Налог на вашу голову

Налог на вашу голову

 Иллюстрация - Сергей Айнутдинов
Иллюстрация - Сергей Айнутдинов
Реформа близится к завершению: в Налоговом кодексе (НК) в виде отдельных глав описаны практически все основные виды налогов. Теперь, когда правила игры установлены, начался естественный процесс корректировки законодательства в соответствии с меняющимися экономическими условиями.

Прежде всего изменения касаются ставок. В 2001 году введена единая плоская шкала налога на доходы физических лиц в размере 13%, в 2003-м с 35 до 24% снижена ставка налога на прибыль предприятий, в 2004-м на 2% (с 20 до 18%) уменьшился НДС. В текущем году правительство наконец решилось на реформирование очень сложного и чрезвычайно важного для бюджета источника — единого социального налога (ЕСН): с 35,6% он уменьшен до 26%.

Полреформы — не реформа

Цель реформы ЕСН — снижение бремени для предпринимателей, которые ведут «белый» бизнес, сокращение теневых оборотов. Потери от уменьшения ставки должны компенсироваться путем увеличения налогооблагаемой базы. Правда, пока прогнозы пессимистичны: с января по май общие поступления этого налога в федеральный бюджет составили чуть более 60% к уровню 2004 года.

— Я бы не стал делать из этого однозначные выводы, — предупреждает президент Российской финансовой корпорации Андрей Нечаев. — Мало того, это очень опасная тенденция — оценивать эффект по первому полугодию, не показательному с точки зрения сбора налогов.

Действительно, первые два налоговых периода (квартала) не отражают годовую статистическую картину. Однако по ощущениям предпринимателей уже можно понять, сработает новация или нет. В отношении ЕСН многие сходятся во мнении, что резкого увеличения налогооблагаемой базы за счет появления новых налогоплательщиков не произойдет. (Хотя, безусловно, некий положительный эффект проявится: предприниматели, ведущие дела «по белому», увеличивают на сумму снижения ЕСН зарплату сотрудникам, а значит, растет налог на доходы физических лиц — НДФЛ. За январь — май поступления НДФЛ составили 119,5% к аналогичному периоду 2004 года.)

— Предприятий, которые при любых обстоятельствах платят налоги официально, около 10%. Примерно столько же их никогда не платили и не будут этого делать. А вот остальные 80% находятся в зависимости от ситуации. И надо строить налоговую политику в расчете на этого плательщика, а не пытаться образумить те 10%, которые сознательно не хотят выполнять обязательства перед государством, — убежден генеральный директор центра экономических экспертиз «Налоги и финансовое право» Аркадий Брызгалин.

По мнению исполнительного директора союза потребительского рынка «Альянс » (Екатеринбург) Алексея Подоляко, реформа ЕСН не стимулирует налогоплательщиков: снижения ставки на 9% недостаточно для массового выхода бизнеса из тени. Соответственно полностью компенсировать потери федерального бюджета (по предварительным подсчетам, это более 280 млрд рублей) не удастся:

— Бизнес уводит обороты в тень не по злой воле, а потому что иначе не выжить. По нашим оценкам, доля заработной платы в общих затратах компаний сферы услуг составляет от 40 до 70%: если платить весь ЕСН, предприятия можно закрывать. Мы считаем, что снижение налога на 5 — 10% неэффективно ни для бизнеса, ни для бюджета. Предприятию этого недостаточно, чтобы легализовать зарплаты. Таким образом, главная цель реформы не решается — бюджет недополучает сборы.

Директор консультационной компании «Менеджмент Апгрейд » Алексей Зайцев убежден, что эффект для бюджета достижим только в том случае, если снижение ЕСН будет происходить одновременно с уменьшением ставки налога на прибыль:

— На текущий момент эти ставки примерно на одном уровне: ЕСН — 26%, налог на прибыль — 24%. Если ЕСН будет выше налога на прибыль, то представителям бизнеса станет выгоднее выплачивать заработную плату сотрудникам из чистой прибыли предприятия, которая не облагается ЕСН. Если же ЕСН будет меньше налога на прибыль, ситуация кардинально поменяется: бизнесмены будут завышать зарплату, чтобы снижать налог на прибыль.

