Худая крыша

Худая крыша Вячеслав Брозовский Почему в США муниципалитет не чинит крыши, люди там ходят на выборы, а в Свердловской области никогда не будет Пикалево, рассказывает глава города Березовский Вячеслав Брозовский.

Mэр Брозовский недавно вернулся с международной конференция «Местное самоуправление в России и США», проведенной Институтом демократии и сотрудничества, Институтом общественного проектирования и Университетом штата Нью-Йорк. Мы расспросили его о сходстве и различиях штатовского и отечественного муниципального управления, особенностях городских бюджетов и сложностях преодоления кризиса.

- Вячеслав Пиусович, в чем принципиальное отличие систем муниципального управления в США и России?

- Самое большое отличие - в количестве избираемых должностей. В Америке нам сказали, что демократии бывает ровно столько, на сколько позволяет человеческая лень. Если людям не лень ходить на выборы прокуроров, судей, то эти должности будут выборными, а если лень - бог с ними, пускай назначают. Там избираются мэр и представительный орган (сенат) - это вещи для нас естественные. Но кроме них в США выборны должности прокурора, шерифа, главы контрольно-ревизионного управления (оно занимается муниципальными финансами), а в некоторых штатах - еще и судьи. Сроки пребывания на всех должностях - четыре года. Такое количество выборных должностей приводит к разнообразию политических процессов и к постоянному публичному контролю за работой первых лиц.
Нам же выборность в среднесрочной перспективе не светит. Мы выстраиваем вертикаль власти: такая у нас административная политика. Да и, видимо, нам лень: вспомните проценты явки населения на избирательные пункты - мэров-то с трудом выбираем, какие там прокуроры...

- А в чем отличия организации работы муниципальных властей?

- У них, как правило, больше муниципальных служащих. Например, в Кингстоне (город в штате Нью-Йорк; 22,6 тыс. жителей) их порядка семисот человек.

В Западной Европе, кстати, та же ситуация: в немецком Бонне, например, на 300 тыс. жителей приходится порядка пяти тысяч муниципальных работников.

А у нас в Березовском на 66 тыс. человек населения - 160: 104 муниципала и 56 человек технического персонала. При том что региональный бюджет нам выписал норму в 100 человек: 75 муниципалов и 25 технических.

- А как вы большее-то количество содержите?

- За счет местного бюджета. Конечно, штатная численность должна быть прерогативой мэра и определяться исходя из реальной потребности. А представительный орган этот процесс призван корректировать: «что-то у вас, господин мэр, чиновников много развелось и ничем не заняты - не сократить ли» или «ваши работники не справляются, очереди постоянные в приемных - не доукомплектовать ли».
В развитых странах именно такая модель и действует. У нас же, хотя муниципальная власть отделена от государственной, численность муниципалов диктуется разнарядкой из регионального бюджета. Это далеко не самый эффективный механизм.

- А круг решаемых вопросов у них шире?

- Как мне показалось, уже. Спрашивал у глав муниципалитетов: часто у вас собирается представительный орган? По закону, говорят, не реже чем раз в полгода, а по факту в среднем примерно раз в три месяца. А наши депутаты собираются каждую неделю!

Наша проблема в том, что население слишком многого ждет от муниципалитетов, обращается туда по всем поводам. Течет крыша - быстрее в муниципалитет писать заявление с просьбой отремонтировать. Но ведь кровля - ваша собственность. Вот есть у вас движимое имущество, скажем, машина, и если завтра у нее кузов проржавеет, вы же не будете писать заявление в муниципалитет!

Во всем цивилизованном мире городская администрация по умолчанию ведает тремя вещами: дорогами, водоснабжением и водоотведением. Остальными вопросами, в том числе и касающимися содержания жилья, занимаются управляющие компании - частные фирмы, которые выбирают и нанимают сами граждане.

- Но у нас ТСЖ тоже давно создаются...

- Но в самостоятельности мы далеко не продвинулись. Администрация Березовского городского округа снова сама создала ТСЖ согласно 185-му федеральному закону («О Фонде содействия реформированию жилищно-коммунального хозяйства». - Ред.), привлекла им деньги из Фонда - на наш город выделено 146 млн рублей. Мы провели ярмарку подрядчиков, чтобы люди могли познакомиться с компаниями, которые, возможно, будут делать им ремонт. Но из ТСЖ приходили только два-три человека в день: не интересуются там такими мероприятиями. На некоторые дома до 13 млн рублей выделено из Фонда ЖКХ - большие деньги. А жильцов это не волнует. Существует всеобщее непонимание, неприятие этой собственности: квартира - моя, а дом - нет.

