Связанные с небом

Связанные с небом

Связанные с небомПеред зданием группы компаний «Агроинтел» в Заводоуковске, что в 100 км южнее Тюмени, сияет свежей алюминиевой пудрой бюст Ленина: вождя чтят местные пенсионеры. Генеральный директор группы Андрей Чалков не против — уважение к традициям прямо прописано в миссии его компании. Рядом с Ильичом он хочет поставить последнее в его хозяйстве железное орудие для вспашки земли. «Агроинтел» сегодня избавляется от них в массовом порядке. Андрей Николаевич уже придумал эпитафию старым технологиям и собственным прошлым агрономическим взглядам: «Все чем могу. Чалков». Он считает, лишних слов не надо: в растениеводстве по миру идет волна перемен таких масштабов, что говорить некогда.

У нас в сельском хозяйстве всегда царила кампанейщина, выводили «спасительные» для отечества культуры и рекомендовали технологии. Поэтому ко всему революционному в отрасли отношение чисто крестьянское — авось пронесет. Ныне удача для одних и беда для других в том и состоит, что не пронесет. Новая аграрная революция под флагом No-Till и GPS (о них позже) дает шанс всем, в том числе аутсайдерам. Чалков понял это неожиданно (несмотря на талант и долгий опыт агронома старой школы) три года назад. Их хватило, чтобы создать в нашем регионе бизнес на выращивании качественных семян зерновых и бобовых культур практически мирового уровня. Правда, пока только по технологиям: 17 тыс. га, которые сегодня засеваются, даже для российских масштабов маловато. К 2010 году в планах стоит цифра 400 тыс. га. И тогда все будет нешуточно.

Прошлое

Темп роста посевных площадей "Агроинтела", тыс. гаС командой «Агроинтела» мы познакомились в мае этого года в Тюмени во время их учебы по программе МВА. Команда — это, кроме гендиректора Чалкова, председатель совета по стратегическому развитию Виталий Калягин, директор по маркетингу Эдуард Андрианов, коммерческий директор Юрий Щетин, директор по производству Евгений Артемьев. Постигать науку управления они приезжали каждый день за 100 км, несмотря на горячую посевную пору. Такова система приоритетов: учеба — главное, а изучение управления — высший приоритет. Система становится понятна, когда наблюдаешь радикальные перемены управленческих и производственных технологий при освоении No-Till и GPS.

Предыстория «Агроинтела» уходит в 1993 год, когда Андрей Чалков, тогда главный агроном Заводоуковского ОПХ, спас уникальную коллекцию сортов гороха. Ее более 30 лет создавала Ольга Бежанидзе, ученый НИИСХ Центрально-Нечерноземной зоны. После крушения в начале 90-х отраслевой науки Ольга Ивановна сохраняла как могла труд своей жизни на шести сотках личного огорода. В тот момент и пригласил ее к себе в хозяйство Чалков. Сейчас объем инвестиций «Агроинтела» в науку — порядка 10 млн рублей в год, на 40 га только гороха выводится около 6 тыс. разновидностей.

Нынешний «Агроинтел» организован в 2000 году. Чалков и члены его команды, по разным причинам ушедшие из ОПХ, начинали бизнес практически с нуля. Занимались зерновым трейдерством: заложив квартиры, взяли кредит в 250 тыс. рублей, собрали вагон зерна, продали его хлебокомбинату; взяли еще 500 тысяч на два вагона… Так зарабатывались не только первые деньги, но и безупречная кредитная история.

Андрей ЧалковОдним из первых приобретений за счет накопленного капитала стала та самая спасенная в 1993 году научно-производственная структура выведения семян гороха. Логика такова. В семеноводстве критически важно управление жизненными циклами выводимых сортов. Часто бывает, что вновь выведенный продукт отбирает прибыль у не отработавшего еще экономическую эффективность сорта. Или наоборот: в каком-то сегменте образуется провал, быстро заполняемый конкурентами. Поэтому необходимо согласование научно-производственного и рыночного циклов, что и достигалось совместной работой трейдеров и ученых. Но между этими двумя крайними позициями аграрного воспроизводственного цикла зияла пустота.

Пробовали для ее сокращения давать окрестным хозяйствам заказы на выращивание семян, выкупая их по цене вдвое выше рыночной, снабжая ГСМ по льготным ценам, а посевным материалом — бесплатно. Бросили быстро: ни о чем толком договориться не удалось. «Я сам знаю, что при традиционных технологиях существуют только две точки контроля — с выхода в поле и обратно, — объясняет неудачу Чалков. — И никто не дает гарантий выполнения обязательств по качеству и объемам. А экономика в таких условиях в принципе несчитаема. Поэтому мы создали собственную производственную базу».

