Влюбить в себя

Влюбить в себя

Влюбить в себя Сфера гостеприимства крупных уральских городов — Екатеринбурга, Челябинска, Уфы, Перми и Тюмени — непредсказуема как уральская погода. Прогресс тонет в мелочах.

...«У нас было несколько часов перед поездом в Иркутск. Решили взять такси, съездить на границу Европы и Азии. Таксист возил нас по городу, кажется, целый век. А потом признался, что заблудился. Мы попросили отвезти нас обратно в город, так как боялись пропустить поезд. Но он развернулся и вскоре все же смог найти обелиск, которым отмечена граница. Мы сделали несколько фоток, записали видео и вернулись в хостел»…

Это типичная цитата из дневника европейца, побывавшего проездом в Екатеринбурге (далее по тексту такие цитаты выделены курсивом). Областные центры Урала в лучшем случае не запоминаются, вливаясь в общую серую массу российской провинции, а если и запоминаются, то хамоватыми таксистами, желтой водой в номерах гостиниц и грязью на улицах. Мы проехали по маршруту Екатеринбург, Челябинск, Уфа, Пермь, Тюмень, чтобы понять, почему.

Хмурое утро: вокзал — гостиница

Поезд Нижневартовск — Самара приходит в Уфу рано, около семи. Выхожу на платформу. После натопленного вагона воздух на улице кажется жгуче морозным. Вокруг транзитного суетятся люди: одни пытаются найти свой вагон, другие — продать пуховый платок, мед, молоко проезжающим. До тех, кто с поезда сошел, никому нет дела. Получаю толчок в спину: пробегающий мимо мужчина на ходу бормочет что-то по-башкирски. Понимаю: я оказалась не в том месте и не в то время.

В серых коридорах подземного перехода выхода в город суета продолжается. Видимо, выражение растерянности на лице меня выдает: таксисты, дыша дешевым табаком и тяжелой ночью, наперебой предлагают услуги уже по-русски. Следуя инстинкту самосохранения, вырываюсь из осаждающей толпы и почти бегу к безлюдной автобусной остановке. На вопрос, идет ли транспорт по нужному маршруту, водитель широко улыбается, на ломаном русском говорит: да, конечно, «это же центральная улица».

А потом приглашает, «чтобы не пропустить остановку», проехаться с ним в кабине. Отказываюсь и прошу напомнить, когда нужно выйти.

В автобусе тепло, играет музыка, за окном мелькают дома «моей» улицы. Расслабившись, я начинаю их разглядывать, параллельно думая о теплом душе в гостиничном номере. Но тут автобус поворачивает и едет совсем в другую сторону. Вылетаю на первой же остановке и, ругая Башкирию, Уфу и себя за то, что заранее не посмотрела, как добраться до гостиницы, бреду искать нужный мне дом.

Холодно. Смотреть на старинные дома, красивые улицы и прочие туристические достопримечательности (как пишут в брошюрах) нет никакого желания. Хочу одного: чашку горячего кофе. Но точки общепита любого достоинства закрыты: на часах начало восьмого, а они работают с девяти-десяти. Нет, все-таки в Уфе меня никто не ждет. Шансов полюбить город с первого взгляда не осталось…

…В Тюмени, помня о холодном приеме Уфы, я взяла такси. Пара минут езды до гостиницы (три двора) обошлись в 500 рублей. «Могу предложить вам карту города», — ухмыльнулся на прощание таксист. Путеводитель по городу казался мне весьма кстати, и я протянула ему еще сотню. Уже в номере, развернув книжицу с говорящим названием «Ваш гид по Тюмени и пригороду», я не нашла там ни одного туристического маршрута или как минимум обозначенных исторических и культурных объектов. На карте — исключительно фирмы-рекламодатели.

В итоге где в Тюмени находится Мост влюбленных, о котором мне рассказывали буквально все, кто здесь побывал, я так и не узнала. Зато могу показать, где расположена фирма «Похоронный дом», общественная организация «Трезвая Тюмень», закусочная «Сибирские зори», клуб знакомств «Сила любви» и Институт инфекционной патологии.

Горячий прием: отель

«Мы остановились в старом советском отеле, где были общие душевые кабины без шторок (Бет боялась, что жирные волосатые русские могут войти в любой момент) и один плохо настроенный русский телевизор на всех»…

Столбик термометра, висящего за окном челябинской гостиницы, едва дотягивал до пяти выше нуля, а батареи не грели. Хотя в коридоре было тепло. На мою просьбу поменять номер на отапливаемый, администратор заученно протянула ключи (видимо, ситуация типична). Потом еще раз. И еще… Только пятый номер, найденный после того, как просьбы стали перерастать в скандал, оказался теплым — с включенными батареями и двумя обогревателями в придачу.

