Шапочный разбор

Шапочный разбор

Одна моя приятельница, модельер по головным уборам, выиграла престижный городской конкурс и получила от мэрии помещение под создание салона. Взяла в помощники технологаконструктора, и две начинающие бизнеследи засучили рукава. Накоплений, однако, хватило только на то, чтобы своими руками сделать ремонт. А нужно еще сырье и оборудование. Решили взять кредит. Прошлись по всем предложенным мною адресам банков, предлагающих программы кредитования малого бизнеса, благо сегодня недостатка в них нет. И… получили по шапке: банки требовали обеспечение. Для блага дела мои предпринимательницы готовы были предоставить в залог квартиры, но банкиры отказались: там прописаны дети, а реализовать такой залог крайне сложно. Соглашались банки дать денег под оборудование или дорогое меховое сырье — но как раз на их покупку и требовались средства. Побегав по замкнутому кругу, начать обеспечивать сограждан шапками и шляпками творческие натуры так не смогли. А вскоре и администрация отобрала помещение: теперь за пыльными стеклами какаято контора…

 Дмитрий Шадрин
Дмитрий Шадрин
Это — типичный для практики российского малого предпринимательства пример. Начинающий бизнес (startup) не имеет доступа к банковским ресурсам: чтобы с тобой вообще начали разговор, необходимо наличие операций по расчетному счету в течение минимум полугода. И даже по прошествии этого срока (см. итоги исследования в статье «В погоне за малым») получить кредит без обеспечения не просто. Но если банкиры сейчас не найдут возможные варианты помощи startup, они имеют вполне реальные перспективы лишиться в будущем потенциальной клиентуры: любой вид ритейла, в том числе и обслуживание малого бизнеса, рентабелен только при больших объемах.

Возможные пути решения этой проблемы искали банкиры, предприниматели и чиновники на конференции «Кредитование малого бизнеса», организованной журналом «ЭкспертУрал» и АЦ «ЭкспертУрал».

Плановая убыточность

Мировая статистика неумолима: до 60% малых предприятий разоряются в течение первых пяти лет. Но на структуру экономики это не влияет: рынок постоянно обновляется. Во многих государствах существуют специальные государственные программы поддержки именно начинающих предпринимателей. И это позволяет банкам всегда иметь приток клиентов. 

 Татьяна Кушникова
Татьяна Кушникова
На территории бывшего СССР элементы такой политики пытается применять, пожалуй, только Казахстан. Дмитрий Шадрин, начальник управления продаж малому бизнесу Народного банка Казахстана подробно рассказал коллегам о системе поддержки начинающего предпринимательства в своей стране:

— Человек может зарегистрироваться как предприниматель в течение трех дней, предоставив минимальный пакет документов. В течение первых шести месяцев ему предоставляются налоговые каникулы, и в этот период никаких проверок со стороны налоговых органов нет.

Реплика из зала:

 Олег Смирнов
Олег Смирнов
— Дай нашим такую возможность, они каждые полгода будут новые фирмы создавать.

— За последние дватри года в Казахстане было зарегистрировано порядка 625 малых предприятий, из них действующих — не более трети. Но наше государство настроено на развитие малого бизнеса, поэтому никаких карательных мер нет, — парировал Дмитрий Шадрин.   

Однако самое главное достижение государственной политики в Казахстане — действие внесудебной процедуры реализации заложенного имущества, чего никак не могут добиться российские банкиры. В этой ситуации банки спокойно берут в качестве обеспечения любое имущество — недвижимость, личный транспорт, в том числе и у начинающих предпринимателей. Мало того, в банках этой страны пытаются создавать уже специальные продукты для кредитования startup.

— Предприниматель может под гарантию государственного фонда получить в нашем банке до 80% ресурсов на реализацию бизнеспроекта (срок до семи лет, ставка — 16,5% в национальной валюте Казахстана, тенге). Для пополнения оборотных средств предусмотрена другая программа: под залог недвижимости заемщик получает кредит на любые цели до десяти лет. Общий портфель по стартовому бизнесу составляет более 2,6 млрд тенге (20 млн долларов).

Поддержка, да не та

 Андрей Часовский
Андрей Часовский
Нельзя сказать, что в России вообще нет системы поддержки малого предпринимательства. Например, в Свердловской области уже с 1992 года развивается инфраструктура господдержки малого бизнеса (Комитет по развитию малого предпринимательства, областной и 35 муниципальных фондов поддержки). По словам исполнительного директора областного фонда Андрея Часовских, предприниматели получают различные формы финансовой поддержки: микрофинансирование (с 1998 года выдано более 17 тыс. займов на сумму 265 млн рублей), обеспечение перед банками, долгосрочные инвестиционные займы.

Аналогичные методы используются в ХантыМансийском автономном округе. Рассказывает генеральный директор Фонда поддержки предпринимательства ХМАО Татьяна Кушникова:

— При поддержке правительства ХМАО за 11 лет Фондом профинансировано свыше 6 тыс. предпринимательских проектов. В результате сохранены и вновь созданы более 25 тыс. рабочих мест, бюджетная эффективность реализованных проектов превысила 1 млрд рублей, численность работающих на малых предприятиях увеличилась более чем в два раза, инвестиции в основной капитал возросли в шесть раз.

 Евгений Артюх
Евгений Артюх
Олег Смирнов, директор управления кредитования Уральского Сбербанка делится успешным опытом сотрудничества банка с Фондом развития и поддержки малого предпринимательства Башкортостана в части субсидирования ставок по кредитам:

— Субъекты малого предпринимательства, прошедшие конкурсный отбор, получают право на возмещение части процентной ставки (до 1/2 ставки рефинансирования ЦБ). Возмещение производится за счет средств бюджета республики. На 21 августа этого года по результатам проведенных конкурсов 32 клиента Сбербанка России признаны победителями и получили возмещение процентных ставок. 