Для этого постепенно приобрели 5 тыс. га земли ЗАО «Нива»и ЗАО «Южное», одновременно выплатив все их долги по заработной плате и налогам. Для минимизации климатических рисков, способных в один неблагоприятный год выбросить компанию с рынка, стали с перерывами по 50 — 100 км смещать посевы на юг, через Курганскую область до границ с Казахстаном. Получили дополнительно около 12 тыс. га.

Темп роста выручи "Агроинтела", млн руб.Постепенно сложился еще один бизнес с пятью филиалами по региону — снабжение запасными частями. Также создано собственное охранное предприятие — дань российской аграрной специфике.

В результате за пять лет «Агроинтел» вырос из малой трейдерской компании с оборотом менее 10 млн рублей до агрохолдинга (выручка за 2004 год — 220 млн рублей) с полным циклом наука — производство семян — торговля — инжиниринг.

А в этом году в стремительном развитии произошел качественный скачок — засеяно земли втрое больше прошлогоднего. Благодаря активному маркетингу (бесплатным демонстрационным посевам на полях потенциальных потребителей) практически решена проблема сбыта: клиенты, до сих пор недоверчиво смотревшие на молодую компанию, охотно делают заявки на семена нового урожая. Руководство соседних областей предлагает к освоению заброшенные земли уже десятками тысяч гектаров. «Агроинтел» не отказывается: производительность труда его работников выше среднерегиональной в семь раз. И это только первый эффект революционных нововведений в агробизнесе.

Настоящее: революция начинается

В компании есть два заветных слова: No-Till —; технология нулевой обработки земли и GPS — система глобального позиционирования. Общая идея такова: главное средство производства в отрасли — земля, но люди не дают ей рожать, как она может. Посредством интенсивного земледелия (вспашкой, химией и др.) мы насилуем землю, вырываем из нее урожай.

В результате ежегодное выбытие плодородной почвы только после ста лет использования составляет в мире 6 млн га. Так мы скоро совсем останемся без земли. В этом главная причина проигрыша сельского хозяйства другим отраслям. Выход есть. Нужно создавать и поддерживать естественные условия воспроизводства почвы, вернуться к методам обработки, существовавшим во все века, помогающим земле рожать. Но вернуться на новом уровне, который обеспечивают современные технологические системы. А в них произошел переворот: за счет внедрения информационных технологий все силовые агрегаты, орудия обработки земли и сбора урожая, транспортные и складские системы могут быть объединены в производственно-логистический комплекс. Но так как сельское хозяйство по природе своей территориально распределено, а оборудование — подвижно, то управлять всем этим стало возможно только после создания спутниковых систем глобального позиционирования.

— И про нулевую обработку, и про спутниковую навигацию я слышал, — говорит Андрей Чалков, — но все это вместе как-то не складывалось в реальный план.

И экономика вроде сходилась, но что-то должно было щелкнуть в голове, чтобы мы могли сказать себе: отрезаем все путы прошлого и — только вперед. Проблема не столько в экономических резонах, сколько в тех «очках», через которые мы смотрим на мир. Переворот в моей голове произошел в 2003 году, когда мы повстречались с руководителем украинской корпорации «Агро-Союз» Владимиром Хоришко. Он уже внедрил тогда и No-Till, и GPS. Я увидел все это в одном месте работающим. Владимир сделал это для того, чтобы продавать технологии — бизнес у него такой. Но я понял, что это серьезный сдвиг в отрасли, дающий шанс начать с нуля, если только сделать все правильно и с технологической, и с управленческой точек зрения. Это очень важно: ошибка с выбором какой-нибудь лапки у сеялки может обрушить все — технологию, логистику, в конечном счете экономику. Ведь тут как в промышленности создается сложная производственная система, сбалансированность которой должна быть очень высока, особенно в производстве зерна, где даже малая погрешность на больших площадях выливается в огромные убытки. А сделать правильно можно только тогда, когда начнешь все воспринимать с чистого листа, не приспосабливая новое к старым взглядам. Поэтому когда я приехал домой, то первым делом дал указание беспощадно продавать все старое железо.

