Управленческое образование России (итоги 2015 года)

Где выучиться на Ли Якокку?

Татьяна Лопатина*, Ирина Перечнева**

*АЦ «Эксперт.

**Главный редактор журнала «Эксперт Урал» (Екатеринбург)

Пермская инновационная компания Macroscop (производит оборудование для видеосистем наблюдения) создала программный продукт, который, как выяснилось в процессе эксплуатации, не нашел спроса у потребителя. И об этом провале компания открыто поведала профессиональному сообществу. Лет пять-десять назад такой поступок маркетологи расценили бы как глупость. Сегодня это оригинальный маркетинговый ход. «Статья, которую мы поместили на профессиональной площадке, собрала десять тысяч просмотров, меня попросили выступить с серией мастер-классов», — подводит итог публичного признания директор Macroscop Артем Разумков.

Потребность в менеджерах, способных мыслить нестандартно, сегодня чрезвычайно высока. Выезжать только на чутье и интуиции, как в девяностые годы, уже не получается. Нужны конкретные знания и компетенции, которые современные управленцы ищут в бизнес-школах. И если еще десять лет назад бизнес-образование зачастую было данью моде, неким аксессуаром руководства уважающей себя фирмы, то теперь спрос на деловой образовательный продукт становится все более сфокусированным и весьма требовательным.

Аналитический центр и журнал «Эксперт» задались вопросом: а каков объем и характер предложения образовательных услуг в сфере менеджмента в России? Изначально возник соблазн сделать классический ренкинг, но мы от этой идеи отказались. Во-первых, таких продуктов на рынке уже достаточно; во-вторых, хотелось не померить участников друг с другом, а систематизировать предложения образовательных программ по всей стране. Так родился проект «Карта управленческого образования в России». Его цель — представить крупнейшие в стране структуры, оказывающие услуги в сфере управленческого образования, показать их специализацию и на этой основе выявить актуальные тренды развития рынка.

Ландшафт профессионального образования в области менеджмента разнообразен. Чтобы систематизировать компоненты рынка управленческого образования, мы решили рассматривать их в разрезе основных типов программ: менеджериальные академические программы уровней бакалавриата и магистратуры, практико-ориентированные программы, в том числе международного стандарта (MBA, EMBA, DBA), программы профессиональной переподготовки и повышения квалификации, а также семинары и тренинги (см. Что и как мы считали). Предметом нашего интереса стали исторические, ценовые, качественные характеристики компонентов, и конечно, нам было интересно посмотреть, как каждый компонент переживает общий экономический спад.

Страны и континенты

Итак, базовые академические программы. С 2011 года высшее образование в России представлено двумя уровнями: бакалавриатом (средний период обучения — четыре года) и магистратурой (два года). Набор на бакалаврские и магистерские программы подготовки по направлениям, связанным с менеджментом, ведется как в государственных, так и частных вузах страны. Итогом обучения становится документ о высшем образовании — диплом.

Основной спрос на программы бакалавриата предъявляют выпускники школ, в то время как в магистратуру можно прийти как непосредственно после бакалавриата, так и получив определенный опыт практической деятельности (не исключается и возможность смены ее профиля).

По данным исследования НИУ ВШЭ 2015 года «Мониторинг качества приема в вузы», набор на бакалаврские программы по укрупненной группе специальностей (УГС) «Менеджмент» (в которую в соответствии с методологией, принятой НИУ ВШЭ, входят такие направления подготовки, как «Менеджмент», «Управление персоналом» и «Инноватика») прошел в 316 государственных вузах страны (в мониторинге участвуют порядка 450 вузов, так что можно сказать, что менеджменту учат практически везде); при этом были зачислены 21,3 тыс. студентов: 37% в рамках бюджетного приема, 63% — на платной основе. (Для сравнения: на группу направлений «Экономика» зачислены 35,5 тыс., на юриспруденцию — 23,1 тыс.)

