будет, но не сразу

Третья ошибка — завышенная роль инфраструктуры. Алексей Орлов:

— Проблему отсутствия инфраструктуры нужно рассматривать в нескольких плоскостях. Первая — уровень благоустройства, оборудования самих объектов, будь это природный парк, музей или что-то еще. Второе — транспорт. Нет навигационной системы, дорожных указателей, которые должны максимально упростить поездку. Не говоря уже о состоянии самих дорог. Третье — отсутствие сопутствующей инфраструктуры: гостиниц, заведений общественного питания. На некоторых трассах придорожный сервис более-менее нормальный. А например, по Режевскому тракту, на сто километров два кафе с туалетами на улице. В некоторых населенных пунктах, где находятся объекты, интересные туристам, сопутствующая инфраструктура есть, но она не соответствует уровню, к которому привыкли жители больших городов. Одна из наших приоритетных задач заключается в том, чтобы создать базовые условия для комфортного передвижения и пребывания туристов.

В некоторых случаях, таких как, например, природные парки, инфраструктура действительно имеет определяющее значение. «Скачок интереса к парку произошел после того, как были оборудованы пешеходные маршруты, созданы условия для пребывания туристов, — рассказывает директор природного парка “Оленьи ручьи” Николай Калинкин. — Я считаю исключительно перспективным, например, парк “Река Чусовая”. Если вложить в него вменяемые деньги, то отдача, учитывая хорошую историческую составляющую, природное разнообразие, может быть даже больше, чем у нас. Такая форма, как обустроенные природные территории, сегодня чрезвычайно востребована людьми». В остальных случаях, на наш взгляд, начинать привлекать туристов можно уже сейчас. Несомненно, развитая сфера общественного питания и гостеприимства способна значительно повысить комфорт туристов, но ее состояние вряд ли может быть определяющим при принятии решения о поездке. За примерами далеко ходить не надо. Фестиваль «Рок над Волгой» под Самарой многие посетители с точки зрения удобств называли «школой выживания». А собрал он 692 тыс. человек — в два раза больше, чем годом ранее.

Понять интересы аудитории, создать минимальную инфраструктуру и распространить информацию об имеющихся ресурсах — вот универсальный рецепт создания прочного фундамента внутреннего туризма для любого региона. Брендирование, объединение продуктов, маршруты выходного дня, продвижение на выставках — нужный, но следующий этап. 

Дополнительная информация.

Больше чем туризм

Алексей ОрловВнутренний туризм может и должен быть полноценной отраслью экономики — таково новое отношение к нему в правительстве Свердловской области. Как реализовать этот лейтмотив на практике, нам рассказал заместитель председателя правительства Свердловской области Алексей Орлов.

— Алексей Валерьевич, почему для Свердловской области важно развивать внутренний туризм?

— Его роль в экономике, особенно в экономике некоторых территорий, может быть существенно большей, чем сейчас. У нас есть ряд муниципальных образований, где основными налогоплательщиками являются государственные учреждения. При этом у них есть туристические ресурсы, которые не используются вообще или используются не в полной мере. Например, горячие источники в Тавде. По оценкам отраслевых экспертов, одно место в туризме создает три в сопутствующих областях — общественном питании, сфере гостеприимства, на транспорте и т.д. Если горячие источники могут стать для территории точкой развития, этим нужно пользоваться.

— Вы понимаете, что есть некий объект, потенциально интересный туристам. Каков алгоритм действий?


— Давайте на примере узкоколейной железной дороги в Алапаевске — там хорошо видны все механизмы. Сегодня она работает для обслуживания населенных пунктов на севере Свердловской области, до которых нет автомобильных дорог. При этом в прошлом году 17 тыс. человек воспользовалось ею исключительно в развлекательно-познавательных целях. Администрация муниципального образования выступила с инициативой создания на базе узкоколейки полноценного туристического продукта. Мы встречаемся, обсуждаем, как он должен выглядеть, выбираем площадки для частных инвесторов (уже известно, что на одной из них будет кафе, на другой — гостиница), определяем, какие затраты на себя возьмет муниципалитет, какие — область. Финансовое участие муниципалитета и привлечение внебюджетных источников является обязательным для выделения средств из областного бюджета. Договорились, в частности, что мы занимаемся реконструкцией вокзала, муниципалитет оборудует парковку. Все сделают свою работу, и через несколько лет вы сможете приехать в Алапаевск и не просто прокатиться в спартанских условиях по узкоколейке, а доехать, например, до музея-заповедника деревянного зодчества в Верхней Синячихе. Потом отдохнуть в гостинице и продолжить знакомство с достопримечательностями на следующий день.

