Где мы сейчас пролетаем

Где мы сейчас пролетаем
 Где мы сейчас пролетаем
Фото - Андрей Порубов

C 1 сентября страна живет в новой энергетике: запущен полноценный либеральный рынок, выстроенный на классических принципах соотношения спроса и предложения. Эта целевая модель, ради которой все преобразования в отрасли и затевались, будет обкатываться до конца декабря. Запуск рынка в такой сложнейшей технологической отрасли Анатолий Чубайс пафосно приравнял к «запуску космического корабля», объявив о «начале новой эпохи в электроэнергетике страны без всякого преувеличения».

Посредине срока обкатки экспертам стало понятно, справедливы ли были две основные «пугалки»: потеря управляемости энергоснабжением и рост цен на электроэнергию. А к концу декабря созреют главные выводы: что нужно в модели подправить и как пойдет развитие рынка с января 2007 года — маленькими шажочками или большими скачками. В этом сегодня и состоит главный вопрос никогда не завершающихся в энергетике дискуссий.

Куда направляемся

До сентября оптовый рынок электроэнергии состоял из двух секторов — регулируемого государством (где цена на электроэнергию определялась Федеральной службой по тарифам) и свободной торговли.

Тарифы в регулируемом секторе не отражали реальную цену электроэнергии, поскольку определялись по предварительным годовым балансам мощности, всегда существенно отличающимся от фактических. Особенно в периоды резких изменений потребления электроэнергии. Это беда давнишняя, поэтому и ввели рынок — механизм саморегуляции цены. По новой модели регулируемый сектор преобразован в систему прямых двухсторонних договоров ограниченного срока действия (до 2007 года) по регулируемым тарифам.

Договоры между потребителями и поставщиками электроэнергии заключаются по принципу «take or pay»: если генератор не в состоянии или ему экономически невыгодно вырабатывать договорной объем электроэнергии, он все равно поставляет ее, покупая у другого генератора. Так же действует потребитель: если в данный час ему не нужно такое количество электроэнергии или, наоборот, нужно больше по отношению к регулируемым договорам, он обязан оплатить генератору установленное договором, а остальное либо продает, либо покупает на рынке. Вернее, на двух: в режиме на сутки вперед на торговой площадке АТС и на балансирующем.

Сектор свободной торговли трансформировали в рынок на сутки вперед. Последний функционирует больше года, но до сентября на сектор свободной торговли приходилось до 15%, остальное продавали по регулируемым тарифам. И цена была одна на все сутки, не дифференцировалась по часам. Теперь на рынке на сутки вперед в рамках договоров реализуется 95% электроэнергии, цена которой определена тарифом. А 5% отдано в свободную торговлю, где цена, как правило, выше тарифной, но за счет нее можно «поправить» выполнение договорных обязательств.

Схема: Розничные рынки электроэнергии

Плюс к этому действует рынок реального времени — балансирующий, определяющий цену в часовом разрезе. И то, что не удалось скорректировать на рынке на сутки вперед, реализуется здесь. Соответственно цена тут еще больше. Оба этих рынка дают ценовые сигналы на каждый час. На пике электроэнергия дороже, в провалы — дешевле: чтобы на пике обеспечить всех потребителей, подключаются резервы, в том числе и неэкономичные станции. Поэтому в среднем киловатт•час стоит больше.

В следующем году двухсторонние договоры будут заключаться на год и более. Пока генерирующие компании осторожно подходят к слишком долгосрочным договорам. А потребители, наоборот, заинтересованы зафиксировать сложившуюся на сегодня цену: они хеджируют риски.

Что обнаружилось в полете


По поводу так пугавшей всех потери управляемости энергоснабжения и роста цен генеральный директор ОДУ Урала Петр Ерохин делится наблюдениями двух месяцев: «Казалось бы, рынок — это стихия. Но введены такие механизмы, что генераторам, да и потребителям выгодно выполнять команду диспетчера. Это помогает избежать экономического ущерба.

