Преступление против конкуренции

Преступление против конкуренции

Преступление против конкуренции Мобилизация силовиков на борьбу с инфляцией может дать только краткосрочный эффект. Для долгосрочного необходимо изменение законодательства и переориентации государства на экономические приемы стимулирования рынка.

Созданные при прокуратурах комиссии должны бороться с ценовыми сговорами — основной, по мнению государства, причиной роста цен. Это не первая попытка остановить инфляцию нерыночными методами. Недавний громкий пример: прошлой осенью, после того, как основные продукты питания подорожали в отдельных регионах на 40 — 45%, правительство России объявило мораторий на повышение цен до мая 2008 года, а антимонопольная служба начала массовые проверки торговых сетей на предмет сговоров. Превышение супермаркетами предельно допустимых наценок доказано, но в единичных случаях, что  для рынка с высокой конкуренцией норма. А общий результат известен — как только административные ограничения были сняты, цены на товары первой необходимости взлетели. По данным Росстата, прирост стоимости минимальной продуктовой корзины в целом по России за первое полугодие 2008 года составил 20,6%, а, например, в Пермском крае — 34,2%.

Главные ценовые контролеры не оставили без внимания нелицеприятные итоги собственной деятельности. Региональные ФАС активизировались: антимонопольщики возбудили сразу несколько дел по признакам нарушения законодательства о защите конкуренции. Под прицелом оказались пищепром и топливный бизнес. Так, в Челябинской области ФАС ведет разбирательства в отношении Магнитогорской, Чебаркульской и Челябинской птицефабрик: эти предприятия удерживают 90% регионального рынка продажи яиц. По словам руководителя местного УФАС Анны Козловой, дело возбуждено по признакам нарушения статьи 10 закона «О защите конкуренции»: «Предприятия реализуют продукцию за пределами Челябинской области на 5 — 9% дешевле, чем в регионе присутствия, что доказывает злоупотребление доминирующим положением».

В Пермском крае пахнет авиакеросином: в числе потенциальных виновников повышения компании Лукойл-­Аэро и Лукойл-­Пермнефтеоргсинтез, они уже получили запросы о предоставлении в УФАС копий ряда документов. С созданием нового инструмента — межведомственных комиссий с участием МВД — страна вступает в новый этап борьбы с инфляцией силовыми методами. И снова не оставляют опасения: не сможет комиссия победить рост цен. Причем ни формально — как результат ценовых сговоров, ни на деле — как экономическое явление.

Нетвердая память

Главный инструмент в борьбе с ценовыми сговорами — федеральный закон «О защите конкуренции». Опыт, наработки и полномочия применения этого закона есть только у ФАС и ее региональных подразделений. Эти специалисты также входят в состав межведомственных комиссий и, очевидно, станут главными помощниками прокуратур на нынешнем этапе.
Однако в системе доказательств фактов ценового сговора ничего не изменилось. Между тем, чтобы наказать компанию за факт нарушения закона «О конкуренции», необходимо сначала доказать его в суде. Для этого требуется представить судам подписанные и скрепленные печатями протоколы сговоров. «В статье 4 ФЗ “О защите конкуренции” определено, что соглашение — это договоренность в письменной форме, содержащаяся в документе или нескольких документах», — поясняет руководитель Свердловского УФАС Татьяна Колотова. Любопытно, кто-­нибудь видел публичное подписание таких документов? 

На Западе другие критерии. Если компании параллельно повысили цены, а себестоимость производства, как и внешняя конъюнктура, не изменилась, это служит неопровержимым доказательством картельного соглашения. Глава ФАС РФ Игорь Артемьев говорит, что «его ведомство сделает все» для применения такого подхода, и в России в сентябре ожидается рассмотрение целого ряда проектов по антимонопольному законодательству. Но пока корректировки не произошло (а на это могут уйти месяцы), комиссии будут применять закон, не обращая внимания на подобные «мелочи».