Уральские гостиницы, перефразируя цитату из известного фильма, как коробка с ассорти: никогда не знаешь, какая конфета попадется. Эта поездка в Челябинск еще раз показала: останавливаться нужно либо в проверенном на личном опыте отеле, либо в том, что настойчиво рекомендуют друзья-коллеги. Третий вариант — бронировать номера в сетевых гостиницах российских и международных операторов. Благо, такие в крупнейших городах региона появились: в Екатеринбурге — Park Inn, а до конца года откроется Hyatt; в Челябинске — Holiday Inn и Heliopark, в Уфе — Azimut Hotels Company и Сити-Отель, в Перми с сентября этого года по франшизе работает Hilton Garden Inn Perm.

Хлебом и солью: ресторан…

«Приехав в Екатеринбург в пять утра, мы долго шли пешком до нашего отеля. В 8 утра, съев русский завтрак — сосиски и разные их вариации с хлебом, наконец вырубились»…

Завтраки в некоторых уральских отелях требуют отдельного упоминания. Они, как правило, не отличаются разнообразием, но при этом «домашние»: каши, бутерброды с маслом и сыром, кефир-сметана, омлет-яичница, булочки с творогом. Ни в одной из гостиниц, где мне пришлось останавливаться, не было привычных для иностранцев мюсли, джемов, свежих соков. Но это, кажется, никого не смущает. Завтракавший со мной за одним столиком австриец дважды просил у официанта добавки манной каши: понравилась.

Позавтракать мне не удалось разве что в Уфе: завтрак в гостинице не предусмотрен. «Мы не имеем статуса отеля, поэтому предоставляем только минимальный набор услуг. Позавтракать вы можете в ресторане», — без тени смущения отрезала администратор Татьяна Ивановна. Но, как я уже сказала выше, большинство предприятий общепита столицы Башкирии открываются не раньше десяти утра. А на это время у меня уже была назначена встреча, поэтому я поехала на интервью без завтрака.

А вот с обедом и ужином проблемы не было нигде. Ресторанные рынки Екатеринбурга, Перми, Челябинска, Уфы и Тюмени развиты во всех сегментах, от федеральных и международных сетей фаст-фудов до ресторанов высокого (преимущественно в ценовом отношении) стиля. Во французском еженедельнике Paris Match как-то был опубликован репортаж из Екатеринбурга: «Все пабы здесь прекраснее, чем в Ирландии. А великолепные бары в стиле барокко несравненно лучше, чем испанские кафе. Повсюду рестораны с японской кухней, безвкусные клубы в стиле 60-х годов со стриптизом и бокалом чилийского вина стоимостью в 15 евро. Ресторан “СССР” воссоздает атмосферу хрущевской эпохи, здесь забавные картинки на стенах с изображениями советских сантехников за работой. “Кэф” считается шикарным рестораном. Черные Audi и BMW на паркинге, овальное зеркало в золоченой раме, декор во французском стиле XVIII века, это приятно. И очень дорого. Что означает “Кэф”? “Значение слова происходит от марокканского “гашиш”»,— объясняет мне владелец заведения Валерий Лоран. «Это место для того, чтобы кайфовать», — перебивает на идеальном французском симпатичная помощница Валерия Марина».

Сильнее всего гостям, как правило, запоминаются концептуальные и национальные рестораны. Но, как и в случае с гостиницами, — места знать надо. ...«Мне понравилось, что в Екатеринбурге можно расслабиться. Было жарко и солнечно, и я освежился пинтой Харпа в “Гордонсе” — шотландском пабе, где весь персонал ходит в килтах. Это странно: я в Англии Харпа нигде не могу найти, а тут он продается»…

Количество и разнообразие местных ресторанов, кофеен, баров поражает гостей Екатеринбурга. Однако низкий сервис и тут портит всю картину:

«Робин был приятно удивлен, обнаружив [в Екатеринбурге] шотландский паб. Правда, на входе был фэйс-контроль и нас не хотели пускать. Но когда Бет сказала, что у Робина шотландские корни, нас сразу провели внутрь. Внутри были, не знаю, как их правильно назвать… шоу русских юмористов… Не совсем то, на что мы надеялись»…

…«Я пошел гулять вниз по главной улице, мимо привычной статуи Ленина, которая здесь есть в каждом городе. Я зашел в ирландский бар и решил, что это неплохое место для обеда (и чтобы переждать очередной ливень). Холодный мясной суп был вершиной моего кулинарного опыта»… 

Скрытая красота: достопримечательности

Гости города, приезжающие на пару дней, идут обычно по стандартным маршрутам. По собственному опыту могу сказать: города сами не хотят понравиться и запомниться гостям чем-то особенным.

