Про коррозию и коррупцию

Про коррозию и коррупцию

Про коррозию и коррупциюМама наливает воду изпод крана сразу в детскую бутылочку… Даже если не смотреть на остальные детали изображения, уже ясно: это кадр из очередного переводного сериала. В России сырая вода — источник всевозможных инфекций. О серьезности проблемы говорит тот факт, что, например, в Екатеринбурге ее состоянием заинтересовалась прокуратура.

Из-под асфальта пробивается пар… Скоро сюда приедут ремонтники и начнут вгрызаться в дорогу, мешая пешеходам или водителям. Три дома в округе останутся в лучшем случае без горячей воды.

Эти две картинки — иллюстрация к тому, как морально и материально изношена коммунальная инфраструктура: в первом случае чистая вода с водоканалов, пройдя по железным трубам, заросшим изнутри ржавчиной, становится непригодной для употребления. Второй как нельзя лучше характеризует потери ресурсов изза изношенности трубопроводной системы — до 40%.

И действительно, в среднем по зоне распространения журнала износ объектов коммунальной инфраструктуры (под ним понимается полная непригодность к дальнейшей эксплуатации) приближается к 70%, по стране он равен 80%. Инфраструктура ветшает со скоростью 2 — 3% в год. Это значит, что большая часть труб нуждается в немедленной замене. Представители местной власти отмечают особенно сложное положение дел с имуществом коммунального комплекса, переданным от предприятий на балансы муниципалитетов. На модернизацию ЖКХ в отдельных городах, районах и субъектах федерации необходимы суммы, сопоставимые с бюджетами тех поселений, на территории которых расположены эти самые объекты.

Нельзя сказать, что ситуация в принципе безысходная: по всей стране только на подготовку к отопительному сезону затрачено, по словам заместителя главы Федерального агентства по строительству и жилищно-коммунальному хозяйству Юрия Тыртышова, примерно 1,5 трлн рублей. В коммуналке деньги есть: этот факт нам подтверждают и многочисленные сообщения о том, что в этом году в регионах подготовка к отопительному сезону идет гораздо активнее. О том, как и кому средства выделяются, — отдельный разговор (см. «Как с помощью модернизации ЖКХ можно подчинить непослушного главу местной власти»).

В областях приняты программы и подпрограммы модернизации, которые финансируются в том числе и в рамках нацпроекта «Доступное жилье». Проект предполагает, что износ должен сократиться по стране до 63%. В Челябинской области, например, к 133 млн рублей, имеющимся в подпрограмме «Модернизация объектов коммунальной инфраструктуры», по решению губернатора Петра Сумина из дополнительных доходов области выделено еще 263 миллиона на модернизацию и капитальный ремонт сетей тепло— и водоснабжения, котельных и других объектов жилищно-коммунального хозяйства. «В 2006 году на реализацию комплексного плана из всех источников финансирования планируется направить 9,3 млрд рублей — почти вдвое больше, чем в предшествующем году», — отмечает заместитель министра строительства и жилищно-коммунального хозяйства Свердловской области Богдан Процык. В техперевооружение готов инвестировать и инвестирует бизнес, энергетики, газовики, сами муниципалитеты, Европейский банк реконструкции и развития дает кредиты под низкие проценты…

И если еще несколько лет назад настоящей проблемой тяжелого положения имущественного комплекса ЖКХ казалась именно нехватка средств, то теперь становится ясна основная причина мрачного положения дел в коммунальном комплексе. Бизнес, который все активнее заявляет о своем присутствии в этой сложной отрасли, главным препятствием называет отсутствие сбалансированного законодательства и перспективных планов развития городов.

Дайте им уже закон, пусть роют землю!

Муниципальные унитарные предприятия, которые до недавнего времени были одним из основных игроков рынка, претензий на стратегическое понимание ситуации развития городов не имели. Их начальством, «кошельком», заказчиком, к тому же ответственным за положение дел в ЖКХ, была администрация района или города. Такая система беременна коррупцией изначально. Приписки, раздувание смет, завышение стоимости материалов считались обычным делом в ЖКХ, на это смотрели сквозь пальцы: так руководство предприятий компенсировало низкие зарплаты рабочих. «Раньше производственники самостоятельно планировали, составляли смету, проводили переговоры с подрядчиком и принимали у него работу: вся коррупция в одном флаконе», — отмечает Михаил Никольский, гендиректор ООО «НОВОГОРПрикамье», арендующего на 49 лет водоканал Перми. Жизнь заставила коммунальщиков поменять систему. «Сейчас производственники планируют работу, торговый дом закупает услугу через тендер, а принимает ее специально созданная служба технического надзора. Сговориться при таких условиях можно, но трудно. А если всплывет, так на этот случай у нас есть еще и высокопрофессиональная спецслужба», — рассказывает Никольский.