Несовершенство законов делает действия антимонопольщиков неубедительными. «Руки ФАС туго спутаны существующим законодательством. Тот же закон “О защите конкуренции” имеет нечеткую терминологию. Рыхлость правовой базы дает существенные преимущества монополистам. Все известные действия ФАС относятся к разряду профилактического устрашения», — оценивает объективную причину бесполезности нового инструмента депутат законодательного собрания Пермского края Никита Белых.

Валенки по цене тюбетейки

Риск согласованных действий между хозяйствующими субъектами особенно высок, с точки зрения УФАС, в нефтяном бизнесе, а также производстве и розничной продаже продуктов питания. Компании этих сегментов обращают внимание: антимонопольщики не хотят считаться с реалиями рынка.

— У чиновников сложился четкий подход к определению справедливой цены. Специалисты ведомств рассчитывают стоимость топлива без учета конъюнктуры. Все нефтеперерабатывающие предприятия покупают сырье по единой цене, затраты на переработку нефти примерно у всех одинаковы, в результате оптовики получают готовую продукцию с равной стоимостью. В связи с этим каких-­то существенных колебаний быть не может и в рознице, — говорит исполнительный директор Российского топливного союза Григорий Сергиенко.

Ритейлеры также считают, что претензии антимонопольщиков имеют мало экономических оснований. «Ценовой сговор возможен, если рынок формируют три-­четыре игрока. В стране практически нет региона и города, где даже оптовое звено работает с признаками монополии или олигополии.

В России доля магазинов сетевого формата на конец 2007 года составляла около 10%. Все остальное — несетевая розница. Например, в Екатеринбурге основные розничные сети по объемам продаж составляют только порядка 15% рынка. Важно учесть, что это 8 — 10 крупных продуктовых сетей. А остальные 85% рынка — десятки небольших сетей и тысячи одиночных магазинов. Поверьте, эти участники рынка договариваться между собой не смогут, да и не будут по определению», — убежден исполнительный директор некоммерческого партнерства «Альянс» (Екатеринбург) Алексей Подоляко.

Не видят смысла в договоренностях и сами ритейлеры. Для тех, кто работает в эконом-­сегменте, низкая цена — один из критериев конкурентоспосбоности. «Ориентиром для выставления цены являются результаты мониторингов», — поясняет директор по закупкам компании «Лента» (Тюмень) Михаил Берлин. Высокая конкуренция в ритейле заставляет компании договариваться с поставщиками о снижении закупочных цен, минимизировать издержки, сокращать непрофильные расходы, создавать системы управления производственными процессами. «Благодаря централизованным закупкам, крупным сетевикам удается устанавливать цены на некоторые товары на 11 —17% ниже региональных», — продолжает Михаил Берлин.

Контролирующие органы, читающие законы буквально, регулятором экономических реалий быть не могут. Главную роль здесь играют рыночные механизмы, в частности классический баланс спроса и предложения, когда цена определяется договором между покупателем и продавцом. «Неважно, какова себестоимость валенок, если мы выставляем их на продажу в Душанбе. Неважно, какая себестоимость тюбетейки, если мы торгуем ими в Якутске. Если сложить все издержки на производство валенок, то их стоимость составит 150 рублей. Но хорошо, если их удастся продать на юге как сувениры за 10 рублей. И это будет справедливая цена, потому что согласия между сторонами не достичь. Элемент регулирования в обязательном порядке должен присутствовать. Но полностью поставить под контроль, например, нефтяную отрасль нельзя. Цена на горючее будет подскакивать весной и осенью, поскольку в эти периоды резко увеличивается потребление», — поясняет проректор по учебной работе УрГЭУ Максим Марамыгин.

Именно поэтому бизнес¬сообщество уверено, что новая комиссия не принесет пользы рынку. «Эти проверки не будут способствовать развитию конкуренции. Главным образом они направлены на запугивание предпринимателей. Государство вмешивается в порядок ценообразования исходя из политических, а не экономических соображений. Это выход государства как участника на рынок со своими правилами игры и манипулирование рынком в собственных интересах. Такие действия имеют долгосрочный негативный эффект, это абсолютно точно. В такой ситуации предпринимателям стоит всерьез подумать о защите своих прав», — утверждает Никита Белых.