Пустой бюджет

- А в организации местных бюджетов какие различия?

- Само отношение к бюджетной политике диаметрально противоположное. Мы во время кризиса говорим об уменьшении налогового бремени для облегчения существования предприятий. А в Америке как только ощутили проблемы с падением уровня сборов, сразу пошли на увеличение налогов для выравнивания доходной части бюджета и бюджетных расходов.

Для нас такой подход удивителен - мы пытаемся всячески поддерживать компании, чтобы они не сокращали рабочие места и зарплату исправно платили. Там объяснение другое: способность платить в кризис возросшие налоги - это хороший критерий эффективности бизнеса. Можешь выдержать такую нагрузку - значит, твой бизнес сильный и ты достоин существования на рынке, не можешь - разоряйся на здоровье, увольняй персонал и не заставляй его работать на неэффективном производстве. Американцы, кстати, вообще намного спокойнее относятся к увольнениям, у них и биржа труда реально функционирует, и на пособие по безработице можно прожить.

Там намного больше свободы в управлении налогами на местном и региональном уровне. У нас же 131-й федеральный закон («Об общих принципах организации местного самоуправления». - Ред.) в части бюджетного финансирования выстраивает четкую вертикаль: на местах ничего не остается, все идет наверх, а потом перераспределяется. Поэтому если местный бюджет наполовину состоит из собственных доходов - это уже хорошо. Но по Свердловской области в среднем 60 - 70% доходов местных бюджетов составляют межбюджетные трансферты и дотации, которыми муниципальная власть управлять не может. В Березовском у нас дотаций в структуре доходов 37%, мы стараемся больше работать с нашей собственной налоговой базой.

- Какие у американцев налоги основные?

- Облагаются налогами момент продажи товара или услуги и момент получения дохода, отсюда и основные налоги - sales tax (налог с продаж) и income tax (налог на доход). Налога на добавленную стоимость нет ни в нашей его вариации, ни в европейской (value added tax - VAT). При этом с недвижимости, например, берут налогов немного.

Налог с продаж взамен НДС приводит к разрыву длинных посреднических цепочек, там все честно: одна сделка - один налог. Поставил ты продукцию оптовикам - плати налог, оптовики продали дистрибьюторам - они платят, дистрибьюторы отгрузили товар магазину - еще налог, магазин продает конечному покупателю - и тут налог. Поэтому американский производитель кровно заинтересован в близости к конечному потребителю. А у нас пытаются что-то мутить с добавленными стоимостями. Попробуй введи такую систему - взвоют же, и первым Газпром: он со всех сторон дочками обложен.

А что такое налог на прибыль, мы даже не могли американцам объяснить. Говорим: фирма произвела продукт, продала, получила прибыль, и с нее взимается налог. Они удивляются: зачем на этом этапе у фирмы забирать средства, ведь она может их вложить в дальнейшее развитие производства. А если нет, то у этой фирмы есть владелец, который получит в конце года дивиденды, и тогда и мы возьмем с него за личный доход по полной программе. Так что американский упор на income tax выступает еще и стимулятором инвестиционного процесса.

- А что они повысили в кризис?

- Sales tax серьезно возрос.

- Как он по бюджетам распределяется?

- 20% идет в местный бюджет, 80% - в бюджет штата.

- А какие налоги считаются муниципальными?

- Основной местный налог - на имущество (property tax): федералам от него ничего не идет, штату совсем чуть-чуть.

- И у нас тот же земельный налог целиком идет в местный бюджет.

- Так ведь у них почти вся земля в частной собственности. Мы общались с мэром Кингстона, у него кабинет высоко, из окна почти весь город видно. Говорим, покажите нам муниципальные земли. Оказалось - площади, парки, аллеи. А где земли штата? Как правило, леса, причем есть и частные. А покажите, говорим, нам федеральную землю. Улыбается и тычет на гору: что совсем для бизнеса не подходит, то и остается федералам.

У нас же в Березовском 90 - 93% леса, а весь лес - по закону федеральный, частной земли не более 3%. Немного областных земель - это сельхозугодия, а оставшееся - муниципальная собственность.

Ничейная земля

- Работать с этой землей удается?

- Я пять лет мэр, и помню цифру, когда мы собирали земельных налогов 6 млн рублей. Сегодня это около 40 миллионов.

- За счет чего такой рост?

