Прожорливые старушки

Прожорливые старушки Энергетики должны срочно сделать отрасль инвестиционно привлекательной и обеспечить свободу притока капитала с рынка, в том числе зарубежного. В противном случае потребуется господдержка, что повлечет значительные изменения в структуре собственности и управлении.

На турбинах и котлах, которые вырабатывают электроэнергию на Нижнетуринской ГРЭС (Свердловская область), написано, что их принимал в эксплуатацию еще Адольф Гитлер до войны с нами. Таких «старушек», которые в буквальном смысле коптят небо со времен тотальной электрификации, в отрасли много. Из 9300 МВт мощностей в Свердловской области к 2020 году половине будет «за пятьдесят», пора на пенсию. Но генеральная схема развития Единой энергосистемы предлагает выводить очень мало старых энергомощностей, почти ничего.

21 июля Минэнерго РФ утвердило генсхему и программу развития Единой энергосистемы России на период с 2010 по 2016 годы. Документ ждали давно - это основа для разработки региональных планов строительства сетей и генерирующих мощностей. Программа опирается на довольно скромный среднегодовой прогноз динамики спроса на электрическую энергию - 2,9% против 4,5% до кризиса. В этом случае потребность в генерирующей мощности электростанций по ЕЭС России составит 207,2 млн кВт в 2010 году и 235,7 млн кВт в 2016 году.

Старых энергомощностей предлагается демонтировать 8,4 млн кВт, новых ввести 42,85 млн кВт. В итоге установленная мощность электростанций ЕЭС России возрастет к 2016 году на 16,9% до 247,74 млн кВт. Предстоит протянуть 38,8 тыс. км новых ЛЭП 220 - 750 кВ, построить около 135,8 тыс. МВА трансформаторных мощностей, средства регулирования (компенсации) реактивной мощности. При ожидаемой динамике электропотребления и вводах генерирующих мощностей баланс мощности ЕЭС в период 2010 - 2016 годов покрывается. Нормативный резерв будет обеспечен.

Между тем проблемы в энергетике искрят все больше. О них за неделю до утверждения генсхемы откровенно говорили на совещании под руководством министра энергетики Российской Федерации Сергея Шматко с министрами энергетики субъектов РФ и руководителями крупнейших энергокомпаний (оно состоялось 15 июля в Екатеринбурге в офисе ОАО «МРСК Урала» в рамках Уральской международной выставки и форума промышленности и инноваций «Иннопром-2010»). Сергей Шматко пояснил: после упразднения летом 2008 года РАО ЕЭС правительство страны и министерство энергетики наконец сформировали концепцию развития электроэнергетики на ближайшие годы. В ожидании этого отрасль пребывала в подвешенном состоянии. Теперь туман рассеялся.

Грозилка № 1

В программе указаны и перспективы до 2030 года: чтобы построить 180 ГВт мощности, надо 20 - 25 трлн рублей. Нынешний денежный поток, генерируемый электроэнергетикой, делает и ближнюю, и дальнюю инвестпрограммы неисполнимыми. «Мы сталкиваемся с очень сложной проблемой: производственные фонды все быстрее выбывают, нарастающий объем старых становится опасен, а денег на планируемое обновление оборудования нет, бесконечно повышать тарифы нельзя, - был откровенен министр. - Это настоящая грозилка. Мы должны решить, за счет каких средств инвестировать. Либо все-таки создадим рынок электроэнергии, тепла, убедим инвесторов в том, что либерализация отрасли всерьез и надолго, в итоге обеспечим значительный приток средств, в том числе зарубежных. Либо государство нам скажет: вы не смогли обеспечить приток капитала с рынка. И тогда решение будет одно: господдержка, госсредства. Это означает значительные изменения в ландшафте энергетики с точки зрения собственности, управления и так далее. На ближайшие три-четыре года это основной вызов, который стоит перед электроэнергетикой». Заметим от себя: ровно то же говорили несколько лет назад реформаторы, поясняя, зачем они собрались разделить монополию на профильные бизнесы, создать рынки - чтобы затащить в отрасль инвесторов. Обруганные за то, что «разрушили единую ткань отрасли», реформаторы ушли, а задачи остались.

Виноват кризис: не дал завершить реформы, изменил ситуацию в отрасли - рост потребления сменился падением. По Уралу, например, в среднем на 10%: сейчас потребление - 94% к прошлому году. Говорили, что кризис даст энергетике возможность передохнуть, собраться с силами. «Ничего подобного, - категоричен Сергей Шматко, - железо и в кризис продолжает стареть. У колоссального количества турбин срок эксплуатации более 50 лет. Последние возможности упускаем, чтобы запустить непрерывный процесс модернизации. Мы должны решить задачу по обновлению производственных фондов, экономически стимулировать собственников на вывод устаревшего оборудования. Очень непростой вопрос, потому что пока даже полностью амортизированная собственность дает хоть какую-то прибыль, никто не спешит ее обновлять».

Генеральный директор ОАО «Холдинг МРСК» Николай Швец также заострил внимание на проблеме реновации сетей: «Из 2 млн км линий электропередачи и 456 тыс. электросетевых объектов половина - металлолом, выработавший установленные сроки эксплуатации. Для выхода из ситуации мы разработали программу замены изношенных фондов в объеме 2,8 трлн рублей сроком на десять лет. Эти инвестиции помогут снизить износ сетей с 69% до приемлемого уровня в 48 - 50%». В инвестпрограмме холдинг МРСК в первую очередь рассчитывает на переход с 1 января на метод RAB-регулирования, который обеспечит возврат инвесторам средств, а значит - приток вложений. Но самому сетевому комплексу за счет одного только метода тарифного регулирования, если акционеры не будут участвовать в реализации этой программы, удастся ее выполнить лет за 30 - 40, отметил Николай Швец. К тому времени уже другая часть сетевого комплекса полностью выработает нормативный срок. То есть кардинально изменить ситуацию вряд ли удастся. Сети ищут варианты привлечения долгосрочных средств и эффективного сотрудничества, в том числе и с иностранными компаниями. «В ближайшее время нужно создать при поддержке государства систему привлечения долгосрочных кредитных ресурсов в отрасль и на 70% финансировать инвестпроекты длинными заемными деньгами, - резюмировал Сергей Шматко. - Но проблема в том, что в государстве таких денег мало».