— Частные инвесторы — кто они?

— Это интересный момент. В сфере торговли в последние годы были введены серьезные ограничения, плюс крупные ритейлеры начали интересоваться небольшими городами. В итоге местным предпринимателям приходится думать, на чем еще зарабатывать деньги. В Алапаевске и гостиницу, и кафе делают вот такие люди. С крупными инвесторами договариваться сложнее, они не хотят идти в область. Мы рассчитываем, что после появления первых положительных примеров реализации новых проектов ситуация изменится.

— А почему таких примеров до сих пор нет?

— Не забывайте, что полномочия по развитию туризма были переданы министерству экономики в конце прошлого года. Туризм одно время относился к физкультуре и спорту, потом его переориентировали на сохранение культурного наследия и отдали, соответственно, министерству культуры. В итоге уже перед нами была поставлена задача сделать отрасль, способную приносить доход. В 2013 году мы «разгонялись», определяли основные векторы развития, начали кое-какие проекты, сформировали пул из двенадцати муниципалитетов, которые готовы принимать активное участие. Думаю, в следующем году уже будут положительные примеры взаимодействия в новом формате как с муниципалитетами, так и с частными инвесторами.

— На рынке внутреннего туризма, в отличие от выездного, почти нет агентств. Предполагаю, это сильно затрудняет реализацию как имеющихся, так и перспективных продуктов. Как это исправить?

— Действительно, на рынке выездного туризма сформировалось очень большое и развитое сообщество туристических компаний, которые и развивают этот рынок. Их сотни. Вы посмотрите на рекламу: страны, города, курорты не продвигают себя, даже операторы за редким исключением этим не занимаются. Вся реклама исходит от агентств. А агентов, активно работающих в сфере внутреннего туризма, в Екатеринбурге не больше десятка. Мы активно работаем с компаниями, ориентированными на выездной туризм, чтобы привлечь их к продаже внутреннего продукта. Не буду раскрывать деталей, но несколько предварительных договоренностей уже есть.  

— Многие потенциально интересные объекты находятся довольно далеко от Екатеринбурга. Не видите в этом угрозы?

— Поэтому мы и ориентируемся на создание комплексного туристического продукта. Если человек приехал, посмотрел и уехал, то 30 — 50 км в одну сторону — это максимальное расстояние, которое большинство из нас готово преодолеть. Если же вы посещаете несколько объектов, находитесь на свежем воздухе, можете сами в чем-то поучаствовать (например, поработать на гончарном круге или поискать золото, как в Невьянске), покушать, переночевать, то вас устроит гораздо большее расстояние. Раньше существовала идея создать так называемое «Серебряное кольцо» протяженностью 800 — 900 км. На участке в 200 км там не было ничего, никаких объектов, поэтому от этой идеи мы отказались. Разрабатывая маршруты выходного дня, сейчас мы ориентируемся на то, чтобы через каждые 30 — 50 км турист мог увидеть что-то новое.

— А заинтересует ли все это тех же иностранных туристов?  


— У нас можно искать изумруды и аметисты, мыть золото, гулять по действующей шахте в Березовском. А еще подняться на наклонную башню, коих в мире единицы, добраться по узкоколейке до таких мест, которые, пока не увидишь, и представить сложно. Прорабатывается возможность посещения танкового музея и цехов Уралвагонзавода. Думаю, комплекс интересных продуктов, особенно в сфере приключенческого туризма, заинтересует иностранцев. Но их привлечением мы плотно займемся после подготовки инфраструктуры, примерно через три года.
Комментарии

Материалы по теме

Релакс-бизнес

Туристов — вагон

Екатеринбург конгрессный

Туризм с финансовой гарантией

Одна заветная

«Трансглобал» не разошелся с «Миром»

 

comments powered by Disqus