Смелость стать следующим

Смелость стать следующим

Урал в очередной раз доказывает «столичность» в сфере современного танца. Для участия в главном театральном фестивале страны «Золотая маска» отобраны сразу три коллектива из Екатеринбурга: «Провинциальные танцы», эксцентрик-балет Сергея Смирнова и Институт танца. Из Челябинска едет Театр современного танца.

Между тем среди профессионалов и поклонников появляется мнение, что после бурного старта жанр замер. Он как бы притормозил, не зная куда двинуться дальше, оглядывается вокруг. То, что создается сегодня, так же прекрасно, как то, что создавалось вчера, но это лишь интерпретация на прежнюю тему. Речь не об остановке: каждый хореограф движется в рамках собственного фарватера. Но принципиально новое пока не появилось на горизонте.

Оценить нынешнее состояние contemporary dance мы предложили дважды лауреату «Золотой маски» хореографу Челябинского театра современного танца Ольге Пона (ее взгляд — изнутри) и теоретику, философу жанра Аату Хоугею, много лет проработавшему в системе образования Нидерландов, бывающему на различных фестивалях, хорошо знающему нашу страну и особенно Урал (его взгляд — со стороны). Поэтому в разговоре постоянно возникают сравнения и параллели: Урал, Россия, Запад. В Екатеринбурге Ольга и Аат находились по приглашению факультета современного танца, первого учебного заведения в этом жанре в России, созданного несколько лет назад при Гуманитарном университете.

Аат Хоугей
Аат Хоугей

— В какой точке развития, на ваш взгляд, пребывает российский современный танец?

Аат : Я думаю, никакой остановки нет. Просто мы все еще имеем дело с первой генерацией людей в этом жанре. Они стали более узнаваемы, они очищают, кристаллизуют стиль. А вот чего действительно недостает, так это новых имен. Поколению, следующему за первым, всегда сложнее найти свое место, так как сильно влияние первопроходцев, которые уже стали мастерами. В России это еще труднее из-за свойственного россиянам качества: не всегда хватает смелости начать новое, взять и решиться, создать свою компанию, творческий коллектив. Не хватает духа предпринимательства, не только в бизнесе, но в любом деле.

Ольга : Те 10 — 12 лет, сколько существует у нас современный танец, — еще не тот период, когда можно говорить о всплесках и падениях. Пока это становление, движение по прямой.

Аат : Если мы хотим «золотого века» уральского, российского современного танца, мы должны создать условия, чтобы новые люди приходили в этот жанр. Например, хореографами нередко становятся те, кто начинал танцовщиками. Может быть, задача руководителя коллектива — дать и танцовщику возможность, время, пространство сделать что-то свое. Затем: начинающий хореограф нуждается в исполнителях. Их мало, и ему приходится работать с «детьми», учить их. Это приятно и благородно, но тяжело соревноваться с теми, кто работает с готовыми артистами. Далее: нужно показать свое произведение. А сценическую площадку найти не так-то легко. В России, в отличие от западной традиции, у каждого театрального здания есть «хозяева» — своя труппа, и руководство не заинтересовано в чужаках.

— То есть можно сформулировать условия наступления «золотого века» современного танца. Первое: школа, профессиональная подготовка. Второе — достаточное количество сценических площадок. Третье, предположу, — публика.

Аат : Да, но фундаментом я бы назвал то, о чем уже говорил: ощущение свободы в творческом предпринимательстве, смелость посягнуть на авторитеты, создать свое. В отношении же публики можно только пожелать, чтобы ее интерес не падал. Когда приезжаешь с Запада и смотришь на российские залы, думаешь: боже мой, сколько людей здесь любят и понимают современный танец! В Европе сто-двести человек на представлении, не больше.

Ольга : Наша публика не разграничивает четко понятия драматический театр, танец, современный танец. Это определенная прослойка, интеллектуальная, продвинутая, которая придет и на экспериментальное представление в драматическом жанре, и на contemporary dance. Для Запада характерны более узкие «лучи» интереса, направленные на разные жанры.

