Отжать газ

Отжать газ Россия начнет реализацию решений Киотского протокола: проекты привлечения инвестиций в сокращение выбросов парниковых газов будет отбирать Сбербанк. Условия конкурса не до конца ясны, но сам факт запуска работы внушает оптимизм.

C февраля этого года у российских компаний появится шанс воспользоваться инструментами Киотского протокола (КП) для привлечения инвестиций в сокращение выбросов парниковых газов. Сам документ Россия ратифицировала еще в 2004 году, в 2005-м он вступил в силу, а с марта 2008 года. Минэкономразвития начало принимать заявки на утверждение проектов совместного осуществления (ПСО): отечественным предприятиям доступен только этот инструмент. По озвученным в 2008-м оценкам, ПСО должны были привлечь в экономику России минимум 2 млрд долларов целевых инвестиций (см. «Парник для денег», «Э-У» № 26 от 30.06.08). Учитывая, что на предприятия нашего региона приходится 18% российских выбросов ПГ, Уралу могло бы достаться 360 млн долларов. Бизнес, инвестирующий в модернизацию, не стал упускать момент: в России подготовлено более сотни проектов, около 40 из них прошли независимую международную экспертизу и были поданы в Минэкономразвития (для сравнения: в Индии - 411 проектов, в Бразилии - 156). Но за два года ни один ПСО так и не был утвержден. Казалось, чиновники спустили процесс на тормозах.

Схема: Сценарии управления эмиссией парниковых газов в Свердловской области

Однако за последние месяцы наметился серьезный сдвиг. Самое главное - сформулирована внятная позиция руководства страны по участию в глобальном процессе сокращения парниковых газов за счет внедрения энергоэффективных технологий. На встрече в Копенгагене в конце 2009 года, где обсуждались перспективы пост­киотского соглашения (действие КП ограничено 2012 годом), президент Дмитрий Медведев заявил: Россия готова обеспечить кумулятивное снижение эмиссии СО2 в объеме более 30 млрд тонн с 1990 по 2020 год, что соответствует 25-процентному сокращению выбросов (по обязательствам Киотского протокола, страна не должна превышать показатель 1990 года). Причем президент подчеркнул: этими вопросами «мы будем заниматься независимо от наличия юридически обязывающего соглашения. По одной простой причине - нам самим это выгодно». Кроме того, подписана климатическая доктрина РФ, где декларирована позиция государства в отношении глобального потепления. Это знаковый документ, призванный положить начало выработке климатической политики и конкретных действий, направленных на ограничение эмиссии парниковых газов.

Процесс действительно сдвинулся с мертвой точки. В конце октября прошлого года вышло постановление правительства РФ о реализации ст. 6 Киотского протокола (фактически оно позволяет продавать сокращение выбросов в виде углеродных единиц). Конкурсный отбор проектов будет проводить Сбербанк, который выбран оператором углеродных единиц. Сейчас конкурсная документация проходит согласования в Минюсте, предполагается, что отбор заявок начнется уже в феврале.

Последствия произошедших изменений для бизнеса и региона в целом мы обсуждаем с генеральным директором Уральского центра энергосбережения и экологии Валерием Ануфриевым и его заместителем по международным программам Анатолием Кулигиным.

Оглянуться не успели

- Многое ли Россия упустила за прошедшие два года?

Валерий АнуфриевВ.А.: Совокупный оборот торговли на мировом углеродном рынке за 2008 год достиг 92 млрд евро. Для России, имеющей потенциал в 4,9 млрд евро в год, итог пока нулевой.

А вот на Украине механизм привлечения безвозвратных западных углеродных инвестиций по схеме ПСО уже работает: там стартовало более сотни таких проектов в основном на предприятиях угольной и металлургической промышленности, в энергетике и сельском хозяйстве. Кроме того, по схеме «зеленых инвестиций» Украина получила 280 млн евро в результате продажи 30 млн тонн углеродных квот Японии. В настоящее время готовятся подобные сделки с Германией, Италией и Австрией.

Но ситуация не так уж пессимистична: теоретически у нас есть огромные возможности в оставшиеся три года.
УрФО является одним из лидеров по выбросам парниковых газов среди других округов в России, а Свердловская область - вообще лидером среди всех субъектов (более 75 млн тонн в год). Поэтому округ имеет серьезный потенциал, во-первых, по снижению этих выбросов в результате модернизации экономики и повышения ее энергоэффективности, во-вторых, по возможности привлечения углеродных инвестиций с помощью механизмов Киотского протокола. Перспективными направлениями по дальнейшему развитию ПСО в УрФО мы считаем проекты переработки нефтяного попутного газа, использования биомассы для производства энергии, модернизации металлургических предприятий, утилизации отходов сельского хозяйства.