В нашу выборку попали 26 государственных вузов (анкеты, представленные подразделениями НИУ ВШЭ и РАНХиГС, здесь учитывались консолидированно) и четыре частные структуры, реализующие данные программы. Доля государственных вузов среди участников исследования составляет порядка 70% от совокупного зачисления (10,6 тыс.) на бакалавриат по УГС «Менеджмент» в рамках приема 2015–2016 годов.

Основной поток студентов укрупненной группы специальностей «Менеджмент» поступает на одноименное направление (по выборочной совокупности — в бакалавриате порядка 80%). Всего в рамках приема 2015–2016 годов по анализируемому кругу организаций по направлению «Менеджмент» было зачислено порядка 8,6 тыс. студентов на программы бакалавриата, при этом 46% обучающихся на платной основе приходятся на университет «Синергия».

При наборе на программы бакалавриата в госвузах, вошедших в выборку, количество зачисленных на бюджет по сравнению с приемной кампанией предыдущего года осталось практически неизменным, по коммерческим студентам отмечается падение на 4%.

Разброс цен на обучение значителен: стоимость года обучения колеблется от 30 тыс. до полумиллиона единиц национальной валюты. Основными факторами, определяющими ценовой диапазон, являются форма обучения, бренд вуза и образовательные технологии. При этом наблюдается рост стоимости бакалаврских программ. В положительной зоне оказались темпы прироста минимальной стоимости по 23 структурам, максимальной стоимости — по 20 (показатели рассчитывались по данным на 01.09.2015 по отношению к 01.09.2014).

На магистратуру по направлению «Менеджмент» в рамках прошлогодней приемной кампании в организациях — участниках исследования было зачислено около 3,5 тыс. человек. Существенна динамика по приему на программы магистратуры государственными вузами — участниками проекта: темп прироста по сравнению с предыдущим годом составил 25% по бюджетным местам и 73% — по коммерческим.

Высокий темп прироста во многом связан с эффектом низкой базы, а также отражает повышение спроса. Во-первых, здесь проявляется эффект переключения части спроса с программ MBA, где по результатам обучения теперь не выдаются дипломы государственного образца. Во-вторых, в период экономического спада стало больше людей, решивших именно сейчас вложиться в собственное образование. Причины тому разные: кто-то не смог устроиться на работу после завершения программ бакалавриата, кто-то собирался продолжить учебу за рубежом, но изменил свое решение в пользу российского учебного заведения вследствие удорожания доллара и евро.

Минимальная стоимость на начало прошлого учебного года составляла около 35 тыс. рублей за учебный год, максимальная — 510 тыс. рублей. По программам магистратуры направления «Менеджмент» сложился общий тренд на повышение стоимости программ (у 18 структур в положительном диапазоне темпы прироста минимальной стоимости, у 13 — максимальной).

Таким образом, если говорить о наборе на базовые академические программы в нашей выборке, то наблюдается определенная стагнация в секторе бакалаврских программ направления «Менеджмент» и, наоборот, рост на 45% в сегменте магистерских программ — в основном за счет платного приема.

Теперь посмотрим на этот пласт программ с точки зрения качественных характеристик.

Набор в вузы проводится на основании результатов ЕГЭ. Поэтому интересным представляется такой показатель, как средний процент отчисленных по менеджериальным программам бакалавриата, — высокое значение этого показателя можно трактовать как стремление вуза дать качественное образование. Максимальный процент отсева (порядка 20%) зафиксирован по программам таких вузов, как РАНХиГС, Санкт-Петербургский государственный университет, Международный институт менеджмента ЛИНК, Московский городской университет управления правительства Москвы, ВАВТ Минэкономразвития России.

