Новые старые знакомые

Новые старые знакомые

Генеральное консульство Венгрии в Екатеринбурге намерено возродить контакты на Урале и в Западной Сибири: дипломаты будут способствовать сотрудничеству среднего и малого бизнеса наших регионов.

Журнал «Эксперт-Урал» внимательно отслеживает появление на Урале и в Западной Сибири новых дипломатических миссий: мы публиковали интервью со всеми главами иностранных консульств, открытыми в Екатеринбурге. Последним в областном центре распахнуло двери генеральное консульство Венгерской Республики: красно-бело-зеленая ленточка в цвета национального флага перерезана в конце января. Однако назвать венгров новичками язык не поворачивается: в 1993 году республика открыла первую тогда дипломатическую торговую миссию на Урале, проработавшую до 1998 года. Потребовалось десять лет, чтобы возобновить контакты.

Генконсул Венгрии Пал Енё Фабиан
Генконсул Венгрии Пал Енё Фабиан

Генконсул Венгрии Пал Енё Фабиан узнал о назначении год назад:
— Такую задачу я получил от госсекретаря МИДа Венгерской Республики. У нашей дипмиссии уникальная судьба: с 1994 года первое представительство располагалось в том же здании (ул. Гоголя, 15. — Ред.), но этажом ниже. В первый год работы нам приходилось арендовать помещения в гостинице, а в новое здание вместе с нами заехали американские дипломаты, они тогда занимали здесь три этажа... Венгерское представительство закрылось в 98-м из-за событий, вызванных дефолтом. Это был большой удар для наших экономических отношений. Торговые миссии были также закрыты в Уфе и Казани. Потому я был рад назначению и возможности возобновить работу представительства. Надеюсь, нам больше не придется его закрывать.

— Значит, вы сразу дали положительный ответ?

— Конечно. С Россией у меня хорошие контакты еще со времен Советского Союза: я учился в МГИМО, работал в Москве с 1987 по 1993 год. В посольстве занимал пост генерального консула, то есть представляю себе и работу, и задачи. Особо консультироваться не пришлось. Более того, супруга у меня — русская, для нее Россия — родная страна. Поэтому сомнений не было.

Пол-Европы в придачу

— Господин Фабиан, о каких задачах вы говорите? И как они отличаются от тех, которые миссия выполняла в 93-м?

— Поначалу миссия в Екатеринбурге была только торговой, основная функция — экономическое сотрудничество. И сейчас мы должны содействовать взаимодействию бизнеса, создавать для этого все предпосылки. Благо, теперь сделать это проще: национальный венгерский авиаперевозчик Malev открыл прямой рейс из Будапешта в Екатеринбург. Есть и другие задачи — образовательные и культурные. А с ближайшими мы уже справились: открыли офис, создали штат сотрудников. У нас работают шесть венгров и пять русских.

— Хватает такого количества сотрудников для выполнения всех функций?

— Ждем еще двух соотечественников. Понимаете, в начале, когда человек планирует и представляет себе, как должна выглядеть структура, хочется большего. Но потом тебе говорят в бюджетных органах: «Надо бы снизить требования, ведь это только ваши умозрительные заключения». Ну и правильно: до обкатки не поймешь, какие ресурсы понадобятся, как именно между сотрудниками будут распределены функции.

— А существуют ли критерии оценки деятельности дипломатов? Чем измерить результативность вашей работы?

— С этой точки зрения дипломатия отличается от любой другой государственной службы. Здесь нельзя составить некий контрольный список оценок. Но при этом измерить результативность можно, опираясь на то, как у дипломатической миссии построены отношения с местными органами власти, налоговой и таможенной службами, аэропортом, банками, предпринимателями и т.д. Сюда же можно приплюсовать объем выданных виз. Мы планируем выдавать до 10 тыс. виз ежегодно. Важно быстро и качественно установить контакты, помочь бизнесу найти друг друга. Если все эти условия будут выполнены, не придется доказывать, почему тебе нужен такой-то штат сотрудников.

— Консульство — дорогое удовольствие?

— Да. Цифры называть не буду. Понимаете, это решение правительства, а у нас такой порядок, что финансовые решения правительства не публикуются.

— Я надеюсь, затраты окупятся — не деньгами, так новыми контактами…

— Мы тоже на это надеемся. Государство просто так деньги не будет на нас тратить. Потом нужно учитывать, что консульский округ довольно велик. В него вошли территории Уральского и Сибирского федеральных округов, Пермский край и Башкортостан. Это более 5 млн квадратных километров, половина Европы. Большинство из этих новых для нас территорий мы еще не знаем. Одна из моих задач — постепенно расширять контакты, найти точки соприкосновения, дойти до Енисея и Байкала. Пока наше внимание и связи сосредоточены на Урале.

