Целеполагание паровоза

Целеполагание паровоза Спрос на рынке бизнес-образования переориентируется на «длинные» программы. Заказчики готовы больше учиться, но требуют учитывать специфику их бизнеса. В конкурентной борьбе с москвичами уральские провайдеры опираются на уникальность создаваемой ими «обучающей среды», ключевое преимущество которой — знание регионального бизнеса.

В 2012 году поток обучающихся в ведущих центрах бизнес-образования региона вырос примерно на 20% по отношению к 2011-му. Традиционно основная доля представленных на рынке программ — краткосрочные курсы (немногим менее 70% в предложении крупнейших компаний региона). За последний год в сравнении с предыдущими наметился некоторый рост интереса покупателей к среднесрочным учебным проектам, при этом доля долгосрочных программ, представленных MBA, стабильна. Учебные центры констатируют постепенную переориентацию и бизнеса, и частных клиентов на более длительное системное образование, а также увеличение числа учебных проектов, инициатором которых выступают сами заказчики.

— Сегодня можно говорить о том, что краткосрочные программы обучения переживают определенный кризис в связи с перенасыщением ими местного рынка, — уверена исполнительный директор Института регионального развития при Уральской торгово-промышленной палате Ольга Харламова. — В общем объеме предложения краткосрочки всегда было больше, но основные игроки делают акцент на длительное системное образование и все чаще ориентируют на него заказчиков.

Сами заказчики против системности не возражают, но опасаются низкой эффективности обучения и не всегда находят общий язык с провайдерами относительно качества учебных проектов.

Факторы спроса

С точки зрения заказчиков на нынешнем этапе развития рынок бизнес-образования испытывает серьезный дефицит программ, ориентированных на решение узких задач отдельных предприятий и групп бизнесов. «Несмотря на активное развитие рынка, ведущие компании — промышленные предприятия и крупные холдинги — испытывают острый дефицит предложения учебных проектов, решающих задачи подготовки и повышения квалификации отдельных особо востребованных категорий персонала, — полагает помощник заместителя генерального директора по персоналу и общим вопросам завода № 9 Александр Бардецкий. — Создается впечатление, что бизнес-образование продолжает работать преимущественно для нескольких сегментов рынка, таких как торговля, сфера услуг, финансовый сектор.

Руководитель отдела персонала производственной компании TERM (Тюмень) Кирилл Гарошин согласен с коллегой:

— Рынок бизнес-образования растет по объему предложения, но далеко не все эти программы устраивают потенциальных покупателей, много претензий к недостаточной специализации и слабой представленности отраслевого опыта: в логистике, промышленном производстве, в высокотехнологичных бизнесах.

Неудовлетворенность уровнем подготовки и переподготовки кадров на открытом рынке приводит к появлению в крупных компаниях своих образовательных проектов. «Изменения в поведении корпоративных заказчиков, в том числе реализация собственных образовательных проектов вплоть до создания корпоративных университетов, одна из основных реалий нынешнего рынка, — подчеркивает директор департамента экономики УрГЭУ, президент Ассоциации руководителей и специалистов по управлению человеческими ресурсами Светлана Гиниева. — Популярность набирает самостоятельная организация обучения специалистов и управленцев на основе карты востребованных в бизнесе компетенций».

Корпоративные университеты остаются пока частными вариантами решения проблемы подготовки кадров, прежде всего из-за сложности и высоких инфраструктурных издержек. Но они уже заняли свою нишу. «Сегодня очевидно, что у корпоративных университетов есть свои преимущества. Многие крупные бизнесы прочно встали на путь создания и развития таких проектов, — отмечает директор компании “Менеджмент Апгрейд” Алексей Зайцев. — Рецепт решения проблемы подготовки кадров для крупных заказчиков — в совмещении потенциала собственного учебного центра и “добора” с открытого рынка того, что нет смысла держать внутри: прежде всего высококвалифицированного преподавательского состава».

По мнению генерального директора «Центра Бизнес-Образования» (ЦБО) Ольги Жигальцовой, задачи, которые ставят крупные заказчики, вполне успешно решаются с помощью «классического» корпоративного бизнес-образования: «У промышленников своя специфика, как и у любого вида бизнеса, и крупные игроки на рынке обучения стараются ее учитывать. К примеру, у нас недавно был успешный корпоративный проект с ВСМПО — модульная программа подготовки кадрового резерва, а до него — с УГМК. Этот опыт лишний раз подтвердил возможность решать подобные задачи через внешнее обучение».

