Мутные воды

Мутные воды

 Фото - Александр Задорожный
Фото - Александр Задорожный
«За последние три года качество иртышской воды на границе с Казахстаном немного улучшилось: воду, отобранную на приграничном гидрологическом посту, мы относим к классу 4А. Случаи высокого и экстремального загрязнения сократились», — старается привнести оптимизма в наш невеселый разговор Ольга Деманова, начальник государственного Центра по мониторингу загрязнения окружающей среды (Омск). Вода класса 4А квалифицируется как стабильно грязная и очень грязная (она такова во всех створах Омской области). Для сравнения: вода 5го, последнего класса — экстремально грязная. Фактически это уже не вода, а химический раствор.

Завкафедрой экологии и биологии Омского государственного аграрного университета (ОГАУ) Ольга Баженова подтверждает: «Иртыш — наиболее загрязненная сибирская река. Средний Иртыш (это территория России. — Ред.) — в состоянии антропогенного экологического напряжения». Проще говоря, достаточно любого постороннего фактора, усиливающего нагрузку на реку, и ее экосистема вступит в фазу деградации, потеряет способность самоочищаться.

По словам начальника отдела экологии администрации Омска Рината Валитова, городские пляжи, располагающиеся по берегам Иртыша, ежегодно закрываются: очистить реку так, чтобы ее воды не представляли угрозу для здоровья людей, не представляется возможным.

Ловите отходы

Иртыш протекает по территории СиньцзяньУйгурской автономии Китая, Казахстана, России. Но река не знает границ. Тяжелое состояние экосистемы Среднего Иртыша — последствие загрязнения в верховьях.

«В дельте Черного Иртыша, на границе с Китаем располагается Бухтарминское водохранилище. В его северозападной оконечности изза резкого колебания уровня воды возникла угроза органического загрязнения хозяйственнобытовыми и сточными водами. Загрязнение распространяется по всему водоему. А поскольку в нижней части он очень глубокий, отходы аккумулируются в донных осадках и начинается самозагрязнение», — рассказывает Ольга Баженова. 

Вниз по течению, в бассейне Верхнего Иртыша, расположен основной цветнометаллургический узел Казахстана: на территории рудного Алтая, в одном притоке, реке Ульбе, вся таблица Менделеева. В этом же районе стоит крупный перерабатывающий центр республики Усть-Каменогорск, фундамент экономики которого составляют металлургический завод, свинцовоцинковый комбинат и гидроэлектростанция. Цветная металлургия Восточного Казахстана стала применять современные методы и технологии очистки сточных вод (вот источник оптимизма Ольги Демановой). «Но все ГЭС, расположенные на Верхнем Иртыше, производят глубинный сброс вод, отягощенных биогенами, особенно фосфором. Поэтому процесс загрязнения на Среднем Иртыше интенсивнее, чем на Верхнем», — возвращает к нерадостной реальности Ольга Баженова.

Далее по течению Иртыша — Семипалатинск. «То есть прибавьте косвенные последствия испытаний ядерного оружия на семипалатинском полигоне, — подчеркивает Федор Новиков, заместитель председателя Омского регионального отделения Русского географического общества. — Пока феномен гидрологической подземной связи совершенно не изучен и фактически замалчивается». А германский эколог Харальд Калка напоминает о так называемых «мирных» ядерных взрывах, которые устраивались в советский период на территории Казахстана при строительстве каналов.

Наконец, мощным фактором загрязнения выступает сельское хозяйство, исторически развитое в бассейне Иртыша. «Если сточные воды предприятий мы можем подвергнуть очистке, то сточные воды с полей мы очищать не умеем», — объясняет Ольга Баженова.

Новое мышление

«Казахстанская сторона идет навстречу в части организации мониторинга качества вод, выездов наших специалистов МЧС, СЭС, ученых, по предоставлению объективной информации, у нас одни и те же методики, предельно допустимые нормы», — утверждает Ринат Валитов. 

Пожалуй, наиболее весомый результат сотрудничества России и Казахстана — предотвращение загрязнения Иртыша ртутью с павлодарского ПО «Химпром». Рассказывает Федор Новиков: «Утилизация отходов была архинесовершенной. Омские специалисты, выезжавшие для оценки ситуации, рассказывали, что буквально ходили по ртути. Ее колоссальные накопления (геологи сравнивали их с месторождением средней руки) образовались под фундаментом, вокруг предприятия, в озере, расположенном поблизости от комбината. Нависла угроза над всем ОбьИртышским бассейном, даже над канадскими побережьями. После вмешательства арктических государств, российского и казахстанского правительств, администрации Омской области накопления ртути были локализованы: по их периметру устроена глубокая траншея, забитая вязкой глиной. Постоянно проводится забор проб».

Результаты совместных усилий двух дружественных стран — России и Казахстана — говорят о том, что Иртыш, наш общий нерв, еще можно вернуть к жизни. Однако по сей день эти усилия носят в основном несистемный, догоняющий проблемы характер. «Основной принцип международного экологического права — добровольность. Соседи, живущие вниз по течению реки, не могут принудить “верхних” заботиться об их здоровье, они могут лишь взывать к сотрудничеству», — напоминает Ольга Баженова. Вывод: основная задача России и Казахстана — развитие экологического (в том числе бассейнового) мышления соседствующих народов, их властей и предпринимательства.

Комментарии

Материалы по теме

Прочь из усталых городов

Фарс-мажор

Мусорный ветер, дым из трубы

Заводы уступают место

Выгодная экология

Великое переселение

 

comments powered by Disqus