— А другие субъекты Федерации, которые входят в консульский округ, вы намерены посетить в этом году?

— Это больше тридцати территорий, если я начал бы поездки сегодня, то…

— ... закончили бы года через два.

— Точно... Такие визиты планируются, но они не должны быть протокольными. Протокол — хорошо: будем на фотографии улыбаться. Но этого мало. Поэтому поездки лучше связывать с другими мероприятиями. Мы должны создать условия для развития отношений. В этом году планируем организовать в Уфе, Перми и Омске бизнес- и туристические форумы. Отдельным пунктом в графике посещений стоит Ханты-Мансийск.

— Почему отдельным?

— Там живут близкие родственники венгров — угры. Две тысячи лет назад наши предки жили на Урале. Часть угров во времена большого переселения народов ушла южнее и поселилась на территории нынешний Венгрии. В Ханты-Мансийске венгерские исследователи работают с 1850 года. В этом году, в июле, в ХМАО состоится саммит угро-финских народов. Естественно, из Венгрии приедет представительная делегация. С Ханты-Мансийском у нас особые отношения, которые играют свою роль даже при деловых контактах.

Средним бизнесом за границу

— А какой венгерский бизнес интересуется Уралом и Сибирью, какие компании готовы прийти в российские регионы?

— Бизнес можно разделить на две основные группы: одна импортирует товары, вторая экспортирует. Так вот первая уверенно развивается, а второй необходима наша поддержка. Мы готовы экспортировать строительные технологии, научные разработки, развивать туристические отношения. Нам действительно есть чем поделиться, например, сельскохозяйственными технологиями. Никто так не умеет производить кроличье мясо, как это делаем мы. Если уральский фермер примет решение создать такое направление у себя, генконсульство готово ему содействовать, обеспечить контактами, помочь с заказом и запуском оборудования. Венгрия вообще сильна именно средним и малым бизнесом. Крупные предприятия на нашей территории, как правило, принадлежат международным концернам, таким как Nokia, Audi, General Eleсtriс. Большая часть мобильных телефонов Nokia производится в Венгрии и Румынии, но назвать Nokia венцом венгерской электронной промышленности было бы неправильно. Эта компания не нуждается в нашем продвижении. А вот малому бизнесу, пожелавшему прийти на Урал или в Сибирь, оно необходимо.

— И как вы собираетесь его продвигать?

— В первую очередь речь должна идти о финансовой поддержке. Такие задачи способен решать Венгерский национальный сберегательный банк (ОТР Bank), который уже имеет в России несколько региональных отделений. Сейчас идут переговоры об открытии офиса в Екатеринбурге. Если такой банк здесь появится, у венгерских бизнесменов будет больше гарантий.

— На открытии консульства прозвучала информация, что Венгрия занимает лидирующее место среди стран бывшего соцлагеря по объему товарооборота со Свердловской областью. Это действительно так?

— Да, но... Я вот вчера смотрел статистику, и венграм особенно гордиться нечем. Экспорт Свердловской области в Венгрию с января по октябрь 2007 года составил около 146 млн долларов, импорт — 3 млн долларов. Товарооборот большой, он растет, но исключительно за счет местного экспорта. Правда, статистика немного лукавит: доля венгер­ских товаров на Урале больше. Объясню почему: многие товары к вам поступают не напрямую из Венгрии, а, например, из Москвы. Венгерские вина может поставлять Испания, причем цифры товарооборота отойдут Испании. Та же ситуация с медицинским оборудованием, идущим через немецкие компании, овощами, поступающими из Польши. Мы в основном импортируем из Свердловской области изделия из металла (на них приходится более 97%. — Ред.).

Будем лечиться

— Какую роль для Венгрии играет туристическая отрасль и как вы намерены привлекать россиян?

— Смотрите сами: в Венгрии живет 10 млн человек и ежегодно приезжают около 30 млн туристов. Туризм — значимая часть венгерской национальной экономики. Прежде всего я говорю о термальных водах. Например, условий для экстремального туризма у нас нет, хотя есть горы высотой 1 тыс. метров и даже пустыня. Ставка делается именно на лечебные источники, мы их будем предлагать жителям консульского округа, особенно людям среднего и старшего возраста. Можно в любое время года приехать, полечиться и искупаться. В этой сфере мы достигли хороших результатов — правда, в основном этот бизнес обслуживает австрийцев и немцев. Кстати, туризм процветает во многом благодаря тому, что именно австрийские и немецкие страховые компании оплачивают отдых в Венгрии своим землякам. Они отправляют людей на лечение. Возможно, по такому же принципу удастся сработать с уральскими страховщиками.

— С Чехией конкурируете?