ООО «НОВОГОРПрикамье» — один из крупнейших операторов ЖКХ в Уральском регионе (он также арендует всю систему жизнеобеспечения второго по величине города Пермского края — Березников).

А самый крупный — «Комплексные энергетические системы». Он охватывает территорию Урала через свои дочерние структуры, кроме того, пришел в регионы, где ранее работали «дочки» компании «Российские коммунальные системы» (ее контрольный пакет акций уже год принадлежит КЭС). Все они действуют в так называемом коммунальном бизнесе (водо, газо, теплоснабжении и водоотведении), арендуя объекты коммунальной инфраструктуры у муниципалитетов. Мелкий и средний бизнес здесь просто не выживает: огромные суммы капиталовложений, большой временной отрезок для возврата инвестиций, а также регулирование цен на конечную продукцию (тарифы) становятся для «мелочи» нерешаемыми проблемами.

У бизнеса есть два больших повода быть недовольными властью как федеральной, так и местной. К федеральной главная претензия — отсутствие четкого механизма возврата вложенных средств. Сейчас на рынке действуют три (см. «Три относительно честных способа возврата денег»). Но первый и третий противоречат федеральному закону № 201, который предусматривает, что тарифы должны устанавливаться на три года, и в течение этого времени не могут расти. Этим законом руководствуются региональные тарифные органы. Именно через согласование с ними должны проходить тарифы всех естественных монополий, к которым относятся и объекты коммунальной инфраструктуры. Эти регулирующие организации входят в систему исполнительной власти в регионе.

«Когда мы пришли в Пермь, то смотрели на коммунальный сектор через розовые очки. Размышляли как бизнесмены — тут вложим, здесь снизим, там получим. Но выяснилось, что гарантировать возврат инвестиций непросто. Сначала надо написать долгосрочную программу комплексного развития и инвестиционную программу, потом утвердить их у депутатов гордумы. Решение депутатов станет гарантией того, что в тарифе будет учтена так называемая инвестиционная надбавка. И только ее наличие позволяет заложить в бизнесплан возвратность инвестиций. Эта работа заняла у нас два года. Но как только мы ее проделали, вышли поправки к федеральному законодательству, которые административно ограничили рост тарифа на ближайшие три года. И мы опять вернулись к государственному регулированию. Получается, что регулятор кроме политкорректной величины тарифа ничего другого не видит. Отсюда, как ты ни крутись, — хроническое недофинансирование капитальных затрат, неэффективная расходная часть, проблемы с развитием. И это даже при том, что за нами стоит мощная материнская компания», — отмечает Михаил Никольский.

Нечеткость законов приводит к тому, что партнерские отношения с властью, ее «вменяемость» становятся чуть не главным ориентиром: сюда можно инвестировать, а сюда — нет. «Не буду называть персоналии (нам еще работать и работать), но по одному из стотысячных городов у нас есть проекты более чем на 300 млн рублей. А по большой уральской области — только на 200 миллионов. И именно потому, что в одном случае власть готова на непопулярные шаги — повышение тарифов, а в другом — нет», — отмечал высокопоставленный работник крупной российской компании.

Вторая проблема, с которой сталкиваются крупные коммунальные компанииоператоры: несмотря на то, что инфраструктура изношена, в отрасли отсутствует четкое понимание того, что именно надо менять. А без этого ни одни банк не даст инвестору необходимые средства. «Сейчас на рынке сложился дефицит внятных инвестиционных проектов. Из тех что есть — 90% не выдерживают никакой критики», — отмечает гендиректор КЭС и РКС Михаил Слободин. Отсутствие коммерческих проектов при наличии денег и огромном износе коммунального комплекса заставляет бизнес самостоятельно готовить для себя объекты, чтобы вложить в них деньги, которые непонятно как возвращать.

Недостаток инвестпроектов — лишь вершина айсберга. Сам айсберг — отсутствие генпланов развития городов. Неясность стратегии развития города не только не позволяет бизнесу инвестировать, но и провоцирует большую нагрузку, а значит, и износ существующей коммунальной инфраструктуры. «К нам приходит застройщик, и мы разрабатываем системы для конкретного дома, но не видим ее в целом. Получается, что на изношенный коммунальный комплекс навешиваем новые части. В итоге увеличиваем нагрузку на старую систему, что может привести к ее разрушению. Например, построим новый микрорайон и проложим к нему новые сети. Но водозабор и очистные сооружения, которые расположены в 70 километрах от города, останутся старые. И если нагрузка на них возрастет в разы, то изношенное оборудование просто не выдержит», — отмечает технический директор ООО «НОВОГОРПрикамье» Станислав Мацов. По его словам, принимаемые сейчас в Перми планы развития города и системы водоснабжения/водоотведения позволят НОВОГОРУ рассчитывать вложения, а не действовать стихийно.