Важнейший критерий качественного обучения — наличие у школы международных аккредитаций. Наиболее авторитетными считаются аккредитации, присваиваемые тремя международными ассоциациями, занимающимися проблемами качества образовательного менеджмента — Европейским фондом развития менеджмента (EFMD), Ассоциацией содействия развитию университетских бизнес-школ (AACSB) и Ассоциацией выпускников MBA (AMBA). Несмотря на преимущественно европейскую ориентацию EFMD, американскую — AACSB и фокусировку AMBA на программах MBA, все три аккредитации формируют так называемую triple crown — вершину того, на что может претендовать бизнес-школа мирового класса. В России ближе всего к этой планке подошла Высшая школа менеджмента СПбГУ — единственная в стране, получившая институциональную аккредитацию EQUIS EFMD. Еще три школы сумели аккредитовать отдельные программы, получив аккредитацию EPAS EFMD: Высшая школа бизнеса МГУ, Высшая школа экономики и менеджмента УрФУ и РАНХиГС.

— В целом процедура получения аккредитации EPAS программы «Мировая экономика и международный менеджмент» Высшей школы экономики и менеджмента УрФУ заняла несколько лет. Этому предшествовали более десяти лет, когда программа набирала обороты: на протяжении 2000-х это была самая востребованная программа в Екатеринбурге, на которую отбирались лучшие абитуриенты и преподаватели, ее уровень сегодня сопоставим с лучшими менеджериальными программами страны, — рассказывает руководитель Центра международных связей ВШЭМ УрФУ Людмила Плинер.

Доктора управления

Второй пласт управленческого образования представляют программы международного образовательного стандарта, к которым относятся MBA (Master of Business Administration), EMBA (Executive MBA) и DBA (Doctor of Business Administration). Они принципиально отличаются от базовых академических программ.

Программы международного образовательного стандарта в большей степени направлены на решение практических задач, приобретение навыков обобщения, систематизацию, углубление знаний в области менеджмента и смежных дисциплин. Эти программы реализуются как в университетских, так и в частных бизнес-школах.

Возникновение бизнес-школ в России связывается с демонополизаций внешней торговли. Именно на этом этапе всплыла проблема общения руководителей советских предприятий-экспортеров, работников обкомов и министерств с западными партнерами. Тогда и были созданы две первые бизнес-школы: при Министерстве внешнеэкономических связей и в Академии народного хозяйства. Со временем появлялись новые бизнес-школы, но концепция бизнес-образования не была предметно сформулирована.

В 2000 году Российская ассоциация бизнес-образования и Министерство образования утвердили диплом мастера делового администрирования (МВА); правда, в 2012 году он был отменен в связи с вступлением в силу поправок к закону «Об образовании в Российской Федерации».

Степень МВА — наиболее известная и популярная магистерская степень в сфере управления бизнесом. В России программы MBA относятся к дополнительному профессиональному образованию, в то время как во всем мире это уровень магистратуры.

По количеству обученных в бизнес-школах, попавших в выборку, программы MBA сопоставимы с магистерскими программами: в 2015/16 учебном году прошли обучение по программе MBA порядка 3,2 тыс. человек, что немногим меньше уровня предыдущего года. Как мы уже отмечали выше, в связи с отменой государственного регулирования данного сегмента и отсутствием диплома государственного образца наблюдается определенное снижение спроса на программы этого типа: спрос частично переключился на магистерские программы.

Продолжительность программ варьируется от 40 часов (программа МВА представительства Немецкой академии менеджмента Нижней Саксонии DMAN; данные представлены по международному модулю) и 650 часов в ИБДА РАНХиГС — до программ дл

ительностью свыше двух тысяч часов (Высшая школа бизнеса ЮФУ, РАНХиГС, НИУ ВШЭ и ВШЭМ УрФУ). В России не прижился формат full-time для программ международного образовательного стандарта, поскольку мало кто может позволить себе выпасть из рабочего процесса на пару лет — у нас еще не сформировано отношение к образованию как к инвестициям.

