Быстро и категорично

Быстро и категорично Рынок слияний и поглощений (Мergers and Аcquisitions, M&A) принято считать важным индикатором состояния экономики: его движение указывает на скрытые резервы и возможности. Какие изменения внесет кризис в сложившиеся тенденции, на что следует обратить внимание потенциальным участникам M&A? Эти вопросы эксперты в области слияний и поглощений - консультанты, юристы, владельцы и менеджеры компаний - обсуждали на конференции «Покупка и продажа бизнеса в 2009 году», организованной в Екатеринбурге журналом «Эксперт-Урал» и аудиторско-консалтинговой группой «Листик и партнеры».

Брак и расчет

Количество сделок M&A в УРфО в 2008Состояние рынка слияний и поглощений иллюстрирует статистика. По данным Mergers.ru, в 2008 году количество сделок M&A в России снизилось на 11% (в 2007 году - на 7%), в стоимостном выражении рынок упал на 12%. Сравните: в рекордном по объемам 2007 году он вырос вдвое. «Основные сделки пришлись на первое полугодие-2008, во второй половине в основном мы фиксировали заявления о резком снижении стоимости сделок, а также о расторжении ранее заключенных договоренностей», - объясняет управляющий директор проекта Mergers.ru Юрий Игнатишин. По его словам, в 2006 - 2007 годах наиболее серьезная активность отмечалась в топливно-энергетическом комплексе и металлургии. В 2008-м 30% самых крупных сделок пришлось на металлургию, 16% - на энергетику. Вывела вперед металлургов масштабная сделка между РУСАЛом и Норильским никелем, а также ряд покупок российских металлургических компаний за рубежом. Активность в энергетике связана с аукционными продажами активов в рамках реорганизации РАО «ЕЭС России». По количеству сделок, как и в предыдущие годы, лидером остается сфера торговли и услуг.

Уральский федеральный округ по количественным показателям занимает четвертое место в России после Центрального, Северо-Западного и Приволжского. На его долю в 2008 году пришлось 7% сделок. Всего в 2008 году на территории округа заключено 87 сделок, по оценкам Mergers.ru, на 5 млрд долларов. На среднероссийском фоне регион выделяется большим количеством сравнительно некрупных сделок стоимостью до 50 млн долларов. Лидерами на Урале, как и в целом по России, оставались сферы торговли и услуг (по 13 сделок), на втором месте - металлургия и финансы (по десять сделок). 

Юрий Игнатишин, Андрей Ильясов, Александр Меренков 
 Юрий Игнатишин, Андрей Ильясов, Александр Меренков

Очевидно, что экономический спад изменит эту картину. «С нашей точки зрения количественная активность снизится незначительно, а вот стоимостные объемы упадут как минимум на 25 - 30%», - прогнозируют Юрий Игнатишин.

Новая мотивация

В последние годы российский рынок M&A активно толкали вперед мегасделки, которые становились следствием особенностей либо ситуации (в 2007 году - продажа активов ЮКОСа, в 2008-м - реорганизация РАО ЕЭС), либо развития отдельных отраслей. «Почему рынок M&A во многом зависел от именно энергетических и топливных компаний? Потому что у них было мало возможностей роста внутри России: концентрация высока, а договориться с крупнейшими игроками очень сложно. Компании вынуждены были расти за счет привлечения иностранных партнеров в капитал или, наоборот, покупки зарубежных активов», - считает Юрий Игнатишин. Сегодня для акционеров этих компаний задача роста перестала быть первоочередной. Мегасделки вероятны лишь в результате реализации интересов государства и контролируемых им компаний.

В новых условиях созрела новая мотивация, прежде всего у продавцов. Если раньше наиболее распространенной целью продажи актива служило желание собственников зафиксировать прибыль, то сейчас владельцами скорее будет двигать необходимость отдать бизнес за долги. «До кризиса предприниматели покупали и продавали компании, потому что хотели продолжить экспансию, сейчас это результат возникших финансовых трудностей с акцентом на реструктуризацию или распродажу активов», - констатирует старший менеджер, глава практики бизнес-консультирования в Екатеринбурге компании КПМГ Андрей Ильясов.

Изменился и ход сделки. На стадии переговоров происходит резкое снижение предлагаемых цен. Яркая характеристика рынка последних двух-трех лет - неадекватно завышенные мультипликаторы (множители для быстрого вычисления стоимости компании, применяемые обычно к выручке, прибыли, активам). Сегодня амбиций поубавилось. «До кризиса страховая компания оценивалась примерно в 1 - 1,3 годового оборота, который выражается в собранной годовой премии, сейчас - максимум 0,25 - 0,3», - приводит пример генеральный директор страховой компании «Северная казна» Александр Меренков. 