- Успеют уральские компании, вложившиеся во внедрение экологически чистых технологий, получить выгоду от Киотского протокола за оставшееся время?

В.А.: На сегодняшний день в УрФО разработаны и представлены на утверждение в международных и федеральных уполномоченных органах десять проектов ПСО. Суммарное сокращение выбросов СО2 по всем этим проектам составляет около 18 млн тонн в период до 2012 года, что соответствует привлечению в экономику округа порядка 125 млн евро (5,5 млрд рублей).

А.К.: В соответствии с информацией, полученной от Мин­экономразвития, по тем проектам, которые уже заявлены, зачет углеродных единиц будет вестись с момента подачи заявки. То есть проекты в деньгах не сильно потеряют, просто по времени сдвинутся. Правда, до тех пор, пока не выйдут конкурс­ные документы, трудно говорить о том, как это будет реализовано. Думаю, компании успеют привлечь инвестиции. Тем более в Сбербанке работают специалисты квалифицированные: они стояли у истоков ПСО, продвигали эти механизмы в России.

- Какие последствия повлечет снижение государством совокупного лимита на продажу сокращенных выбросов с 300 до 100 млн тонн?

В.А.: Будем надеяться, что после старта процесса лимит будет увеличен, потому что это безболезненно для российской экономики. И до 2012 года нас никто не ограничивает: Россия вполне может продать треть или две трети своего резерва.

А.К.: Когда мы оцениваем потенциал привлечения инвестиций, цифры получаются очень большие, но на практике мы сможем реализовать не весь резерв углеродных единиц, а только в пределах установленного государством лимита. Это существенно сокращает возможности. Но такие ограничения, наверное, обоснованы: если мы выбросим на рынок огромное количество углеродных единиц, то просто обрушим цены (сегодня на европейском рынке тонна СО2 стоит 13,5 - 14,5 евро).

Таблица 1. Результаты инвентаризации парниковых газов в УрФО

Субъект РФ Период Резерв эмиссий*, млн тонн СО2эквивалента в год  Ежегодный потенциал углеродных инвестиций (без учета программ энергосбережения), млрд рублей
Свердловская область 1990-2006 29,4 9,1
Тюменская область 1990-2002 27,4 8,4
ХМАО-Югра** 1990-2003 3,2 1
Челябинская область 1990-1999 19,8 6,1
       
*на последний год инвентаризации
**с учетом эмиссий от сжигания попутного нефтяного газа в факелах
Источник:Уральский центр энергосбережения и экологии

Инвестор скорее жив

- В 2008 году европейские компании, для которых установлены жесткие квоты на выбросы и существенные штрафы за их превышение, проявляли горячий интерес к покупке углеродных единиц в России. Он не остыл?

А.К.: Европейские банки и энергетические агентства продолжают к нам обращаться. Хотя, конечно, кризис сказался: в Европе также снизилось энергопотребление и потребность в покупке дополнительных углеродных единиц.

В.А.: Сказался не только кризис, но и то, что у нас затянули и усложнили применение механизмов КП. Но если сейчас все наладится, инвесторы пойдут.

- На чем основан ваш оптимизм?

А.К.: Позитивные подвижки уже есть. Например, Свердловская область участвует в проекте Евросоюза по привлечению инвестиций в энергосберегающие программы регионов России. От области нужно предоставить документацию на пять ПСО. Проект продолжится до конца 2010-го, поэтому возможность включиться у свердловских предприятий, занимающихся модернизацией, еще есть.

В.А.: Новые возможности открываются и для малых проектов. Дело в том, что в протоколе есть требование к ПСО: в результате его реализации сокращение эмиссии СО2 должно быть не менее 50 тыс. тонн. Этого не все предприятия могут достичь. Например, если котельную перевели с угля на пеллеты (древесные гранулы), для ПСО этого недостаточно. Выход нашла Германия: там предлагают собирать по 10 - 20 небольших проектов, независимо от времени их реализации и отраслевой принадлежности, создавать управляющую компанию и, объединив сокращение выбросов, продавать углеродные единицы на рынке. Немецкие банки готовы профинансировать такие программные проекты.

Кстати, в Индии опыт реализации малых проектов уже есть. Фирма Osram в трех штатах бесплатно раздавала производимые ею энергосберегающие лампы взамен ламп накаливания. В результате сократилось потребление электроэнергии и снизились выбросы парниковых газов. Это позволило компании продать квоты на мировом рынке. Таким образом, и продукцию прорекламировали, и деньги получили.

Парники на местах

- Встречи по проблемам глобального потепления в Копенгагене пока не дали ощутимых результатов. Тем не менее они заставили активизироваться российские власти, в частности выработать климатическую доктрину. Что в ней наиболее значимо?