— Система образования в современном танце в России только формируется. Однако в Екатеринбурге уже можно говорить об определенной структуре: школа современного танца (среднее специальное образование), факультет в университете (высшее образование). Есть ли местные отличия от западной образовательной системы?

Аат : Образование в искусстве идет от мастера к ученику. Разница — в базе, в тех педагогических ресурсах, которые имеются здесь и там. Опасно импортировать сюда западную модель. Там эстетика современного танца сформировалась в 60-е годы, вы в ней не нуждаетесь, у вас своя ситуация. Я открыл для себя: российские люди почему-то думают, что все привезенное с Запада лучше, чем здешнее. Странное мнение. Если приглашают специалиста-хореографа, потому что знают: его опыт близок и полезен, — это нормальная мотивация. Если только исходя из того, что он иностранец, — это, конечно, неправильно. Везение России в том, что она еще не имеет своей истории современного танца.

— Это парадоксальное утверждение.

Аат : История — прошлое, пребывание в нем не приводит к прогрессу, традиция тянет назад. Если старшее поколение постоянно говорит младшему: это уже сделано, нет смысла делать то же — оно убивает всякую инициативу. А в России никто, к радости, не может сказать: так уже было. Здесь пока еще можно делать все. Или не делать.

— Contemporary dance считается одним из наиболее интернациональных видов искусства. Язык тела не требует перевода. На ваш взгляд, имеет ли движение национальность?

Аат : Я бы не употреблял слово национальность, это слишком сильно: тянет на флаги и гимны. Но движение, конечно, национально идентифицируется. Самый простой пример: люди, живущие в горах, привыкшие передвигаться по камням, имеют иную физику движения, нежели те, что живут на равнине. Также можно отметить разницу в движении жителей жарких и холодных стран. Сказываются и культурные традиции. Например, в России очень сильно влияние фольклорного танца, хотя вы сами, может быть, этого и не замечаете. А вот в Голландии нет фольклорного танца.

Ольга : Несомненно, каждый является продуктом той или иной страны. Однако и в одной культуре люди и их проявление в движении столь разнообразны, что личностные, индивидуальные различия я считаю более значимыми, чем национальные.

Ольга Пона
Ольга Пона

— Может ли повлиять на судьбу современного танца политика государства в сфере искусства?

Аат : Думаю, современный танец может развиться и без государственного внимания, независимо от него. Но мое глубокое убеждение, что правительства обязаны поддерживать любые инновации: в искусстве, в науке, в производстве. Однако государства, по моим наблюдениям, предпочитают больше заботиться о прошлом.

Ольга : В Екатеринбурге современный танец не имеет государственной поддержки (все коллективы существуют сами по себе), — но развивается. Мы же везунчики. Челябинский театр современного танца — муниципальный. Мы имеем маленькие деньги, но они дают стабильность и возможность сохранить коллектив. Муниципальный статус позволяет оставаться вместе, он держит.

— Очевидно, не случаен тот факт, что первый в стране факультет современной хореографии возник в негосударственном вузе. В следующем учебном сезоне предстоит выпуск первых профессионалов в жанре contemporary dance. Насколько они будут востребованы?

Ольга : Стоит только оглядеться на поле современного танца, и работа найдется. Можно пробовать себя в качестве хореографа. Можно работать танцовщиком, можно пойти в педагоги. Конечно, требуется проявлять инициативу, ту самую «смелость предпринимательства», о которой говорил Аат. А вакансии есть везде. В танцовщиках нуждаются коллективы, в педагогах — дворцы культуры, досуговые центры. А в хореографах — страна.

Комментарии

Материалы по теме

Возвращение*

Всей семьей за драконами

Невыносимая сложность бытия

Ушла в народ

Как нам заработать на культуре

Музей третьего тысячелетия

 

comments powered by Disqus