Куда делся рост

Куда делся рост

Куда делся ростОгромные объемы строительства генерации электроэнергии и сетей регионам уже не нужны — спрос на электроэнергию снизился. Зато растут цены — и на энергию, и на энергооборудование. Игрокам рынка, выстраивающим новые отношения, требуется координация действий и точное прогнозирование инвестпрограмм.

1 июля прекратила существование одна из крупнейших естественных монополий страны — РАО «ЕЭС России». Надобность в энергохолдинге как управляющей компании, контролирующей деятельность сетевых, генерирующих и энергосбытовых предприятий, отпала: реформа отрасли завершается, нет больше монопольной, вертикально-интегрированной энергетики. Есть четко разграниченные монопольный и конкурентный секторы.
Монопольный остается под крылом государства. Это магистральные сети, переданные в Федеральную сетевую компанию (ФСК), и главное диспетчерское управление — Системный оператор. Межрегиональные распределительные сетевые компании объединены пока, до решения вопроса их акционирования, в один МРСК-Холдинг.

В конкурентном секторе генераторам электроэнергии открываются широкие рыночные возможности. По ходу реформы электростанции собраны в отдельные компании — семь оптовых и 14 территориальных генкомпаний. Создана вся инфраструктура для конкурентной торговли электроэнергией. Но ОГК и ТГК, сбытовые компании по-настоящему конкурировать между собой не могли, пока у них оставалась общая «мама» — РАО. Теперь у них появились разные собственники. И энергетика двинулась дальше — строить новые электростанции, ЛЭП и теплотрассы, чтобы были свет и тепло.

Регион успокоился

Как будут развиваться события дальше в энергетике Свердловской области, стало ясно 20 июня. В этот день скорректировано и заново подписано соглашение между РАО ЕЭС и правительством области по развитию электроэнергетики в регионе, заключенное в ноябре 2006 года. По итогам совещания в Москве губернатор Россель дал ряд поручений министерству энергетики и ЖКХ Свердловской области, руководителям генерирующих компаний региона. Будут внесены изменения в областную программу развития электроэнергетики до 2020 года.

Срок действия соглашения продлен до 2012 года. Некоторые намеченные прежде объекты строить не будут. И наоборот, построят те, что раньше не планировали. На­пример, стороны договорились, что идея создания подстанции Караваевской (город Талица, Свердловская область) на 500/110 кВ технологически несостоятельна. Выяснилось, что там важна связка двух смежных сетей: не 500, а 220 на 110 кВ. Новый проект выполнят до конца года, такую подстанцию и строить быстрее. Протяженность линии электропередачи 500 кВ Северная — БАЗ после проведения геологических изысканий изменилась с 240 на 199 км, а стоимость объекта выросла более чем вдвое до 6,357 млрд рублей. Исключено возведение подстанции 220 кВ Сергинская и линии 220 кВ Емелино — Сергинская в связи с изменением планов развития Нижнесергинского метизно-металлургического завода и расторжением договора на технологическое присоединение в январе 2008 года.

Из новых объектов — сооружение линии электропередачи 500 кВ Белоярская АЭС — Емелино с заходами Шагол — Южная для выдачи мощности Белоярской АЭС. На это в качестве платы за техприсоединение будет направлено 2,877 млрд рублей. Также за счет потребителей (Свердловэнерго) ОАО «ФСК ЕЭС» построит заходы воздушной линии 220 кВ Рефтинская ГРЭС — Травянская 1 на подстанцию 220 кВ Анна, строящуюся для электроснабжения нового производства завода Сухоложскцемент. Список можно продолжить.

В результате корректировки соглашения сумма инвестиций Федеральной сетевой компании в развитие магистральных электрических сетей Свердловской области в 2008 — 2012 годах вырастет более чем вдвое, с 11,58 до 24,315 млрд рублей. По МРСК Урала объемы инвестиций тоже увеличатся почти в два раза, на 14,6 млрд рублей.

Вопрос по объектам генерации и в частности по ОГК-1 — особый. РАО продало компанию «под занавес», в последний день работы, поэтому сроки реализации, стоимость проектов и источники финансирования будут уточнены с новыми собственниками.

