«Я родился дважды»

«Я родился дважды»

В 18 лет, в самом конце второй мировой войны, его призвали на службу в вермахт. Вскоре ранили, он попал в плен и оказался на Урале. Здесь прожил несколько лет: сначала в лагере для военнопленных на севере Свердловской области, затем в областном центре, где строил дома и работал на заводе « Уралмаш». В 1949 году он получил документ об освобождении и вернулся домой, в Берлин, живым и здоровым. С тех пор прошло много времени. Манфред Одендаль окончил политехнический институт, получил специальность инженера-металлурга, со временем — степень доктора химии и металлургии, стал заместителем директора фирмы, создал семью. Выйдя на пенсию, он все чаще вспоминал, по его выражению, «свою вторую родину» — Урал. Пытался разыскать женщину-врача, которая спасла его от смерти, когда в 1946 году он тяжело заболел. Не получилось. Тогда Манфред стал переписываться с семьей, помогавшей ему в поисках. Письма Манфреда Одендаля предоставила журналу Виктория Всеволодовна Мелях, а также сотрудники музея Уралмашзавода.

«Расскажу о себе. Я участвовал в военных действиях на фронте в начале 1945 года на Одере. Восточнее Барута и южнее Берлина был взят в плен 30 апреля войсками Красной Армии маршала Конева. В лагере для военнопленных в Ивделе на Северном Урале мы работали зимой в лесу, а летом на реке, из которой вылавливали и затем перерабатывали лес. Жили в лагере, построенном поволжскими немцами, которые к тому времени уже были вне лагеря и организовывали нашу работу в нем.

В день нам выдавали 600 граммов хлеба, три раза суп и три раза кашу. Один раз в неделю мы ходили в баню и в увольнение. В марте я заболел: воспаление легких, плеврит с высокой температурой. Советский лагерный врач, доктор Фукс, еврейка, осмотрела меня и сказала: „Одендаль, я тебя вылечу“. Она принесла сульфаниламиды, они мне быстро помогли. Я вечно ей благодарен.

На заводе „Уралмаш“ я работал формовщиком, литейщиком, обрубщиком и контролером в 41-м и 36-м цехах. В зависимости от выработки выписывались наряды, по которым нашу работу оплачивали. Отношения с рабочими были хорошими. Однажды был мой выходной день. Одному из свердловчан нужен был помощник для колки дров. Я добровольно пошел к нему домой, недалеко от лагеря. Мы пилили дрова. В полдень прогудел гудок. Он ушел в дом обедать, а спустя пять минут вышел, позвал меня и посадил за стол, за которым сидели его жена, мать и два мальчика. На столе стоял капустный суп, 400 граммов хлеба, 200 граммов мяса и соль. Все это мог бы съесть один человек. А эта семья поделилась со мной своим скудным обедом. Я никогда не смогу этого забыть…».

Это письмо Манфреда — на немецком. Позднее он специально выучился по-русски не только говорить, но и писать, чтобы вести переписку с семьей Мелях. Еще не будучи с ними знаком лично, Манфред Одендаль в годы начала российской перестройки, когда дефицит продуктов достиг апогея, еженедельно, а то и чаще, присылал бандероли и подбадривающие записочки: «В этом году вы живете очень трудно, я хочу вам помогать. У нас тоже было трудно, но все наладилось. И у вас все будет хорошо. Манфред». В 1993 году он вновь приехал на Урал.

«В пятницу 16.07.93 приезжаю на поезде в Екатеринбург (Свердловск)… Ностальгическая встреча с прошлым, мокрое лицо, воспоминания, грусть. Воспоминания и благодарность, особенно врачу Фукс, которая спасла мне жизнь в лагере под Ивделем, а еще гражданам Свердловска, которые давали нам работу и хлеб после ужасного времени… И если спросят меня: почему ты едешь еще раз на Урал? — я отвечаю так: „Вы были человечны ко мне, когда мне было 19 лет, я был почти еще ребенок, и я боялся, когда ехал из Берлина 40 дней и 40 ночей…“.

„9 мая 1995 года будет день Победы. Я поздравляю вас сердечно. При этом я думаю о многих жертвах Великой Отечественной войны, бесчеловечной войны. Я вспоминаю тех, кто этой войны не хотел. Еще немного, и уйдут последние ее участники. Тогда о ней будут узнавать из книг, как мы читаем о предыдущих сражениях. Я вспоминаю также тех людей, которые скончались в лагерях обеих стран. Я хотел всегда иметь друзей в России, с ними вспоминать прошлое“.

Манфред приезжал на Урал в „новую эпоху“ трижды. Несколько раз гостили у него в Германии новообретенные уральские друзья. Наверное, Манфреду повезло: он встретился в России в основном с хорошими людьми. Екатеринбуржцы, общавшиеся с Манфредом, говорят о нем как об удивительном человеке, очень расположенном к людям. Его стремление помогать, поддерживать современных уральцев, возможно, связано с чувством общегерманской вины. А возможно, это просто проявление его открытого, доброжелательного характера. Из трудного времени этот человек вынес только хорошее.

Комментарии
 

comments powered by Disqus