Небумажные деньги

Небумажные деньги Инвестиционный банкинг уступит место прямому банковскому кредитованию. Однако без работы никто не останется, считает заместитель генерального директора ИФК «Метрополь» Наталья Анненская.

Наталья АнненскаяНе так давно на конференции, посвященной проблемам привлечения капитала, я услышала выступление одного инвестиционного банкира. Пафос был примерно такой: «Господа, кризис закончился, и кто первый выйдет на рынок IPO, тот и побьет всех конкурентов». В зале между тем сидели представители среднего бизнеса, хлебнувшие горя с обслуживанием заемного капитала в 2008 - 2009 годах. Уроки кризиса не извлечены? Все уже забыли о многочисленных дефолтах эмитентов корпоративных облигаций, банкротствах компаний? С этими вопросами я пришла к кандидату экономических наук, доценту кафедры «Ценные бумаги и финансовый инжиниринг» Финансового университета при правительстве РФ, заместителю генерального директора ООО «ИФК "Метрополь"» Наталье Анненской.

Смена модели

- Мое глубокое убеждение: возврата к модели инвестиционного бизнеса, какую мы наблюдали в России в последние 20 лет, не будет. Она в значительной степени базировалась на спекулятивных операциях, на предположении о глобальной недооцененности российских активов и возможности многократного и быстрого увеличения их капитализации без дополнительных капитальных затрат. Во многом это предположение оказалось верным. Но сейчас ценовая асимметрия в основном выровнена, в том числе за счет развития рынка ценных бумаг и активности инвестиционных банкиров. Поэтому в ближайшие годы ожидать роста капитализации российского рынка без серьезных инвестиций я бы не стала. К сожалению, это понимают далеко не все, поэтому мы и слышим подобные выступления.

Большая часть финансистов, работающих на фондовом рынке, - дети «бычьего рынка». Они были весьма успешны в условиях роста, но другого рынка не знают и зарабатывать на нем не умеют. К еще большему сожалению профессионального сообщества, среди нас мало гениев. Поэтому в нынешних условиях предложить клиентам что-то принципиально новое в части привлечения финансирования достаточно трудно. Вот большинство «продавцов» продуктов инвестбанков и продолжают надеяться, что все опять начнет бурно расти, вернется время высоких и легких доходов за счет размещения корпоративного долга на рынке капитала. Не вернется.

В ближайшие годы будет работать в основном модель прямого кредитования. Причина - усиление роли государства в экономике после кризиса. Через прямое кредитование государству проще управлять тем сегментом экономики, который оно считает приоритетным, и укреплять таким образом власть. Эта тенденция наблюдается в посткризисные периоды на протяжении уже трех веков. Когда рынок финансовых инструментов начал схлопываться, большинство участников обратилось за помощью к государству. Под помощью я подразумеваю не только инвестиции, но и принятие определенных нормативных актов и действия со стороны регуляторов рынка. Например, активизация ЦБ РФ на рынке репо в значительной степени купировала кризис ликвидности в конце 2008 года. Поэтому теперь государство имеет право защищать свои интересы и проводить ту политику, которую считает приемлемой (особенно в части компаний, получивших финансовую поддержку в острый период кризиса). Это объективно, с этим надо просто смириться.

- Наталья Евгеньевна, такая тенденция характерна только для российского рынка?

- Думаю, она общая: я смотрю, как ретиво американское правительство стало спасать свою промышленность. Нравится нам это или нет, но мы поднимаемся на новый уровень, и надо переосмысливать влияние государства. Особенно в сфере финансовой индустрии. У нас она очень далеко оторвалась от того, что называется реальным капиталом. Государство понимает, что не регулировать дисбаланс не может: это повлечет за собой катастрофы, в результате которых могут быть ущемлены интересы подавляющей части населения.

В России на смену модели работают еще и фундаментальные причины исторического характера. У нас сложилась модель
финансовой индустрии с доминирующим банковским сегментом, действует континентальная модель права, в которую банковское кредитование и развитие финансовых институтов в формате универсальных банков вписываются весьма органично. А фондовый рынок исторически строился по англосаксонской модели права. Поэтому в России банки и брокерско-дилерские компании, фактически занимающие нишу инвестиционных банков, все время развивались то в противоречие, то в дополнение друг другу. Обратите внимание: все крупные финансовые группы работают в виде холдингов, где кроме финансово-инвестиционных компаний обязательно представлены и банки. Да, они кредитуют брокеров под покупку ценных бумаг, тем самым способствуя надуванию спекулятивного пузыря. Но с формальной точки зрения они все равно банки, выполняющие функцию классического кредитования конечного заемщика, они и регулируются по иным условиям, нежели брокерско-дилерские компании.

Фондовый рынок, конечно, прорвется. Когда я студентам на лекциях говорю, что он существовал в нашей стране даже в условиях диктатуры пролетариата, они мне сначала не верят. А потом легко соглашаются: в СССР всегда были государственные займы, они распределялись по принудительной подписке. Были и маркетмейкеры, ведь займы в Сберкассе можно было купить и продать. И эти бумаги были у многих наших прабабушек и прадедушек. То есть рынок прорывается, даже если его давят как катком.