В этом плане надежность и управляемость повышаются. Какие ценовые сигналы выдаются новым рынком? Если договор составлен поставщиком и потребителем правильно, они получат более экономичные цены. Любое отклонение от плана, если долгосрочный договор составлен неточно, можно успеть подправить на рынке на сутки вперед или балансирующем, но там цена ошибки возрастает».

Сергей Попов, исполнительный директор ОАО «Свердловэнергосбыт», компании в статусе гарантирующего поставщика электроэнергии на территории Свердловской области, видит ситуацию так: «Наши абоненты — крупная промышленность и население — старт рынка финансово не почувствовали. За сентябрь и октябрь мы не выставили ни одного счета по новым ценам. Почему? По новым правилам розничного рынка, вступившим в силу 1 сентября этого года, сбытовые компании могут изменять цену на электроэнергию только в том случае, если часть ее закуплена на оптовом рынке по иной цене, чем было утверждено на 2006 год Федеральной службой по тарифам. Но мы пока на “рынке продавца”, то есть продаем больше (излишки, которые закупили и оплатили), чем покупают потребители области. Есть регионы, где ситуация изменилась. Но и там повышение платы незначительно».

Тем не менее Сергей Попов не скрывает: у самой компании за два месяца появились выпадающие доходы, хотя до сентября, оптимизируя закупку, она получала дополнительную прибыль относительно показателей бизнесплана. «Но мы не намерены перекладывать финансовые проблемы на конечных потребителей», — говорит Попов. Он полагает: причина выпадения доходов в том, что свободный рынок пока маленький — на нем очень трудно балансировать. По мере расширения сегмента оптимизировать бизнес будет легче.

Сегодня Свердловэнергосбыт присутствует на территории всей Свердловской области, и сопоставимых объемов (85% сбыта) нет ни у одной другой местной сбытовой компании. «А за счет того, что у нас большие объемы и низкие удельные расходы на единицу продаваемой энергии, — отмечает Сергей Попов, — мы легко можем предлагать маленькую сбытовую надбавку. В частности, сегодня она составляет 2 копейки на 1 кВт•час при среднем тарифе 100,9 копейки за кВт•час, в то время как ряд сбытовых компаний области имеет надбавку до 60 копеек за кВт•час». На фоне реализуемых по году Свердловэнергосбытом 40 млрд кВт•часов электроэнергии  это не так уж мало, хотя и жиру особого нет. Сам Попов с удовольствием покупал бы с такой надбавкой, а продавал дороже (все равно купил бы кто-то, такой электроэнергия товар), будь рынок шире. А сейчас даже объем прибыли регламентируется государством. По мнению исполнительного директора Свердловэнергосбыта, сбыт — очень привлекательный бизнес, но — завтрашнего дня. Очень важно, что рынок дает это понять.

Суть обкатки рынка, считает Сергей Попов, в том, что конечный потребитель должен почувствовать и свою ответственность за то, как сработает сбытовая компания. Она закупает электроэнергию исходя из тех заявок, которые дает ей абонент на год и с учетом ежемесячных корректировок. Если потребитель неправильно спланировал, то есть заявил 100 единиц, а понадобилось больше, сбытовая компания должна купить недостающее по большей, чем регулируемая часть, цене. И абонент получит электроэнергию дороже, чем предполагалось договором.

— Именно в этом заключается гигантская сложность запуска рынка. Ее придется преодолевать в течение не одного года, — полагает генеральный директор МРСК Урала и Волги Алексей Бобров.

— Мы все должны понять, что электроэнергия из социального блага превратилась в рыночный товар, который можно купить дороже или дешевле. Потребители должны привыкнуть, что будут получать разные счета за электроэнергию в зависимости от того, с какой компанией связались, как спланировали собственную заявку: нужно будет платить и за недобор, и за перебор. Предстоит сложнейший выбор менеджера, компании, которая будет обслуживать предприятие или жилищное товарищество. Такая же драматическая ситуация была в 90х, когда мы впервые выбирали, какому банку доверять. Нужно этому научиться.