Разброс цен по программам огромен: от 49 тыс. рублей за программу 800–900 часов EMAS до 3,96 млн рублей за программу Московской школы управления «Сколково» продолжительностью 1260 часов. Представители этой школы объясняют стоимость программ высокой долей зарубежного компонента — приглашение зарубежных профессоров стоит недешево, особенно с учетом текущей ситуации на валютном рынке. Большую роль тут играет престижность обучения в «Сколково» (см. таблицу 2).

Есть на рынке и «штучный» товар — программы EMBA и DBA.

EMBA ориентирована на руководителей и собственников бизнеса (в основном это средний и малый бизнес). Спрос на данные программы обусловлен поиском новых управленческих решений для компании, новых стратегий развития, для участников программ важен интересный коллектив. По программам EMBA прошли обучение в 2015 году порядка 500 человек (в организациях—участниках проекта), что сопоставимо с уровнем предыдущего года. Стоимость программ варьируется от 119 тыс. до 6,27 млн рублей.

Высшей степенью для управленца является DBA, которая может быть сопоставима со степенью PhD в области менеджмента. Первой в России программу DBA стала предлагать Высшая школа корпоративного управления РАНХиГС.

Для участия в этой программе принципиально наличие опыта работы — не менее девяти-десяти лет на высшей руководящей позиции. Данный тип программ востребован среди тех, кто достиг карьерных высот и хочет продолжить свое развитие, обобщить опыт. Итоговой работой становится докторская диссертация. В 2015 году в пяти структурах нашей выборки было обучено 60 человек (см. таблицу 3).

Индикатором качества программ MBA, EMBA и DBA является наличие международных аккредитаций и аккредитаций, поддержанных союзами работодателей.

Пласт программ международного образовательного стандарта переживает общий кризис достаточно болезненно.

— Если в кризисном 2009 году отмечался заметный рост числа желающих получить образование на программах MBA и EMBA, то в 2015-м наблюдалась тенденция падения спроса на эти программы. Заметно снизился интерес к ним со стороны молодых специалистов. Раньше они шли получать управленческое образование на программы МВА, а сейчас переключились на программы магистратуры по направлению «Менеджмент». Представляется, что к нам в страну пришла наблюдающаяся уже несколько последних лет мировая тенденция замены спроса на МВА спросом на так называемые программы прикладной магистратуры», — утверждает профессор Олег Виханский, декан Высшей школы бизнеса МГУ.

Дело техники

Типичная ситуация: человек, имеющий техническое образование, получает повышение, и теперь должен руководить коллективом. Для такого класса ситуаций существуют программы профессиональной переподготовки. Как правило, спрос на них предъявляют технари. Результатом прохождения программ профпереподготовки является получение компетенции, необходимой для выполнения нового вида профессиональной деятельности, приобретение новой квалификации. Программы профпереподготовки реализуют как государственные, так и частные учебные заведения.

В целом по анализируемым структурам спрос на программы профпереподготовки (объемом не менее 250 часов, с выдачей диплома установленного образца) вырос. Это касается программ общего плана (мы запрашивали данные в разрезе функциональных областей менеджмента, поскольку унифицированная кодификация данного типа программ отсутствует, то есть опирались на самопозиционирование программ); оказалось, что здесь 5,4 тыс. обученных в 2015 году против 4,7 тыс. в 2014-м. Вырос спрос и на специализированные программы, касающиеся вопросов управления в конкретной сфере: 2,8 тыс. обученных против 2,5 тыс. в 2014-м (см. график 1). Среди наиболее востребованных — программы профессиональной переподготовки по общему менеджменту и управлению персоналом. Если говорить о специализированных программах, то наибольшее количество студентов привлекли такие направления подготовки, как менеджмент в образовании и менеджмент в здравоохранении.

В таблице 4 представлены крупнейшие по количеству обученных по программам профпереподготовки в разрезе функциональных областей менеджмента образовательные организации. Подробная информация об организациях, реализующих специализированные программы профпереподготовки, размещена на сайте АЦ «Эксперт».