Андрей Каюрин, Мария Вершинина, Александр Каленюк
Андрей Каюрин, Мария Вершинина, Александр Каленюк

Понятно, что не все готовы к такому повороту. «Произошел разрыв между ожиданиями. Продавцу сложно осознать, что его компания стоит в 2 - 2,5 раза меньше, чем, скажем, полгода назад. Даже при значительном снижении стоимости у потенциальных покупателей есть опасения, что приобретаемые ими активы не будут в достаточной мере эффективны и прибыльны, - убежден Андрей Ильясов. - Вероятнее всего, этим можно объяснить тот факт, что на Урале с начала года не закрыта ни одна сделка объемом более 1 млн долларов».

Серьезно корректируются и методики оценки бизнеса. Вопрос «как считать» становится ключевым, потому что привычные формулы перестают работать. По мнению Александра Каленюка, директора по инвестициям «Норум» (управляющая компания фонда Capman Russia, Москва), сегодня мультипликаторы - не что иное, как качественное предположение о потенциале роста конкретной индустрии и уровне риска бизнеса. Важнейшее место в анализе стоимости отводится качеству менеджмента: «Потенциал роста и качество менеджмента становятся синонимами. В большом дефиците менеджеры с предпринимательской интуицией и предприниматели с навыками управления рисками. Инвесторы давно пришли к выводу, что никакое количество денег не способно компенсировать отсутствие механизмов стратегического анализа и планирования».

Андрей Ильясов обращает внимание на серьезные изменения в механизме проведения сделок: «Раньше инвесторы готовы были платить 100% деньгами. Сейчас, когда уровень активности частных капиталов упал, чаще применяется обмен акциями, использование векселей». По его мнению, в условиях неопределенности, непонимания реальной стоимости бизнеса, его способности генерировать доход, будет востребован earn-outs - способ покупки компаний, при котором цена складывается из двух составляющих: фиксированной суммы в момент покупки и дополнительных платежей, которые зависят от достижения определенных показателей (выручки, прибыли и так далее).

Отраслевая структура сделок M&A на Урале

Изменится и процесс продажи, считает Ильясов: «Раньше он был многоступенчатым, с участием в сделке нескольких покупателей, а сейчас зачастую сделка происходит с участием только одного заинтересованного покупателя». Эту особенность подтверждают практики. По словам вице-президента по кредитным рискам финансовой группы «Лайф» (Москва) Ярослава Алексеева, на оценку рисков при покупке его группой Банка24.ру осенью прошлого года, в самый пик финансового кризиса, ушла всего неделя, а на принятие решения со стороны совета директоров - три дня (см. «В одной лодке», с. 12).

В зоне компетенции

Если в отношении схемы и структуры сделок консультанты могут более или менее предметно спрогнозировать сценарии, то на вопрос, что конкретно стоит покупать в ситуации «налетай, подешевело», однозначных ответов немного.

Андрей Ильясов рекомендует не увлекаться инвестициями в неключевые для компании направления - слишком высок риск неточных прогнозов: «У вас просто может не оказаться той экспертизы, которая позволит с этим активом эффективно работать. Сейчас никто не может гарантировать, что актив, который вы купили, не упадет в цене уже завтра. Покупки лучше делать в той индустрии, с которой вы хорошо знакомы».

Александр Каленюк внимательно смотрит на сферы деятельности, которые традиционно устойчивы к общему экономическому спаду: медицинские товары и услуги, импортозамещение, экспорт. Но инвестор никогда не пренебрегает и пострадавшими от кризиса отраслями, поскольку его интересует конкретная компания. Такая компания сегодня должна обладать как минимум разумным уровнем долговой нагрузки, операционной эффективностью, свежими идеями роста в новых условиях. Этот рост в частности может быть обеспечен и через финансирование посредством сделок M&A, правда, при условии, что реципиент способен стать консолидатором регионального или федерального рынка.

Ценовые диапазоны и стоимостный объем сделок M&A в Уральском федеральном округе

Кандидатам на продажу консультанты советуют не вставать в позу «умру, но не отдам». По мнению Ильясова, в конечном итоге общая формула на сегодняшнем рынке слияний и поглощений может быть такова: те, кто могут покупать, скорее всего, выиграют, а тем, кто задумался о продаже, разумнее соглашаться. «Реструктуризацию, продажу непрофильных активов сегодня стоит рассматривать как способ вывода компании из кризиса наравне с оптимизацией затрат. Это два направления, которые могут улучшить ситуацию», - считает Андрей Ильясов. Только так можно остаться в живых и увидеть завтрашний день.