Поэтому и сейчас работа для спекулянтов останется. Да, ниша будет меньше, но ничего криминального в этом нет. А вот сфера привлечения капитала через создание финансовых инструментов на время сожмется существенно.

Перевод с индустриального на финансовый

- И это означает, что инвестиционные банки исчезнут?

- Вовсе нет. Повторю: рынок прорвется. Те, кто успел заработать в период роста, будут переводить деньги со спекулятивного рынка в сегмент прямых инвестиций. Грубо говоря, зарывать в землю: разрабатывать месторождения, строить заводы, учить людей.

- А кто не успел?

- У нас пока нет достаточного количества растущих частных компаний, чтобы они были понятны частному инвестору. В таких условиях необходимо формировать рынок стабильных инвестиционно привлекательных частных компаний. И для этого надо рисковать. Поэтому инвестиционные банки будут скупать венчурные проекты и выводить их на коммерческую основу. А венчурному инвестору нужно рано или поздно зафиксировать прибыль, продав проект. Для этого надо сделать компанию не только прибыльной, но и максимально прозрачной, что наши инвестиционные банки умеют неплохо.

Другое направление - привлечение банковского финансирования в долгосрочные проекты. Коммерческие банки, которые, как я полагаю, будут играть основную роль в финансировании экономики, не всегда могут работать напрямую с компаниями. А компании, особенно такие, где нет финансистов, часто не очень понимают, чего банки от них хотят. Они говорят на разных языках. Инвестиционные банки должны стать переводчиками с индустриального языка на финансовый. И мне кажется, что эти услуги будут востребованы. Просто инвестиционные банкиры акцент деятельности перенесут на финансовое или стратегическое консультирование. Но здесь есть одна сложность.

Дело в том, что у нас эта деятельность абсолютно не регулируется: частный финансовый консультант ни за что не отвечает. На рынке могут появиться «консультанты» без лицензий профучастников, не подотчетные ни одному из существующих надзорных органов. В этой ситуации до мошенничества один шаг. Считаю, стоило бы ввести какие-то регулирующие меры. За рубежом деятельность финансовых консультантов регламентируется, они несут ответственность.

- Значит, такие способы привлечения инвестиций, как IPO, выпуск долговых бумаг, сойдут на нет?

- Я этого не утверждаю. Крупные прозрачные компании, безусловно, будут и дальше привлекать деньги через долевое и долговое финансирование. Но эти размещения станут уделом избранных. Посмотрите, как сегодня идет размещение долговых бумаг первоклассных эмитентов: книга заявок переподписана в пять-шесть раз. И попробуйте войдите в это поле, которое держат глобальные банки. Там конкуренция жесточайшая, с допустимыми и недопустимыми приемами борьбы.

Защитить маленького инвестора
- Если модель, о которой вы говорите, получит развитие, банки в финансовой индустрии будут доминировать...

- Нашествия коммерческих банков бояться не нужно. В конце концов, наше население больше тяготеет именно к банкам. Хотя бы потому, что в России люди больше верят им, чем брокерским компаниям. Особенно в глубинке. Здесь есть только один риск: увлекшись игрой на фондовом рынке, банки (а при такой модели они будут вести себя более активно и в качестве инвесторов) могут ослабить внимание к процедурам риск-менеджмента. Особенно это актуально, когда мы говорим о банке небольшого размера, который начнет собирать деньги с населения, а потом вкладывать их в какие-нибудь акции пятого эшелона. Сами по себе эти акции неплохи, но для того, чтобы получить прибыль от таких инвестиций, их нужно держать в портфеле лет пять. А населению деньги, если это деньги вкладчиков, надо возвращать сейчас. По­этому если банки не будут достаточно искусны в вопросе гармонизации активов и пассивов, они могут пострадать, а вместе с ними пострадают и их вкладчики.

Для меня более неприятно в этой модели затруднение выхода на рынок маленького инвестора (я имею в виду инвестора, который работает на свою позицию и не получает лицензию дилера, потому что она ему не нужна). Чисто техническое: банки начнут выставлять заградительные комиссии. Банкам, если они пойдут в инвестиционную деятельность, для вовлечения массового инвестора на рынок интереснее развивать такой инструмент, как ОФБУ. И банки будут говорить клиентам: зачем вам самим инвестировать в ценные бумаги, идите в ОФБУ.

- Не могу обойти стороной вопрос о создании в России международного финансового центра. Как вы оцениваете эту идею?

- По приказу можно построить дорогу, трубопровод, мост, здание. Но не международный финансовый центр. Перевести операции удастся, только создав комфортную среду. Вот если среда будет комфортна, то будут и операции достаточного масштаба, чтобы назвать это международным финансовым центром. Поэтому для создания в России международного финансового центра акцент надо сделать не только на строительстве дорог, но и формировании среды. Одна из ее составляющих - коммуникации. Один частный инвестор на семинаре во время Дней финансовой грамотности в Екатеринбурге задал представителям фондовых бирж очень правильный вопрос: «А кто будет нести ответственность за то, что у меня сервер рухнул?». Вот когда серверы не будут рушиться, и инвесторы придут, и центр будет.

Комментарии

Материалы по теме

О, сколько нам «Открытий» чудных

Учиться не дышать

Инвестиционное Дао

СОБЫТИЯ - 2010

Призрак пирамиды

Новые герои

 

comments powered by Disqus