Для этого компонента образовательных программ характерен очень большой разброс структур как по количеству обученных, так и по ценам (от 15 тыс. до 800 тыс. рублей). Ценовые параметры определяются продолжительностью обучения, уровнем зарубежного компонента, престижностью программ.

На короткой дистанции

Не меньший интерес управленцев вызывают краткосрочные программы. К этому компоненту относят программы повышения квалификации, а также семинары и тренинги, посвященные решению конкретных задач и выработке отдельных управленческих компетенций.

Прохождение программ повышения квалификации подтверждается удостоверением установленного образца. Официально длительность программ повышения квалификации ограничена снизу 16 часами. Для целей настоящего исследования, в том числе во избежание двойного счета, мы ограничили тренинги и семинары объемом 16 часов.

Наряду с бизнес-школами университетского типа и частными бизнес-школами проведением тренингов и семинаров в России занимается огромное количество индивидуальных тренеров, тренинговых центров и консалтинговых компаний.

Образовательная деятельность в сфере краткосрочных программ в России не сертифицируется и не стандартизируется, поэтому выработать критерии качества сложно. Краткосрочные программы, реализуемые при университетах, могут опираться на бренд учебного заведения. Тренинговые центры и частные тренеры для этих целей могут воспользоваться инструментом аккредитации.

Подтверждением качества образовательных услуг в России занимается Национальный аккредитационный совет делового и управленческого образования, поддерживаемый крупнейшими ассоциациями работодателей страны: Российским союзом промышленников и предпринимателей, Торгово-промышленной палатой, Ассоциацией российских банков и др. Однако к такой форме поддержки репутации прибегают единичные организации, проводящие тренинги и семинары. Эффективным инструментом в этом сегменте считается «сарафанное радио», и социальные сети дают для этого хорошую возможность.

Мы проанализировали программы повышения квалификации, а  также тренинги и семинары, проводимые участниками исследования, в разрезе основных сфер управленческой деятельности (см. график 2). Среди программ повышения квалификации наибольшим спросом пользуются связанные с управлением предприятием (управление произво

дством, управление проектами, управление качеством, стратегический менеджмент, безопасность организации, бережливое производство). Правда, по данному направлению в 2015 году произошел спад спроса. На втором месте по популярности — управление персоналом (управление конфликтами, мотивация и стимулирование, обучение персонала, командообразование). На третьем месте бухучет, налогообложение и аудит.

В сегменте семинаров и тренингов на первый план вышли программы личностного роста (по сравнению с 2014 годом произошло двукратное увеличение количества обученных), далее следуют программы, связанные с организацией продаж, затем с бухучетом, налогообложением и аудитом, а также программы управления персоналом.

Таким образом, мы совершенно четко видим смещение интереса на более короткие программы: падение количества обучающихся по программам повышения квалификации практически по всем тематическим направлениям подготовки компенсируется увеличением спроса на тренинги и семинары. В большей степени этот эффект проявляется на таких направлениях, как бухучет, управление персоналом, финансовый менеджмент.

Меняется и содержательней характер тренингов. В период кризиса фокус интереса смещается в сторону операционной эффективности, технологий управления проектами, финансового анализа.

Гаджеты наступают

Казалось бы, этот компонент образования может чувствовать себя спокойно. Но не тут-то было. На пятки наступают новые информационные технологии: интернет и гаджеты.

Из 53 структур, представленных в этом компоненте, 19 уже уловили новые веяния и реализуют программы повышения квалификации, а также семинары и тренинги с применением дистанционных форм обучения. Наиболее активно использует такие формы обучения университет «Синергия», где 100% краткосрочных программ, связанных с бухучетом, финансовым менеджментом и логистикой, реализуются дистанционно; по остальным доля «дистанта» — от 30 до 85%. Активна и City Business School, где по всем направлениям краткосрочных программ доля дистанционных форм обучения колеблется от 70 до 90%. Бизнес-школы университетского типа тоже следуют тренду: например, в Московском кампусе НИУ ВШЭ 100% тренингов и семинаров по маркетингу, рекламе, PR проводятся в дистанционной форме.