Пять крупнейших сделок M&A в УрФО в 2008 году:

Покупатель Объект Отрасль Цена, млн долларов Доля Вид Направление
Fortum ТГК-10 Энергетика 1 732 81.1% Поглощение Горизонтальная
Enel ОГК-5 Энергетика 1 002 15.7% Консолидация Горизонтальная
Новолипецкий металлургический комбинат Макси-Групп Металлургия 600 51.0% Покупка Горизонтальная
ТНК-BP  Нижневартовская ГРЭС Энергетика 343 25%+1 Влияние Вертикальная
Челябинский трубопрокатный завод Первоуральский новотрубный завод Металлургия 200* 23.0% Консолидация Горизонтальная
* Экспертная оценка            
Источник: Mergers.ru (Слияния и Поглощения в России)      

Дополнительные материалы: 

На уровне интуиции

Борис КарнауховПри продаже компаний малого бизнеса не стоит слишком увлекаться расчетами, главное - избежать психологических ошибок, уверен управляющий партнер консалтингового партнерства «Легальный бизнес» Борис Карнаухов.

Статистике и анализу поддаются в основном крупные и публичные сделки, именно они входят в исследовательские базы слияний и поглощений. Между тем на рынке совершается немало сделок купли-продажи предприятий малого и среднего бизнеса. Информация о них, как правило, никуда не попадает. Выявить изменения в этом сегменте можно только на основе практики. Ею с нами поделился Борис Карнаухов, управляющий партнер консалтингового партнерства «Легальный бизнес», одного из первых профессиональных посредников в продаже готовых компаний на Урале.

- Борис Владимирович, что сейчас происходит в сегменте продажи объектов малого и среднего бизнеса?

- Стагнация. Сделок практически нет. При этом ситуация очень интересная. Владельцы заводов-газет-пароходов осторожно закидывают нам информацию: нет ли желающих приобрести их бизнес? Но они категорически против занесения их в информационные базы. «Если что, мы готовы, конечно, но мы такие гордые и дорогие», - говорят они. Единственный сегмент, в котором активно идут сделки, это микробизнес стоимостью от 1 до 5 млн рублей из сферы услуг: салоны красоты, сауны, кафе. На мой взгляд, покупают такие объекты предприниматели, которые осенью во время паники вывели деньги из банков и сейчас срочно ищут им применение.

- Как происходит оценка стоимости бизнеса? В чем ее особенность?

- В отличие от рынка M&A в большей степени интуитивно, по принципу нравится или не нравится. На этом уровне самое главное - не морочиться по поводу расчета годового оборота, а избежать чисто психологических ошибок. Одна из главных - изначально завышенная цена, по которой выставляются объекты. Понятно, что бизнес по такой цене сразу не продается. Объект стоит. Человек посидел, подумал и пошел с новым уже более справедливым предложением. А у него снова не покупают, но уже по другой причине. Потенциальный покупатель думает: раз фирма так долго не продается, что-то с ней не то, слишком уже подозрительно, не буду рисковать.

- В чем отличие целей таких сделок от M&A?

- Владельцы крупного бизнеса, как правило, покупают активы для развития. В малом бизнесе покупатель чаще всего плохо представляет себе объект, он просто инвестирует средства. Уже потом ему приходится разбираться в новом деле, вкладывать в него еще и душу.
Подготовила Ирина Перечнева

В одной лодке

Ярослав АлексеевСпособность команды генерировать денежный поток и общность ценностей - вот главные составляющие успешной сделки приобретения активов в банковской сфере, считает вице-президент по кредитным рискам финансовой группы «Лайф» Ярослав Алексеев.

Серьезным опытом покупки банковских активов в России на данный момент обладает финансовая группа «Лайф». В нее входят шесть банков: три приобретены в условиях роста экономики, два (калужский Газэнергобанк и екатеринбургский Банк24.ру) - в разгар финансового кризиса. Вице-президент по кредитным рискам группы «Лайф» Ярослав Алексеев рассказал «Э-У» о принципиальных подходах в реализации сделок слияний и поглощений.

- Ярослав, какова история банковских приобретений группы «Лайф»?

- Первая сделка, покупка екатеринбургского ВУЗ-банка, проведена в 2003 году. На тот момент у акционеров Пробизнесбанка, составляющего основу группы, не было единого понимания, как с помощью такого актива создать дополнительную стоимость, многие считали, что такие приобретения стоимость убивают. Поначалу так и было.