В противовес созданию корпоративных университетов как фактору снижения спроса на рынке в последнее время появляется стимул к увеличению объема внешнего обу­чения: потребность в подготовке кадров под государственные инвестпрограммы.

— В последнее время мы наблюдаем некоторую формализацию запросов на обу­чение со стороны многих крупных компаний, — делится наблюдениями директор Института дополнительного профессионального образования УрГЭУ Светлана Рослякова. — Заказчики интересуются типовыми программами, ставят провайдерам все более точные задачи, вплоть до формулировки названия учебного курса, который им нужен. Мы связываем это с тем, что местные филиалы и дочерние организации крупных бизнесов стали получать более конкретные задания на обучение персонала из центральных офисов, а также с требованиями к качеству персонала, которые задаются крупным компаниям для участия в некоторых госпрограммах.

В то время как в корпоративном сегменте рынка дискуссии идут вокруг развития бизнесом собственных учебных проектов, на рынке открытых программ все более актуально решение проблем карьерного роста и развития управленцев.

— В курсах по выбору в рамках программы MBA в последние пару лет большинство слушателей выбирают курс по теме стресс-менеджмента, — приводит пример директор компании «Апрайт — Корпоративные решения» Дина Ушакова. — Однако в ходе постановки задачи выясняется, что их интересует, как решать одну из важнейших проблем карьерно ориентированных людей: умело разграничивать личное и профессиональное в жизни.

Актуальность этой тенденции проявляется и в таком традиционно популярном сегменте, как MBA. «В аудитории программ MBA растет доля менеджеров, строящих карьеру. Если раньше здесь было немало собственников и первых лиц бизнеса, ищущих “просветления” и обучающихся тому, как управлять своей компанией, то теперь задачи MBA в глазах аудитории все больше соответствуют ее классическому значению — быть инструментом карьерного роста для мидл- и топ-менеджеров», — подчеркивает Алексей Зайцев. Во многом именно поэтому аудитория сейчас с такой тщательностью подходит к выбору программ MBA, заставляя региональные бизнес-школы конкурировать с московскими и даже международными площадками.

Сегмент на три буквы

Хотя игроки местного рынка MBA и утверждают, что заняли свою нишу, так или иначе конкуренция с московскими бизнес-школами остается одним из важнейших факторов развития сегмента. Многочисленные примеры обучения топ-менеджеров в Москве показывают, что очень важным элементом мотивации для топа поехать в столицу учиться служит ощущение расширения кругозора, выхода на новый уровень, закрепление на котором позволяет надеяться на скорый карьерный рост. Это тем более актуально в ситуации повышения «карьерной» функции MBA. Ряд работодателей, например, отмечают, что при оценке возможностей для карьерного роста иностранное или столичное происхождение диплома может сыграть положительную роль. «В моей практике не раз случалось так, что при выборе из нескольких кандидатов на повышение в знакомых мне компаниях предпочтение отдавалось тому, у кого диплом столичный или зарубежный программы MBA. Особенно при переводе в другие региона на позиции территориальных директоров», — делится опытом директор по персоналу компании RAD-ФК (Челябинск) Оксана Фалихова.

Сегодня, по мнению экспертов, ключевым фактором, определяющим эффективность обучения, является качество так называемой обучающей среды.

— В обучении в Москве топов привлекает иная среда слушателей: с одной стороны, это среда себе подобных, с другой — люди из разных регионов и бизнесов. В результате многообразие элементов заметно больше, чем дома, скорость формирования связей выше благодаря интенсивному погружению, — формулирует генеральный директор Института организационного и личного развития «Эго ресурс» (Челябинск) Елена Чумакова. — Региональным участникам рынка именно по этому показателю конкурировать со столицей непросто. Для победы нужно создавать свою уникальную обучающую среду, в которой ключевым преимуществом станет лучшее знание специфики местного бизнеса. 

По данным Урало-Сибирского Института Бизнеса (USIB), проводившего исследования среди около 300 выпускников программы MBA с 2008 по 2013 годы, можно выделить ряд критериев, на основании которых учащиеся делают выбор. «На первом месте — профессионализм бизнес-школы, который выражается в преподавательском составе и практичности передаваемых знаний, — делится результатами Анастасия Мелехова, исполнительный директор USIB. — Далее идет имя бизнес-школы и рекомендации знакомых, и, наконец, опрошенные отмечают фактор, который они обозначают «особая атмосфера». Кроме того, конечно, слушателей всегда интересуют конкретные карьерные результаты их предшественников, ведь большинство приходят на MBA за карьерой». Кроме того, конечно, слушателей всегда интересуют конкретные бизнес-результаты их предшественников.