Заместитель директора, партнер аудиторско-консалтинговой компании «Листик и партнеры» Константин Игонин подтверждает, что многие его клиенты начали отказываться от схем налоговой оптимизации. Но, с его точки зрения, одними только экономическими стимулами проблему не решить:

— Ставка ЕСН должна обеспечивать целевое назначение этого налога — реализацию права граждан на государственное пенсионное и социальное обеспечение (страхование), а также медицинскую помощь. Поэтому у граждан должно сформироваться доверие к пенсионной системе, системе социального обеспечения, личной заинтересованности работодателя уплачивать этот налог. Тогда работники будут подвигать работодателей к уплате ЕСН.

Глухие телефоны

Экспертная группа «Альянса» направляла предложения в правительство и Госдуму — начать снижение ЕСН до 21% уже в 2006-м и довести его до 15% в 2007-м. Расчеты основывались на итогах сбора налога в 2003 году: тогда реальная ставка, по которой бизнес уплачивал ЕСН, составила 20%.

— Бизнес дает законодателю сигнал о том, какой уровень налога для него приемлем, — продолжает Алексей Подоляко. — Власть может подключить какие угодно силовые методы, но если работать в открытую невыгодно, люди этого делать не будут.

К сожалению, федеральные власти пока не научились принимать в расчет мнение налогоплательщиков. Порой очень важные для бизнеса решения вообще появляются неожиданно, без подготовительной дискуссии. Именно таким образом в середине 2004 года вышло в свет изменение в НК, касающееся базовой доходности единого налога на вмененный доход (ЕНВД): с 2005 года она выросла на 50%. Малые предприятия забили тревогу: не выдержим. Хорошо, что региональные власти, в компетенции которых регулирование этого налога, скорректировали базовую доходность с помощью коэффициентов. Они уже научены горьким опытом: малый бизнес долго оппонировать не будет, просто уведет обороты в тень.

Динамика нагрузки ЕНВД в Свердловской области в зависимости от коэффициентов

Так было в конце 2003-го, когда Свердловская областная дума принимала закон о ЕНВД на 2004 год. Предприниматели пре-дупреждали —; нельзя вводить высокие корректирующие коэффициенты для небольших городов: тамошние палаточники не выдержат нагрузки наравне с екатеринбургскими. Депутаты не прислушались. В результате по итогам первого квартала 2004 года ЕНВД собрали на 35% меньше по сравнению с 2002 годом (в 2003-м году налог на территории области не действовал). Только тогда чиновники вняли доводам предпринимателей, была создана рабочая группа в составе специалистов налоговой службы, представителей бизнеса, общественных организаций, депутатов. В итоге на 2005 год были установлены коэффициенты, с одной стороны, позволившие снизить нагрузку для удаленных территорий, с другой — компенсирующие общее повышение базовой доходности.

Пока данных за первый квартал по ЕНВД нет, но аналитики полагают, что сборы будут раза в полтора выше, чем в предыдущем году. Результат был бы еще лучше, если бы министерство гос-имущества Свердловской области (МУГИСО) не повысило на

30 — 40% коэффициенты к базовым размерам арендной платы за землю. Опять же без учета мнения предпринимателей. В итоге суммарная нагрузка на малый бизнес выросла (см.  диаграмму).

— Нам в МУГИСО сказали: если что кого не устраивает — пусть подходят индивидуально, будем договариваться, — рассказывает Алексей Подоляко. — Но это же почва для коррупции! Надо хотя бы предварительно советоваться, выяснять мнение бизнеса.

Шаг вперед — два назад

Последний пример характеризует типичное поведение государственной власти всех уровней в области налоговой политики. Формально условия налогообложения вроде бы улучшаются, но фактически вести бизнес становится все сложнее.

Так, предпринимательство периодически поднимает вопрос о следующем снижении ставки НДС. Но чиновники будто не слышат, что уменьшение налога на 1 — 2% не облегчит налогового бремени, что нужно прежде всего улучшить администрирование этого налога, в первую очередь — упорядочить схему возврата НДС при экспортных операциях, поскольку бизнес фактически кредитует бюджет. Об этом уже не первый год говорит генеральный директор «УГМК-Холдинг» Андрей Козицын:

— Необходимо прекратить существующую практику возврата экспортного НДС. Сегодня мы можем сделать это только в судебном порядке и через 6 — 8 месяцев. Этот порядок должен быть уведомительным, возмещение необходимо проводить при сдаче декларации.