При всех очевидных недостатках этот формат обучения имеет одно бесспорное конкурентное преимущество — делает программы дешевле и доступнее для потребителя (см. таблицу 6).

— Образовательные организации стали искать пути и методы снижения затрат на реализацию образовательных программ, поэтому интенсивно стали развиваться системы дистанционного обучения, электронного обучения, — объясняет интерес к включению в новый тренд Елена Маркина, проректор по непрерывному образованию Финансового университета при правительстве РФ.

Билет в будущее

И это не единственный вызов для системы управленческого образования. По мнению д. э. н., профессора, декана Высшей школы финансов и менеджмента РАНХиГС Елены Лобановой, систему ждут кардинальные изменения:

— Количество учебных заведений, занятых управленческим образованием, останется прежним. Постараются сохранить существование практически все мало-мальски известные бизнес-школы. Несмотря на падающий спрос, все понимают, что рыночная ниша в бизнес-образовании заполнена весьма незначительно, и вся работа по обучению менеджеров и руководителей еще впереди. Наступает эра конкурентоспособного управленческого образования, в связи с чем бизнес-школам предстоит всерьез задуматься о масштабных инвестициях. В итоге выиграет тот, кто сможет эти инвестиции осуществить, остальные окажутся под «ценовым зонтиком» победителя.

Практически все участники исследования отмечают неизбежность господства качественных параметров.

Именно это будет основанием трансформации системы, считает ректор бизнес-школы EMAS Андрей Коляда:

— Рынок будет четко сегментироваться. С одной стороны, все больше будет обособляться рынок премиального очного обучения — на нем останутся лишь те школы, которые предлагают действительно качественное обучение и умеют работать с собственным брендом — создают имиджевую ценность для клиентов. С другой стороны, серьезные перемены ожидает и рынок масс-маркет бизнес-образования. Помимо привычных форматов в качестве основного тренда здесь продолжится развитие дистанционного и смешанного (blended) обучения. В данном случае также произойдут значительные перемены — качественное дистанционное обучение будет вытеснять многочисленные низкопробные вебинары и прочие суррогаты».

Олег Филиппов, директор Московской школы бизнеса и финансов, называет и другие причины для изменения карты управленческого образования:

— Смена поколений слушателей (доля поколений Y, Z будет расти), смена поколений директоров бизнес-программ, влияние глобализации на Россию, повышение качества бизнес-программ в силу рыночной конъюнктуры.

Александр Чеканский, декан факультета Стратегического управления ИБДА РАНХиГС при президенте РФ, видит перспективы лишь для отдельных компонентов карты:

— Тенденции стагнирующей российской экономики не дают оснований для оптимизма относительно перспектив рынка услуг управленческого образования в целом. В то же время отдельные сегменты этого рынка могут развиваться достаточно динамично. Прежде всего это рынок программ в формате blended, сочетающем современные компьютерные технологии дистанционного обучения и интерактивные методики традиционного очного бизнес-образования. Выделим также сегмент совместных программ серьезных российских школ бизнеса со знаковыми, элитными зарубежными школами. Этот сегмент привлекает высоким качеством обучения и возможностью получить два диплома. Очень перспективным является корпоративный рынок управленческого образования, прежде всего тот его сегмент, который не под силу корпоративным университетам. Речь идет о подготовке для крупных корпораций новых сотрудников на специально разработанных под заказчика программах магистерского уровня.

Директор Центра корпоративного развития Самарского государственного экономического университета, партнер компании New Line Business (Москва) Елена Яшина уверена, что система к этому готова:

— Уже сейчас развиваются новые продукты, связанные с интеграцией знаний, например управление в контексте развития культуры и цивилизации. Наблюдается интерес к психотехнологиям. В этом контексте будут меняться форматы, будет больше транснациональных продуктов, активные формы могут приобрести глобальные масштабы, например «обучение-квест», «обучение-экспедиция». Возможностей много, они только начинают осваиваться.

