Не так сели

Не так сели
Алексей Бобров
Алексей Бобров

Предложение федеральной сетевой компании (ФСК) о разукрупнении четырех межрегиональных распределительных компаний (МРСК) с целью повышения их инвестиционной привлекательности и обеспечения стандартов корпоративного управления поддержано правительством России. РАО «ЕЭС России» согласилось с необходимостью изменения конфигурации и количества МРСК, но позицию окончательно не сформулировало. генеральный директор ОАО «МРСК Урала и Волги» Алексей Бобров рассказывает, как он воспринимает предстоящие перемены.
— Алексей Олегович, МРСК Урала и Волги действует в 15 регионах, очень разных с точки зрения энергетики и экономики. По каким показателям вы оцениваете, насколько эффективно работает там ваша компания?

— На этот вопрос крайне сложно отвечать. Безусловно, регионы разные по структуре потребителей (где-то население берет 40% электроэнергии, а где-то — меньше 10%), по структуре сети, по климатическим условиям. Поэтому основной универсальный критерий, применимый ко всем компаниям, — снижение количества сбоев, отказов оборудования, происшествий и аварий. Словом, надежность электроснабжения потребителей.

Все остальное относительно, даже прибыль. Хоть мы и занимаемся бизнесом, не всегда измерять все прибылью корректно и актуально. Заработает, допустим, РСК «Свердловэнерго» дополнительные деньги, сэкономив на ремонтах, и все их пустит на дивиденды. Абсурд! Компании получают средства не на это, а на ремонт линий, модернизацию оборудования, улучшение условий труда сотрудников, на зарплату. Безусловно, производство должно быть рентабельным. Но это не основное мерило, как во многих других отраслях. Есть тонкая грань между затратами на надежность, персонал, поддержание основных фондов — и получением прибыли. Она взвешивается в соответствии с бизнеспланами.

— Как изменилась за полтора года экономика компании? За счет чего произошла оптимизации бизнеса?

— Экономика поменялась кардинально, потому что появился новый вид бизнеса, которого еще пять лет назад не было, — транспорт и распределение энергии. Даже тарифа такого не было — на транспорт. Был тариф для конечного потребителя в этом регионе. Сколько стоил в нем именно транспорт, никто не знал. Теперь экономика стала прозрачной, понятной для инвестора. Потери в сетях за полтора года мы снизили на 1 — 2%, кардинально меняем подходы к учету электроэнергии. Уже нет безлимитного отпуска, в рынке всех начинает интересовать, кто за что платит.

Мы принципиально продвинулись в развитии сети, преодолении дефицита электроэнергии в тяжелых районах. Полтора года ведем большие стройки в регионах, где значителен рост потребления. Подписано первое правительственное соглашение с остродефицитным Тюменским регионом. Найдены источники, готовим серию облигационных займов. Это эффективный инструмент привлечения длинных денег в сетевую энергетику: за их счет будут решены задачи, о которых все говорят.

В целом я МРСК доволен. Это очень крупная по российским и мировым меркам, эффективно работающая управляющая компания с оборотом 90 млрд рублей.

— Если все хорошо, зачем планируется разукрупнение МРСК? В чем его суть и когда оно состоится?

— Разукрупнение МРСК, о котором говорят в прессе, — термин в корне неверный. Он не отражает логику событий. Нужно говорить не о разукрупнении МРСК, а об укрупнении региональных сетевых компаний. И это, безусловно, положительная тенденция. Возьмем, к примеру, Тюменьэнерго. Три региона — одна компания. Работает эффективно. Активы позволяют вести разговор с серьезными инвесторами. Сейчас идет поиск подобной оптимальной конфигурации для всех других регионов. Каким в итоге будет новый управленческий контур, решат РАО ЕЭС, ФСК и правительство. Это вопрос не закулисный. Нужна серьезная работа для определения новых правил игры. Должны быть согласованы все позиции, учтены все интересы и получены ответы на все вопросы. Кроме того, нужно провести ряд корпоративных процедур. Процесс долгий, он растянется во времени, думаю, на год-полтора.

— Каковы доводы сторонников укрупнения? Какие узлы проблем обсуждаются?

— Довод один и простой: проще управлять одной крупной бизнесединицей, чем десятком мелких. Поэтому идет поиск оптимальной с точки зрения мировой практики конфигурации хорошо управляемой сетевой компании — операционной единицы, которая будет привлекать финансы, котировать свои акции, ею будут довольны инвесторы. Если сделать единую сетевую компанию от Южно-Сахалинска до Калининграда, ни один руководитель в течение 50 лет физически не в состоянии будет посетить даже основные точки. Но измельчить Свердловскую область на пять сетевых компаний (это пять гендиректоров, пять тарифных решений) тоже неэффективно. Поэтому строится оптимальная конструкция в многоугольнике: правительство, РАО, ФСК, акционеры, инвесторы, региональные власти.

— Структурные изменения могут сказаться на уже начатой в МРСК модернизации и развитии электросетевого комплекса?

— Мы давно живем в реформе энергетики и имеем опыт недопущения ошибок в таких условиях. Изменение конфигурации никоим образом не должно отразиться на надежности энергоснабжения. Процессы корпоративных слияний будут грамотно дополнять развитие производства, способствовать эффективному урегулированию сетевого бизнеса. Следствием их станут снижение потерь, оптимизация издержек, развитие персонала, повышение привлекательности акций.

— Какие объемы должна иметь сетевая компания, чтобы стать интересной для инвесторов?

— У компании средних параметров основных фондов должно быть на 30 млрд рублей, выручки — на 20 — 30 млрд рублей.

— Какая сегодня наиболее близка к этому?