Не хотят - заставим

В Свердловской области версию программы развития энергетики разработали еще к маю: 11 тыс. МВт к 2011 году, 14 тысяч - к 2020-му. Итоговые цифры не сильно отличаются от тех, что заложены в генсхеме. Принципиальное отличие региональной программы - предполагается выводить из эксплуатации больше старых станций. Министерство энергетики и ЖКХ Свердловской области еще при обсуждении документа весной настаивало на увеличении объемов как вывода, так и строительства новых мощностей втрое. Начальник отдела топливно-энергетического комплекса Минэнергетики и ЖКХ Свердловской области Алексей Соколов пояснил: «Генсхема образца 2008 года была первым шагом к системности, предпринятым еще в бытность РАО ЕЭС. Это ее несомненное достоинство перевешивало недостатки: росла экономика, и разработчики генсхемы, боясь нехватки электроэнергии, предлагали много строить».

Значительный изъян генсхемы РАО - нарушение пропорций между угольной и газовой генерацией: демонтировались по максимуму газовые станции, строилось много угольных. Если сейчас 46% генерации Свердловской области на газе, 53% на угле и 1% на мазуте, то там баланс резко смещался. Почему у нас должно быть 80% угольных мощностей, когда уголь привозной, значит, «золотой»? Нас ожидала громадная экологическая проблема, к тому же угольные станции ставить сложнее, дольше и дороже. Пришлось бы строить и новые железные дороги, чтобы доставлять огромные объемы угля. И еще один мягко говоря недостаток: схема не давала ответ на вопрос, что делать со старыми станциями, вместо которых были намечены к стройке новые - почти в два раза больше, чем в нынешнем варианте. Поэтому предприняли корректировку схемы-2008. Новая версия выдержана в противоположном ключе: в условиях упавшего спроса все боятся построить лишнее, что неоправданными расходами ляжет на плечи потребителей.

Но даже если бы продолжался подъем, энергодефицит не просматривался вплоть до 2010 года: электроэнергетика страны сильно упала к уровню 1990 года. В Свердловской области возврат к докризисному масштабу энергопотребления 52 млрд кВт/час ожидаем только к 2015 году. В 2009-м регион потребил 42 миллиарда. То есть пока мощностей хватает. И те, кто приобрел электростанции, говорят: давайте мы не будем выполнять обязательства по строительству новых, а договоры о поставках мощности пересмотрим. С этим согласиться нельзя. Строить нужно, не откладывая, и вводить мощностей гораздо больше, чем указано в генсхеме.

В Свердловской области сейчас 9,3 тыс. МВт установленной мощности, а максимальная нагрузка зимой в морозы достигала 6 тыс. МВт. Но, во-первых, часть оборудования всегда в плановом ремонте. Во-вторых, по правилам электроэнергетики 17% мощностей нужно иметь в «холодном резерве» на всякий случай. Так что если считать с учетом локальных энергодефицитных энергоузлов, мощностей не хватает уже давно. Отрасли нельзя доходить до состояния, когда спрос опережает предложение и цены начинают резко расти. Электростанции вдогонку заводам быстро не построишь. На угольную, например, от проектирования до ввода надо шесть лет.

Кроме того, старые мощности неэкономичны. У современного оборудования, например парогазового энергоблока ПГУ-400, расход удельного (условного) топлива - 220 граммов на выработку 1кВт/часа. В Свердловской области четыре станции, у которых расход топлива в два с половиной раза больше: Серовская и Нижнетуринская ГРЭС, Богословская и Красногорская ТЭЦ. С 2011 года запускается рынок мощности, и такая генерация с низким КПД будет неконкурентна. Эти станции надо будет просто закрывать, они не смогут продать свою продукцию, потому что себестоимость высока.

Кроме того, дорогая электроэнергия снижает конкурентоспособность ее потребителей. С этой точки зрения, БАЗ и алюминиевая промышленность Свердловской области, потребляющие электроэнергию Серовской ГРЭС и Богословской ТЭЦ, обречены.

Если мы хотим в принципе решать проблему повышения конкурентоспособности страны, то с такими старыми мощностями нужно расстаться. «Министерство энергетики Свердловской области предлагает половину старых станций вывести к 2020 году и столько же новых ввести. А в Генсхеме ее разработчики учли настроения собственников компаний, которые не стремятся к выводу старых мощностей. Они увидели, что выводить будут мало. Соответственно, и строить надо мало. Такая логика. Конечно, они ничего не хотят выводить, но мы должны их заставить с помощью власти создать механизмы, стимулы», - говорит Алексей Соколов.

Генсхема хотя и утверждена в целом, окончательно еще не сверстана. Но судя по тем цифрам, что приняты и направлены в рамках договоров на поставку мощностей для энергокомпаний, регионы услышаны не были или услышаны не в полной мере. Документ не предлагает массовый вывод и из-за этого теряет модернизационный смысл.

Комментарии

Материалы по теме

Учиться не дышать

На малую надейся

Слабые, но контуры

Колесников и компании

СОБЫТИЯ - 2010

Осторожно и без оптимизма

 

comments powered by Disqus