Уфа: самое красивое место — парк имени Ленина. Он разбит возле администрации президента республики на берегу реки Белой. С площадки перед административным зданием открывается потрясающей красоты вид. Но фотографировать тут запрещено: почти физически объяснила мне охрана президента. Отряды милиции следят за соблюдением местных правил и в близлежащих дворах.

Екатеринбург: снимать можно везде. Особенно красивые виды получаются на набережной протекающей по центру города реки Исеть (на Плотинке), со смотровой площадки расположенного за Оперным театром нового торгово-развлекательного центра «Антей». Все эти места, как и театры-музеи, находятся в центре и найти их несложно. Но… 

«Первым делом я решил посетить место гибели Романовых. Сейчас тут располагается красивая церковь с золотыми куполами. Это священное место для православных, и фотографировать там нельзя. А внутри ничего не говорит о том, что это место казни — тут даже останков нет. Это просто как бы известный факт»…

…«Нам очень хотелось попасть в Военный музей, где хранятся несколько обломков шпионского самолета U2, на котором Гарри Пауэрс разбился тут неподалеку. Но музей был закрыт, и мы немного побродили вокруг мемориала Афганской войны»…

Тюмень — единственный город, на остановках которого есть карты с нанесенными историческими, культурными и крупными развлекательными объектами. Практически на каждом доме в центральной части — именная табличка: какие интересные люди и в какие годы здесь жили, чем занимались. Вообще Тюмень отличается тем, что для того, чтобы ее запомнить, необязательно искать театры или музеи. Достаточно просто побродить по улочкам в центре, чтобы почувствовать его ауру. Купеческие особняки конца позапрошлого века в очень хорошем состоянии, в большинстве из них — музеи. Новостройки не нарушают общее впечатление: они выполнены примерно в едином стиле, не выше пяти этажей, из красного или желтого кирпича, с причудливыми, как в сказках Андерсена, крышами. Последний штрих — фонтаны. Вместе с яркими лучами солнца, которые ничто не загораживает (в центре нет высотных зданий), даже в конце сентября они создают атмосферу лета.

Когда солнце садится, в Екатеринбурге продолжает кипеть жизнь, а вот Пермь, Челябинск, Уфа, Тюмень замирают. Освещение здесь остается только на центральных улицах. Общественный транспорт ходить перестает, такси даже у торговых и развлекательных центров встречаются нечасто, да и водители становятся неадекватными. Добраться из одной точки города в другую (особенно в географически протяженных Перми и Уфе) мало знакомому с городом человеку сложно.

«Водитель такси отказался везти нас 2 мили (3,2 км. — Ред.) за 10 долларов (250 рублей), которые мы готовы были заплатить: “Я что, похож на негра? На голодающего?”. Теплое русское обаяние! Мы решили поехать на автобусе или трамвае. Кто же знал, что они тут ночью не ходят! Мы вернулись на стоянку такси и нашли водителя, который согласился везти нас за наши деньги, хотя счастливым его трудно было назвать»…

Конечно, одним росчерком пера градоначальника невозможно сделать всех таксистов и официантов приветливыми и тактичными. Однако есть вещи, которые исправить можно.

Например, более ответственно подойти к разработке системы ориентирования в городе. Самое элементарное и необходимое — контролировать наличие на домах городов табличек с названиями улиц и номерами. Далее: обязать продавать карты во всех приближенных к вокзалам и местам скопления людей киосках, а также разместить информационные и туристические стенды. К разработке путеводителей по городу подойти с большим энтузиазмом — нанести туристические маршруты, обозначить интересные места, указать важные с исторической и культурной точки зрения объекты.

Кроме того, власти городов могут повлиять на развитие предприятий, оказывающих бытовые услуг: в Челябинске место, где можно поменять сломавшуюся на туфле застежку, мне пришлось искать несколько часов. Потерянное время было засчитано в минус гостеприимству столице Южного Урала. А вот в Уфе до сих пор не только сохранились, но и поддерживаются администрацией целые дома бытовых услуг: в одном месте можно отремонтировать и почистить одежду и обувь, починить часы, привести себя в порядок — работают салоны красоты.

В уральских городах есть многое, что может понравиться и запомниться гостям: уникальные исторические и культурные места, театры и музеи высокого уровня, развитые рынки досуга, гостиниц и предприятий общепита. Грубо говоря, хлеб-соль, чтобы встретить гостя, — в избытке. Не хватает опрятного вида и приветливой улыбки хозяев. Эти мелочи могут не только нивелировать все достоинства городов, но и навсегда испортить к ним отношение. 
 

Комментарии

Материалы по теме

Гостиницы премиум-сегмента будут. Дело за гостями

Гордиев авиаузел

Пустой, но перспективный

Шульган-Таш и шиш

Мекка-на-Каме

Завтрак туриста съешь сам

 

comments powered by Disqus