Газ и тормоз одновременно

Газ и тормоз одновременно

Бизнес инвестировал в молочные проекты, однако условия, которые должны обеспечить развитие производства, государство не создало 

Александр Бахтерев25 декабря агрохозяйство ОАО «Каменское» (входит в Группу Синара) ввело в строй новую молочнотоварную ферму в селе Позариха Каменского района (Свердловская область). К концу текущего года после выхода фермы на проектную мощность в ней будет 3 тыс. голов дойного стада. Таким образом, во всем агрохозяйстве поголовье крупного рогатого скота достигнет 6,9 тысячи, сообщил генеральный директор «Каменское» Александр Бахтерев. Ферма оснащена современным оборудованием фирмы Westfalia (Германия), обеспечивающим максимальную автоматизацию и минимальные энергозатраты. Расходы на строительство комплекса составили 683 млн рублей, 38% из которых - федеральные и региональные субсидии. Новые мощности позволят увеличить валовой надой в хозяйстве до 20,5 тыс. тонн молока в год.

Современная ферма в Позарихе для хозяйства вторая, первая - на 600 голов дойного стада - появилась в деревне Черноусово в 2008 году. После реализации нового проекта «Каменское» выдвинулось среди сельхозпредприятий Свердловской области на второе место по валовому производству молока после СПК «Килачевский».

Прошлый год в России отмечен падением объемов производства молока, повышением закупочных цен и ростом доли импорта молочной продукции. Тенденция крепнет. Одной из причин сокращения поголовья и производства, как утверждают в Молочном союзе, стал неурожай 2012 года, из-за чего сильно подорожали фуражное зерно и комбикорма. Прибавились к этому инфляционные издержки по топливу, удобрениям и другим статьям расходов. Ситуацию обострили опоздания с выплатами дотаций от государства. Между тем бо?льшая часть молокоперерабатывающих предприятий - инвестиционные проекты, которые еще не окупились. Все это привело к тому, что молочники стали ощущать колоссальный дефицит денег.

Производители молока экономили на всем, включая корма, многие вынуждены были снизить объемы производства или вовсе прекратить работу. А «Каменское» ввело в строй еще одну новую ферму.
И здесь отнюдь не считают, что «попались».

Вход - рубль, выход - два

- Александр Петрович, цена на товарное молоко выросла за год почти на 30%, производителей это радует?

- Я рад, что цена молока-сырья растет, что мы наращиваем объемы.

Да, большинство производителей, вышедших в минус, не имеют своих комбикормов и покупают дорогое зерно. Они и говорят «мы попались». Череда засух увеличила себестоимость молока, и отношение ее к стоимости реализации молока, очень привлекательное при запуске инвестпроектов, таковым быть перестало. Теперь бизнес, заявившийся в 2006 году на участие в нацпроектах, предложенных государством, чувствует себя заложником. И выйти нельзя: руководители подписали личные поручительства, когда банки предъявили повышенные требования по залоговой базе. Надо тянуть этот воз, возвращать инвестиции, отдавать кредиты. Вот и получается: вход - рубль, выход - два.

Нельзя однобоко подходить к реализации проектов в молочном животноводстве - в этом все дело. Допустим, решили вы построить ферму. Но изначально к ней нужно «ноги приделать»: свои корма заготавливать и не переплачивать за них на рынке. А чтобы иметь замкнутый цикл по кормам, непокупное сено и процентов 80 собственного зерна, нужна земля.
А для этого нужно развивать базу растениеводства, севооборот, зерновые и кормовые культуры.

- То есть хорошо живут на молоке только крупные холдинговые предприятия замкнутого цикла, от поля до прилавка? Таких на рынке региона единицы: это же миллиардные инвестиции.

- Совсем не обязательно быть крупным. Но надо все хорошо считать. Например, расчеты коммерческой себестоимости показывают, что стадо меньше 400 голов КРС держать нельзя. И если меньше пяти тонн в день доишь молока, не нужна первичная переработка, не пакетируй в этом случае: невыгодно приобретать оборудование для таких объемов. Сегодня дойная фуражная корова рентабельна, начиная от пяти тысяч литров молока в год. Но, как ни странно, выше восьми тысяч литров тоже не нужно подниматься, в этом случае себестоимость резко растет, мы это у себя в хозяйстве замечаем

- Что позволяет вам развиваться как производителям?

- Поскольку «Каменское» помимо прочих направлений всегда занималось разведением голштино-фризской породы КРС - было племрепродуктором, затем получило статус племзавода, - мы имеем и доход от продажи скота. И обязаны на 10% в год увеличивать дойное стадо и столько же продавать. Тогда мы сохраним господдержку на содержание племенного скота. Это во-первых.

Во-вторых, одним из важных направлений, выбранных хозяйством в 2001 году, когда мы акционировались, стало свиноводство. Раньше мы им не занимались. Но тогда в компанию входил переработчик - Каменск-Уральский мясокомбинат, и остро стояла проблема со свининой, не было ее на рынке. По программе модернизации начали реконструкцию бывших помещений крупного рогатого скота под свинарники. Сегодня почти 6 тыс. голов свиней содержим.