Вторая основная проблема, которая обозначилась за два месяца, — должна быть создана эффективная автоматизированная система учета и контроля электроэнергии (АСКУЭ) как обязательное условие подключения к оптовому рынку каждого потребителя. Так считает Бобров, это же отмечают все аналитики. Образно говоря, АСКУЭ — весы рынка, которые должны работать правильно. До запуска рынка лишь немногие предприятия, крупные потребители электроэнергии, смогли установить и отладить у себя эти дорогостоящие системы. Небольшим предприятиям в принципе достаточно найти контрагента, который им предоставит эту услугу. Но не только предприятия, каждый город, населенный пункт, муниципальное образование должны быть по периметру «АСКУЭячены»: нужно четко знать, сколько они потребляют электроэнергии. Денег на это у большинства нет. Как будет решена эта проблема, пока не понятно. «Возможно, как в Англии, — иронизирует Сергей Попов. — Там уже 100процентный рынок, но до сих пор нет необходимых приборов учета. Поначалу они сильно к этому стремились, а сейчас перестали. Потому что никто не вкладывает в это деньги».

— Без учета продукции невозможны адекватные расчеты, рынок не в состоянии выдать правильные ценовые сигналы, — говорит Петр Ерохин. — На ранней стадии развития рынка разрешалось включение в оптовую систему торговли потребителей без систем учета: для них проводились расчеты по оперативным измерениям, по которым диспетчеры управляют режимами энергосистемы. Но предприятиям невыгодно работать по нашим измерениям, поскольку они не являются коммерческими. Даны предписания, к какому сроку они обязаны такую систему создать. Это строго отслеживается.

Чтобы в цель


Проводимые с сентября изменения позволят на совершенно другом языке говорить с потенциальным инвестором. Он сможет оценить истинную стоимость каждой электростанции и эффект вложений. А инвестиции — и есть цель реформы. Не в сбыт: ему чем меньше затрат, тем лучше. Инвестиции нужны в генерацию, на восстановление и развитие сетей.

К январю новая модель рынка наработает прецеденты, будут поняты ошибки, обещано внести коррективы. Надо определить главное: с какой скоростью начнет расти сектор свободной торговли с 2007 года. Пока ему позволено увеличиваться от 5 до 15% ежегодно. Хотя, по данным Петра Ерохина, зреют более радикальные предложения. В РАО «ЕЭС России», например, считают, что свободный сектор нужно расширять более интенсивно, до 30% уже в 2007 году: многие участники рынка, в их числе генеральный директор ОАО «ОГК1» Владимир Хлебников, заявляют, что 5% раскрытия рынка — это очень мало. Им представляется, что раскрытие рынка должно идти более интенсивно.

Сдерживающий фактор — рынок электроэнергии уже достаточно развит, а рынки топлива отстают. Газпром, например, не заинтересован в реализации газа на внутреннем рынке, есть проблемы с его поставками для энергетики. Потому механизм оптового рынка электроэнергии и мощности запускается постепенно: нельзя допустить резкого скачка цен, нужно, чтобы привыкли все игроки.

Правы ли тогда те, кто предлагает ускорить рост рынка с 2007 года? Сторонники настаивают: надо понимать, что мы не можем «потерпеть» с энергодефицитом, отсутствием инвестиций в создание генерации даже пару лет. Нам бы грядущую зиму пережить достойно. Одно из условий прихода инвестора в генерацию — расширение энергорынка. Оппоненты призывают с рынком не спешить. Но кто будет отвечать за отсутствие электроэнергии?

С появлением нового рынка возникают, конечно, и новые риски. И задача государства, антимонопольной службы — научиться управлять этими рисками, создать систему государственного контроля и регулирования, которая позволит формироваться действительно рыночным сигналам, рыночной цене электроэнергии без налета злоупотребления монопольной силой поставщиков.
Комментарии

Материалы по теме

Сбыт не приходит один

Игра в разгаре — правил нет

Соглашение между РАО ЕЭС России и Курганской областью подписано

Энергетики определились с планами

Меткомбинатам не хватает энергии

Еще можно договариваться

 

comments powered by Disqus