Константин Игонин считает, что решение этой проблемы откладывается сознательно. Власти расписались в неспособности взыскать налог с фирм-однодневок, со стоящих за ними физических лиц, использующих мошеннические схемы с возвратом НДС:

— Государство переложило все проблемы на тех, кто имел несчастье заплатить НДС таким фирмам. Соглашусь, это допустимо в отношении умышленно преследующих цель неуплаты налога. Но умысел должен быть доказан в рамках уголовного процесса, подтвержден обвинительным приговором суда. Все иные налогоплательщики — добросовестны по определению и не отвечают за неправомерные действия контрагентов.

Другая порочная практика, на которую также постоянно указывают предприниматели, — взимание НДС с авансовых платежей. Генеральный директор компании «Промышленный лизинг » Станислав Захаров даже написал письму президенту России с просьбой обратить внимание на эту проблему:

— Что такое аванс по сути? Мой партнер дает мне своего рода заем. Так где же здесь добавленная стоимость, с которой предприятие должно уплатить государству налог? Это элементарное кредитование бюджета за счет бизнеса, причем беспроцентное. И оно косвенно увеличивает общую налоговую нагрузку.

Что примечательно, Захаров получил обстоятельный ответ из Минэкономразвития, в котором чиновники соглашались с предпринимателем. Однако ничего не поменялось.

Другая проблема — так называемые организационные издержки. Константин Игонин:

— Налоговое бремя — это не только сумма уплачиваемых налогов, но и вся совокупность издержек и рисков бизнеса в связи с исполнением налоговых обязанностей. И с этой точки зрения оно потяжелело. Прежде всего за счет произвола налоговиков при проведении камеральных проверок, подменяющих выездные. Значительные организационные издержки, налоговые риски связаны с некачественным правовым регулированием — дефектами юридической техники, которыми изобилует Налоговый кодекс. Эти минусы если не перевешивают положительное значение снижения налоговых ставок, то как минимум им соразмерны.

Дышло для законника

Итак, обновленный Налоговый кодекс получился весьма противоречивым. И в последнее время этим пользуются сами служители закона.

— В России перестали работать механизмы защиты прав налогоплательщика. Правосознание судей, сформированное после дела ЮКОСа , сильно изменилось, причем в негативную для плательщиков сторону. Суды стали использовать не формально-юридический подход, как это было до 2004 года, а содержательно-фактический, оценивая прежде всего экономику сделки, а не ее правовую модель. И все это под лозунгом борьбы с недобросовестными налогоплательщиками, — утверждает управляющий партнер юридической фирмы «Ардашев и партнеры» Владимир Ардашев.

Такой подход очень беспокоит руководителей крупных холдингов. Именно в этой связи председатель совета директоров Трубной металлургической компании Дмитрий Пумпянский на конференции «Инвестиционный климат в российских регионах. Роль корпоративного управления в развитии бизнеса в УрФО» (июль, Екатеринбург) поднял проблему разработки закона о вертикально-интегрированных структурах:

— В последнее время появился тезис об экономической обоснованности расходов. Но критерии этой обоснованности не определены, что позволяет налоговым органам в разных регионах произвольно толковать эту категорию. При этом могут быть поставлены под сомнение многие расходы, направленные на функционирование хозяйствующего субъекта, в том числе правомерность и обоснованность объединения предприятий, поскольку в законе отсутствует понятие интегрированной структуры или холдинга. Между тем работа многих корпораций построена на основании договоров передачи полномочий единоличного исполнительного органа управляющей компании.

И нередко такой договор рассматривается налоговыми органами как договор на оказание услуг одного юридического лица другому, хотя это совершенно иные по характеру отношения. Фактически предприятие нанимает коллективного генерального директора, который им управляет, и относит данные затраты в уменьшение налогооблагаемой прибыли в соответствии со статьей 264 НК как затраты на управление. Бизнес уже осознал, что если не поднимать эти вопросы публично, придется постоянно нести убытки.