За прошлый год мы уменьшили расход кормов, трудозатраты и все равно получили убытки от свинины, потому что свинокомплексов за последние годы стало много, и после вступления в ВТО цена реализации центнера продукции живого веса опустилась до 5668 рублей по сравнению с 6720 рублями в 2012-м году. А у нас себестоимость - 9072 рубля. Да еще и объемы нарастили: продали в прошлом году 680 тонн.

Казалось бы, зачем нам свиноводством заниматься? Но мы должны где-то брать оборотные средства. Свинины в год реализуем на 40 млн рублей. Иначе придется заимствовать под проценты в банке, это ляжет на себестоимость. За счет рентабельного молока покрываем убытки от продажи мяса крупного рогатого скота и свинины.

- С объявлением национального проекта по развитию молочной отрасли в 2006 - 2008 годах бизнес инвестировал в огромное количество молочных комплексов. Ваша компания - в первую молочнотоварную ферму. Какие уроки из этого опыта вы извлекли?

- Построить современные животноводческие комплексы было нашей мечтой. Заявило государство программу развития отраслей АПК, выдало на восемь лет кредитные ресурсы (сейчас сроки кредитов увеличены до 15 лет). Сроки субсидирования процентной ставки нас привлекли. В 2006 году мы первый комплекс спроектировали и в 2008 году запустили ферму в Черноусово. Нам гарантировали, что процентная ставка, пускай с задержкой месяц-два, будет возмещена государством, и мы в итоге эти кредиты потянем. Это был мощный толчок для развития отрасли.
 
Спустя несколько лет в Позарихе мы учли ошибки в экономике фермы в Черноусово. Поэтому и переработкой начали заниматься, пусть неглубокой, пастеризацией и пакетированием молока-сырья.

Согласовали с банком условия финансирования строительства: 20% собственных средств, это 130 млн рублей, а на 550 млн рублей кредитная линия. В то же время от государства получили 262 млн рублей. И, конечно, деньги на возмещение процентной ставки по кредиту. Проблема в том, что изначально надо самим за все заплатить, из оборотки надолго деньги вытащить. А потом уже возмещение идет.

И технологии строительства по итогам эксплуатации коровников применили другие. Первый проект ферм выполняли в металле, в этом году вынуждены их ремонтировать: пошла коррозия. Там же активная среда, аммиак. Любой металл поставьте - все равно. Поэтому следующий комплекс выполнили из клееного дерева, а зашили бакализированной фанерой с утеплителем - она не размокает, такая шла раньше на кораблестроение.

Но вернемся к проблемам окупаемости производства молока. В прошлом году оте­чественное молочное стадо потеряло еще 6%. Соответственно молока стало меньше, а цена на него выше. В Свердловской области падение поголовья КРС в 2012 году удалось остановить благодаря региональной поддержке, субсидиям. Помимо этого областная программа «Уральская деревня» охватывает очень много аспектов, в целом жизнь на селе, строительство жилья, развитие образования, культуры. Когда все условия созданы, появляется результат: область сегодня входит в семерку лучших в России по надою и поголовью.

Плюс на минус

- Какова у вас себестоимость литра молока?

- Сегодня производственная себестоимость 14,93 рубля, коммерческая -
17 рублей. Цена реализации без дотаций - 21 рубль по нашему хозяйству. Так что 4 рубля мы имеем на литре молока и еще 3,5 рубля госдотаций. Итого отпускная цена 28,5 рубля того молока, что продаем сами. Сравните: молокозаводы платят 18,5 рубля за литр хозяйствам, у которых нет переработки.

- Почему у вас на молоке прибыль получается, когда другие в минусе?

- Один только пример из множества, откуда у нас прибыль: мы построили свой комбикормовый цех. Я уже отмечал, что обязательно нужны свои корма. Нельзя полагаться на то, что вас обеспечат комбикормовые заводы: сегодня зерно стоит 6 рублей, а завтра - сразу 10 рублей, как было в 2012 году. И у вас себестоимость молока взлетела. Цех производит 5 тонн кормов в час. Себестоимость кило наших кормов - максимум 9 рублей. На рынке даже для низкопродуктивных коров комбикорм стоит 11 - 12 рублей, так что 3 рубля на кило экономим только на этом. А для высокоудойных коров комбикорм еще дороже. Плюс низкая себестоимость молока на новых фермах. Сегодня 14,5 тонны молока уже снимаем с нового комплекса, хотя на мощность 25 тонн к концу года выйдем полностью.

- Какие риски для молочного бизнеса рассматриваете?

- Риски в этом году увеличиваются, думаю, не только для молочного бизнеса.

С банками работать сложнее: учитывая кризисную конъюнктуру, они осторожничают.