— Соревнуемся. Но у нас разные воды: у чехов для внутреннего применения, лечения гастроэнтерологических заболеваний, у нас — в основном для опорно-двигательного аппарата. Об этом знают немногие. Вероятно, до сих пор наша пропаганда была недостаточно эффективной. Меня поражает: в июле и августе уральцы едут в Египет, Турцию, когда там страшная жара. Я понимаю — в апреле, мае, но летом…

В такой жаре нормальный человек долго не продержится. Знаю, о чем говорю: я работал в этих странах почти двадцать лет, летом оттуда даже местные жители стараются уехать, если возможность есть.

— Кроме недостатка информации, что мешает росту туристического потока?

— Нам пока не удалось наладить отношения между венгерскими лечебными центрами и российскими медиками, чтобы они, зная о наших возможностях, могли рекомендовать лечение в Венгрии. Вторая проблема — языковая. У нас не только с русским языком трудности, но и с французским. Объяснение простое — ориентация венгерского туристического бизнеса на немецкий и английский языки. Но у нас есть и неоспоримые плюсы. Мы вошли в Шенгенскую зону, то есть гости Венгрии могут спокойно передвигаться по территории Евросоюза.

— Если я, предположим, решу путешествовать по Евросоюзу и полечу через Венгрию, сколько времени в обязательном порядке мне нужно провести на территории Венгрии?

— Большую часть вашей поездки.

— А сколько самолетов еженедельно вылетает из Екатеринбурга в Будапешт?

— Сейчас есть два рейса авиакомпании Malev в неделю, во вторник и в пятницу.
С 1 апреля будет три: в среду, пятницу и воскресенье. В других городах Урала и Западной Сибири также появятся рейсы: у владельцев венгерской авиакомпании Malev, красноярских братьев Абрамовичей, большие связи... А из Будапешта вы можете вылететь в любую точку Европы.

— Венгрия выиграла от вступления в ЕС?

— Евросоюз не нужно себе представлять как какой-то бездонный денежный мешок. Там есть деньги, но они даются под специальные программы, которые нужно тщательно разработать и убедительно защитить. Кроме того, тот, кто обращается за финансовой поддержкой в Евросоюз, должен иметь собственную долю финансирования проекта не менее 15 — 20%. Комиссия проверяет, действительно ли вы построили водопровод или, скажем, мост. Мы все понимаем: Евросоюз — это не панацея. Без работы и без усилий хорошего уровня жизни не обеспечить.

Консульское лобби

— Насколько лобби влиятельных лиц, бизнесменов помогает вашей деятельности? Принимает ли участие в налаживании контактов почетный консул Венгрии генеральный директор «Уралсевергаза» Владимир Кузюшин?

— Такие контакты очень важны и, бесспорно, имеют значение. А с почетным консулом нам очень повезло. Владимир Константинович своим статусом, политическим весом, престижем способствует развитию экономических и культурных отношений между Свердловской областью и Венгерской Республикой, организует встречи, поездки. Я могу задать ему любой вопрос, даже бытовой: вот недавно спросил, в какой ресторан пригласить гостей.

— И что он посоветовал?

— Не буду делать рекламу, но ресторан оказался очень хороший.

— А какую кухню вы предпочитаете — венгерскую или какую-нибудь другую? Говорят, у дипломатов железные желудки.

— Межнациональную... Супруга одинаково вкусно готовит и венгерские, и русские блюда. Я во многих странах работал, знаю разные кухни. Кухня — это часть культуры народа. Она зависит от географических условий, местных продуктов. Если вы приедете в другую страну для проведения переговоров, вас обязательно поведут в национальный ресторан. Это нормальная практика. Так что дипломатам действительно приходится пробовать абсолютно разные блюда.

— В каких дипломатических миссиях вы работали?

— В 1971 году я закончил МГИМО, факультет международных отношений со специализацией арабский и английский языки. Работал в Ливии, Ираке, Кувейте, Ливане: восемнадцать лет провел в арабских странах. В МИДе Венгрии был начальником политического арабско-африканского управления. Так что довольно много времени я провел за границей, по крайней мере, больше чем дома.

— А семья путешествовала с вами?

— Супруга — да. Она ради этого и профессию бросила: окончила Московскую консерваторию и должна была стать пианисткой, но не стала. Получила диплом, но все свое время посвятила мне и воспитанию детей. У меня взрослые сыновья. Старшему 39 лет, он — дипломат, работает в Хельсинки. Младший пытается показать себя в бизнесе. У нас уже четыре внука.

— Остается время на увлечения?

— Естественно. Мы живем такой же жизнью, как все остальные. Нам нравится исследовать Урал, мы посещаем разные места. Интересно понять местную культуру, поездить, пообщаться с людьми. А в Венгрии мы отправляемся на Балатон

Комментарии

Материалы по теме

Россия в сумерках

Социологи и очки

Моби-next

Сюрреалисты в душе

Одни и без дома

Любите Родину — мать вашу

 

comments powered by Disqus