По словам члена правления ОАО «ФСК ЕЭС» Алексея Маслова, удорожание первоначальных инвестиционных планов обусловлено двумя основными факторами:

— Во-первых, ценовым, инфляционным. В 2006 году, когда составлялся первоначальный вариант программы, мы ориентировались на прогнозы предыдущих трех лет, по которым ежегодный рост цен на стройматериалы и металлоконструкции должен был составлять 9 —15%. В дальнейшем этот показатель подскочил в несколько раз: цемент, бетон и их производные подорожали почти на 100%, металлоконструкции — до 70%. Во-вторых, планы реконструкции энергообъектов приобрели гораздо более серьезное технологическое и инфраструктурное наполнение. Если раньше мы рассчитывали на несравнимо меньшие средства, а реконструкция подстанций подразумевала, скорее, латание дыр, то теперь проводится комплексная длительная модернизация объектов, устанавливается дорогостоящее и надежное оборудование, отвечающее последнему слову техники.

Была и другая причина корректировки соглашения. При составлении инвестпрограмм все регионы Урала старались доказать РАО, что им нужны огромные объемы строительства генерации и сетей для обеспечения высокого роста спроса на электроэнергию, развития экономики. Однако в этом году заявленные темпы увеличения спроса не подтверждаются. Куда делся бешеный подъем потребления 2006 года, с которым мы опередили обе столицы и попали в число энергодефицитных регионов, одним из первых в стране подписавших соглашение с РАО, направленное на развитие электроэнергетики? Замедление роста нигде не афишируется и публично не обсуждается.

Что происходит? Энергетики полагают, что помимо макроэкономических факторов, мирового финансового кризиса действует и совокупность факторов региональных: среди них как теплые зимы, так и внедрение технологий энергосбережения. «Мы не можем пока установить, какую именно долю технологии составляют в снижении потребления, но, безусловно, со временем научимся это улавливать, — говорит член правления ОАО “СО — ЦДУ ЕЭС”, генеральный директор филиала ОАО “СО — ЦДУ ЕЭС” ОДУ Урала Петр Ерохин. — Прогнозирование потребления по заявкам, даже подтвержденным оплатой, оказалось завышено».

Сказывается и стагнация в строитель-стве, и совершенно понятное стремление заявить побольше. Въелась советская привычка: проси 200, дадут 100. Каждый руководитель борется за избыточную мощность. Это делает регион привлекательным для создания новых бизнесов, промышленности, рабочих мест. Такими путями региональные власти стараются доказать, что именно здесь надо строить генерацию, сети, это даст территории возможность развиваться. Но новые собственники пришли в энергокомпании и захотели понять точные параметры, окупаемость проектов. Им не надо ничего «на всякий случай». Должен быть баланс всех интересов: переговоры идут постоянно. Собственники говорят: вы нам докажите, что здесь будет точно такое потребление, тогда мы посчитаем окупаемость, возврат инвестиций, прибыльность проекта и построим станцию. А губернаторы отвечают: да стройте же скорее, иначе не возникнут цементные заводы, титановые долины и прочее, недостаток электроэнергии навредит развитию территории.
В результате переговоров и появляется такой компромиссный документ, как скорректированное соглашение.

— Главное теперь — привлечь в энергетику инвестиций не как можно больше, а ровно столько, сколько необходимо. Потому что это ложится на плечи потребителей и влияет на удорожание системы, — считает глава МРСК Урала Алексей Бобров. — Безудержный рост привлекаемых инвестиций — это непрофессионально, вредно. Поэтому мы уходим от этой политики и в нашем разговоре с потребителями, инвесторами ставим вопрос по-другому: давайте точно определим объем потребления, динамику и тенденции до 2015 года. Некоторые руководители действовали крайне опасно: писали заявки в два раза больше, чем требуется для развития региона. Этой порочной практики больше не будет. Например, в Тюменском регионе уже нет прироста 8 — 10%, заявленного некоторыми предпринимателями: всего 1% с начала года. Алексей Бобров полагает, что кривая потребления электроэнергии и дальше будет расти, но гораздо медленнее.

Промышленные предприятия начинают заниматься энергосбережением, выравнивают пиковые сезонные и суточные нагрузки, снижают расход. Бытовые потребители улучшают коммунальные условия до каких-то стандартов. Но нам еще далеко до Европы, где на квадратный метр тратится электроэнергии гораздо меньше и нормой считается спать при 13 градусах.