В.А.: Уже сам факт выхода доктрины внушает оптимизм. В ней подтверждено то, о чем раньше говорили ученые: потепление идет, и с этим нужно что-то делать. После того, как это озвучил президент, вряд ли у кого-то еще остались вопросы. Теперь климатической проблемой озаботятся и губернаторы, и главы муниципалитетов. Тем более что риски, связанные с потеплением, в УрФО, особенно в ХМАО и ЯНАО, велики. Прежде всего это проблема оттаивания вечной мерзлоты: только по официальным данным, 21% аварий на нефтегазопроводах связаны с проседанием грунта и деформацией опор. Прогнозируется, что при увеличении среднегодовой температуры воздуха на 2 градуса несущая способность свайных фундаментов сократится на 50%. Дальнейшее потепление будет способствовать разрушению стенок подземных хранилищ газа и нефти, оттаиванию аварийных разливов нефти. Это бомбы замедленного действия, и если они сработают, парниковый эффект будет уже кумулятивным.

Анатолий КулигинА.К.: Новая идея доктрины в том, что существенная роль в реализации климатической политики отводится субъектам РФ, муниципальным образованиям, предприятиям. Таким образом, им необходимо будет установить уровень эмиссий в базовом году, отслеживать текущие выбросы и принимать решения в соответствии с обязательствами, принятыми на себя Россией.

Важный тезис - необходимость учета последствия изменения климата в экономике и разработки мер адаптации к ним. Если через 10 - 15 лет изменятся климатические условия, это безусловно отразится на региональных экономиках.

Многочисленные изменения затронут лесопромышленный, агропромышленный, строительный, транспортный, коммунальный комплексы, энергетику, здравоохранение и другие сектора экономики. В частности потепление приведет к сдвигу к северу границ лесной зоны, замене хвойных пород на лиственные. Трансформация режима осадков вызовет изменение нагрузки на гидротехнические сооружения, увлажненность почв, может спровоцировать осушение или заболачивание территорий, сказаться на водоснабжении населенных пунктов, производств и т.д.

Поэтому на региональном уровне уже сейчас необходимо определиться с возможными последствиями, оценить уязвимость к неблагоприятным воздействиям и в долгосрочных планах социально-экономического развития предусматривать меры адаптации к изменению климата. Основой для региональных прогнозов является оценочный доклад, подготовленный Росгидрометом в 2008 году.

Конечно, приведенные в докладе прогнозы вероятностны. Но в любом случае и органам власти, и бизнесу следует быть готовыми. Необходимо также отслеживать, насколько быстро и глубоко происходят такие изменения.

- Как регионы должны готовиться к реализации следующего за Киотским протоколом климатического соглашения?

В.А.: После 2012 года наш резерв по выбросам может сильно сократиться: планируемые обязательства (минус 25% от уровня 1990 года) достаточно жестки. Если не предпринимать никаких специальных действий, то для России в целом и для отдельных субъектов в частности есть угроза невыполнения обязательств. А это чревато для страны значительными штрафами. Реализация программ энергосбережения позволит сократить эмиссии парниковых газов и обеспечит появление определенного резерва углеродных единиц. Киотский протокол в целом и ПСО в частности - это мощный инструмент, стимулирующий энергосбережение, которым нужно пользоваться. Тогда будет проще выполнить повышенные обязательства после 2012 года.

Таблица 2. Заявленные проекты совместного осуществления в УрФО 

  Владелец проекта Единицы сокращения выбросов, тыс. тонн СО2
1 ММК 7523
2 Северский трубный завод 2375,3
3 Группа ЧТПЗ 2354,4
4 НТМК 1753,2
5 СУГРЭС 1079,3
6 Широкореченский полигон 958
7 Северо-Даниловское месторождение (попутный нефтяной газ) 579,5
8 Челябинский полигон 507,7
9 Сухоложцемент 495,5
10 Югон-газ (попутный нефтяной газ) 167,9
 Источник:Уральский центр энергосбережения и экологии

Инструменты Киотского протокола

Проект совместного осуществления (ПСО) - любой проект или мероприятие, приводящее к сокращению выбросов парниковых газов и зарегистрированное в соответствии с принципами КП. Предполагает участие (в виде передачи оборудования, технологии, инвестиций) развитых стран в реализации проектов в других странах-участницах КП, как правило, с переходной экономикой.

Механизм чистого развития - практически совпадает с идеей ПСО, но действует в отношениях между развитыми странами и странами третьего мира.

Торговля квотами - прямая торговля частями установленного количества выбросов ПГ между развитыми странами (не приветствуется, если вырученные средства не инвестируются в проекты по снижению эмиссии).


Комментарии
 

comments powered by Disqus