Между тем вся проблема в том, что выделяемые из бюджетов деньги идут на развитие уже существующего бизнеса. Но эту задачу успешно решают и сами банки (см. «Малый бизнес — стратегический клиент»). Малый бизнес рассматривается властями в первую очередь как источник пополнения бюджетов, а не средство обеспечения занятости населения. Причем бюджетов именно региональных и муниципальных: поступления от специальных режимов налогообложения полностью идут на эти уровни власти. И зависит положение этих властей в конечном счете от того, как сработают предприятия: платить зарплату бюджетникам и ремонтировать дороги нужно каждый год. В этой, казалось бы, разумной политике стимулирования предпринимательства (вот вам сектор экономики, развивайте его, получайте доходы) и заложен негативный сценарий: страх потерять доходы заставляет чиновников выжимать максимум из действующих бизнесов. Тут уже не до преференций начинающим. 

Мина замедленного действия

Конечно, российские банки и предприниматели нашли выход: сегодня получить кредит на 200 — 300 тысяч рублей можно без особого труда по потребительской программе, там, где не требуется залог. Естественно, если в анкете вы не укажете прямо: «на предпринимательские цели». Таким образом, казалось бы, вполне успешно решается проблема доступа предпринимательства к банковским ресурсам. Но в этом и заложена мина замедленного действия. Дмитрий Толмачев, генеральный директор АЦ «ЭкспертУрал»: 

 Дмитрий Толмачев
Дмитрий Толмачев
— Стоимость потребительских кредитов в два раза выше, чем по специальным программам для малых предприятий. Прибавим к этому относительную финансовую безграмотность предпринимателей сектора. На выходе через дватри года мы получим угрозу их массового разорения и, как следствие — рост просроченной задолженности банков.

Но если разоряется значительная часть активного населения, то падает потребительский спрос, а это уже напрямую отражается на объемах ВВП. Значит, проблема системна. Тревогу начинают бить и банкиры:

Заместитель председателя правления Уралтрансбанка Андрей Кремнев:

— Системы оценки платежеспособности физического лица и бизнеса малого предприятия совершенно различны. Кредитуя малый бизнес по потребительским программам, банки не стимулируют людей учиться цивилизованно вести бизнес, не прививают им финансовую культуру. Скорее наоборот — провоцируют их на безответственность.

Еще вариант — найти пути взаимодействия банковского и небанковского секторов. Его предлагает председатель Свердловского регионального отделения ОПОРА России Евгений Артюх:

— В 2002 году республиканское отделение в Татарстане по собственной инициативе разработало программу микрофинансирования. Ее суть в том, что крупные компании берут на себя кредиты в банках и затем представляют ссуды субъектам малого предпринимательства. Несмотря на то, что ставка такого займа, естественно, выше банковской, спрос был огромный. Заявки рассматривались в течение суток. Средняя величина займа составляла 33 тыс. рублей. Этот опыт получил распространение в семи регионах России, однако на Среднем Урале проект не состоялся: слишком высока здесь конкуренция в банковском секторе.  

Решение интересное, но локальное. А задача носит глобальный характер. Для воспроизводства клиентской базы банков необходимо изменение самого отношения государства к роли малого бизнеса в экономике. Пример такого отношения привел нам однажды Питер Иэриш, генеральный директор «АльстомСЭМЗ». Его младший сын работал программистом в телефонной компании и попал под сокращение. Став безработным, он решил создать собственный бизнес. Государство первые полгода продолжало платить ему пособие по безработице, затем вернуло большую часть денег, потраченных на покупку оргтехники, и в течение шести месяцев разрешило платить налоги по льготной ставке…

Более подробно о конференции на сайте www.acexpert.ru 

Дополнительные материалы:

Честный нечестного везет

Дмитрий ГоловинБанки недостаточно жестко борются с плохими заемщиками, считает предприниматель Дмитрий Головин, председатель общественной организации «Комитет 101»:

— Банки постоянно говорят о том, что готовы кредитовать малый бизнес. Однако стоимость кредитов все равно остается очень высокой. Почему? Потому что риски невозврата перекладываются с одних клиентов на других. Но я не понимаю, почему я должен переплачивать за то, что мой сосед не умеет вести бизнес или не хочет возвращать деньги сознательно?

Я считаю, здесь прямая недоработка служб безопасности банков. Мне могут возразить: у нас плохо работает судебная система. Согласен, я сам постоянно сталкиваюсь с этой проблемой. Мой бизнес — прокат строительных инструментов: люди берут у меня дорогостоящий инструмент и в самых одиозных случаях его не возвращают. На данный момент таких фактов около двух сотен, накопленный долг — 3 млн рублей. И я вынужден ходить по судам, потому что это мои деньги. В Екатеринбурге — семь районных судов, и в каждом есть особая папка с надписью «Головин». На это ушло восемь лет, но всетаки я добился своего. Почему же банки в этой ситуации разводят руками?

Я хочу зайти в свой банк и увидеть лозунг: «В нашем банке честные клиенты не платят за нечестных, потому что у нас лучшая служба безопасности». К сожалению, я такого нигде не встречал. Думаю, банковское сообщество должно задуматься над этой проблемой. Иначе кредиты для малого бизнеса так и останутся дорогими и недоступными.

Подготовила Ирина Перечнева

 

Комментарии

Материалы по теме

По возможности и способности

ЕБРР приобрел 25% плюс 1 акцию СКБбанка

СКБ-банк покинул САИЖК

Минус пятый

Человеческий рост

 

comments powered by Disqus