Сейчас у нас поразительные расхождения, акцентирует Алексей Бобров: численность населения снижается, а электроэнергии потребляется все больше:

— Не может такого быть! Мы не должны кипятить воду в реке Исети, — говорит глава МРСК Урала. — Как только мы совместно со всеми субъектами рынка определим точные величины потребления, выясним наверняка, сколько инвестиций нам понадобится. Пока эта сумма очень колеблется. Точно МРСК Урала готова задекларировать только 30 — 70 млрд рублей инвестиций до 2016 года. А по этому году объектов будет построено на 6 млрд рублей. Если перелистать планы двухлетней давности, район Академический в Екатеринбурге уже стоит, Дерипаска новый алюминиевый завод в области запустил.

И если бы энергетики понастроили под эти планы мощностей на миллиарды рублей, кто бы за это заплатил? Мы проанализировали по регионам действия компании: если учесть все хотелки до корректировки, то до 2016 года нужно было бы привлечь 150 млрд рублей. То есть, согласно первоначальным размашистым планам, которые давали региональные власти по росту объемов потребления, должны были появиться сетевые инфраструктуры на три новые территории (Свердловская, Челябинская области и Пермский край), а население за восемь лет увеличиться вдвое… Привлечь такой объем инвестиций физически невозможно.

Штабы и штурмы

Кто теперь будет разбираться со всеми этими заморочками с планированием? Какие институты станут определять ситуацию в энергетике региона? Теоретически, как завещали реформаторы, все будет базироваться на двух опорах — повышении качества управления государственными структурами и саморегулировании участников рынка. Управление энергетикой устроится следующим образом. С исчезновением холдинга, бывшего наполовину государственным, роль государства не исчезнет: появятся министерство энергетики РФ и министерства энергетики везде в регионах. Кроме того, постановлением правительства РФ губернаторам предписано организовать штабы по обеспечению энергобезопасности.
Для чего штаб, если будет министр? Оказывается, министр организует повседневную жизнь отрасли. А штаб собирается для того, чтобы предотвратить неправильное развитие энергосистемы или снизить (по возможности до нуля) риски нарушения энергоснабжения. Это такой коллективный разум, объединяющий субъекты энергетики и крупных потребителей для совместной работы. Руководителя штаба назначает губернатор. В Свердловской области им стал министр энергетики Юрий Шевелев.

Постоянно действующий штаб административно будет склеивать все структуры: и те, что выделились из монопольной энергетики, стали частными (ОГК, ТГК), и оставшиеся в ее монопольной части (ОДУ, сети). Если Системный оператор увидит, что ситуация рисковая и возможны отключения потребителей, он инициирует собрание штаба, тот примет решение и разработает мероприятия. В общем, проблем не предвидится: чуть что — штаб, штурм (мозговой, конечно). Президент Института энергетической политики Владимир Милов уверен: «Проблема потери управляемости отрасли надумана теми, кто оборонял монопольную среду и свое телефонное право в ней. Во всем мире, даже в Китае, Таиланде, Южной Африке, я уж не говорю про США и Европу, — везде электроэнергетику принудительно делят на разные компании. Это общемировая тенденция и более эффективная форма организации сектора: вертикальная интеграция влечет за собой монополизм, и тогда вы имеете дело со «стенкой»: одним поставщиком и отсутствием альтернатив.

Проректор по научной и инновационной работе УГТУ-УПИ Александр Бердин полагает: как именно сложится система управления энергетической отраслью, окончательно станет понятно только месяца через два, еще зреют там, наверху, какие-то решения. Но понятно, к чему мы должны стремиться: «Энергосистема должна быть единая, несмотря на то, что части ее принадлежат разным субъектам. И вопрос согласования взаимодействия участников является, на мой взгляд, ключевым для энергообеспечения территории. Это основа стабильности и устойчивого развития». С этим никто не спорит.

За три года знать

Из проблем, которые предстоит решать новой системе управления отраслью, — повышение качества прогнозных работ. Это тоже показала корректировка соглашения. 90% в области прогнозирования закрывало РАО. Теперь эти функции должно выполнять государство. РАО, конечно, оставило после себя стратегические документы развития энергетики: целевое видение до 2030 года, генеральную схему размещения объектов до 2020 года, программы первоочередных мер, строительства и реконструкции мощностей по регионам пиковых нагрузок, пятилетние программы генерирующих и сетевых компаний. Сейчас основная задача — выполнение этих программ в те сроки и в той последовательности, в какой они взаимоувязаны.