— Как ни странно, преимущество нашего сельского хозяйства в его убогости, — говорит директор по производству Евгений Артемьев. — Западные фермеры стали заложниками старых инвестиций: менять оборудование даже 30-летней давности там нет никакого резона, оно работает как часы. А нам не за что зацепиться из старого, все обрушилось. Даже то, что земли заросли, работает на новую технологию: они отдохнули от прошлого варварства, набрали немного силы… Поэтому мы не только можем, но и должны закупать только самые современные технологии. Наш пятисотсильный John Dier редко и в Америке встретишь. Чтобы вывезти его, мы решали вопрос с ведомствами, контролирующими экспорт высоких технологий. Особенно забавно было наблюдать за лицами сотрудников наших секретных служб, когда крестьяне пришли к ним просить разрешения на частоты для управления тракторами через спутник…

Команда «Агроинтела»На машинном дворе «Агроинтела» четыре наших «Дона-1500» и три новейших уборочных комбайна John Dier. Евгений объясняет на пальцах: один Dier вместе с GPS стоит чуть больше 10 млн рублей, при этом он по номинальной производительности заменяет четыре «Дона» по три миллиона каждый. К тому же «Дон» треть рабочего времени выгружается, треть — ремонтируется, а John Dier убирает, если потребуется, полные сутки без остановки: GPS может управлять комплексом ночью так же эффективно, как и днем. На «Доне» толком ничего не контролируешь — ни технологии, ни затраты, ни результат. Dier выдает полную картину урожайности каждого метра, отчет о затраченных ресурсах и выполненной работе и все это протоколируется в электронном виде для последующей корректировки технологий. Система оперативной балансировки мощности дает троекратную экономию топлива. GPS окупается за год в расчете на 10 тыс. га только за счет ликвидации пропусков и наложений при посеве — спутник ведет машины с точностью в два сантиметра. Ну и традиционно российский эффект: на четырех «Донах» четыре тракториста (не говоря уже о ремонтных бригадах), имеющих неограниченный доступ ко всему, что льется, отвинчивается и уносится.

У John ничего не отвинчивается, ремонтировать его противопоказано, а все, что уносится, — учитывается. Кроме того, пилот (как теперь называют в компании тракториста John Dier) просто не способен к воровству: это по условиям работы человек другой культурной формации. Получает он больше тысячи долларов, на которые кормится в условиях сельского безденежья весь его род.

Чалков называет наши трактора «техникой трехминутного боя»: обычный норматив расхода запчастей на них — 2 тыс. рублей на гектар, а выходят из строя по два раза на дню. Для сравнения: тех же денег стоят полные программы удобрения и защиты растений, на отсутствие которых жалуется вся отрасль.

Будущее

Конечный экономический эффект от внедрения новых технологий Андрей Чалков определяет как себестоимость в 30 долларов за тонну товарного зерна, что в два-три раза ниже, чем при традиционных технологиях: «Мы станем просто недосягаемы, ибо сведем к минимуму практически все риски — климатические, технологические и рыночные». На вопрос о причинах неширокого использования No-Till и GPS Андрей Николаевич отвечает так:

— Многие знают о новых технологиях и хотят их внедрять. Но тут несколько проблем. Во-первых, все это пока ново. Во-вторых, нет стройной системы трансферта технологий: финансовой, инжиниринговой инфраструктуры (предлагаемые западными компаниями комплексы не адаптированы к нашим условиям). Третье — действия нашего машиностроительного лобби. При всем уважении к отечественным машиностроителям, нашу технику я брать не буду — разорюсь. Я буду брать зарубежную, но за это должен платить по кругу дань почти в треть суммы. Конечно, очень важно, чтобы власти реально помогали. Губернатор Сергей Собянин недавно был у нас и, узнав о том, что мы переплатили в бюджет за новые технологии, тут же дал команду на компенсацию этой суммы.

— У наших людей не хватает терпения, — дополняет Евгений Артемьев, — ждут от новых технологий быстрых чудес и возврата инвестиций за один сезон. А ждать следует довольно существенного падения урожайности — любая резкая перемена в технологиях и управлении не проходит бесследно. Но если быть терпеливым, то лет через пять бизнес не узнаешь: пяти-семикратное увеличение урожайности при существенном снижении затрат будет считаться нормой.

Столь стремительный рост компании параллельно с внедрением принципиально новых технологий столь же стремительно выявляет проблемы. Большинство из них — фундаментального характера. Радикально меняется производственная структура: практически не нужны ремонтные службы, зато необходимы хорошие аналитики, логисты, специалисты по ИТ и т.п. Эволюционирует система принятия решений: большая часть оперативных действий контролируется GPS (возможен сплошной контроль за работой агрегатов из любой точки земного шара). Но тут крайне важно точно выстроить оперативную логистику: например, простой посевного комплекса из-за неритмичности обеспечивающих его работу систем стоит 600 рублей в минуту… Необходимо тщательное планирование основных для сельского хозяйства годовых циклов деятельности: размещения и структуры посевов, распределения ресурсов по году (иногда выгода от покупки ГСМ на месяц раньше покрывает все процентные издержки по этой операции). Но главное, меняются люди: на место душевно неухоженного бедолаги-тракториста приходит пилот — инженер, агроном и любитель классической музыки в одном лице. На резкую смену профессиональных требований накладывается проблема территориальной разбросанности кадров и «отрицательной» корпоративной культуры как следствие общего уныния в отрасли. Все это существенно затрудняет внедрение новых технологий и расширение бизнеса с запланированными темпами.