— Тюменьэнерго соответствует этим стандартам. Ее ценные бумаги вызовут интерес. Никаких проблем с привлечением средств, кредитованием, размещением облигационных займов не возникнет. Свердловэнерго значительно меньше, но если консолидировать сетевые активы на территории области, это будет хорошая компания. Объединение с Курганом и Челябинском, наверно, всем пойдет на пользу. Достаточно компактная по территории компания стоимостью 45 — 60 млрд рублей и с выручкой от 30 до 50 млрд рублей будет эффективна.

— Одна из инвестиционных составляющих модернизации сетевого хозяйства — плата за технологическое присоединение. Почему она до сих пор принята не во всех регионах?

— Плату имеют право вводить главы муниципальных образований и региональные энергетические комиссии на всей территории сразу или поэтапно. В мегаполисах, где высокая деловая активность, ее давно уже нужно ввести. Нерешенность этого вопроса, неурегулированность законодательных норм и недоработка практики становятся препятствием на пути развития энергосистемы, да и экономики всех регионов в целом. Сторонники социального популизма еще надеются: поговорят да перестанут, присоединение останется бесплатным. Москва долго сопротивлялась такому решению: никогда и ни за что, энергетики — плохие люди. Результат: ставка 45 тыс. рублей за киловатт. И все, дискуссия закончена.

— Вы говорили, что у МРСК разработана схема такой платы. В чем ее суть и в каких регионах она реализуется?

— Наиболее успешно — в Пермском крае. Кто смотрит вперед, тот эти вопросы решает загодя. В других регионах, похоже, плата вводиться будет аврально, «за ночь». Схема реализуется примерно так. Анализируется энергорынок: кто в состоянии платить, кто нет, кому выгодно платить, кому не выгодно. Вычленяются группы потребителей: бюджетные, социальные, промышленные и прочие. Составляется так называемое тарифное меню. Если ты присоединяешься на столько-то киловатт и являешься бизнесструктурой, то, наверно, можешь и заплатить, — тебе 15 тыс. рублей за кВт•час. Бюджетнику плата — «за чернила и бумагу».

Говорят, что введение этой платы спровоцирует рост цен на жилье. Наша практика показывает, что это не так. Надо говорить честно: сетевая составляющая была всегда, и без платы за присоединение. Ни один дом не сдадут, пока к нему не подведут сети. Только раньше всем этим занимались сами застройщики. А сегодня это делают наши компании на средства, полученные в качестве платы. То есть застройщик избавляется от непрофильной для себя деятельности. Вот вся разница. Никакого фактического удорожания на рынке жилья, как бы это ни пытались обосновать, плата за присоединение не несет. Это видно как по Перми, так и по другим регионам.

— В Екатеринбурге как ситуация развивается?

— Де факто плата за присоединение введена давно: все застройщики платят 10% отчислений в Фонд развития инфраструктуры города. Вопрос только в прямом и адресном вычленении имеющейся там нашей доли. Мы хотим получать за свои конкретные киловатт/часы свои конкретные деньги. Фонд и мы будем жить отдельно. Чтобы у всех инвесторов, застройщиков было понимание, сколько они платят за воду, газ, озеленение и прочее. Пусть нас вычленят, мы готовы быть прозрачными. По Екатеринбургу, надеюсь, до конца года эту проблему решим, а значит, будет урегулирована и формализована плата за присоединение.

— Начался ли рост котировок акций региональных сетевых компаний?

— Да! Это связано с тем, что мы эффективно работаем, снижаем потери в сетях и издержки на единицу продукции, увеличиваем полезный отпуск электроэнергии. Появилась 100процентная собираемость платежей. Мы прозрачны для инвесторов, их устраивает наш менеджмент. При этом я не говорю о прибыли. Повторю, в энергетике этот показатель не всегда актуален: деньги должны идти не только на дивиденды, а на ремонты, новые стройки, на персонал. В конечном счете — на надежность.

Таблица Изменение капитализации РСК конфигурации МРСК Урала и Волги за 2006 год

Дополнительные материалы:

ОАО «МРСК Урала и Волги» ОАО «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала и Волги» создано в рамках реформирования российской энергетической системы решением единственного учредителя — РАО «ЕЭС России» (распоряжение от 24 февраля 2005 года) и зарегистрировано 28 февраля 2005 года в Екатеринбурге.
Компания должна обеспечивать эффективное функционирование и развитие распределительного электросетевого комплекса в границах объединенных энергетических систем Урала и Средней Волги в соответствии с конфигурацией МРСК, утвержденной советом директоров ОАО РАО «ЕЭС России» 23 апреля 2004 года. Осуществляет управление 15 распределительными сетевыми компаниями (РСК).

Тарифы на техприсоединение по МРСК Урала и Волги

Тариф на технологическое присоединение с инвестиционной составляющей утвержден на сегодня в пяти регионах, тыс. руб. / кВт:

Пермэнерго — 12,6

Мариэнерго — 5,4

Курганэнерго — 4,5

Оренбургэнерго — 2,9

Чувашэнерго — 1,9

В Удмуртии, Мордовии и Кировской области плата введена без инвестсоставляющей: развивать сети за счет этого ресурса невозможно.

В Челябинской области плата утверждается на уровне муниципальных образований (по ФЗ210, а не по ФЗ35). Средняя стоимость — 8 тыс. руб. / кВт.

Свердловэнерго, Тюменьэнерго, Пензаэнерго, Волжская МРК — плата не утверждена.

Отсутствие платы за технологическое присоединение тормозит развитие энергосистемы и экономики регионов.

Комментарии
 

comments powered by Disqus