Вместо РАО и Росэнергоатома, инвестпрограммы которых согласовывались с государством, на рынке работает много компаний. От срыва их программ пострадают не только энергетические, но и прочие инвесторы, реализующие свои бизнес-планы в разных секторах экономики. Отсюда вторая очевидная проблема — координация и контроль деятельности всех участников рынка.

Для корректировки инвестпрограмм недостаточно статистической информации по росту потребления, полагают в ОДУ Урала. Нужно четко знать и представлять, в каком именно месте, когда и сколько мегаватт надо будет подключить. Бизнес же из коммерческих соображений зачастую скрывает информацию о своем развитии. Но надо понимать, что энергообъекты не строятся быстро: чтобы подключить потребителя, энергетики как минимум за три года должны знать, где он возникнет.

Основной риск

Хочется прояснить и вопрос основного, по Чубайсу, риска — ценового. Он имел в виду в том числе и цены на энергетическое оборудование. Вот как видит происходящее на рынке Алексей Бобров:

— В Европе живут люди очень странные: раз российский человек инвестиционный план на самом высоком уровне декларирует, они ему верят. Западные производители энергооборудования увидели в России огромную потребность в этой продукции. Как и то, что наша промышленность сама эту потребность удовлетворить не в состоянии. Они быстро отреагировали: развернули у себя под наши гигантские планы дополнительные мощности, чтобы мы размещали у них заказы, повысили цены по некоторым позициям до 70 и 100% — спрос же высокий. А сейчас пошли отказы от этого оборудования. Где спрос оказался неплатежеспособным, где выяснили, что нет необходимости в мощностях, погорячились. Нашлись и компании, которые закупили турбины впрок, чтобы нам перепродавать, сейчас они по России торгуют этими турбинами со скидкой.

Пик роста цен на энергетическое оборудование приходится, по прогнозам, на этот год. А в 2009 — 2010-м энергокомпании, есть вероятность, приведут свои инвестпрограммы ближе к реалиям: уточнят сроки покупок, строек, пусков. В итоге рынок сбалансируется. Таким образом, ценовой риск для энергокомпаний отчасти снизится.
В целом же опасность ценового риска в том, что электроэнергия в стране будет только дорожать. Вот каковы наши перспективы на ближайшие четыре года. На заседании 6 мая министр экономического развития и торговли Эльвира Набиулина сообщила о предельных уровнях цен и тарифов на 2009 — 2011 годы. Рост цен на природный газ для населения в 2008 году к 2007 году и в 2009-м к 2008-му — 25%, в 2010-м к 2009-му — 30%. Стоимость электроэнергии для населения в этом году вырастет на 14%, а каждый последующий год — на 25%. Теплоснабжение в этом году подорожает на 17%, дальнейшая динамика по годам: 18%, 18,5% и 20%. Энергетическая составляющая и в продукции будет возрастать, причем существенно. Отсюда возникает мотивация по более эффективному использованию электроэнергии. Вопрос сокращения энергопотребления станет ключевым. Так что прежнего сумасшедшего роста потребления точно уже не будет.

Что в итоге? Инвестпрограммы энергокомпаний столкнулись с проблемой резкого удорожания стоимости оборудования, услуг, материалов. Но вряд ли это поставит их выполнение под угрозу. Оборудование, заказанное в прошлом году и в первой половине этого, будет использовано. А дальше все будет зависеть от реального, рыночного роста спроса на электроэнергию, и цен, которые сформируются.

Схема Структура энергорынка РФ

Дополнительные материалы: 

У нас много рычагов

При значительной административной составляющей пореформенного управления энергетикой самое главное управление

Петр Ерохин
Петр Ерохин

будет осуществляться рублем при помощи механизмов саморегулирования рынка, утверждает член правления ОАО «СО — ЦДУ ЕЭС», генеральный директор филиала ОАО «СО — ЦДУ ЕЭС» ОДУ Урала Петр Ерохин.

— Петр Михайлович, у Объединенного диспетчерского управления Урала будут новые функции в регионе?