Постоянная головная боль в АПК в зоне рискованного земледелия - погодные условия. Если зальет дождями - еще не так страшно, значит, трав будет много, силоса и сенажа. Хотя зерна мало, придется покупать. Засуха страшнее: засушит - не размочишь.

Третий риск - диспаритет цен. Мы снижаем себестоимость, оптимизируя производство на новых современных комплексах, увеличивая выпуск и реализацию молока. В то же время быстрее, чем цены на полке, растут тарифы на электроэнергию и дизтопливо, стоимость кормовых добавок, техники и прочего, что снижает эффект достигаемой нами экономии.

Я понимаю, что льготной цены на дизтопливо уже не будет. Но нужно сезонно ограничивать хотя бы повышение оптовых цен на период посевной и уборочной кампаний. Потому что аграрии воды в баки не нальют. А вовремя не посеешь, нечего будет жать. При потреблении 1600 тонн в год дизельного топлива нам только на него нужно 50 млн рублей. В общем, рисков много.

Где взять позитив

- Будут ли результаты года позитивны?

- Для этого есть все. Во-первых, мы вый­дем на 3 тыс. голов дойного стада и на полную проектную мощность к концу года, увеличим объемы производства молока. Во-вторых, новая технология содержания скота избавляет нас от сезонных скачков производства и колебания цены. Впервые за 20 лет работы мы в июне минувшего лета цену на молоко не снизили. По старым технологиям зимой молока обычно не хватает, а летом, когда коровы выходят на пастбища, на зеленую траву, молока в изобилии и цена на рынке падает. Теперь мы скот не пасем, он постоянно на ферме - сбалансированное кормление зимой и летом положительно влияет на продуктивность. Так что с пуском новых комплексов этих рисков становится меньше.

И в целом на рынке мы не ожидаем снижения цены молока. Потому что России еще далеко до медицинской нормы его потребления - это один фактор, определяющий спрос. Другой - потребительские предпочтения и возможности. Рост инфляции, допустим, может сказаться на том, что более дорогую продукцию глубокой переработки, например йогурты, сыры, будут меньше брать. Но не молоко. Поэтому, я считаю, рынок пока необъятный. И впереди десятилетия, когда молоком бизнесу можно спокойно заниматься.

- Какого роста показателя чистой прибыли при таких рисках вы ожидаете?

- Ставим себе задачу получить 60 млн рублей. По нашим прогнозам, закупочная цена на молоко-сырье ниже не будет, возможно, еще немного поднимется, до 20 рублей. Сегодня очень разнятся цены за молоко в зависимости от его сорта и качества. Так что хочешь больше зарабатывать - приобретай новое оборудование. Мы, например, в молочном цехе первичной переработки установили чиллер - он в течение часа после дойки охлаждающий 15 тонн молока до 4 градусов для более длительного хранения.

- Каковы направления поставок?

- Я думаю, все наши постоянные потребители готовы принять у нас в разы больше молока. Поэтому, когда мы увеличим мощности, география сохранится почти прежней. Мы производим в день 60 тонн сырого молока. Из них 17 тонн перерабатываем у себя в цехе пастеризации, продаем в магазинах Каменска-Уральского, плюс школьное питание, детские сады. Работаем с тремя перерабатывающими заводами: 21 тонну забирает завод «Пармалат» в Березовском, 12 тонн через день увозит Ирбитский молзавод, Каменск-Уральский молзавод один день берет 8 тонн, другой - 16 тонн.

Около 5 - 6% отдаем в пять магазинов Екатеринбурга. Со временем основательнее зайдем в Екатеринбург, в большие сети. Для этого нужно организовать глубокую переработку или увеличивать производительность цеха первичной переработки. Бизнес-план создания нового завода переработки 100 тонн молока лежит у меня на столе, ждет своего часа. Самое главное в этом году - выйти на проектную мощность новой фермы.
В сельском хозяйстве останавливаться ни на день нельзя.

Спрос на наше молоко растет, мы увеличиваем реализацию. За первые два месяца прошлого года продали молока на
13 млн рублей, за аналогичный период этого года - на 22 млн рублей. Это связано с ростом объема: 562 тонны за два месяца прошлого года и 962 тонны - за аналогичный период в этом, увеличение сбыта составило 170%.

- Насколько вы теперь эффективны?

- На момент акционирования выручка по году составляла 38 млн рублей, сейчас - более 500 млн рублей, рентабельность 12%. Но у нас есть над чем работать: уменьшать себестоимость собственных кормов, повышать качество продукции, заняться глубокой переработкой после погашения кредитов. Деньги надо вкладывать в перспективу.

Комментарии

Материалы по теме

Рашин тудэй

Большая политика грядок и коровников

Мода на сельское хозяйство

В Тюменской области появится крупнейший в Европе свинокомплекс

В Челябинской области готовят к запуску свинокомплексы общей стоимостью 10 млрд рублей

Уральцы попали на китайскую капусту

 

comments powered by Disqus