Что касается состава обучающихся, то в последнее время в нем растет доля топ-менеджеров из компаний среднего и крупного бизнеса. По наблюдениями Ольги Жигальцовой, в случае с программами MBA МИРБИС, предлагаемыми ЦБО, это на 70% топы из крупных компаний, остальные — первые лица небольших фирм. «Мы движемся в сторону увеличения числа корпоративных заказов на MBA и увеличения числа групп сотрудников от одной компании, — соглашается с коллегой Анастасия Мелехова. — На MBA приходят все чаще по два-три и даже пять человек от одной компании».

Несколько особняком в этом плане стоят программы MBA в вузах. Практика показывает, что их основная аудитория, напротив, — руководители или собственники небольших бизнесов на две трети из сферы торговли и услуг. Впрочем, особенности вузов на рынке коммерческого бизнес-образования на этом не заканчиваются.

Школа на все руки

Роль бизнес-школ, основанных при вузах, на местном рынке бизнес-образования все заметнее. «Вузы обладают существенным материально-техническим и финансовым потенциалом, обеспечивающим запас прочности в условиях экономической нестабильности, — рассуждает Светлана Гиниева. — К тому же, есть тесная связь с потенциальным заказчиком услуг бизнес-образования — бывшие выпускники вуза становятся потребителями дальнейших услуг вуза на рынке дополнительного обу­чения».

Некоторые эксперты оценивают такую тенденцию скептически, полагая, что, начиная работать с бизнес-аудиторией, высшие учебные заведения выходят на другой, мало для них подходящий рынок. «Да, вузы с бизнес-школами — это тренд, но, создавая подобные проекты, вузы теряют специализацию, понимание долгосрочной стратегии», — уверена Дина Ушакова.

Практика между тем показывает, что формирование подобных бизнес-школ оказывается очень логичным элементом развития всего образовательного процесса. У бизнесов появляется возможность решать сразу несколько разнонаправленных задач (и в сфере высшего образования, и в сфере переподготовки и повышения квалификации) в рамках одного «учебного холдинга». Пример приводит начальник Центра обучения и развития персонала Первоуральского новотрубного завода Наталья Павлова: «На ПНТЗ с 2000 года совместно с УрФУ проводятся 500-часовые программы профпереподготовки наших специалистов и руководителей. Это дополнительное образование, но если возникает потребность в том, чтобы доучить наших рабочих со среднеспециальным образованием до “вышки”, мы обращаемся в тот же вуз».

Важным условием успешности в этой ситуации является сохранение барьеров между подструктурами такого образовательного «холдинга». Бизнес-школа, действующая по регламентам и корпоративной культуре классического вуза, не добьется на рынке успеха. И вряд ли способна будет успешно участвовать в конкурентной борьбе за разработку новых форматов обучения.

Поиск новизны

Одним из важнейших факторов развития рынка на сегодняшний день эксперты называют создание новых, более мобильных образовательных форматов. Например, опрос участников в рамках исследования, проведенного журналом «Эксперт», показал рост популярности mini MBA — адаптации традиционной программы с целью сократить время прохождения курса и увеличить блок практики.

Заказчикам интересны различные комбинированные форматы обучения, когда свойства долгосрочных программ пытаются привить краткосрочным курсам. «Мы сейчас развиваем программы целеполагания перед тренингами и посттренинговое сопровождение после корпоративного обучения, — рассказывает Константин Лушников, директор по развитию коучинг-центра Станислава Гринберга. — Это технология, при которой до тренинга происходит ряд встреч для целеполагания клиента. На них определяется общее видение: какие цели стоят перед компанией и какие навыки сотрудников помогут их скорейшему достижению. Таким образом, сами будущие участники тренинга, а не только их начальник, делают заказ тренеру, чему их надо учить для скорейшего достижения целей компании. Это значительно повышает мотивацию к обучению. После же тренинга происходит серия мотивирующих (не обучающих) встреч с сотрудниками в форме командного коучинга».

Одним из результатов поиска новых форматов работы является развитие дистанционных форм обучения. «Грамотно организованное обучение позволяет решить многие вопросы и снизить расходы компании, — уверена директор по продажам учебного центра “Микротест”» Оксана Волчкова. — При этом заказчикам важно не потерять качество обучения. Сейчас это решается за счет удаленного онлайн-обучения — полноценного обучения в режиме реального времени, которое осуществляется посредством видеоконференцсвязи.
В онлайн-режиме преподаватель контролирует ход выполнения практических работ с помощью специальной компьютерной программы. Удаленные курсы становятся все популярнее при организации корпоративного обучения, а также при решении задач, связанных с системной подготовкой специалистов».