В первый год мы потеряли всю команду ВУЗ-банка, значительную часть клиентов, не смогли нормально управлять издержками. Постепенно эти проблемы снимались, бизнес-процессы отстраивались, и новая команда смогла обеспечить хорошие финансовые результаты. Сейчас ВУЗ-банк вырос в 11 раз, его активы составляют около 12 млрд рублей. Мы набрались опыта, и когда приобретали второй региональный банк «Экспресс Волга», таких катастрофических последствий уже не было.

И приобретение в 2007 году Ивановского областного банка оказалось успешным. К началу 2008 года пришло понимание: мы обладаем неплохой компетенцией в сфере анализа финансовых компаний и банков, управления рисками. И когда появилась возможность поучаствовать в санации проблемных банков, мы решили ею воспользоваться.

- Каков ваш подход к оценке стоимости банковского бизнеса?

- До середины прошлого года собственники банков, которые пытались избавиться от своих активов, все время говорили о мультипликаторах. Мы же, анализируя эти банки, никак не могли понять, к чему эти мультипликаторы привязывать, что считать стоимостью банка, является ли наличие капитала и прибыли определенным критерием оценки бизнеса. Дело в том, что большинство частных банков в России за последние десять лет так и не стали самодостаточным бизнесом, который может существовать за счет внутренних источников. Банки вроде бы растут, а прибыли по большому счету нет. Поэтому мы изначально решили ориентироваться не столько на капитал, сколько на другие критерии: управленческую команду, ее потенциал, способность бизнеса иметь денежный поток. Для банка это выражается в способности привлекать клиентов и зарабатывать на них операционную маржу. При этом мы на практике убедились, что мало понимать, какую доходность команда получала раньше, какие имела технологии. Нужно еще, чтобы люди придерживались общих ценностей группы. Не хороших или плохих, а просто общих. Если команда их не разделяет, эффекта не будет.

- Когда в конце прошлого года группа «Лайф» купила Банк24.ру, рынок ожидал, что в кратчайшие сроки будет проведена реорганизация через присоединение к какому-либо банку группы. Ну хотя бы потому, что в Екатеринбурге у группы уже есть один банк. Почему принято решение оставить Банк24.ру в качестве самостоятельного участника?

- Это часть нашей концепции. Мы покупаем банки не для того, чтобы повысить капитализацию, а потом продать, как это делают инвестиционные банкиры. Мы покупаем, чтобы зарабатывать деньги. Наша задача - сделать так, чтобы приобретаемые нами банки могли генерировать прибыль. Поэтому мы не стремимся в обязательном порядке проводить реструктуризацию через присоединение. Конечно, бывают ситуации, когда это делать приходится. Но в основном как раз из-за разных взглядов. В случае с Банком24.ру у нас много общего.

- Вы покупали Банк24.ру на пике паники на рынке. Какие риски вы тогда считали наиболее серьезными?

- Банк24.ру на момент покупки несколько недель не проводил платежи. Конечно, мы учитывали возможные негативные последствия, в том числе и репутационного характера, которые могут повлиять на генерацию денежного потока. Но для нас гораздо важнее было сохранить команду, в первую очередь ту, которая занимается кредитованием. Потому что ее потеря - более чудовищный риск, чем, к примеру, риск ненадлежащего формирования активов. Если обанкротился один заемщик, мы знаем, как вернуть эти деньги, но если уйдет команда - получим более серьезные последствия.

- Можно ли сейчас оценить эффективность сделок по покупке банков в рамках программы санации?

- За счет покупки Банка24.ру и Газэнергобанка мы получили в группу дополнительно порядка 15% активов и примерно такой же процент новых точек. В итоге наша региональная сеть составляет уже почти 200 отделений в стране. Сделку приобретения Банка24.ру считаем очень удачной, потому что банк не только показывает положительную динамику, но и приносит группе конкурентные преимущества. В первую очередь к ним относится очень хорошая технологическая платформа. Именно поэтому было принято решение оставить Банк24.ру, единственный в группе, на своей платформе.

- Ваш прогноз перспектив рынка слияний и поглощений в банковской сфере.

- По большому счету этот процесс еще не начался. Готов поспорить, что в ближайший год количество банков существенно уменьшится, может, даже на порядок. Мы за последние несколько лет рассмотрели в общей сложности около 30 банков на предмет покупки. Практически все они представляют собой некий бизнес, который собирал деньги с населения и вкладывал их в проекты акционеров. Именно такие банки в ближайший год будут пачками сливаться, поглощаться или лишаться лицензии. Их собственники будут готовы продаваться за очень небольшие деньги и даже еще приплачивать, чтобы избавиться от проблемных активов.

Подготовила Ирина Перечнева

Комментарии

Материалы по теме

Учиться не дышать

Обратный вектор

Не спрашивайте у Яндекса

Призрак пирамиды

Просто университет

Новые герои

 

comments powered by Disqus