Идём против рынка

Идём против рынка Надежда МартыноваЗаместитель председателя правления МСП Банка Надежда Мартынова считает, что для ускорения роста малого бизнеса государству необходимо больше рисковать, а региональным властям — заниматься финансовым воспитанием как состоявшихся, так и будущих предпринимателей

СП Банк изменил формат поддержки малого бизнеса, сконцентрировавшись на предоставлении кредитных линий под производственные и энергоэффективные проекты. О том, зачем это нужно и что перемены принесут экономике, мы разговариваем с заместителем председателя правления МСП Банка Надеждой Мартыновой.

Мы — банк развития

— Сегодня с малым бизнесом происходят довольно драматичные вещи: предпринимательский климат ухудшается, закрываются ИП. Как эти изменения повлияли на первые результаты работы банка в этом году?

— Действительно, после повышения социального налога число предпринимателей резко сократилось, но наш кредитный портфель растет, и положительный тренд сохраняется. Наибольшее число закрытий пришлось на бизнесменов, работающих в форме ИП. Мы, конечно, поддерживаем и таких предпринимателей, но в большей степени все-таки ориентированы на малый бизнес, который берет кредиты на модернизацию, инновации, программы энергоэффективности. Но я считаю, что необходимо все же работать над повышением финансовой грамотности бизнеса и выводом его из тени: нельзя загонять предпринимателей в частные кредиты.

— Вы сознательно ушли от кредитования торговли, несмотря на то, что она занимает почти половину российской экономики?

— Когда мы только выводили на рынок наши программы, мы поддерживали все. Особенно в период кризиса, когда была установка насытить рынок денежной массой. Но кризис закончился, а господдержка не безгранична, поэтому приоритетным сейчас является именно производственный сектор. Надо сказать, что большинство наших продуктов для торговли и не предназначены: таким компаниям вряд ли нужны кредиты до семи лет. Мы — банк развития. Поэтому должны идти немного против рынка. Чем сложнее проект у предпринимателя, тем более доступные ресурсы он может получить и на более долгий срок. Однако, к примеру, в моногородах и социально депрессивных регионах мы поддерживаем и торговлю в полном объеме. В других регионах предприятия торговли могут получить наш кредит в объеме до миллиона рублей через микрофинансовые предприятия.

Откуда берутся инноваторы

— Сейчас многие называют свою деятельность инновационной, хотя она не всегда является таковой. Как вы проверяете предприятия на инновационность?

— Основная характеристика такого предприятия — подтвержденные патенты. И таких предприятий в стране достаточно: много энергосберегающих проектов, особенно в сфере ЖКХ, много патентов в сфере медицины. Проекты существуют, их просто надо искать и объяснять предпринимателям, повторюсь еще раз — обучать.

— Откуда все эти инноваторы: они организуют компании на волне этого тренда или существуют уже продолжительный срок?

— Зачастую ими руководят люди, пришедшие в бизнес из науки. Они работали в перестройку в НИИ, потом ушли в бизнес и обладают большим научным потенциалом и хорошим опытом. В финальной стадии находится борьба за «Премию Развитие», учрежденную Внешэкономбанком, ее победители будут объявлены на Санкт-Петербургском международном экономическом форуме в июне. На нашу номинацию «Лучший субъект малого и среднего предпринимательства» приходится более трети всех заявок на конкурс. Возраст предприятий разный: я анализировала заявки, там есть компании, которые трудятся и два года, и больше десяти лет.

— Какие требования ставятся перед предприятиями для получения вашего кредита?


— На сегодняшний день мы, предоставляя ресурсы банкам, лизинговым компаниям, факторинговым и микрофинансовым организациям, принимаем риски партнеров. Партнеры принимают риски конечного заемщика. Поэтому у каждого банка требования пока что свои. В перспективе мы предполагаем разделять риски с банками и тогда, естественно, сможем диктовать свои условия.