Но в один день и даже год изношенные водопроводные трубы не поменять. А технологию, которая позволила бы подавать воду без труб, пока не придумали. Поэтому бизнес снова и снова ищет методы, как сэкономить, обеспечив при этом надежность услуги.

Трубный день

Сейчас под землей в большинстве случаев лежит стальная или чугунная труба. В структуре фактического потребления в ЖКХ бывшего СССР стальные трубы составляли 70%; чугунные — 5%; неметаллические — 25% (в том числе пластмассовые — 4%). Металлические трубы дешевле, но именно они сейчас корродируют и зарастают ржавчиной. К тому же стальная труба быстро дорожает, за последние месяцы — на 50%. «Удорожание окажет хорошую услугу ЖКХ, — уверен заместитель исполнительного директора — начальник производственно-технического департамента КЭС Олег Серебренников. — Если год назад цены на пластик были сопоставимы с ценой на металлическую трубу, то теперь он дешевле на 10 — 15%. Кроме того, пластик более технологичен и надежен в эксплуатации. Все это заставит ЖКХ его применять». Отметим, что применение в ЖКХ труб из пластика эффективно в условиях низких температур и давления.

«Прогноз прироста потребления на российском рынке составляет около 8% ежегодно», — отметили в пресс-службе входящего в группу ЧТПЗ Первоуральского новотрубного завода. Здесь с февраля 2006 года начался промышленный выпуск полиэтиленовых труб. По словам представителей завода, главное, что сдерживает рост рынка пластика, — недостаточно проработанная нормативнотехническая документация. Исчерпывающие правила эксплуатации появились недавно.

Внимательно присматриваясь к проблемам модернизации отрасли, мы везде видим провалы властей: от механизма возвращения тарифов до стандартов применения пластиковых труб. Такое впечатление, что власть и сама не может решить, нужна ли ей коммуналка. С одной стороны, вроде и политически значимая отрасль, с другой — рост благосостояния населения уже позволяет ему не обращать внимания на все увеличивающиеся цифры в коммунальных квитанциях.

С одной стороны, вроде и надо отдать ее частнику, пока не развалилась окончательно, с другой — у бюджетов сейчас деньги тоже есть. Отрадно, что бизнес раз за разом не обращает внимание на «мильон терзаний» власти, а продолжает планомерно преодолевать нестыковки в законах и общую неблагоприятную атмосферу работы в коммунальном секторе.

Дополнительные материалы:

Как с помощью модернизации ЖКХ подчинить непослушного главу местной власти

Муниципалитету, если он дефицитный, приходится буквально «выбивать» деньги на ЖКХ из бюджета субъекта федерации. Происходит это примерно так: сначала с муниципалитетов собирают заявки на то, сколько именно средств им необходимо на ЖКХ, а затем выделяют деньги, конечно, в урезанном количестве, через систему траншей и субсидий. Эти средства становятся прекрасным способом влиять на недостаточно лояльных глав местных администраций. Иллюстрацией может служить ситуация, которая возникла в Варгашинском районе Курганской области.

В октябре здесь пройдут выборы, а кандидатура нынешнего главы Романа Мухина не устраивает администрацию области. Мухин жалуется, что средства, которые пришли из федерального бюджета в областной, не выделили. А документ, по которому выделяются средства из областного бюджета местным, подписывать отказался сам: на его взгляд, система предоставления бюджетных кредитов конкретным поселковым советам в результате соглашений, которые главы сельсоветов подписывают с облфинуправлением, не соответствует законодательству. Администрация области, посчитав, что глава района устранился от принятия решений и подготовки к зиме, направила письмо в облпрокуратуру о принятии мер.

Три относительно честных способа возврата денег

Российские законы сложны и запутаны, что существенно осложняет работу бизнеса в коммунальной сфере ЖКХ. Однако компании ищут и находят пути возврата инвестиций.

Главных — три:

Первый — компания вкладывает деньги в проект, например, переводит котельную с угля на газ. Вложенные деньги «отбивает», убедив регулирующий тарифный орган на территории сохранить тариф на отпускаемый товар на прежнем уровне. Через некоторое время, когда вложенные деньги возвращены компании, тариф снижается.

Второй касается проектов, окупаемость которых составляет несколько десятков лет. Компания инвестирует, но обязательство по возврату денег берет на себя бюджет города, района или субъекта федерации.

Третий — в тарифах на продукт коммунальщиков закладывается так называемая «инвестиционная составляющая», которая позволяет вернуть вложенные деньги за пятьсемь лет.

Комментарии

Материалы по теме

Долг не может отдать только труп

В одной дырявой лодке

Утекай

Естественно, монополия

Дома хозяйка

Эти бы деньги, да в мирное русло

 

comments powered by Disqus