Останавливаться, однако, нельзя. Андрей Чалков точно определяет причину: «Редко бывают в мире моменты, подобные нынешнему в России. Одновременно происходит массовое перераспределение земли и существенный технологический сдвиг в средствах ее обработки. Не менее важны перемены и в технологиях управления бизнесом: внедрение систем стратегического планирования, комплексного планирования ресурсов, брэндинга и репутационного менеджмента способно в разы увеличить общую эффективность бизнеса. В такие точки перелома строятся великие компании».

Сейчас руководство холдинга совместно со специалистами-консалтерами разрабатывает стратегию компании до 2010 года. Но, по мнению руководителя проекта академика МАИ Константина Смоленцева, создать стратегию мало. Извечная проблема в том, чтобы увязать с ней каждодневные интересы отдельных работников. Для решения такого класса задач в мире придумана концепция Balanced Scorecard (система сбалансированных показателей), которая и будет внедряться в компании.

Для управления всем процессом создан совет по стратегическому развитию.

— Наша стратегическая цель, — говорит его председатель Виталий Калягин, — охватывает не только бизнес «Агроинтела». Например, нам очень важно изменить отношение отрасли к потреблению семенного материала. Сегодня хозяйства половину земель засевают мусором: экономят копейки — теряют миллионы. Мы хотим изменить восприятие инвесторами сельского хозяйства как черной дыры, и не только на примере собственной компании. Это действительно черная дыра, если вкладывать в старые технологии. Инвестор может загореться от созерцания успешного опыта, но если не будет системы передачи технологий, доказавших эффективность именно в наших условиях, ничто не поможет. Поэтому в недалеком будущем мы будем продавать желающим все необходимое для организации бизнеса: аграрные и управленческие технологии, качественный семенной материал, научные консультации, сервис. Планируем организовать совместно с сельхозинститутами программы подготовки специалистов: работе с новыми технологиями нужно учиться с ранней молодости. Все это мы объединяем в рамках нашего комплексного продукта «Природное земледелие». В результате инвестор, который, как правило, плохо разбирается в тонкостях сельского хозяйства, получает полностью прозрачный и высокодоходный бизнес. Прозрачность эта может быть любой глубины: от контроля финансовых потоков до контроля расхода солярки в конкретном тракторе.

…Месяц назад тремстам гостям со всех уголков России на полях «Агроинтела» новые технологии были показаны в деле: машина без участия человека с точностью до сантиметра шла куда надо по сигналам спутника. Наверное, многие воспринимали это как забаву, подобно тому, как в начале прошлого века крестьяне считали забавой замену лошаденки трактором. Ждали на этот семинар человек пятьдесят, а приехало в шесть раз больше — есть интерес. Вся экономика, вся технология, весь опыт налицо. Что еще надо? Видимо, чтобы что-то щелкнуло в голове.

Группа компаний «Агроинтел»

Образована в 1997 году. В настоящий момент включает семь предприятий. Специализируется на выведении и товарном производстве семян зернобобовых и зерновых культур, торговле запасными частями для сельхозтехники и ее сервисе, торговле зерном. Общая площадь обрабатываемых земель — 17 тыс. га. Объем продаж за 2004 год — 220 млн рублей. Численность работающих — 300 человек. Селекция бобовых (гороха) ведется на 40 га по четырем направлениям (кормовом, овощном, продовольственном и декоративном). В России около 130 тыс. га засевается семью сортами гороха, выведенными и произведенными в «Агроинтеле».

Что такое сберегающее земледелие (по материалам Национального фонда сберегающего земледелия)

Это технологии, которые сокращают, изменяют или исключают механическую обработку почвы, не допускают сжигания растительных остатков для сохранения растительного покрова. Сейчас в мире более 400 млн гектаров обрабатываются по системе сберегающего земледелия (в США — около четверти площадей, в Канаде — более половины, в Южной Америке — около 60%). Возможный экономический эффект для России при внедрении сберегающего земледелия: сокращение операционных затрат — на 50 млрд рублей; увеличение производства за счет сокращения паров — на 50%, за счет повышения урожайности — на 15 — 20% (более 30 млрд рублей). Экономия расходов на борьбу с эрозией — 17 трлн рублей. Потребность в тракторах сокращается на 60%, их мощности — на 40%, а срок службы вырастает втрое.

Комментарии

Материалы по теме

Птичьи бега

Предлагают торопиться

На них пахать надо

Надувные шторы для коровника

Переписная кампанейщина

Против ветра

 

comments powered by Disqus