Станислав Захаров убежден: «Должен возникнуть официальный консультативный орган, в который входили бы бизнесмены, юристы, экономисты. Ведь расхлебывать недоработки законодателей приходится нам. Мой бухгалтер говорит, что за четыре месяца этого года сменилось три формы декларации по НДС. Кому это нужно? Ну раз в год еще куда ни шло, но не каждый же месяц!».

Того же мнения придерживаются представили торгового бизнеса Среднего Урала. Союз потребительского рынка «Альянс» уже не раз доказывал властям, что если они будут опираться на расчеты реального бизнеса, то смогут точнее прогнозировать доходы бюджета и эффективнее пополнять казну.

— Бизнес будет лучше относиться к власти, если фискальную политику строить на основе не удушения, а соглашения, — констатирует Алексей Подоляко.

На уровне региона предприниматели нередко находят компромиссы с властью. Но часто этот успех нивелируется решениями, принимаемыми на уровне федерации: пример с ЕНВД — тому подтверждение. Поэтому бизнесу как никогда важно найти эффективные инструменты формирования общественного мнения в сфере налогового права по всей стране.

Дополнительные материалы:

Мораторий на перемены

Ирина Перечнева

Исполнительный директор ЗАО «Уральский финансовый холдинг» Илья Марков считает, что главное ожидание бизнеса после завершения реформы — стабильность законодательства

— Илья Владимирович, как вы оцениваете итоги налоговой реформы? Есть ли ощутимые результаты для бизнеса?

— Реформа системы налогообложения задумана как масштабное экономическое явление. Она не рассчитана на сиюминутный результат, эффект будет понятен через три-четыре года, если, конечно, правила игры снова не поменяются. Бизнес ждет от реформы стабилизации и стабильности, если хотите — введения определенного моратория на изменения после окончания намеченных преобразований. Это главное ожидание. Если все же попытаться оценить результаты сейчас, то они, на мой взгляд, очень противоречивы. С одной стороны, мы видим, что происходит унификация и систематизация налогового законодательства, отменяются местные налоги, общее число налогов и сборов сокращается, снижается в целом налоговая нагрузка на экономику. С другой стороны — имеют место бегство капитала, сокращение компетенции регионов по налоговым полномочиям, проблемы с администрированием налогов и так далее.

— Многие предприниматели считают, что важно сосредоточить усилия не на снижении ставок налога, а на улучшении системы налогового контроля. Вы согласны?

— Не совсем. Я убежден, что НДС надо постепенно снижать. Ведь реальная собираемость этого налога — на уровне 50%. И все это хорошо понимают. Надо прекратить делать вид, что одна сторона полностью контролирует процесс, а другая исправно платит. Необходимо взаимное сближение позиций. При снижении ставки НДС следует учитывать, что это основной источник поступления средств в бюджет. Следовательно, нужно создать механизм повышения собираемости в прямой увязке с понижением ставки налога. Для этого стоит обратиться к международному опыту. Есть страны, где собираемость НДС 95%.

Конец эпохи налогового романтизма

Ирина Перечнева

Налогоплательщики должны слезть с «иглы» оптимизации и начать цивилизованный поход во власть за своими правами

 Владимир Ардашев

Владимир Ардашев
Фото - Андрей Порубов

Обычный формат обсуждения проблем в налоговой сфере — монолог представителей Федеральной налоговой службы или Минфина. Они за деньги разъясняют аудитории на конференциях и семинарах, как трактовать законы, ими же пролоббированные. Екатеринбургская компания «Ардашев и партнеры » впервые попыталась изменить тональность таких мероприятий и провела на Урале уже три дискуссионных профессиональных налоговых форума с участием юристов, чиновников налоговых органов, судей, представителей региональных властей. Об их работе рассказал управляющий партнер юридической фирмы «Ардашев и партнеры» Владимир Ардашев.

— Владимир Леонидович, какова цель налоговых форумов?