И бизнес уже готов защищаться. В ответ на ужесточение контроля со стороны властей бизнес-сообщество формирует рабочую группу, которая займется противодействием превышения чиновниками служебных полномочий. «Четыре общественные организации “Деловая Россия”, РСПП, ТПП и “Опора России” обсуждают возможные варианты работы в этом направлении. Опираться будем на ресурс все той же Генпрокуратуры», — подчеркивает первый заместитель председателя комитета Государственной думы РФ по экономической политике и предпринимательству, сопредседатель общественной организации «Деловая Россия» Владимир Головнев.

Снижаем цены. Недорого

Противники убеждения «силовыми методами растущие цены не остановить» могут парировать: цены же падают. И действительно, 14 и 18 августа нефтяные компании «Лукойл» и «Газпром нефть» снизили оптовые цены на топливо, отпускаемое с их нефтеперерабатывающих заводов. Сделано это, скорее всего, за счет маржи компаний. Цены снижают «во избежание лишних вопросов». Однако увеличение тарифов естественных монополий, повышение стоимости ресурсов очень скоро вынудят предпринимателей отыграть потерянные позиции. И методы устрашения уже не сработают. И чем сильнее власти сжимают инфляционную пружину, используя неэкономические пути воздействия, тем больше риск необузданного роста цен в долгосрочном периоде.

Чтобы снизить рост цен в долгосрочной перспективе, предприятиям необходимо сокращать издержки и увеличивать объемы производства. Если власти хотят помочь этому процессу, то бизнес, конечно, возражать не будет (особенно, если государство начнет разумную политику в отношении естественных монополий). Но воздействие должно быть аккуратным, более точечным. Для моментального эффекта придется использовать механизмы бюджетного инвестирования. Так, в секторе сельхозпереработки полезно применять опробованные мировой практикой дотации, устанавливать высокие ввозные таможенные пошлины на аналогичную производимой в стране продукцию, использовать налоговое регулирование. В топливном секторе стабилизационной мерой может стать увеличение конкуренции на этапе нефтепереработки. «Можно построить новые нефтеперерабатывающие заводы, увеличить долю государственных компаний», — утверждает собственник сети автозаправочных станций «Возрождение Урала» (Свердловская область) Айдар Зарипов.

Примет того, что государство готово действовать экономическими методами, пока нет. 20 августа появилась информация, что в составе УФАС появится дополнительное управление, которое будет заниматься только картельными сговорами (по сути, «горизонтальными» ценовыми сговорами между конкурентами).

Дополнительные материалы: 

Медвежьи подходы

Константин Селянин
Константин Селянин

В контроле силовиков рынок ценных бумаг не нуждается, уверен директор инвестиционно-­финансовой компании «Аккорд Инвест» Константин Селянин

— Я не представляю, как будет осуществляться борьба с биржевыми спекуляциями. Для абсолютного большинства отечественных товаров биржевые цены не играют существенной роли. Практически по всему ассортименту классических биржевых товаров (нефтепродукты, зерно, сахар, древесина, цемент и т.д.) в нашей стране нет единого биржевого рынка. Та же цена на нефть и, как следствие, на нефтепродукты определяется за океаном. Как межведомственные рабочие группы будут влиять на биржевые торги в Нью-Йорке и Лондоне? Для начала внутри страны нужно сформировать работоспособную инфраструктуру для биржевой торговли.

Например, куда более важно бороться с инсайдерской информацией. Но для этого требуется внести изменения в законодательство: существующее правовое поле несовершенно, эффективных барьеров для злоупотреблений нет. Сдерживать инфляцию, воздействуя на рынки ценных бумаг, ошибочно. Комиссия может реагировать на отдельные факты, влиять на общую ситуацию для нее не по силам.

Прокурорские проверки могут быть полезными для устранения фактов откровенного мошенничества. Совсем недавно ФСФР доказала манипулирование ценами акций такой одиозной компании, как РичБрокерСервис (РБС), которую мы склонны относить к недобросовестным структурам с признаками финансовой пирамиды, и наши подозрения в ее недобросовестных действиях появились еще в феврале-­марте этого года. И функционирование РБС можно было остановить гораздо раньше, если бы был налажен обмен информацией между силовыми ведомствами. Ведь мошенники пользуются тем, что обязанные препятствовать появлению финансовых пирамид специализированные ведомства работают отдельно друг от друга.