Процесс поиска новых форматов сопровождается отказом от некоторых программ, потерявших актуальность. К примеру, эксперты фиксируют снижающийся интерес к так называемой Президентской программе. «После пика популярности среди заказчиков в первой половине 2000-х, созданного успешными примерами карьерного роста выпускников, сейчас наступил очевидный застой. Причина — отсутствие карьерных перспектив вследствие пополнения резерва управленческих кадров для нынешних учащихся. Похоже, жизненный цикл программы заканчивается. Возможно, ее ждет обновление», — считает начальник управления персонала «Уралхимпласта» Наталья Двойнишникова.

Нынешняя тенденция на индивидуализацию обучения предполагает построение этого процесса по модульному принципу исходя из потребностей и уровня знаний, наличия компетенций конкретного заказчика. Более того, заказчикам становятся важны даже небольшие новации, делающие процесс удобнее и эффективнее. Перестроили порядок модулей — «нововведение», сделали программу более мобильной, привязав проведение занятий к офису/производству заказчика, — «новый формат». Однако в такой ситуации реальные новации все труднее отличить от маркетинговых уловок в стиле «приходите к нам, у нас все самое новое».

Сейчас на рынке наступила относительная стабильность, которая дает пространство для экспериментов, а практика развития вузов, работающих на максимум сегментов образовательного рынка, стирает внешние границы обучения (высшая школа завоевывает рынок дополнительного образования). На первый план  выступает компетентностный подход, а актуальным остается только один вид новинок — тот, который позволяет заказчику и провайдеру найти общий язык.

Дополнительная информация.

Пора говорить об отраслевом образовании

Михаил Федоров— считает ректор Уральского государственного экономического университета, председатель Комитета по развитию профессионального образования и трудовым ресурсам Свердловского областного Союза промышленников и предпринимателей (работодателей) Михаил Федоров.

— Нынешнее положение в сфере образования в целом не устраивает подав­ляющее большинство и потребителей, и участников рынка. Являясь структурообразующим элементом образовательного пространства, высшая школа переживает серьезный кризис, основными проявлениями которого являются низкий уровень государственного финансирования высших учебных заведений и низкое качество преподавательского состава. Характер и острота вопросов, поднимаемых на регулярных встречах работодателей в рамках Комитета по развитию профессионального образования и трудовым ресурсам Свердловского областного Союза промышленников и предпринимателей (работодателей), лишь подтверждают этот тезис. Системообразующие предприятия ведущих отраслей региональной экономики (черной и цветной металлургии, машиностроения, горнодобывающего комплекса, строительной отрасли и т.п.) уже не надеются лишь на высшую школу и ищут различные альтернативные пути решения собственных кадровых задач. Прежде всего — с точки зрения повышения качества практической подготовки специалистов, «заточенных» под потребности конкретных бизнесов и групп бизнесов.

Это создает богатое поле для развития уральского рынка дополнительного образования. Обучение и повышение квалификации руководителей и квалифицированных специалистов, прежде всего технического профиля, востребовано теперь и будет востребовано в ближайшем будущем. Более того, отдельные крупные компании, логически развивая идею дообучения востребованных кадров, запускают собственные образовательные проекты — масштабные учебные центры и даже корпоративные университеты.

Однако мне кажется совершенно очевидным, что ни инициативы отдельных работодателей, ни успехи, которых добились на ниве дополнительного образования за последние годы коммерческие учебные центры, не способны закрыть образовавшиеся в результате кризиса системы высшего образования бреши.

Решение этих проблем требует серьезного обновления самой архитектуры образовательного процесса. Пора говорить об отраслевом образовании, суть которого лучше всего отражает так называемый кластерный подход. Я активно продвигаю этот принцип и не раз подчеркивал, что запуск и развитие инновационно-образовательных кластеров, созданных по отраслевому принципу, позволит достичь главного: соединить интересы всех заинтересованных сторон — бизнеса, науки, образования, государства и институтов гражданского общества — в рамках единой системы обмена задачами, ресурсами и достижения общего результата. Образовательную систему нужно выводить из вакуума абстрактного госзаказа и ставить на рельсы отраслевого государственно-частного партнерства и развития в тесной связи с экономикой и запросами общества.

Дополнительные материалы

Рейтинг Уральских компаний, предлагавших услуги бизнес-образования в 2012 году и I полугодии 2013 года

Комментарии
 

comments powered by Disqus