Конкурентная среда станет жестче — это очевидный итог перемен.

— Будет происходить перераспределение рынка между разными категориями игроков: бизнес-школы, тренинговые компании, фрилансеры, корпоративные университеты. Не исключено, что корпоративные университеты будут играть все большую роль. Бизнес-школы станут постепенно перетягивать долю у тренинговых компаний. Содержательные сегменты будут наполняться новыми управленческими технологиями (пока не до конца осознанными) вроде Agile, — прогнозирует Евгений Доценко, R&D-директор, руководитель направления «HR-консалтинг» ГК «Институт тренинга — АРБ Про».

За годы количественного роста рынка понимание, что такое хорошая бизнес-школа, сложилось. Это сочетание двух составляющих — хорошие учителя (бизнес-тренеры) и хорошие ученики. Для каждого рассмотренного нами компонента решение будет свое. Вузам, очевидно, необходимо создавать условия для привлечения квалифицированных кадров; бизнес-школы, реализующие программы MBA, придут к понимаю, что бизнес-тренер — это не человек со степенью, а человек с опытом. Ну а инструменты привлечения талантливых учеников общеизвестны: собеседование, сложные тесты, высокий проходной балл ЕГЭ (для бакалавриата). В общем, все бизнес-школы должны сейчас сами продемонстрировать высокий уровень знания своего рынка и качества управления, и это станет их билетом в будущее.

Характеристики набора на программы бакалавриата и магистратуры по направлению «Менеджмент»

Основные показатели реализации программ MBA и EMBA в 2014–2015 годах 

Основные показатели реализации программ DBA

Топ-5 образовательных структур по программам профессиональной переподготовки в разрезе функциональных областей менеджмента в 2015 году

Топ-5 образовательных структур по программам повышения квалификации в разрезе основных тематик в 2015 году

Топ-5 образовательных структур по тренингам и семинарам в разрезе основных тематик в 2015 году


Что и как мы считали

Понятийный аппарат. Под управленческим образованием в данном исследовательском проекте мы понимаем получение необходимых теоретических знаний и практических навыков, необходимых для работы в сфере бизнеса. Образовательные структуры, оказывающие услуги в области управленческого образования, в рамках проекта позиционируются как бизнес-школы.

Бизнес-школы. В разрезе организаций, осуществляющих реализацию менеджериальных образовательных программ, мы выделили бизнес-школы университетского типа, частные бизнес-школы, центры тренинга, коучинга, консалтинга, а также сегмент онлайн-программ. За рамками исследования остались корпоративные университеты, поскольку спрос на их программы не формируется на открытом рынке.

Объекты управления. Мы концентрируемся на управлении в сфере бизнеса (отделяя его от государственного и муниципального управления, управления некоммерческими организациями).

Содержание программ. Ввиду того, что подход Министерства образования и науки РФ подразумевает выделение укрупненной группы специальности (УГС) «Экономика и управление», что не позволяет обособить менеджмент от смежных областей знаний, в том числе от экономики, в рамках данного исследования мы придерживаемся подхода НИУ ВШЭ для определения УСГ «Менеджмент» (куда входят программы по таким направлениям подготовки, как «Менеджмент», «Инноватика», «Управление персоналом»).

По программам переподготовки отсутствуют стандарты и универсальная кодификация, поэтому в анкете мы запрашивали данные об этих программах по принципу выделения основных функциональных областей менеджмента; а также управлению в определенных отраслях (например, менеджмент в образовании). Аналогичным образом на основании анкет собиралась информация о реализации краткосрочных образовательных программ.

Сделаем оговорку: спектр программ дополнительного профессионального образования настолько широк, что не представляется возможным предложить универсальную классификацию программ для всех участников рынка.

Партнеры