Я склонен считать, что создание межведомственных групп при прокуратуре нужного эффекта не принесет, и контролирующие органы так и будут работать вразнобой. Гораздо эффективнее и дешевле было бы создание единой информационной базы, в которую бы стекалась информация из различных ведомств.

Подготовила Ольга Воробьева

Под колпаком у государства

Инфляционные процессы разгоняются в первую очередь из-за высоких тарифов и цен на товары и услуги естественных

Алексей Голубович
Алексей Голубович

монополий, считает председатель совета директоров «Арбат Капитал Менеджмент», член Генсовета «Деловой России» Алексей Голубович

— Существует ли необходимость в «сдерживающей рост цен инновации»?

— Не вижу никакого смысла сдерживать цены на продукцию предприятий, не являющихся монополистами (то есть не железнодорожников, производителей газа, электроэнергии, цемента, алюминия). При этом главное — ограничить рост цен на газ, электричество и железнодорожный транспорт. В ВТО Россию все равно в ближайшие годы не примут. Поэтому можно отказаться от выгодной только иностранным поставщикам товаров политике «свободных» цен на газ и  электричество в условиях монополии.

— Имеют ли такие меры сдерживания цен экономическое обоснование?

— На олигопольных и монопольных рынках государственное регулирование цен зачастую необходимо, что и является прямой обязанностью ФАС. Это общепринятая практика, и такие меры экономически обоснованы. Учитывая, что многие рынки в РФ несовершенны по причине низкой концентрации производителей и отсутствия между ними конкуренции, инициативу чиновников с одной стороны можно приветствовать.

Но это теория. На практике все несколько иначе. На мой взгляд, борьбу с ценами начинают не с того конца. Взять, например, текущее противостояние между ФАС и угольщиками. Для конечного потребителя проката себестоимость угля и железнодорожный тариф в тонне приобретенного металла сопоставимы. Поэтому не вполне понятно, почему за рост цен на сталь отвечают только производители угля. Неясно также и слишком пристальное внимание ФАС к ритейлу. Конкуренция в отрасли высокая, к тому же торговые сети постепенно вытесняют из оборота рынки, к которым у властей всегда было много вопросов. В общем, есть небезосновательные опасения, что из масштабной акции получится ловля блох. В таком случае ни бизнесу, ни экономике пользы это не принесет.

Силовые ведомства вообще должны быть лишены права проверять ценообразование, если это не связано с неуплатой налогов. Ценовой сговор во всем мире доказывается документами, которые антимонопольные органы должны получать и изучать в режиме обычной работы с предприятиями.

А для развития рыночных механизмов ценообразования и конкуренции добывать «факты сговора» с помощью обысков и запугивания предпринимателей вреднее, чем переплачивать за товары. Если же правительство хочет использовать силовиков, то целесообразно начать с проверок энергетиков и железнодорожников, изучив их механизмы ценообразования и намеренного неуклонного роста издержек.

— Как можно защитить права предпринимателей, работающих на рынках с низкой концентрацией конкуренции?

— Единственный способ защиты — поощрять и развивать практику оперативного рассмотрения в арбитражных судах неправомерных отказов предпринимателям в доступе к услугам монополистов: ТЭК, транспорт. А также разбираться в случаях, когда власти на местном уровне принуждают бизнес пользоваться услугами конкретных поставщиков, чьи тарифы намного выше среднерыночных.

— А есть альтернативные способы сдерживания цен?

— Можно шире использовать опыт США и ЕС в части принуждения местных монополистов к дроблению или ограничений на поглощения.

Подготовила Ольга Воробьева 

Комментарии

Материалы по теме

Затишье в промышленности и торговле, снижение доходов населения

Объем рынка инвестиционных услуг в России на конец 2006 года составил почти 90 трлн рублей

К европейской самобытности

Страховка для Европы

Самая мечтающая страна

 

comments powered by Disqus