Небесная канцелярия ни при чем

Небесная канцелярия ни при чем Этим номером мы подводим итог десяти лет, в течение которых выходит «Эксперт-Урал». Застав самое начало цикла глобальных экономических изменений, затронувших все сферы нашей жизни, мы вместе с нашими читателями подошли к его финальной точке, за которой - неизвестность.

Чтобы управлять этой неизвестностью, мы, перефразируя Оруэлла, должны научиться понимать прошлое. Это понимание приходит, когда мы начинаем листать повестку начала нулевых. Контраст с сегодняшним днем, масштабы изменений настолько велики, что это время без всякой натяжки можно сравнить с единственным в российской истории периодом «большого скачка» в рыночных условиях - золотым десятилетием конца XIX века, сформировавшим широко растиражированный образ светлого прошлого дореволюционной России.

Реальность, в которой мы сегодня находимся, если смотреть на нее из 2000 года, вполне симпатична. Принципиально не изменились разве что сырьевая структура экономики, дороги, суды, милиция да кучи мусора, оживляющие природные ландшафты (причем по первым двум пунктам уже можно поспорить). Размах перемен, которые мы и представить тогда не могли, необычайно велик: в 2,5 раза выросли реальные доходы жителей региона, в три раза увеличился поток отдыхающих за рубежом, свершилась тотальная автомобилизация, увеличилась доля сетевой торговли до уровня Восточной Европы, пришли основные мировые гранды сектора FCMG, полностью изменился облик крупнейших городов. С информационного поля исчезли герои вчерашних дней вроде Павла Федулева и ОПС «Уралмаш». Выросла целая плеяда компаний федерального и мирового значения, штаб-квартиры которых находятся здесь, на Урале. Диапазон - от десятка гигантов вроде ТМК и УГМК (да-да, и они тогда представляли собой лишь набор заводов, часто не связанных даже общими собственниками) до примерно сотни средних компаний-«газелей» с оборотом в десятки миллионов долларов, захвативших как минимум рынок России в своих узких нишах. Причем компаний новых, не связанных с административным ресурсом и сумевших выстоять в кризис. Принципиально иным стало присутствие в уральской экономике иностранного бизнеса, даже если не учитывать серьезнейшие проекты освоения нефтегазовых месторождений севера. В Тюмени обосновался мировой «кит» нефтесервиса Шлюмберже, потянув за собой множество «прилипал», международных компаний-смежников. В Верхней Салде заработало совместное предприятие Боинга и ВСМПО-Ависмы. Несколько десятков проектов иностранных компаний поменьше выполняется в Челябинской, Свердловской, Тюменской и других областях. Огромное количество предприятий прошли сертификацию соответствия качества управления стандартам ISO9000, отраслевым стандартам. Большинство топ-менеджеров, по крайней мере на уровне среднего и крупного бизнеса, получили МВА. Принципиально изменился уровень раскрытия информации и защиты прав акционеров в частном секторе. Институциональные инвесторы вроде ЕБРР поддерживают сегодня, в отличие от 90-х, сотни далеко не самых крупных бизнесов.

Изменения коснулись не только частного сектора. Существует расхожая точка зрения - десять лет были потеряны для всего, что связано с государством, оно погрязло в коррупции и занималось лишь выстраиванием вертикали и подавлением инакомыслия. Это очевидно не так. К концу 2008 года две трети учителей в большинстве регионов страны получали зарплату выше, чем в среднем по экономике: в 2006 году таких было менее четверти. Средняя зарплата научных работников по Уральскому отделению РАН выросла с 24 до 45 тыс. рублей только за последние три года. Пермский край, ХМАО-Югра и Тюменская область достигли сопоставимых с западными странами показателей в решении проблемы сиротства.

И сегодняшняя ситуация дает нам не только проблемы, связанные с сокращением финансирования всех социальных статей, но и серьезные возможности: все зависит от того, как на это посмотреть. Вот пример: мы попали в демографическую яму, на дно которой школы уже встали, а вузы нащупают его в ближайшие пару-тройку лет. Здесь кроются замечательные шансы. В конце 30-х годов из-за вызванного Великой депрессией демографического провала в школах США училось в среднем на треть детей меньше, чем десятью годами ранее. В то же время безработица и падение доходов заставили многих высококлассных специалистов пойти в школу на невысокую, но стабильную зарплату. Этот период считается золотой эпохой нью-йоркской системы образования, послужившей в дальнейшем моделью для организации средних школ во всем мире. В дальнейшем поколение 30-х на тех же шоколадных условиях прошло через систему высшего образования и выдвинуло из своих рядов людей, ставших во главе инновационного бума 50 - 60-х. Мы в похожей ситуации: помимо прекрасной возможности отбраковать огромное количество скороспелок с дипломами о высшем образовании за умеренные деньги (процесс уже пошел) появляется шанс обновить преподавательские, учительские, научные кадры. Смешно? Оглянитесь на десять лет назад, тогда тоже многое казалось смешным.

Другая кажущаяся нам сегодня тяжелой проблема: регионы вместе с тотальным падением сборов по налогу на прибыль лишились даже той призрачной финансовой самостоятельности, которая была у них до 2008 года. Конец федерализма? Поищем плюсы. Большинство регионов подсело на бюджетные кредиты: средний долг субъектов РФ к доходам консолидированного бюджета региона составил к 1 марта этого года, по данным Независимого института социальной политики, 25%. Лишь у 26 регионов это отношение 15% и менее. Среди них восемь из десяти уральских. Причем у наиболее сильно пострадавших Свердловской и Челябинской областей это отношение не превышает 10%. Урал и Западная Сибирь практически в полном составе заткнули «кризисные» дыры, не прибегая к большим займам и не перекрывая тем самым себе возможности использования кредитов в будущем - уже на развитие. Чем не повод для оптимизма?

Очевидна и другая проблема - региональные власти поражены управленческим коллапсом: фактически завершена смена губернаторов. Опыт предыдущих смен показывает: минимум год уйдет только на перетряску системы управления. Но кто мог предположить десять лет назад, что практически полностью поменяются властные элиты большинства субъектов и крупных муниципалитетов? И мы получим, наконец, реальный шанс на то, что на уровне страны в числе лучших по части госреформ помимо бесспорного лидера Пермского края появится еще кто-то из уральцев?

Эти примеры можно продолжать. Так вот чтобы через десять лет точно так же удивиться произошедшим в лучшую сторону изменениям, нужно уже сегодня перейти к парадигме позитивного восприятия встающих перед нами вызовов. А дальше, не обращая внимания на то, чего мы изменить не можем, пытаться изменить то, что в наших силах. И не надо списывать все успехи и неудачи по статье «нефть и коррупция» (ни одна из стран-членов ОПЕК за истекшее десятилетие не добилась тех изменений, которые произошли в России). Это все равно что апеллировать к небесной канцелярии.


Комментарии

Материалы по теме

Карт­бланш на реформы

Кооператив «Большой Урал»

Нехорошая ситуация

с БОРу по сосенке

Окна роста

Пермский рай

 

comments powered by Disqus