— Согласно модели реформы электроэнергетики, мы — один из филиалов ОАО «Системный оператор», закрывающих семь операционных зон по стране. В нашем подчинении восемь региональных диспетчерских управлений, в конце года добавится еще одно РДУ по энергосистеме Башкортостана, и наша операционная зона будет окончательно сформирована. В ней появится еще один филиал Системного оператора — региональное предприятие «Уралэнерготехнадзор» со своими территориальными центрами в регионах. Такова будет модель диспетчеризации.

Теперь по функциям. По сути, ОДУ Урала — это главный управленец энергетикой в операционной зоне. В нее входят энергосистемы Тюменской области, ХМАО и ЯНАО, Пермского края, Свердловской, Челябинской, Кировской, Оренбургской, Курганской областей и республики Башкортостан. Мы по-прежнему управляем режимами. Плюсом к тому нам поручено отслеживать выполнение инвестпрограмм: фиксацию отклонений и изменений, согласование новых. Диспетчеры знают перспективы развития энергосистемы и наиболее узкие ее места: где нужно усилить электрические сети или генерацию. Мы в отличие от сетевых, генерирующих, сбытовых энергокомпаний стоим на страже интересов единой энергосистемы, обеспечиваем ее живучесть. И не допускаем сдвига проектов на более поздние сроки, за исключением произошедших из-за обстоятельств неодолимой силы.

— Как вы можете вмешаться, если собственник не выполняет инвестпрограмму?

— У нас много рычагов. Если субъект осмысленно идет на нарушение сроков строительства энергообъектов, можем обратиться к губернатору через штаб, в министерство энергетики РФ — через наш главный офис в Москве. Спайка государство — Системный оператор — субъекты федерации прописана четко. Но, обращаю ваше внимание, как бы ни была сильна административная составляющая пореформенного управления энергетикой, механизмы саморегулирования рынков — это то, для чего РАО работало десять лет. Правила прописаны и с каждым годом совершенствуются, самое главное управление будет рублем. Работать на снижение надежности энергосистемы субъектам энергетики станет невыгодно: на них в этом случае накладываются серьезные экономические санкции.

С 1 августа вводятся долгожданные рынок мощности, который улучшит управляемость отраслью, и рынок системных услуг. Оказывать услуги начнут не по обязательствам, как сейчас: обязательства требуют финансовых затрат, которые не приносят прибыли, субъект электроэнергетики пытается найти лазейку, чтобы не выполнять их. Рынок сделает услугу платной, но выгодной для бизнес-интересов субъекта. Таких услуг очень много, поэтому рынок будет вводиться поэтапно.

— То есть это ваш рынок?

— Да, этот рынок будет вести Системный оператор как технологический администратор. Ему через систему тарифообразования будут выделяться средства для расчетов с участниками рынка. Экономические расчеты будет вести Администратор торговой системы, который входит в состав Совета рынка.

— ОДУ Урала активно участвовало в корректировке соглашения РАО с правительством Свердловской области о реализации энергетических инвестпрограмм. Сроки проектов меняются значительно?

— В целом колебания плюс-минус один год. Сдвиг вправо происходит потому, что заявлено было большое потребление электроэнергии, которое реально не всегда и везде подтверждается.

— Каково сейчас потребление электроэнергии в регионе?

— Мы планировали по заявкам потребителей, трендам и высоким темпам прироста, наблюдавшимся в прошлые годы, а ситуация не пошла так. Потребление повело себя более спокойно, сильного роста нет. Например, по Тюменской энергосистеме ожидали колоссального роста выше 10%, а потребление там по отношению к прошлому году — всего 102,3%. По Свердловской области потребление приросло с начала года на 3%, по плану ожидались 5 — 6%. Урал с 2002 по 2007 год был впереди всей страны по росту потребления электроэнергии. Сейчас регион успокоился, темп прироста снизился. В Санкт-Петербурге потребление 6,5%, в Москве тоже выше нашего и среднероссийского (4,7%).

Интервью взяла Людмила Колбина

Комментарии

Материалы по теме

Сбыт не приходит один

Игра в разгаре — правил нет

Соглашение между РАО ЕЭС России и Курганской областью подписано

Энергетики определились с планами

Меткомбинатам не хватает энергии

Еще можно договариваться

 

comments powered by Disqus