— Мы пытаемся консолидировать гражданское общество в лице профессионалов-налоговедов вне зависимости от того, где они работают. Организуя форумы, мы столкнулись с элементарным неверием людей в то, что можно что-то изменить к лучшему в налоговой сфере. Многие, особенно специалисты из властных структур, среди которых немало мыслящих профессионалов, приходят на форум, но боятся высказывать свою точку зрения. В обществе царит страх, неверие и разобщенность. Мы пытаемся научить людей отстаивать свою позицию, не бояться этого делать, и главное — постепенно отказываться от схем уклонения от уплаты налогов. Почти все налогоплательщики уже долгие годы лениво сидят на «игле» налоговой оптимизации, совершенно разучились управлять налоговыми рисками, планировать их. Имея «офшорный» менталитет и бездумно копируя «налоговые схемы», налогоплательщики получают сиюминутную выгоду, при этом совершенно не задумываясь о последствиях и рисках, вызванных новой налоговой политикой государства. Но я убежден, тринадцатилетняя эпоха налогового романтизма безвозвратно ушла.

— Какие практические результаты приносят форумы?

— Мы выстраиваем по всей стране мощную систему лоббирования интересов налогоплательщиков с мозговым центром в Москве, помогаем нашим московским коллегам создавать необходимую критическую массу общественного мнения в работе с депутатами Госдумы, правительством РФ, судьями высших судебных инстанций. Я уверен, что наши форумы, их резолюции и публичные письменные обращения в высшие эшелоны власти вносят свою лепту в построение эффективной и цивилизованной налоговой системы России. Например, обращение Первого уральского профессионального налогового форума в правительство и Конституционный суд, наряду с другими аналогичными обращениями, подтолкнуло судей дать адекватные разъяснения по нашумевшему определению 169 относительно уплаты НДС заемными средствами. Создан очень важный прецедент. Или возьмем законопроект, касающийся совершенствования механизма налогового контроля. Минфин пытался протащить его под шумок через Госдуму в весеннюю сессию, но благодаря массовой негативной реакции со стороны бизнеса этого не произошло. Депутаты прислушались к профессионалам, не пошли на поводу у Минфина и перенесли рассмотрение поправок в НК на осень. И наш Третий форум был далеко не последним аргументом в этом противостоянии. Диалог власти и бизнеса возможен, он идет, и он эффективен.

— Бизнес готов играть в открытую с государством?

— Да, это проблема. Но она носит чисто экономический и ментальный характер. Многие наши клиенты, сформировав солидный капитал, желая сохранить собственность и спокойно жить, уже готовы выйти из «тени», но только при одном условии: если и другие сделают это. Большинство произносит сакраментальную фразу: «Сейчас я плачу с оборота примерно 1 — 2% налогов, а если платить по модели, вписывающейся в закон, то будет в 5 — 7 раз больше. Если мой конкурент будет платить в семь раз меньше налогов, я потеряю рынок!».

— И в чем выход?

— В равных правилах игры на налоговом поле для всех. Ведь удалось же практически создать такой механизм в таможенной сфере.

С трудом, но почти все импортеры бытовой техники стали работать «по белому». Причем крупные ритейлоры сами выступили с инициативами в борьбе с недобросовестными конкурентами.

В налоговой сфере этот путь будет еще тернистее и длиннее. Но постепенно, как это случилось в других странах, все ныне действующие агрессивные схемы налоговой оптимизации уйдут и через два-три года мы будем с ностальгией вспоминать времена налогового «клондайка».

— Какова тема IV, сентябрьского, налогового форума?

— Проблема возмещения «экспортного» НДС и зачета (возмещения) НДС по внутренним сделкам. Сигналом послужила угрожающая судебно-арбитражная практика устойчиво негативного для налогоплательщиков характера. В судах уже давно не работает презумпция невиновности, суд в каждом налогоплательщике видит уклониста. Это очень похоже на социальный заказ. Суды, руководствуясь новым «революционным» правосознанием, стали сильно подыгрывать налоговикам, работая в тандеме с ними, а не с законом.

Комментарии

Материалы по теме

Это тебе не отпуск

Лучшее — враг хорошего

Арифметика роста

Волны осознания

Бремя собственности

Ставка налога на прибыль в Пермском крае будет уменьшена еще на 4%

 

comments powered by Disqus