- Где-то за счет дооформления земли в собственность, где-то - после приведения кадастровой стоимости к реальной: у нас вся земля была страшно недооценена.

Я считаю, только теперь мы наконец-то начали говорить о реальной цене на землю: ее кадастровая стоимость впервые равна рыночной. С одной стороны, благодаря последней кадастровой переоценке, с другой - из-за падения рынка. Еще до кризиса в Березовском с учетом последнего повышения кадастровая стоимость земли была в два раза ниже рынка.

- Возмущений ростом налогов после переоценки земли у вас не было?

- Еще как были. Например, если у владельца металлургического завода в 90 - 100 гектаров в прошлом году было 10 млн платежей по земельному налогу, то сейчас 25. Была у меня такая ситуация с одним нашим крупным налогоплательщиком, стали разбираться, сколько составляет земельный налог в структуре его затрат. Оказалось, 0,006%. Так что не стоит тут возмущаться, не так это страшно для предприятия.

К тому же, производители в региональный бюджет огромный налог с прибыли платят. А раз у нас растут налоги на землю, то прибыль уменьшается, и налог на прибыль, соответственно, тоже. При том что земельный налог - это же себе в дом, в муниципалитет. Правда, тогда это была растущая экономика. Сейчас-то прибыли у многих вовсе нет, а земельный налог они вынуждены платить.

И еще одна несуразность с земельной собственностью. У нас арендные платежи за пользование землей ниже, чем земельный налог. Разве такое возможно в рыночной экономике: я купил землю, заплатил за нее - она должна дешевле мне теперь обходиться. А счета выставляют больше! Никакого стимула приобретать землю в собственность.

Я давно говорю областному правительству: хотите дополнительно миллиардов 10 в консолидированный бюджет области? Приравняйте арендную плату к возросшему земельному налогу. Но пока не решаются - лоббисты от промышленников не дают.

- Много из-за этого теряете?

- Земельный налог на 100% зачисляется в местный бюджет, а от арендной платы 80% идет нам и 20% - в регион. Думаю, из-за этого наш бюджет потерял 25 - 30 млн рублей. Это большие деньги: сейчас после всех секвестров и согласований бюджет Березовского городского округа где-то 880 - 850 миллионов.

- А по бюджетной обеспеченности мы намного отстаем от американцев?

- Бюджет Нью-Йорка, где официально проживает 12 миллионов человек, а со всеми приезжими - около 15, сейчас составляет 69 млрд долларов. Если по пропорции пересчитать, то по нью-йоркским меркам бюджет Екатеринбурга должен быть 271
млрд рублей. А он 19 миллиардов.

Бесконтрольный собственник

- В связи с кризисом что вас больше всего беспокоит?

- Сейчас очень важная тема - насколько власть (государственная, муниципальная) имеет право заниматься регулированием экономики. Помните заявления премьера Владимира Путина в Пикалево: мол, мэр и губернатор ничего не делали для разрешения ситуации. А что они могли сделать, если всеми законодательными актами федеральная власть нас отодвинула от регулирования экономики?!

Мне кажется, федеральная власть пытается снова применять исторические подходы, когда председатель исполкома или первый секретарь горкома партии мог снимать или назначать директоров, давать им прямые указания. И вот теперь они хотят, чтобы мы с той же интенсивностью влияли на ситуацию, при этом не увеличивая государственного вмешательства в экономику и оставаясь на рыночных позициях. Так не бывает.

Что мог сделать губернатор в Пикалево? Ничего! Олега Дерипаску он в жизни не видел. И тем более заставить вот так собственников подписывать документы, не читая их, как это сделал Путин с Дерипаской в Пикалево, губернатор не в состоянии.

- А вот Эдуард Россель в бюджетном послании как раз призывает активно разбираться с неэффективными собственниками.

- Но мы все последние пятнадцать лет говорили о том, что строим либеральную экономику. И я считаю, что силовое разрешение ситуации в Пикалево - не норма.

В Свердловской области при всем желании мы не сможем ничего подобного сделать, нет у нас такого влияния. Вот посмотрите, Уралвагонзавод - крупнейшее предприятие в области, а никак выправить ситуацию административными мерами не удается. А Богдановичский фарфоровый завод? Не получится у региональной власти с неэффективным управлением бороться, да и не ее это заботы. Это проблема конкурентоспособности предприятий.


Комментарии

Материалы по теме

Карт­бланш на реформы

Новый первый

Прирезали

Постарайтесь получить удовольствие

Интересное кино

Страховка от нюансов

 

comments powered by Disqus