Равнение на худшее

Равнение на худшее

Представление россиян о демократии крайне расплывчато: пока продолжается экономический рост, людей будет устраивать любая политика правящей элиты. В этих условиях изменить ситуацию способна только сама власть.

Прошедшие выборы президента России уже повлекли за собой перестановки в региональных элитах. Одна часть губернаторов меняет состав правительств своих субъектов, другая — ждет возможной отставки. О том, как российское общество воспринимает новые политические сдвиги, «Э-У» рассказал директор «Левада-центра» (Москва) социолог Лев Гудков, посетивший Екатеринбург в рамках конференции «Современная Россия: путь к миру — путь к себе», организованной Гуманитарным университетом.

Лев Гудков
Лев Гудков, директор «Левада-центра» (Москва)

— Лев Дмитриевич, насколько происходящая в стране передача президентской власти соответствует представлениям россиян о демократии?

— Электоральный процесс — лишь один из элементов демократической системы, он не может ее замещать. Если отсутствует разделение властей, электоральная процедура просто отражает расстановку сил, и выборы в этой ситуации — машина для легитимации тех, кто назначен. Другой вариант: процесс отражает мнение преобладающей части населения, более консервативной и менее образованной. Так было в Индии, где первые выборы после обретения независимости привели к власти не демократические, а реакционные группы. И у нас у людей нет ясного понимания, что такое демократия.

— Почему так происходит?

— В первую очередь сумятица в головах связана с отсутствием элиты, которая могла бы воспринять эту модель, адаптировать ее к российским условиям и вносить идеи в массы. Кроме того, заявленные в Конституции институты просто не работают. Впрочем, общество это не смущает: оно готово к тому, что выборы могут проводиться с нарушениями и фальсификациями. Пока идет экономический рост, люди ожидают, что получить что-то можно только от партии власти — поэтому поддерживают ее, а не конкурентов. В этом смысле сильно различаются центр и периферия. Бедные деревни и малые города чрезвычайно страдают от распада советской системы, поэтому они надеются на государство и голосуют за партию власти. В крупных городах поддержка «Единой России» значительно, примерно в полтора раза, слабее. Но периферия фактически гасит возможность изменений.

— Можем ли мы оказаться в ситуации двоевластия? Возможен ли раскол в обществе и правящей элите?

— Пока трудно сказать, будет у нас сильный премьер или сильный президент. Очевидно, что Дмитрий Медведев представляет собой креатуру Владимира Путина, выдвинут по его рекомендации или назначен в результате баланса неких теневых интересов различных кланов. Но это решение еще не вылилось в структуру власти, распределение компетенций, полномочий или прав. Тем более непродуктивно спрашивать об этом общество, поскольку оно менее компетентно, чем эксперты (журналисты или политики). Ясно одно: люди надеются, что будет сохраняться прежний курс и подразумевают под ним прежде всего некоторый рост благосостояния. Представление о том, как разделятся полномочия между двумя ключевыми фигурами, в головах у людей пока туманное.

— От Медведева ждут нового курса?

— Есть определенные группы, которые надеются на то, что Медведев будет проводить более либеральную политику. Эта надежда основана на лозунгах, которые он провозглашает: инновации, правовое государство, борьба с коррупцией. Но дело в том, что любой правитель в России что-то обещает, это способ легитимации власти. Определенно можно сказать, что существует объективный конфликт интересов между силами, стоящими за Медведевым и Путиным. Насколько влиятельны те или иные силы — оценить невозможно, поскольку распределение позиций еще не началось. Тем не менее явные конфликты внутри элит налицо, их выплески мы видели в войне спецслужб. Причем общество не рассматривает эти конфликты как реальные экономические нарушения: люди убеждены, что жить по закону в России просто нельзя. Когда открывается какое-то громкое дело, за ним всегда мерещится подковерная борьба. Власть для россиян определяется неформальными отношениями, а не законом.

— К чему готовиться регионам?

— Очень большая часть губернаторов в подвешенном состоянии: их положение зависит от расстановки сил наверху. Кстати, значительная доля населения, порядка 60%, считает, что губернаторов нужно выбирать: это делает их более ответственными перед обществом и федеральным правительством.

— Какие сценарии социального и политического развития нас ждут?

— Это зависит от того, насколько влиятелен сам Медведев. Внутри элиты существуют разные точки зрения, но она всегда будет вести себя крайне консервативно и сервильно по отношению к победителю. В принципе у элит есть собственные интересы и представления о модернизации страны, отходе от сырьевого сценария. Но если эти идеи не воспримет руководство, российская элита с легкостью пожертвует ими ради сохранения собственных позиций. Будем ждать открытого конфликта интересов сил, стоящих за Путиным и Медведевым. Более предпочтительный, с моей точки зрения, сценарий — возвращение к правовому государству, постепенная реализация норм Конституции, усиление автономности суда, возвращение парламенту контрольных функций. Другой сценарий предполагает победу части силовиков и усиление конфронтационной политики, новый виток перераспределения собственности, развитие националистической риторики.

— Общество воспримет это спокойно?

— Пока будут сохраняться высокие цены на нефть — да. Опасность в том, что благоприятная экономическая ситуация откладывает реализацию реформ. А это очень серьезные реформы: пенсионное обеспечение, собственность, ЖКХ, армия. Люди ждут их, но пока готовы примириться с существующим положением вещей. Почему? Просто оценка в нашем обществе построена не на представлении о лучшей жизни, а на страхе худшего. Пока не стало хуже — общество будет терпеть.
 

Комментарии

Материалы по теме

Прецедент или инцидент

Матрешка на распутье

Тупик народной воли

Кого президент пошлет

Закатать миллиарды

Соединяя звенья

 

comments powered by Disqus