Рассудит кредитная история

— Возможно ли совмещение ваших программ с программами господдержки, например, гарантийных фондов? Этот механизм оказывает влияние на вашу деятельность?

— Безусловно, гарантийный механизм в России активно развивается, но фонды работают непосредственно с банками-кредиторами. Мне кажется, этот инструмент пока задействован не в полной мере. По данным журнала «Эксперт», по итогам 2011 года капитал гарантийных фондов был оценен в 17 миллиардов, а гарантий они выдали на 16 миллиардов. Такие институты должны давать гарантий хотя бы в четыре-пять раз больше своего капитала. Впрочем, они пока не так долго продвигаются на рынке, впоследствии эффект от их работы должен стать более ощутимым. В случае гарантийных фондов, которые капитализируются за счет государственных средств, изначально ставится задача не допустить убытков, должен быть стопроцентный возврат. Мне кажется, это не вполне верная стратегия. Региональные фонды должны предусматривать определенные риски. Надо активнее использовать международную практику: на Западе риски изначально заложены в таких программах, и это считается нормальным.

— А почему государство боится рисковать? В случае с малым бизнесом риски ведь не те же, что в случае с олимпийской стройкой или горнолыжными курортами на Кавказе.

— На самом деле риски довольно большие, потому что порядка 40% начинающих предприятий не выживают. Должно пройти определенное время, должны произойти изменения в сознании людей, чтобы повысилась выживаемость предприятий. И отношение самих предпринимателей к своим финансовым обязательствам должно стать другим. Не секрет, что среди определенной прослойки бизнесменов бытует утверждение «только трусы платят долги». Должен заработать механизм кредитной истории, который позволит регулировать отношения между предпринимателем и банком на протяжении всей жизни бизнесмена. Если брать Америку, то кредитная история начинается чуть ли не со школьной скамьи. И финансовая грамотность должна повыситься: люди не понимают, зачем платить налоги, зачем зарабатывать себе деловую репутацию. Я думаю, что время перемен не за горами.

— Грамотностью должно заниматься правительство регионального уровня?

— Да, нужна поддержка программ развития на региональном уровне. Я очень много езжу по стране, меня приглашают на бизнес-форумы, ярмарки, и зачастую, спросив, что людям известно о поддержке малых предприятий в их регионе, в 95% случаев я слышу — «ничего». Мне как-то позвонил мужчина, который хотел открыть фермерское хозяйство. Он говорил, что написал письмо в правительство, ответа не получил, ищет заемные. Я спросила, зарегистрировал ли он юрлицо, есть ли устав и так далее. Он отвечает: «Нет. Вот денег дадут, тогда зарегистрируюсь». То есть люди еще не умеют решать даже базовые вопросы ведения бизнеса, и с этим необходимо работать.

— Насколько трудно региональному банку начать сотрудничество с вами?

— У нас есть определенные требования к банкам, продиктованные в основном регулятором и связанные с размером капитала. Второе ключевое требование — это наличие рейтинга надежности. Естественно, мы анализируем все основные риски: и структуру кредитного портфеля, и структуру привлеченных средств, и уровень просрочки. Это стандартная банковская процедура. На сайте банка есть вся необходимая информация, и любой желающий может себя самостоятельно оценить на соответствие программе. Кстати, как показал последний кризис, мелкие и средние банки оказались более устойчивы в моменты нестабильности. Мелкие банки во время кризиса боялись размещать деньги, поэтому сидели на ликвидности и были достаточно устойчивы. Кроме того, средние банки больше открыты к сотрудничеству, они охотнее перестраивают свою деятельность под наши программы. Крупному банку это сложнее сделать: если у него кредитный портфель исчисляется миллиардами, то ему не так интересно перестраивать свои технологические процессы. Но на самом деле это не является серьезным препятствием: все крупные банки федерального уровня с нами работают — было бы желание, тогда ничего нет невозможного.
Комментарии
 

comments powered by Disqus